Вопреки

Вечность нас с тобой качает в облаках. Тихо засыпаешь на моих руках. Мне все равно, что решили за нас. Ты меня любишь. Ты в меня веришь. Пусть небеса замолчат. Ты слышишь? Мы будем вместе. В жизни и смерти, на небе и земле. Ты слышишь? Я обещаю. Я с тобой останусь даже вопреки судьбе. Ангелы давно не понимают нас. Мы с тобой стоим над пропастью сейчас. И у двоих нет дороги назад. Ты меня любишь. Ты в меня веришь. Пусть небеса замолчат. Мы возьмемся за руки и улетим далеко - далеко… Ты слышишь меня? Ты слышишь меня? Ты слышишь меня? Ну скажи, ты меня слышишь? Ну скажи, ты меня слышишь? Слышишь меня? Артем Семенов «Ты слышишь?»

Сеймей быстро и четко структурирует предоставленные ему сведения, собирая части в целое. К сожалению, о третьих Нулях известно не многое. Во время учебы в Гоуре мне было не до выяснения их особенностей. А те данные, что передали мне вторые Зеро, – сущие крохи. Тем не менее, основываясь на них, брат выстраивает целую систему. Объемную, с множеством ответвлений. Теперь я понимаю, почему Возлюбленный непобедим и почему его настолько боялись, что пытались убить любыми способами. В новом свете его «смертельное» исчезновение – самый логичный поступок. – Рицка, ты меня вообще слушаешь? – Прости, брат. Я привык анализировать информацию, но не в таких объемах. – Ты совсем обленился. В детстве подобное не составляло труда для тебя. Я уставал придумывать задания в которых бы и Шерлок Холмс потерялся. Улыбаюсь и опускаю голову на плечо брата. – Я… рад. Я не мог поверить, что ты… не такой, каким я тебя помню. – Затевая все, я надеялся, что когда-нибудь, ты простишь меня, Рицка. И я никогда не желал тебе смерти. Я пытался надавить на Соби. Он должен был повернуться против меня. – Хватит, Сеймей. Я… не умею таить обиды. Сейчас все хорошо. У всех нас. Осталось обезопасить себя от сумасшествия Зеро, и сможем жить, как люди. – Мы не совсем люди, Рицка. И пока не знаем, как устранить проапгрейдинных Нулей. – Устранить? Сеймей, а вариант «Не убий» в планах предполагается? Возлюбленный, не смутившись, выдерживает мой взгляд. – Нет. И ты прекрасно понимаешь, что с ними без вариантов. Отворачиваюсь. Я не хочу убивать, почему должен? Почему все пытаются заставить меня убивать?! В Школе Ритсу давил всеми методами, но не смог добиться смертельного исхода в моих поединках. Теперь вот брат. Оборачиваюсь к Соби, ища поддержки, но даже он отводит взгляд. – Рицка, – Возлюбленный впивается пальцами в мой подбородок, поворачивая к себе. – Сомнения Жертвы – Смерть Бойца. Своей мягкостью ты в первую очередь подставляешь того, кто сражается за тебя. Страж силен, когда чувствует и за спиной силу. Спроси их, если не веришь мне. – Ты перегибаешь, Сеймей, – вступается за меня Соби, – с Рицкой я побеждал не убивая. – Потому, что это ты, Агатсума. Ты натренирован выдерживать боль и быстро регенерировать раны. Любой другой Боец погиб бы. И не морщись, ты знаешь, что я прав. – И все же, Рицка против убийств, и я приложу все усилия, чтобы выполнить его волю. Сеймей качает головой. – Брат, у тебя есть способности Стража, но что значит быть Бойцом ты так и не почувствовал. – Я знаю, что такое стремление защитить любимого! – Не обманывайся! В бою защита – это удел Жертвы. Страж сражается, он – исполнитель, а оберегаешь вас обоих именно ты! – Сей… Нас прерывает раздирающий барабанные перепонки звон. Сомнений нет – это они. – Отступаем? –спрашивает Нисей, заполошно озираясь. Узнав о возможностях третьих Зеро, Акаме растерял браваду и пыл наказать «наглых детишек». – Теперь бессмысленно. Возлюбленный подходит и сгребает Стража за волосы на затылке. Он долго-долго смотрит Акаме в глаза. Я уверен, что ментально он также безмолвствует. В какой-то миг Нисей расслабляется и шальная улыбка возвращается на его