Это все она - весна...

      Боже мой, что я творю? Я целуюсь с парнем, которого пять минут назад не переносила на дух, перед человеком, которого люблю. Ну, не дура ли? Ну и что. Щукин сам виноват. Нечего было меня злить. Думает, ревность у меня вызвать? Допустим, у него получилось, но я тоже не лыком шита.       Мы стояли на крыльце и целовались так, будто встречаемся уже несколько лет, но не виделись несколько месяцев. Я, честно сказать, сама не знаю, откуда взялась эта непонятная страсть к Кислому. Мои пальцы уж запутались в его взъерошенных волосах, а дыхание катастрофически сбилось. Я чувствовала на себе удивленные взгляды прохожих и окружающих, а остонавливаться совершенно не хотела.       Однако пришлось оторваться от Кисляка из-за нехватки кислорода. Первым делом я посмотрела на Щукина. У того на лице смешалось все: боль, обида, неприязнь, злоба. В общем, все чувства, которые можно назвать негативными.       Следующей в поле зрения попала Катька. Что чувствует она, я вообще не поняла. Удивление и восторг или неприязнь и осуждение. Хм, наверное, очень странно наблюдать за тем, как твоя подруга целую неделю ноет, что потеряла парня, а потом берет и у него на глазах целуется с другим. — А ты круто целуешься, — не без удовольствия сказал Кислый. Кажется, он даже не удивился моему поступку. Будто так и должно быть. — Что?       Он вывел меня из своих мыслей. Я посмотрела ему в глаза и резко вырвалась из объятий. Я не знала, что дальше делать. Десятки глаз уставились на меня. Я переводила глаза от Щукина к Кислому и готова была провалиться сквозь землю. — Так, так, так, — Девяткина взяла ситуацию в свои руки.- Шоу закончилось, расходимся.       Следующим движением она схватила меня за руку и быстро повела в сторону. Она не говорила ни слова, а я боялась нарушить тишину. Вспомнив, наконец, что у меня машина стоит возле Ледового, я тормознула. — Кать, — ноль реакции.- Девяткина, стой.       Подруга остановилась и посмотрела мне в глаза: — Ты вообще в своем уме? — зло протянула она.       Я не поняла ее реакции. Нет, а что такого? Щукину можно, значит, а мне нельзя? У нас в стране демократия, вообще-то.       Только я открыла рот, чтобы все объяснить, как Катя меня перебила: — Ты неделю ревешь в подушку из-за своего долбанного замужества, а потом берешь и целуешь своего «жениха». Это как? Нормально?       Она едко выделила слово «жених». — Кать…- было начала я, но снова была перебита. — Что? Что Кать? Я тебя не понимаю! Объясни мне.       Я закатила глаза и направилась в сторону машины. — Т-ты куда?       Подруга явно не ожидала такой моей реакции. Она думала, что я начну оправдываться, а я развернулась и пошла. Так-то.       Я обернулась. Катя стояла на месте, не сдвинувшись ни на сантиметр. — Пойдем, -кинула я ей и открыла машину.       Когда Катя, наконец, села в машину, порядок ее вопросов изменился. — Откуда это? — она восхищенно осматривала салон автомобиля.       Я лишь цокнула языком и усмехнулась, попутно поворачивая ключ зажигания. *** — Вот я и поддалась эмоциям, — закончила я, подъезжая к кафе.       Девяткина впервые сидела молча, не вставив ни одного язвительного комментария. М-да, то ли на нее так шок влияет, то ли мой рассказ действительно произвел впечатление. Заглушив мотор, я уставилась на подругу.       Я потянулась к дверце. — Знаешь, — подала голос Катька, заставляя меня обернуться, —, а Кисляк мне всегда нравился.       Я аж обалдела, если честно. Кто ей нравился? Андрей? Ах-ах-ах. — Смешная шутка, но не вовремя, — улыбнулась я, выходя из машины. Катя вышла следом. — С чего ты взяла, что я шучу?       Резко обернувшись, я удивленно уставилась на подругу. Хотя, чему я удивляюсь? У Кати всегда был странный вкус на парней. Смазливый, мажорный, самовлюбленный и излишне самоуверенный — это все ее. Мне так наоборот нравятся… Ладно, кого я обманываю? Если бы Кисляк не был таким смазливым, у нас могло что-то получиться. Наверное. — Кать, давай закроем эту тему? — подруга поникла.- У меня день Рождения или как?       Вот он — супер-аргумент! Это единственное, что мне нравилось в своем празднике.       Катя устало закатила глаза и открыла дверь в кафе. ***             Дзинь. Дзинь-дзинь. О, Боже, что за адский звук, режущий по мозгу? Я приоткрыла глаза, дабы рассмотреть раздражителя. Веки упали — тяжелые, зараза. Вчера мы слишком весело отпраздновали мой День Рождения. Голова раскалывалась.       