Penser L'Impossible

      Вздрогнув от голоса, девушка в испуге подняла голову. Перед ней сидел на корточках молодой человек приятной наружности в шикарном кремовом костюме. Усаги показалось, что она его где-то уже встречала, но где и при каких обстоятельствах не могла припомнить. — Д-да… нет… то есть, нет… — мысли путались в голове, а теплые слезы выдавали с потрохами молодую маму. — Я могу вам чем-нибудь помочь? — искренняя забота слышалась в голосе незнакомца, — вы попали в беду? Вы приезжая? — осторожно начал задавать вопросы Харука. — Нет, что вы, — дрожа от холода, сбивчиво произнесла Усаги. — Где же ваш муж? Почему он оставил вас одну с ребенком рано утром в парке? — недоумевал юноша, подозревая самое худшее, и не ошибся, златовласка разразилась новыми слезами, подавляя всхлипы. — Пойдемте со мной, — аккуратно приобняв дрожащую девушку, Харука без усилий заставил ее подчиниться. Стараясь как можно быстрее идти, юноша и девушка с ребенком подошли к желтой машине. Гонщик открыл заднюю дверцу, приглашая сесть молодую маму в салон авто. — Но… у меня нет… денег, чтобы заплатить, — панически протестовала златовласка, заливаясь слезами. — Во-первых, успокойтесь, вытрите слезы, во-вторых, садитесь в машину, пожалуйста, в-третьих, мне не нужны деньги, в-четвертых, очень холодно на улице, а вы, скорее всего, несколько часов просидели на ветру, можете заболеть, — спокойно произнес Харука довольный тем, что незнакомка сдалась и аккуратно залезла в салон феррари. Метнувшись к водительскому месту, спортсмен включил обогреватель на полную мощность и, надавив на педаль газа, поехал не так быстро, как обычно, поглядывая в зеркальце на заднее сидение, где златовласка уже успела успокоиться и немного согреться.       Выехав с главной улицы, спортивная машина направилась к частным секторам. Усаги глаз не сводила с шикарных домов. Ощущая, что вот-вот провалится в сон, наплевав на то, что малознакомый ей человек куда-то везет ее и дочку, девушка была благодарна парню, который столь внезапно появился, как рыцарь на белом коне, и избавил её от половины неприятностей.       Остановившись у небольшого домика под раскидистыми деревьями, Харука поспешил помочь выбраться девушке, смущенно улыбаясь. — Я забыл представиться, Харука Тено. — Усаги Джиба… Цукино, — поправила себя девушка, с интересом рассматривая домик. — Пожалуйста, располагайся. Тут, конечно, бардак, … я не ожидал гостей, — открыв дверь, Харука вновь пропустил спутницу вперед, — переночуешь у меня, а утром решим, как тебе можно помочь, — Усаги медленно зашла в дом, с облегчением осознав, что на какое-то время она в тепле и безопасности. — Прости, не мог бы ты подержать? — девушка покраснела. Харука, не успев ничего ответить, ощутил, как материнские руки уже передали ему розовый конверт с малышкой, Усаги же молниеносно начала снимать верхнюю одежду. «Я впервые держу ребенка на руках, я боюсь, ведь я такой неловкий с детьми, это не мотоциклом управлять», — лихорадочно думал Харука, боясь шевельнуться.       Усаги с благодарной улыбкой забрала обратно дочь, чему парень был несказанно рад. Оставив девушку в гостиной, гонщик побежал по лестнице в свою спальню, на ходу собирая вещи и подушки; залетев в свою комнату, он стремительно начал укладывать из подушек стену, пока Усаги кормила ребенка внизу.       Закинув вещи в ближайший шкаф, Харука спустился к девушке. Только сейчас, когда на её лице застыла умиротворённая улыбка, а глаза сияли, смотря на малышку, он успел по достоинству оценить её внешность: девушка была очень красивая, несмотря на усталость. — Я приготовил комнату для тебя и дочери. Моя кровать довольно большая, и тебе будет более комфортнее и спокойнее за дочь, нежели в гостевой комнате, я пока что-нибудь приготовлю, поешь и можешь отправляться спать, — вполголоса проговорил блондин, протягивая чистую рубашку Усаги, — возьми, в этом полегче будет спать, чем в платье, она чистая не волнуйся, комнату найдешь, там свет горит, — юноша с грацией двинулся на кухню.       Усаги, недоумевая, поднялась на второй этаж, дабы уложить ребенка. Она вошла в комнату, на ходу оценивая обстановку. Первое, что бросилось в глаза — высокий стеллаж, упирающийся в потолок. Он сверху донизу был набит медалями, кубками и дипломами. Второе, не менее впечатляющее — огромная кровать с шикарным пологом и возведённой Харукой крепостью из подушек. Далее всё по мелочам: аккуратные прикроватные столики, небольшой шкаф из светлого дерева, ширма с плотной тканью. На стене — полки с книгами, рядом — уютное кресло и пуфик.       Присев на мягкий матрац, Усаги освободила малышку от одеяла и банта, сняла теплую шапочку, нежно поцеловав Чибиусу в лоб, златовласка укрыла девочку одеяльцем, сама же поспешила вниз, на кухню, ощущая, как ее желудок издает протяжный стон умирающего кита.       Заглянув на кухню, девушка заметила Харуку, который мастерски, вооружившись сковородой и столовыми приборами, явно не желал бросать Усаги на растерзание голодной смерти. На столе красовались тарелки с яичницей и кружки с горячим чаем, завидев девушку юноша приветливо улыбнулся: — Это все, что я смог приготовить в такой короткий срок, поешь и иди отдыхать, выглядишь ты неважно, — про себя же спортсмен подумал, что златовласка младше его года на два-три. — Спасибо тебе, — Усаги с аппетитом принялась за скромный ужин, но и этого хватило для молодой мамы. В молчании доев поздний кусочек, запив всё остывшим чаем, девушка еще раз поблагодарила Харуку и отправилась к дочери спать.       Харука же устроился на диване смотреть телевизор, но ничего не слышал: его мысли полностью анализировали сегодняшний вечер: паршивый прием, девушка с ребенком, вся катавасия в квартире. Хару сам не знал, почему он помог этой несчастной молодой женщине, но выгонять ее он не хотел и решил разобраться до конца в этой истории.