Доктор, мой воображаемый друг меня игнорирует!

Время катилось к полночи. Совсем потеряв надежду дождаться ее, я стал собирать кнопки с постели. Может, проснусь – и увижу ее. Или во сне… Я немного замечтался и не заметил Джона, который сидел на стуле. Он был весь вымокший от снега, шляпа помялась и превратилась в мокрую тряпку. Он весь сгорбился и мял в руках эту шляпу. - Ты откуда взялось? – пробормотал я, обращаясь к нему. Спать хотелось неимоверно. - Гулял, - он как-то жалко взглянул на меня, но мне было не до этого. - В такую погодку только гулять, - я откинул одеяло и собрался уже нырнуть в волшебную страну, как Джон остановил меня одной фразой: - Она не придет. Я все-таки упал на диван и посмотрел на часы. Без пяти минут полночь. - Ну сегодня-то уж вряд ли. - Нет, - он выстучал барабанную дробь по столу. – Она вообще не придет. - Как это? – я криво усмехнулся. – Так ведь не может…а… я понял… ты пошутил, да? Это ты так шутишь! У тебя дурацкие шутки… Джон молчал, опустив голову. Я медленно поднялся с дивана. - Нет? Он покачал головой. - Но это ведь… За что это, а? Это ты откуда взял?.. - я, должно быть, выглядел очень жалко. - Она сама… - он с трудом сглотнул. – Сама так решила. - Но за что?! За что! Как… - я не мог это осознать. - Эй, старина, ты это… не убивайся так… - он нелепо расставил руки и попробовал подойти ко мне. - Нет! – я отскочил, как ошпаренный. – Нет… - Брось, это же глупо… - Не подходи! – я выбросил руку вперед и в таком положении стал отступать. Я не соображал ровным счетом ничего. Отступая, я запнулся, упал и так замер. Джон осторожно коснулся моего плеча. Я вскочил, как ошпаренный, и, схватив кое-какую верхнюю одежду, выбежал вон из квартиры. Преодолевая одним махом по пять ступеней, я выскочил на улицу, громыхнув дверью. - Ох, черти! Ишь, ночью буянят! – послышалось недовольное ворчание из окна первого этажа. Это бабе Нине не спалось. Я как-то добрался до первой скамейки, намотал шарф, шапку и долго не мог всунуть дрожащую руку в рукав пальто. Когда мне это удалось, я бросился наутек. В тот момент я не думал ни о чем, просто бежал и слушал ветер в ушах. Сколько я так несся – не знаю. Пришел в себя на какой-то трассе. Дорога медленно утекала куда-то к горизонту, а по ней мчались со скоростью света редкие машины. Я побрел вдоль дороги. Наверняка уже перекатило далеко за полночь. Тихо, только свист шин слышно. - Может, вернемся домой? – послышался осторожный шепот. Неужели он бежал за мной всю дорогу? Я раздраженно дернул плечом, даже не оглядываясь. - Иди, я тебя не держу. - Еще бы я знал дорогу, - вздохнул голос. - Ну ты же как-то добрался сюда. - На твоем плече. Я недоуменно нахмурил брови и посмотрел на свое плечо. Ох, Пшиф… В спешке я не заметил, как схватил его. - Извини, приятель. Надо было сползти с меня у самого дома. - Ты меня так крепко завязал, что я только сейчас развязался, - Пшиф небрежно перебросил оба конца мне на грудь. – Куда теперь? - Не знаю… - Домой. - Чего ты все заладил домой да домой. Что мы там забыли? Где вообще этот дом? - Не буянь. - Ты никогда не задумывался, что мы – всего лишь плод воображения? - Довольно банальная мысль. - Мы просто персонажи какой-то книги. Нас всех выдумали и записали. Всех! И то, что будет за следующим шагом уже известно автору. Там целый штат этих писателей, который крапают наши истории. «Как твоего героя зовут? А давай их познакомим» Или рассорятся там между собой и разорвут отношения героев. - Понеслась душа в рай… - пробормотал Пшиф. - Эй ты! – я сложил руки рупором и прокричал в небо. – У тебя глупое, больное воображение! Сходи, пролечись! У тебя там затяжная депрессия или шизофрения? – я запнулся и упал на тающий снег. – Я же живой… - Глупость ты выдумал. Кому будет интересно читать скучную жизнь заурядных людей? - Мне было бы интересно прочитать жизнь заурядного инопланетянина. - Нету твоих писателей. Ты сам себе писатель. Я встал и отряхнулся от снега. - Тогда я уезжаю отсюда. - Куда? Я пожал плечами и выкинул правую руку в сторону. Скоро черный джип остановился у обочины. - Куда тебе? - А вы куда направляетесь? - Псков. - Едем. Я запрыгнул на заднее сиденье джипа. Там мирно спала белокурая девочка лет семи. - Моя дочь, - пояснил водитель. У него были спокойные черные глаза и напряженный лоб. Я устроился у окна, глядя на пролетающие мимо деревья.