Я потянулась рукой за мобильным телефоном. — Алло, — не своим голосом проговорила я, увидев на дисплее незнакомый номер. — Настена, ты должна меня спасти, — чей-то очень обеспокоенный голос молил о помощи.       Я села на кровати, потирая глаза. Если честно, я вообще не поняла, кто это. Мало того, я даже не поняла, где нахожусь, но немного осмотревшись, поняла, что дома у Катюхи. Да уж, Настя, пить меньше надо. Вообще, я не люблю алкоголь, но вчера мне было так плохо, что я решила немного выпить. Где немного, там и… — Алло, Дьяконова, — напомнил о себе кто-то. — А-а, да, — я опомнилась.- Простите, а с кем я…       На той стороне провода послышалась усмешка, которая заставила меня замолчать. — Это Белова Оля.        Я хлопнула себя по лбу. — Да, Оль, извини, — я почесала затылок.- Так, чем тебе помочь? — Короче, я вчера заболела. А игра уже сегодня! Мне, конечно, очень неудобно, но… — Так, Белова, выдохни и расскажи по порядку, — я подошла к окну, пытаясь переосмыслить сказанное девушкой.       Та же шумно выдохнула и начала заново. — Я заболела. Медведи сегодня играют с Ледяной Молнией, а я, как пресс-секретарь, не могу подвести ребят и должна присутствовать, чтобы написать статью на сайт.       Оля, наконец, смогла членораздельно объяснить, в чем дело. — Понятно, а я чем помочь могу?       Молчание. — Не могла бы ты написать эту статью вместо меня, а?       Я чуть не рухнула. — Кто? Я? — мои глаза сразу же расширились.- Если ты не забыла, я капитан группы поддержки команды Химик.       Девушка хмыкнула, мол, это неважно. — Нет, Оль, даже не уговаривай.       Из трубки послышалось жалобное нытье. Блин, вот знает же, что я этого ненавижу. — Ладно. С тебя шоколадка, — улыбнулась я, падая на кровать. — Да, хоть десять. Я тебя обожаю!       Следующие пятнадцать минут Оля объясняла мне у кого и когда нужно брать интервью. Будто я не учусь на журналиста и не знаю всех правил. Наконец, попрощавшись, я бросила телефон рядом. Е-мае, и как только у нее получается разводить меня на авантюры? ***       Я приехала в Ледовый, как и было велено, за полтора часа до игры. Честно сказать, я приехала за час, ну вы понимаете. С трудом найдя тренерскую, я постучала в дверь. Ответа не последовало. Хм, странно.       Хлопнув себя по лбу, я направилась в сторону льда. И как я могла забыть, что у ребят раскатка?       Я вошла на стадион. Среди гробовой тишины прорезались звуки коньков, беспощадно «режущих» лед. Мне не стоило сильно напрягаться, чтобы отыскать тренера Медведей. Боже, что я делаю? Если кто-нибудь из моих узнает, что я этом занимаюсь — мне «кранты». Ладно, будем надеяться, что фортуна сегодня окажется на моей стороне. — Здравствуйте, — я обратилась к мужчине в красном спортивном костюме и кепке, собрав тем самым взгляды хоккеистов.- Я Анастасия Дьяконова, и сегодня я подменяю Белову.       Все замерли, а я чувствовала, как краснеют мои щеки. — У пресс-секретаря появился секретарь? — кто-то из команды попробовал пошутить.       Естественно, я моментом взорвалась, а мой язык уже был наготове: — Я смотрю, у вас тут не хоккеисты, а клоуны?       Да-а, грубовато для первой встречи. Кто-то посмеялся, кто-то присвистнул, кто-то постучал палкой по льду, а я стояла и перебирала глазами присутствующих. Единственное, что я знала это то, что Егор играет под номером десять. Да уж, малавато для двух месяцев отношений. Отыскав, наконец, игрока, я сверлила его взглядом. Он лишь с призрением смотрел на меня. — Ладно, Анастасия, — подал голос Макеев.- Интервью после игры. А сейчас, простите, у нас раскатка.       Вообще, по-хорошему, я должна была повиноваться и в уголочке снимать катающихся игроков, но мне пришла идея куда, как мне казалось, лучше. — Извините, Сергей Петрович, а могу я поговорить с капитаном команды до игры? — уверенно сказала я, снова привлекая внимание.       Макеев удивленно посмотрел на меня, будто не ожидая такого вопроса. — Нет, не можете, — твердо произнес капитан, деманстротивно мне «выкая».       На другое я и не рассчитывала, но мне было плевать, что думает Щукин. Мне нужно было согласие тренера.       Я мимолетно посмотрела на Егора, но быстро перевела взгляд на Макеева. -В принципе, да, — он поднес свисток к губам.- Щукин, на выход.       Победно улыбнувшись, я отравилась к выходу из стадиона.