лицо. – Пора поставить зарвавшихся пацанят на место, – говорит он и тянется к губам Жертвы. Сеймей отпускает руку. Я поражен. Будь у меня такая сила духа и выдержки, Соби не… – Рицка, не думай о таком. Здесь нечего сравнивать. Ты иной. Возлюбленному не снилась такая сила добра и великодушия, коим обладает твое сердце. Соби обнимает меня и умиротворяюще покусывает за ушко. Всегда действует безотказно. Звон повторяется и Акаме, отстраненный от Жертвы, раздраженно хмыкает. – Прекрати злиться, это отвлекает тебя. – Но эти нетерпеливые зас… – Я сказал, прекрати. Возлюбленному невозможно перечить. Вспышкой возникает давнее понимание, насколько я ему не чета. – Сеймей… Закусываю губу, боясь озвучить предложение, но иного выхода у нас нет. Если кто-то и сможет победить Нулей, так это гений Возлюбленного. А для этого ему нужен карт-бланш. – Сеймей, ты выдержишь трех Бойцов? Бровь брата вопросительно вздергивается, но секундой спустя он отбрасывает удивление. Я буквально вижу, как он просчитывает варианты. – В твоих словах есть смысл, Рицка. Это шанс победить. Но все присутствующие понимают, что для этого нужно. Первым тишину нарушает Акаме. – Если это спасет наши жизни, я согласен некоторое время потерпеть рядом с тобой других Стражей, Сей. Соби молчит, то сжимая, то разжимая пальцы. Я не лезу к нему даже мысленно. Это должно быть только его решение. Но сможет ли он еще раз стать рядом с Сеймеем? – Согласен, – резко выдает Агатсума, отворачиваясь. – Рицка, у нас кровные узы, для создания связи достаточно твоего словесного признания себя моим Бойцом. – Признаю, – отвечаю не без задержки. Ведь я не разбиваю Пару Нелюбимых? – Не лезь вперед, Рицка. Ты более слабый Боец. Как Универсал ты можешь поддерживать Нисея и Соби энергией. Из-за инцидента на мосту связь есть между всеми. И никакого самоуправства я не потерплю. Пусть каждый помнит, слышишь, Агатсума, что от его подчинения приказам зависят жизни еще троих человек. Вопросы? Раз нет, тогда вперед.

–//–

Я сильно беспокоюсь за Соби. Он молчит, но идет рядом, переплетя со мной пальцы. Вижу бурю негодования и протеста, что плещется в нем, и знаю, что его нынешнего нельзя ни подчинить, ни контролировать. Если что-то пойдет не так, он будет поступать по-своему усмотрению. И знаю я, что у него за усмотрение! Он закроет меня собой, он сделает все для победы, но она принесет ему смерть. И ведь ему не объяснишь… Впрочем, как и мне. Боги, хоть кто-то из нашей четверки собирается действовать по плану?!! Зеро ожидают нас у подъезда. – Вызываем вас на битву заклинаниями, – говорит Сеймей, сразу же забирая власть в свои руки. – Принимаем. Вокруг разворачивается чернота Системы. Почему Зеро так легко уступили поле? Или им непринципиально? – С кем мы сражаемся? – задает вопрос Жертва, рассматривая нас, как Пары. – Я – Возлюбленный, Аояги Сеймей. Это мои Стражи. Противники кивают. Что? Вот так просто примут, что против них выставили троих Бойцов? – Мы – Зеро. У нас нет имен. – Даже на могилке написать нечего будет, – ухмыляется Нисей. Теперь понимаю, что обычное ерничание Акаме – тактический ход, прощупывание почвы. Его поведение мало кого оставляет равнодушным. К сожалению, эти Зеро как раз к таким относятся. Их не берут ни издевки природного Возлюбленного, ни ледяной взгляд в упор моего Нелюбимого. Бой начинается. Сеймей сплетает действия Нисея и Соби. Мастер заклинания слов создает почву мастеру иллюзий. И смотреть на такое страшно, не то, что оказаться в зоне поражения, но Зеро бровью не ведут. Собранные, расчетливые, холодные. Ограничители пару раз смыкались на запястьях Жертвы, но безрезультатно. Они словно не живые. Ничто не трогает их. – Рицка, твой ход. Мгновенно подхватываю образы и бью противника. Сеймей четко объяснил мои обязанности – поддерживать. Я делюсь