Это все она - весна...

      Выйдя из машины, я осмотрелась. Вокруг — красота. Высокие, пышные сосны, зеленая трава, огромный дом, сделанный под коттедж и находящийся за высоким ажурным забором. Все, конечно, замечательно, но, по-моему, это место явно не для росписи. Это больше похоже на… обычный жилой дом с великолепной природой вокруг. — Идешь? — послышался голос Кисляка, который уже стоял у забора.       Я быстрым шагом дошла до парня. Тот смотрел на меня, внимательно следя за реакцией. Андрей нажал на кнопку, находящуюся на заборе. Через несколько минут перед нами «нарисовалась» пожилая женщина в красном костюме и с забавной прической. Я еле сдержала улыбку. — Здравствуйте, Андрей и Анастасия. Рада приветствовать Вас…- начала женщина сто-часовую лекцию про это место. Когда она, наконец, пропустила нас внутрь, я поняла, что с наружи все выглядит намного примитивней. Перешагнув порог, я очутилась в сказке: красивый сад, множество разных цветов, небольшой прудик, рядом с которым стоит памятник Русалочке.- Пройдемте сюда.       Женщина все говорила и говорила, а я, как маленькая девочка, которую впервые привели в магазин игрушек, оглядывалась по сторонам. Я шла позади рассказчицы и Андрея, которому приходилось в одиночку слушать этот бред.       Я и не заметила, как мы пришли на довольно большую полянку, где по обе стороны от меня стояло много стульев, а возглавляла их большая арка. Я поняла сразу — это то место, где будет оформляться наш брак. В носу защипало, а сердце заныло, как только я представила, что через две недели буду стоять здесь, в платье и… — Анастасия, — схватив меня за руку, обеспокоено позвала меня женщина, — с Вами все в порядке?       Переведя взгляд с арки на нее, я поняла, что по моему лицу предательски катятся слезы. Не сдержалась. Заревела. — Да, да, — поспешно вытирая слезы, сказала я. — Не волнуйтесь Вы так, — женщина обняла меня.- Все будет на высшем уровне.       Я усмехнулась. Да мне плевать, как это будет. Я это делаю не от огромной любви к Кислому, и от этого еще противней. Всегда представляла, что выйду замуж по любви. Всегда хотела, что бы брак был один и на всю жизнь. А здесь… все не так, как я хотела. — Ну что, — заставляя меня вздрогнуть, произнес Кисляк, — еще посмотрим или на этом остановимся?       Мне все равно. Абсолютно безразлично, как и где это будет происходить. Я этого не хочу, значит, чтобы тут не происходило, не будет мне по душе. И это точно. Вот, если бы я выходила замуж за Щукина… Это было бы другое дело. Тогда мы обсуждали каждый вопрос вместе, мы бы выбирали кафе, ресторан, даже ту же регистрацию сами… Эта свадьба была бы по любви, но увы. Истрия не терпит сослагательного наклонения. — Остановимся, — машинально ответила я, все еще представляя свою идеальную свадьбу. — Вот и отлично! — казалось, женщина готова была прыгать от радости.- Тогда давайте обсудим все в доме.       Мы прошли в дом, сделанный из коричневого дерева. Мило, конечно, но мне не нравятся деревянные дома. Странная я, все-таки.       Около часа мы обсуждали все тонкости свадебного дела. Сколько будет гостей, сколько нужно столов и стульев, какое мы хотим меню, расположение столиков и, наконец, дизайн помещения. К моему удивлению, мы с Кислым довольно похожи во вкусах, и взгляды на вещи у нас вполне совпадают. Не думала, что в свадьбе столько мелких деталей, которым нужно уделять непосредственное внимание. В общем, через полтора часа мы с Кисляком ехали домой, даже разговаривая по пути. — Кстати, я надеюсь, нас не эта тетка расписывать будет, — сказал Андрей и, столкнувшись с моим непонимающим взглядом, поспешил продолжить.- Я боюсь, что она там в обморок упадет от счастья.       Я улыбнулась. Значит, Кисляк тоже заметил, как эта женщина отреагировала на наше согласие. Впервые вижу такое счастье. Наверное, выездные регистрации не столь популярны, поэтому рестораны такого типа не прибыльные. Но это, к счастью, не мои заботы.       В кармане завибрировал телефон. Быстро вытащив аппарат, я ответила на звонок. Катьку не стоит заставлять ждать: — Привет, Дьяконова, — веселый голос явно был в предвкушении.