Проклятый рай

Самая сильная ненависть - порождение самой сильной любви. POV KATHERINE Вот и Англия. Страна, где 500 лет назад всё началось. Собственно, и закончилось. Например, моя нормальная человеческая жизнь. Здесь много что изменилось, что неудивительно: прошла половина тысячелетия. А мы всё никак не выясним свои отношения... Я бросаю украдкой взгляд на Клауса, осматривая его. И зачем вот это? За всё время нашего знакомства я знаю черты его лица наизусть, но почему-то продолжаю смотреть. На это есть причина, но признаваться в ней не хочется. Боязнь услышать отказ - самый большой страх, поэтому я упорно молчу о своих чувствах. Всегда молчала. Но Никлаус совсем не такой, как все предыдущие мои мужчины. Он другой. Те боготворили меня, а в случае с Майклсоном - его боготворю я. Иногда мне кажется, что он похож на Апполона. Наверное так я думаю не одна, ибо за ним всегда идёт ряд девиц, как маленькие утята за своей мамой. И которые становятся мёртыми в тот же момент, когда их действия выходят за МОИ рамки дозволенного им. Клаус мой. Перед тем, как отправится сюда, я сходила в парикмахерскую с целью закрасить красную прядь Елены и завить волосы. Не люблю прямые. Странно, но там все знали Гилберт. Возможно, я немного и сглупила, что пошла разбираться с волосами именно в Мистик Фоллсе. Наверняка теперь донесут братьям Сальваторе, что Елена никуда не пропала. Да и пришлось строить из себя вежливую паиньку, всем улыбаться и поддерживать разговор. Фу. Но теперь мне плевать: нас никто не найдёт. Не сможет найти, потому что больше Кэтрин Пирс и Клауса Майлсона не существует. Вернулась прежняя Катерина Петрова и Никлаус Петров. Нет, мы не поженились (хотя почему бы и нет?), просто я не видела более простого способа придумать гибриду другую фамилию, чтобы дать нам фору в несколько дней, пока желающие нас отыскать перероют все документы штата. Видимо, они так и не успели прийти к нужной догадке, ведь мы находимся в Англии вот уже три дня. У меня звонит телефон, но лезть в сумочку настолько лень, что я пропускаю вывоз. Звонок повторяется, и я, обречённо вздохнув, нахожу мобильный, принимая вызов. - Катерина? Я узнаю этот голос мгновенно и мысленно благодарю Надю, что та запомнила тот факт, что Кэтрин больше нет. Возможно, что у меня паранойя и я везде вижу какой-то подвох и опасность, но от чувства настороженности не так-то просто избавиться. - Да, привет, - я смотрю на Ника, губами прошептав имя Нади. По дороге сюда я всё-таки рассказала ему о ней. Смысл скрывать? Он из тех, кто всё равно всё узнает. - Ты с Клаусом? Ох, какой тон. Я морщусь: дочь действительно не приняла мой выбор. Какой бы ужасной матерью я ни была, но эта ситуация заботит меня. Ведь если я смирилась с Никлаусом, то и она должна. Учитывая то, что зла от него я получила от него в сто раз больше, чем она. - Именно, и он тебя слышит, - говорю я на всякий случай, если дочь начнёт меня поучать. Я не надеялась на то, что это её остановит, поэтому уже мысленно приготовилась выслушивать нотации о том, что с врагами не спят. Во-первых, спят, а во вторых, мы больше не враги. - Тем лучше. Ты ведь понимаешь, что твоё счастье продлиться недолго? Сальваторе уже во всю ищут Елену и, мне кажется, что они скоро поймут, что произошло на самом деле. Вот скажи: ты действительно счастлива? - Надя, им меня не найти. Преимущества в любом случае на моей стороне. Скрываться от врагов - моё хобби уже на протяжении 500 лет. У них нет шансов, - я так и не поняла, кого я успокаиваю, но продолжаю: - И, да, я счастлива. Всё время я думала о том, что для меня создан ад и ничего, кроме него. Но я ошиблась. С Клаусом я как в раю, и знаешь почему? - не дожидаясь ответа дочери, я заканчиваю: - Потому что я нашла в себе силы простить. - Ты как была эгоисткой, так и осталась, - бурчит шатенка, а я невольно закатываю глаза. Возразить нечего: она права. - Это проклятый рай, Катерина. - Мне наплевать, - отвечаю я резко и грубо, но мне действительно надоели все эти комментарии по поводу моего выбора. Я живу так, как хочу. - Я позвоню позже, Надя, - проговариваю и отключаю вызов. - Всё нормально? - голос Ника ласкает слух, и я, обернувшись, улыбнулась, прижимаясь к нему. - Всё отлично, - отвечаю я, закрывая глаза. Фраза дочери "это проклятый рай" из головы выходить не хотела. Всё-таки частично она была права, но я никогда не признаю её правоту. Проклятый рай. В нём даже ангелы не живут.