силой и дополняю заклинания. Но тщетно. Пока что мы сражаемся на равных, но резерв не безграничен, скоро начнем уставать. А Зеро? У них хоть какие-то тормоза имеются? Как жаль, что ментальная связь с Возлюбленным есть только у Нисея. Всем бы не мешало посовещаться. Да и Соби мог действовать быстрее, откликаясь на мысль, а не дожидаясь произнесенных слов, а так ему чаще приходится действовать по наитию и старой памяти. Зубы клацают от резкой боли. Черт! Я отвлекся, и оковы тут же охватили меня. – Рицка! Соби едва повернулся ко мне, но серебряные змеи моментально овили его запястья. – Соби, не теряй концентрацию! Я тоже Боец, помни! Мы обязаны победить! Едва успеваю сглатывать кровь. Я серьезно попался, и это видят все. По холоду небесных глаз понимаю, что светловолосый Страж более неподконтролен. Нисей явно слабее, а я практически выбыл из игры. Зеро никак не реагируют на перевес ситуации в их сторону. Равнодушно атакуют, точно отражают заклинания. Механические куклы, лишенные интереса к миру, к жизни. Не верится, что когда-то они были обычными детьми… Что же Нагиса сотворила? И как это победить? – Бездушным марионеткам неведом вкус жизни. Глупеньким детям не знакома ее цена. Победа будет за теми, кто за любовь заплатил сполна! Бесполезно. Щит Зеро едва дрогнул. Соби – заклинатель слов, он искусно манипулирует ими, воздействуя на эмоции, психику. Но наши противники молчат. Он не отозвались ни на одну атаку, ни разу не попытались оскорбить нас. Ничто не выводит их из равновесия. Выпады Акаме, мастера иллюзиониста, так же провальны. Сеймей сосредоточен: внимательно вглядывается в противников, выискивая возможности к победе, игнорируя боль от ограничителей. Соби сражается, как лев. Видимо, решил пойти силой на силу, волей против воли. Уж в этом Агатсуме нет равных, но они – Пара, а он сейчас один. Раненый зверь, загнанный в угол, отчаянно защищающий семью, любимого. Мой Соби… Нисей вертится змеей, отражая заклинания и размыкая ограничители Возлюбленного. Сил природного Стража хватает лишь на экранирование Жертвы, и то не всякий раз. Если так будет и дальше – Возлюбленные и Нелюбимые обретут здесь могилу. После всего произошедшего, после стольких лет страданий и стараний, умереть вот так… Умереть? Вновь? Уж нет, довольно! Я не применял эту способность с тех пор, как мы с Соби воссоединились. Не уверен, что вообще еще обладаю ею, ибо не знаю свое процентное соотношение сил «Жертва–Боец» после восстановления Пары. Я даже не уверен, что выдержал бы силу этих Зеро ранее. Но иного решения я не вижу. «Спасибо, брат», – говорят мои глаза, когда перевожу взгляд на Сеймея. Возлюбленный резко меняется в лице. – Я люблю тебя, – шепчу в пространство, надеясь, что когда-нибудь эти слова достигнут Соби. Чтобы не ослаблять других своей болью, я поставил одностороний блок на связь. Я ощущаю их, они меня – нет. Это не мешало поддерживать Соби Силой, ведь мы одно целое, но я забираю и эту ниточку. Прости, любимый, но сейчас мне нужно все. И я боюсь, чтоб тебя не зацепило отдачей. Сердце сжимается, превращаясь в камень, когда ты оборачиваешься и ошарашенно смотришь в мои глаза. – Не смей. Не смей… Ты захлебываешься воздухом и падаешь на колени. Прохожу мимо, мазнув пальцами по твоей щеке. Я больше не попрошу прощения. Здесь не о чем говорить. Дополняю Арену своим полем, и Система отзывается, наполняясь волнами искажения и гулом. Я более не принадлежу себе. Я – исполнитель, воплощающий танец энергий. Зеро замирают, анализируя ситуацию. Соби и Нисей реагируют тот час, атакуя, но тщетно. Ответной волной их опутывает ограничителями практически полностью. – Довольно. Мой голос проникает в пространство, обязуя всех услышать. – Я – Loveless. Вызываю вас. – Принимаем. Мы исчезаем из виду, едва затихают ответные слова Зеро.