- Ну, рассказывай, выбрали место?       Я закатила глаза. Время идет — Девяткина не меняется. — Выбрали, выбрали, — устало проговорила я. — Ну, я рада.       Катюха ждала продолжения. Не знаю, что она хотела услышать от меня после целого дня общения с людьми. Голова гудела от переизбытка информации, и любой звук издавал в ней эхо.       Поняв, что мне больше сказать Кате нечего, она взяла инициативу в свои руки: — Насть, я это… спросить хотела, — не членораздельно говорила подруга. — Спрашивай, — спокойно ответила я, догадываясь о вопросе.       Кисляк, сидящий рядом и, наверняка, понимающий, о чем мы разговариваем, усмехнулся. Динамик у моего телефона настолько громкий, что парень все прекрасно слышал. К сожалению. — А свидетельницей кто будет? — как бы невзначай спросила подруга.       Мы с Андрей непроизвольно прыснули. — Ты – ты, кто еще то?       На том конце прозвучал адский вопль вперемешку со словами благодарности. Катюха такая странная. Она же прекрасно знала, что будет свидетельницей, зачем вообще спрашивала? Кстати, свидетельница есть, а свидетель?       Попрощавшись с Катькой, я поспешила задать интересующий вопрос Андрею: — Слушай, а ты со свидетелем договорился уже?       Андрей мимолетно посмотрел на меня. — Нет еще, — пауза.- Завтра скажу.       Не сразу поняла, что заставило Андрея сделать такую паузу. За суматохой и не понятно откуда взявшемся отличным настроением я и забыла, что на свадьбу придется пригласить всех Медведей. Этот факт меня угнетал. Мало того, еще и придется позвать некоторых ребят из Химика, ведь я столько лет проработала вместе с ними. Ух, веселая, я чувствую, свадьба будет. — Мы завтра выход в финал празднуем, — начал Андрей, когда мы подъезжали к его дому, — пойдешь?       Я посмотрела на него. Целый вечер в компании Медведей? Нет, я этого не выдержу. Хотя, сказать, что они мне так не приятны, как раньше, нельзя. Раньше я знала ребят только по рассказам парней из Химика, а сейчас я знаю много прикольных моментов про них. Щукин рассказывал. Щукин. В моей памяти всплыл образ русого парня, в серых спортивных штанах и красной толстовке. Черт возьми, кажется, я все еще его люблю. Надо с ним поговорить. Хотя, нет, не надо. Что я ему скажу? «Егор, я тебя люблю, но все равно буду женой Кисляка. Прости меня». Бред сивой кобылы. — Алло, Дьяконова! — Кисляк трепал меня за плечо.       Подняв на него глаза, я непроизвольно отодвинулась. Он был слишком близко. Почему-то, когда Андрей ближе, чем на метр у меня начинает сердце биться в два раза быстрее. Что это значит, а? — Я? На праздник к Медведям? — я усмехнулась.- Ты шутишь?       Мне казалось, что меня атаковала истерика, и я, как ненормальная, сижу и хохочу перед ничего не понимающим Киляком. — Ты теперь, вроде как, должна болеть за Медведей.       Я удивленно уставилась на парня. — С чего бы это? Боюсь тебе напомнить, что наш брак ненастоящий, так что никак прав ты на меня не имеешь, — с умным видом произнесла я и, победно улыбнувшись, дернула ручку двери.       Выйдя на улицу и вдохнув свежего воздуха, я потянулась. Сидеть в машине несколько часов подряд надоело. На улице уже стемнело. Время начало одиннадцатого. М-да, сегодня бешеный день, и, к моему несчастью, таким будет каждый день до дня бракосочетания. Вот, жесть. — Что значит «не имеешь прав»? — возмущенно воскликнул Кислый, выходя из машины.       Я уже стояла возле своей ласточки, когда Кисляк привлек мое внимание. — То и значит, — говорила я, пока искала ключи от автомобиля.- Ты же все понимаешь. Эта свадьба фальшивая. Я, вообще, Щукина люблю.       Кажется, мои слова задели Андрея. Его взгляд сделался стальным и строгим, от обычной насмешки не осталось и следа. Не знаю, зачем он включил свое театральное мастерство, но меня он своим строгим видом не возьмет. — Щукина ты, значит, любишь, да? Ну – ну, — Андрей бросил на меня злой взгляд и быстро скрылся в стенах подъезда.       В свою очередь, я лишь устало прыгнула в машину и закрыла глаза. Только на мгновение мне показалось, что мы с Кислым сможем нормально общаться. Но мне лишь показалось. Мы не сможем жить вместе. Как не крути.