Вольная жизнь

***

       Было раннее утро, когда на улицах машин было еще совсем не много. Водители, еще не проснувшись, нарушали правила дорожного движения и тихо, словно боясь разбудить граждан, сигналили окончательно заснувшим автомобилистам. Утро для Феликса началось прекрасно, солнечные лучи, пробивавшиеся из-за занавесок, щекотали лицо. Мягкая постелька наконец-то дала долгожданный отдых. Проснувшись, как и всегда, рано, парень валялся в кровати, вспоминая прошедший день. Столько хорошо случилось вчера, что даже и не верится. Встреча с братом, веселый Мит и Цукате – парень брата. Хм, если от Мита на душе у парня была легко и спокойно, словно они сто лет как дружат, то Цукате… Он словно ускользал от понимания юноши, было в нем что-то такое, от чего у парня по спине ползли мурашки, то ли взгляд, то ли... непонятно. За такими размышлениями парень вновь провалился в дрему, и вывел его от туда только вкусный запах свежеиспеченного хлеба. Такого хлеба молодой человек мог съесть не меренное количество. Братик часто покупал его на углу в булочной и приносил младшему в угощение, обязательно с теплым молоком. Для Феликса это было самым ярким воспоминанием детства. Потянувшись, чтобы прогнать сонливость, юноша медленно поплёлся на кухню, по дороге рассматривая дом. Тот был красиво отделан под древний японский стиль. Подвесной потолок, вместо дверей сёдзи, да, увлечения братика не остались безнаказанными. Практически прямо перед ссорой с родителями Клим начал увлекаться Японией. Архитектура, интерьер, оружие, боевые искусства, все это настолько затянуло молодого человека, что он решил сделать дом практически полностью в стиле древней Японии. Однако, насколько Феликс разбирался в этом всем, в стране восходящего солнца, уж точно не было таких мягких кроватей. Следовательно, в доме есть комнаты, которых этот стиль не коснулся. Еле-еле доплетясь до кухни, парень увидел потрясающую картину. Его брат, порхая возле плиты, наряженный в розовый с белыми цветочек фартук, готовил завтрак. Парень расплылся в улыбке, давно он не наблюдал такой картины.

***

- Клим? – на маленькую и светлую кухоньку заглянула черноволосая голова с озорными, но слегка заспанными, глазами. Мальчишка недавно встал, разбуженный приятным запахом, доносившимся из комнаты. Вылезши из-под теплого, нагретого за ночь одеяла, мальчик тихой поступью отправился на кухню. Спустившись по скрипучей лестнице, он заглянул на кухню. Там, как молодая домохозяйка, крутился возле плиты Клим. Он что-то наливал на шипящею сковородку. На братике был мамин фартук, который уже сейчас был на него маловат. На фартуке был изображен радостный дельфин в объятиях волн. Парень был слишком увлечен, чтобы заметить братика, поэтому тот окликнул его чуть сильнее. - Клим! Парень удивленно обернулся и тут же расплылся в ослепительной улыбке, он готовил небольшой сюрприз для мальчика. Ловко орудуя сковородкой, он выложил что-то на большое блюдо, которое он закрывал спиной. - Что-то ты поздно сегодня, - мальчик слегка нахмурился, немного надув губки, из-за этого стал похож на заспанного гномика. Феликс решительным шагом пересек кухню и сел за круглый, шоколадного цвета стол, что стоял посередине комнаты. - Что у нас сегодня? – уже улыбаясь, спросил он, не в его привычке было обижаться по пустякам. Юноша театральным жестом поставил на стол блюдо, накрытое крышкой. Смахнув её, как заправский фокусник, он отошел, давая брату простор для действий. На блюде румяные и с корочкой по краям лежали блинчики, политые медом, самое любимое лакомство Феликса. Рядом с тарелкой стоял стакан еле теплого молока. - Блинчики! – радостно вскричал мальчик, улыбаясь в тридцать два зуба. Такой наивный и милый, вылитый ангелочек. - Приятного аппетита!

***

- Приятного аппетита, - слова из прошлого и настоящего перемещались, было непонятно - то ли это говорил подросток, то ли уже взрослый Клим. Вынырнув из омута воспоминаний, Феликс был приятно удивлен. Перед ним, как и в детстве, стояла горка блинчиков. Клим улыбался, не забыл еще любимого угощения братика. Недолго думая, парень приступил к трапезе. Небольшое неудобство доставил стол, выполненный в японском стиле, так, что сидеть приходилось на полу, согнув ноги в позе лотоса. На вкус блинчики были превосходными, за такое время молодой человек так и не разучился готовить. И даже наоборот, стал явно преуспевать. После еды братья перебрались в гостиную на диван, попивая сладкий зеленый чай, за все это время они не произнесли ни слова. Собравшись, наконец, с мыслями Клим решил начать разговор, который должен был заполнить брешь, которую создали эти восемь лет. - Итак, какими судьбами тебя занесло в этот город? – Феликс слегка поперхнулся и отставил кружку с чаем в сторону, возможно, разговор предстоит серьезный. И все же огонек азарта блеснул в его глазах. - Я думаю, по тем же причинам, что и тебя, - пару секунд Клим перерабатывал информацию, было видно, как пытаются его шестеренки уложить новость в голове. - Так ты тоже гей? – коварная ухмылка озарила лицо брата, давно парень не видел его таким, такое чувство, что юноша задумал очередную пакость, осталось только ручками потереть. - Ну, выходит, что так. Раз меня выгнали, - воспоминания, как соль на еще не зажившую рану. - Ясненько, а парень есть? – Теперь Феликс оказался в культурном шоке, не привык он рассказывать о своей личной жизни, тем более, что её и не было-то особо. - Ааа, э... ну, - веселый смех брата развеял всю неловкость, словно так и надо, все стало на свои места. Парни еще долго болтали то о том, то о сем. Клим рассказал, как создал свой клуб и приобрел популярность, но почему-то старательно избегал темы про то, как познакомился с Цукате, на все расспросы про него отвечал нехотя или предпочитал переводить тему. Обсудив все вопросы, в голове всплыл один важный вопрос: - Слушай, Клим? А не мог бы я немного поработать у тебя в клубе? - слегка заискивающе попросил парень, смущенно опустив глаза. - Да никаких проблем, хоть сейчас можешь заходить! – брат, похоже, даже обрадовался такому предложению, так он сможет следить за своим непутевым младшим братцем и оберегать его от всяких посягательств. А все, кто попробуют это сделать, буду испепелены и развеяны по ветру.