"Как стать Богом?" пособие для чайников от Узумаки Наруто

      - Добрый вечер, сестра, - мой неуверенный голос разрезал тишину, как нож разрезает масло. Я посмотрела на одинокую женщину, которая сидела на ветке великого Древа Бога, задумчиво смотря вдаль, на полотна полей и степей, где расположились небольшие кланы кочевников.       - Добрый вечер, сестра. - белокурая женщина тепло улыбнулась мне, лишь на миг отрываясь от своего деяния.       Она была мудрой женщиной, но достаточно непредсказуемой: сдержанная и грациозная, с нордическим характером в один день и безумно неудержимая, весёлая в другой. Очень сложно было предугадать, что можно было от неё ждать завтра. Даже мне, Богине Судьбы, не было дано это узнать.       Мотарасу Сэй - самая неоднозначная среди всех богов и богинь. Богиня Жизни, будучи самым первым плодом Древа Бога, она без сомнений пользовалась уважением каждого из ныне существующих богов, не смотря на все её перемены настроения.       Я кротко улыбнулась ей, перепрыгивая со своей ветки на ветку поближе. Внутри меня все трепетало. Я посмотрела на женщину. Она всё ещё смотрела вдаль и, казалось бы, совсем не обращала на меня внимания. Поджав губы, я перепрыгнула на другую ветку, которая была ещё ближе к Богине Жизни. Теперь я могла разглядеть выражение её лица. Она улыбалась. Искренняя, беззаботная улыбка красовалась на её лице, а глаза внимательно следили за кем-то. Я нахмурила брови и проследила за её взглядом. Сэй смотрела на семьи кочевников, которые сейчас разбивали лагерь, снуя туда-сюда и занимаясь каждый своим делом.       Я вздохнула и села на ветвь, готовясь покорно ожидать, когда же Сэй вдоволь насладится этой картиной.       По правде говоря, я всегда хотела быть похожей на неё. С самого своего появления на свет я восхищалась её мудростью и знаниями, накопленными за множество столетий, её грациозностью и приятной весёлостью, которая ни чуть не раздражала и действовала заразительно.       В чём-то мне даже удалось быть похожей на неё. Не нашлось ещё ни одного из живых существ, кто бы не сказал, что у меня потрясающее чувство юмора. Однако со сдержанностью было совершенно обратное. Я была очень вспыльчивой богиней. Лишь за столетия заточения в недрах земли я научилась быть достаточно серьёзной, однако ж вспыльчивость не испарилась до конца.       Особенно тяжело было контролировать свои эмоции в первое столетие своей жизни. Тогда я ещё толком ничего не понимала и не знала, от того вела себя так, как вздумается. Мотарасу приходилось очень долго водиться со мной, так как только её я могла послушаться. В итоге мы стали достаточно близки с Богиней Жизни, гораздо ближе, чем другие боги, не смотря на то, что все мы братья и сёстры и по определению должны быть единым организмом. В отличие от нас, другие боги были слишком консервативны и не принимали никаких новшеств. Любое изменение они принимали в штыки. Богиня Жизни была другой, она всегда была сторонницей всего нового. Пожалуй, она единственная понимала, что любой прогресс является новым дыханием, расширяющим возможности самих богов.       Мало кто знал, но именно из-за этого Мотарасу проявляла огромный интерес к людям, хоть и никаким образом не показывала этого. Будучи живыми лишь благодаря её дыханию, они умудрялись удивлять её своими поступками и своими изобретениями. Она наблюдала за ними со стороны и не вмешивалась - была сдержана в своих чувствах к ним. Этого качества когда-то не хватило мне.       Но не об этом сейчас идёт речь. Я хочу поведать вам одну историю, которая произошла задолго до того, как я нарушила закон богов и отдала плод Кагуе. Будет ли она для вас занимательной или нет - я не знаю, но я постараюсь рассказать всё так, как было, без вранья и преувеличения. Я надеюсь, что это поможет вам лучше узнать нас и то, как устроен наш мир.       Время шло, солнце уже начало заходить за горизонт, кочевники стали прятаться в свои импровизированные укрытия и только лишь тогда Сэй соизволила обратить на меня внимания.       - Долго ты ещё будешь сидеть здесь? - она посмотрела на меня.       - Я хочу дождаться тебя сестра.       - Если другие боги обнаружат, что нас двоих нет, нам несдобровать. - фраза Сэй должна была напугать меня, но я лишь усмехнулась.       - Ты думаешь, они осмелятся сказать тебе что-то плохое?       - Я не Верховный бог, Дзёшико. Мы все равны друг перед другом, и даже то, что я старше всех, ничего не значит перед целой группой богов. - поучительно отчеканила Сэй, а после уже нормальным тоном добавила. - К тому же за тебя я не ручаюсь. Уж тебе-то достанется, поверь мне.       Я засмеялась. Пусть только попробуют что-то мне сделать. По меркам богов я ещё ребенок, но моя сила уже сравнима со многими богами. Если бы вы знали, какие пакости я успела уже натворить. Бог охоты до сих пор смотрит на меня с презрением. Подумаешь, подтолкнула людей к изобретению мотыги и земельного ремесла. Ханте уже пора смириться, что он стареет в отличии от той же Сэй. Не все боги вечны.       - Завтра День Почтения. - неожиданно заговорила Мотарасу, вновь возвращая свой взор на лагерь кочевников. Она говорила это с неким предвкушением. - Думаю, что новый Бог уже созрел для того, чтобы пробудиться...       Я улыбнулась. Да я тоже очень жду этот день. На данный момент я последняя, кто пробудилась и будет любопытно посмотреть на кого-то, кто младше меня. Может быть, мне даже удастся стать наставником этому новому богу, как Сэй стала моим.       Приятная дрожь прокатилась по моему телу. Я вспомнила свой момент пробуждения. Ещё когда я находилась в утробе плода, я чувствовала себя частью какого-то организма. Пожалуй, именно так я могу объяснить свои ощущения сейчас, уже спустя много лет, но спроси меня тогда, я бы ответила лишь то, что чувствовала себя зажатой в каком-то очень маленьком пространстве, наполненным светом. По истечении какого-то времени это пространство уменьшалось, а я всё отчетливее начинала ощущать мир извне. Будучи всё это время погружённой в сон, я видела различные цвета перед собой и улавливала множество запахов, чувствовала тысячи живых существ, слышала, как бьются их сердца и отчего-то понимала, что они ощущают. Я злилась и радовалась в унисон их чувствам, но тогда ещё не понимала, что это значит. Мне нравилось то место, в котором я находилась. Оно было тёплое и уютное, пусть и очень маленькое. Я спала в нём, как спят людские дети в утробе матери и чувствовала себя в безопасности. Но мне был очень интересен внешний мир. Я хотела увидеть больше, чем видела тогда, и понять больше, чем понимала. Но я спала в этом светлом пространстве и не чувствовала, что вообще могу пошевелиться. Я спала и никак не могла проснуться. Я не знала, как разбудить себя, мне оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь пространство вокруг меня лопнет.       Так и случилось однажды. Но мне пришлось ждать этого очень долго. Мне казалось, что несколько людских поколений успело смениться, прежде чем я высвободилась и пробудилась. Как оказалось, всё это время я спала в коконе - так называемом плоде Древа Бога. Всё это время оно и несколько других богов взращивали меня, как нового члена семьи. Они тратили свои силы и энергию, чтобы сделать это, и наконец-то я достаточно созрела, чтобы появиться на свет.       Вне кокона мир стал ощущаться иначе. На какое-то мгновение мне показалось, что я оглохла и ослепла. Я не слышала голосов, перестала чувствовать чью-то жизнь. Я лишь сидела у огромного корня Древа Бога и не понимала, что происходит. Мне было страшно, ведь то, что происходило, совсем не было похоже на то, чего я хотела.       Передо мной стояли мои братья и сёстры. Их было четверо: Чишики Ходжи Ша - бог Знаний, Шинигами - бог Смерти, Ханта Кира - бог Охоты, и она, Мотарасу Сэй - богиня жизни. Сэй подошла ко мне и обняла.       - Мы рады твоему пробуждению, сестра.       Такие простые слова приносят так много всего. Грудь наполняется горячим свинцом, мне становится труднее дышать, чувства обострились до продела. Я пробудилась. Спустя неисчислимое количество времени я, наконец, пробудилась. Я могла вновь видеть, слышать и ощущать. Я чувствовала этот мир лучше чем когда-либо. Я пробудилась.       - Ну надо же, спустя несколько столетий на свет появляется богиня. Довольно приятный сюрприз, не так ли, Сэй? - голос Шинигами звучал очень громко и надменно.       - Приятно слышать, что я теперь не одна. - отозвалась Матарасу.       - Раз так, то мы предлагаем тебе самой дать имя этой девочке. - на этот раз это был Чишики. Его голос был мягким и приятным для моего слуха.       - Хорошо, - Сэй посмотрела мне в глаза. - Отныне все будут звать тебя Уммей*.       - Ха! - гаркнул где-то за спиной Сэй Ханта - бог Охоты. Его голос был громким и звонким. Я не понимала, что вызвало его смех, однако Чишики добавил.       - Уммей? Ты серьёзно? Мне послышалось, или ты решила связать себя с этой девчонкой? Если я не ошибаюсь, то ты позаимствовала кандзи из своего имени. Это не правильно! Мы все братья и сёстры и не должны выделять кого-то одного...       - Не слушай их, Сэй. - прервал бога знаний Шинигами. - Им просто обидно, что ты не поделилась одной вязью с ними.       - Я всё понимаю, - ответила богиня Жизни. - но за столь большое количество времени у меня наконец-то появляется сестра - богиня, равная мне, и я хочу, чтобы связь между нами была крепкой и нерушимой, как наши имена. Имена ведь тоже имеют свою силу, поэтому... - богиня вновь посмотрела на ничего не понимающую меня и продолжила. - Отныне все будут звать тебя Дзёшико Уммей.       Сказать, что я была рада своему имени - ничего не сказать вообще. Я была просто в огромном восторге! Я и до сих пор ношу это имя с гордостью. Не каждого встречного назовут Повелительницей Судеб, да ещё и сама богиня Жизни. Но ведь не об имени сейчас идёт речь, верно?       Вы ведь хотите услышать историю, о которой я тут толкую? Ну так слушайте:       Мы сидели на ветках деревьев ещё достаточно долго по меркам людей, так долго, что хранилище душ, которое люди зовут солнцем, опустилось за горизонт, утонув в бесконечных просторах степей.       - Как ты думаешь, каким он будет? - обратилась я к сестре.       - Кто?       - Ну этот... новый бог. - Сей посмотрела на меня, долго обдумывая ответ, а потом сказала:       - В последнее время я стала наблюдать, как люди сближаются друг с другом гораздо сильнее, чем братья и сестры. Они уже не стремятся бездумно продолжать свой род, а создают свои дома, где могут побыть наедине. Это становится похоже на несколько видоизмененную любовь.       - Любовь? - переспросила я, совершенно не понимая, о чем говорит Сей.       - Да, любовь, такую же, как и у нас. Некая привязанность друг к другу, но только гораздо сильнее. Оно выражается в безудержном влечении друг к другу, желанием быть ближе. Этому чувству ещё нет названия, но думаю, с рождением нового бога оно появится.       Боги рождаются лишь тогда, когда приходит их время. Сей родилась по желанию Великого Древа Бога, чтобы скрасить его одиночество, но самой ей было так тоскливо на земле, что она создала людей, дабы наблюдать за ними. Шинигами - второй рождённый бог, появился на свет, чтобы лишить человечество бессмертия, дабы те не уподобились богам. Чишики Ходжиша был рождён третьим для того, чтобы люди начали учиться всему тому, что им необходимо уметь, дабы не обременять богов своими проблемами. Ханта Кира был рождён четвёртым, как бог, который научил людей быть ловкими и хитрыми, чтобы поймать добычу и не умереть раньше времени. Я была рождена тогда, когда людей начало рождаться слишком много и богам стало проблематично решать, каким будет путь человека и к чему он его приведёт. В итоге на мои плечи свалился груз ответственности за поступки людей, за их наказание и за их частичное развитие в дальнейшем.       - Ты думаешь, что новый бог будет править именно этим чувством? - я разочарованно вздохнула. Я-то уж понадеялась, что родится кто-то под стать мне: с прекрасным чувством юмора и безудержной фантазией. А тут этот с этим чувством "сильной" любви, будет всю дорогу побуждать людей цветочки собирать, да на закаты любоваться. И совсем не повеселишься.       - Ну много вариантов существует. Возможно, появится бог, отвечающий за разведение животных. Я начала замечать, что люди стали приручать зверей. Вариантов может быть много. - Сей потрепала меня по голове. - Нечего гадать, возможно завтра мы сможем узнать, каким будет новый бог.       - Очень на это надеюсь. - я мечтательно улыбнулась, переводя взгляд на людей вдали. О, Древо Бога, раз уж я богиня Судьбы, путь случится так, что у нового бога будет отменное чувство юмора! ***       - Идём, Дзёшико, давай пошевеливайся! - Ханта, как всегда повел, себя как самый настоящий негодяй, не дав мне вдоволь насладиться восходящим солнцем в компании моей обожаемой сестры.       Ну куда уж там? Сегодня ведь такой день! Все боги, как один, тылдычат, что предчувствуют рождение нового бога. Я и сама что-то чувствую, но не уверена, что именно, так что приходится полагаться на опыт старших братьев и Сэй.       Кем бы ты ни был, новый бог, если ты будешь скучным и неинтересным, я найду способ это исправить, но лучше бы тебе не обременять меня!       - Вставай сюда, Уммей, думается мне, что это последний ритуал. - А вот и Ходжиша тут как тут. Против этого добряка ничего не имею.       Я стремительно встала туда, где мне посоветовали встать, между Сэй и Ходжиша, и взяла за руки богов. Ритуал вот-вот начнётся и он будет последним для нового бога. Сегодня его день рождения и мы будем его праздновать, ну а пока нужно немного поднапрячься.       Солнце уже поднялось высоко в небо, как от плода Древа Бога начали отслаиваться лепестки алого цвета, как от цветочного бутона. Я ещё ни разу не видела, как рождаются боги, поэтому наблюдала за всем происходящим неотрывно и с большим интересом. Всё происходящее начало казаться мне нереальным. Я крепко сжала ладони Сэй и Ходжи, затаив дыхание в предвкушении.       Лепестки отслаивались медленно и мучительно для меня, поэтому, когда плод раскрылся полностью и на свет появился маленький черноволосый мальчик, я не разу поняла, что произошло. ***       - Ни рыба, ни мясо, - буркнула я, когда мы с сестрой снова уселись на ветвях Древа Бога. - И что он за бог такой, а?       - Терпения, Дзёшико, - осадила меня Сэй.- Ещё рано для того, чтобы судить его. Гунсин ещё не проявил себя в полной мере.       Гунсин! Тоже мне имечко. Не думала, что у Шинигами совершено отсутствует чувство вкуса. Как можно назвать нового бога таким именем? Бред какой-то.       - Он постоянно молчит и совершенно не разговаривает со мной. - пожаловалась я. - Я так надеялась на то, что мы вместе будем проводить кучу времени, веселиться и шутить над другими богами, а он ведёт себя так, как будто ему всё это неинтересно. Я почти уверенна, что у него напрочь отсутствует чувство юмора.       Я вспомнила, каким скучающим взглядом этот мальчик посмотрел на меня, когда мы ему представлялись. Как будто я для него никто - пыль на дороге. Уууух! Сомневаюсь, что он как-то ещё себя проявит. Каким богом он является?       - Сомневаюсь, что он бол сильной любви, скорее уж бог сильной тоски!       - Дзёшико! - на этот раз Сэй буквально прибила меня взглядом к дереву. - Следи за своим языком! Он твой брат и ты должна принимать его таким, какой он есть. Он не должен угождать тебе во всем, Гунсин родился с иной миссией. Я надеюсь, что вскоре мы узнаем, в чем она заключается.       Я обиженно посмотрела на Сэй, но решила промолчать, после чего вновь уставилась на людей, разбивших лагерь вдалеке. С момента рождения Гунсина прошло пару дней, а этот парень ещё никак себя не проявил, поэтому мы старательно наблюдаем за людьми, чтобы выяснить, в чём заключается миссия новорожденного. Пока что люди вели себя как обычно.       Мы сидели с Сэй на ветвях до самой темноты, почти не переговариваясь между собой, и уже собирались уходить, как вдалеке, в лагере людей разожглись костры и поднялся шум. Это взбодрило нас, от неожиданности мы даже не сговариваясь вскочили на ноги и стали вглядываться вдаль, пытаясь разглядеть, что происходит. Подходить ближе нам не дозволялось.       - Почему они разожгли огни? - не выдержала я и спросила Сэй, но та не ответила мне. Она стояла и хмурила брови, вслушиваясь в звуки, которые доносились издалека. То были множественные голоса, выкрикивающие что-то злое и непривычное тому народу, после эти голоса сменились истошными криками и воплями, от чего всё моё нутро сжалось в маленький комок. - Сэй-сама, что происходит?! - потребовала я. Но Сэй ничего не успела мне ответить. Не успела, потому что высоко над нами раздался тихий, самодовольный смех.       Я и сестра синхронно посмотрели наверх и увидели Гунина, сидящего на верхних ветвях и с озорной улыбкой глядящего на племя.       - Хотите знать, что происходит? - спросил он, так и не удосужившись посмотреть на нас. От чего-то его слова произносились мужским, взрослым и властным голосом, что совершенно не сочеталось с маленьким десятилетним мальчиком, однако я понимала, что это говорит именно Гунсин. Его настоящая сущность. - Они убивают друг друга... - продолжил мальчик, посмеиваясь... - Убивают, потому что в них кипит страсть, которую они копили долгие годы. Убивают ради любви, которая отказалась быть взаимной, но которая бушует в каждом из них неистовым пламенем. Потому что это война. Это война за свои чувства и за свою правду. И знаете, что я вам скажу? - на этот раз Гунсин посмотрел на нас, не переставая смеяться. - Я скажу вам, что это чертовски смешно!       Кажется, я всё-таки ошиблась. У Гунсина есть чувство юмора... Ну просто отвратительное чувство юмора!