Вопреки

1. За маской смерти

Для любви не ведома цена, Лишь только жизнь одна, жизнь одна… Романс «Белый шиповник» из рок-оперы А.Рыбникова «Юнона и Авось»

Сначала все тело онемело. Я видел свои руки, ноги, но ничем не мог пошевелить, не ощущал ничего, словно это не мое тело, а посторонний предмет. Затем пришла боль. И вот тогда даже вздохнуть казалось невозможностью, не говоря о идеи шевельнуться. На какое-то время я потерял способность видеть, и перед глазами плавали размывчатые разноцветные пятна. Боль была единственным мои чувством. Ни тревог, ни страха, ни надежды. Как-то Соби пришлось научить меня взаимодействовать с болью, и в этот раз я не стал убегать. Наверное, именно это меня спасло, не дав сойти с ума. Я понимал, что возле меня есть кто-то, что мне ставят уколы, делают процедуры, но было все равно. И я ощущал, что любимого нет рядом, но я не знал почему. От мысли, что он даже сейчас решил быть с Сеймеем становилось еще невыносимее, так что я гнал ее прочь. Когда чувство реальности вернулось, я узнал стены лазарета Гоуры. Я видел их в памяти Соби. Приход Ритсу стал ожидаемым событием. – Вот видишь, Аояги Рицка, что бывает, когда не слушают наставника. – Вы мне не учитель. Говорить тяжело. Я все еще очень слаб и, наверняка, не полностью убрал ногу из могилы. – Полагаю, скоро ты попросишь об обратном. – Что с Соби? – Это нужно узнать у тебя. – Что? – Именно. Что ты с ним сделал? Впервые за столько времени в душе просыпаются ощущения. И ими оказывается липкий страх. Неужели Соби… погиб? – Что с Соби?! Хриплю и пытаюсь встать. Мужчина равнодушно наблюдает за моими потугами. – Ответьте! Минами сверкает стеклышками очков и оставляет меня терзаться неведеньем. Медперсонал полностью игнорирует попытки разговора, а Ритсу не видно много дней. Все, что остается, – лежать и вспоминать нашу с Соби жизнь.