Нии-сан, научи меня любить

Pov Итачи. -Так и будем играть в молчанку? Я, кажется, задал вопрос! -голосом, грозящим перерасти в крик, выплюнул отец. У меня будто предохранители перегорели. Злобно посмотрев на отца, отвечаю. -Давно хотел тебе признаться. Да, я играю в рокгрупе, мало того, собираюсь заключить контракт с одним продюсером, чтобы он нас раскрутил. Я забрал документы из того университета, куда ты меня благополучно хотел сплавить, не потому что не смог туда поступить, а потому что не хочу свою дальнейшую жизнь посвятить предпринимательству и экономике, чтобы дальше вести твоё дело в бизнесе. Я сам хочу выбирать, кем мне быть, с моей стороны вышло очень подло, что я так долго тебе врал, но... я тебе признался в своём вранье, лучше это было сделать поздно, чем никогда. Ты возлагаешь на меня столько надежд, сколько я не смогу оправдать не из-за того, что ленивый, а потому что физически невозможно сделать всё то, что ты успешно хочешь на меня повесить. Я никогда не шёл поперёк твоего слова, уважаю тебя, как отца, но и ты меня пойми... -откашливаюсь, чтобы дальше продолжить, но хмурый взгляд отца пригвоздил меня к месту. Поймав мимолётно испуганные глаза брата, снова смотрю на него. -Что это за чушь? Ты хоть понимаешь, что сейчас несёшь? Да какой ты ко всем чертям Учиха, если произносишь подобное? -рявкнул Фукаку, а Саске испуганно подпрыгнул на месте. -Ты посмотри на своего брата! На его шее засосы! Ты понимаешь? ЗАСОСЫ, а ему тринадцать лет, не находишь, что он ещё маловат для подобного? Скверное чувство безысходности разливается внутри меня. Свою позицию не собираюсь проигрывать отцу, но ведь и он в чём-то прав. Ох, знал бы он, кто поставил Саске всю эту прелесть на шее... -Нахожу. Больше этого не повторится. Я бы не позволил кому-то обидеть Саске. -чеканю каждое слово, отец уселся на диван, продолжая метать в нашу с отото сторону молнии. -Конечно, не повториться. Потому что ты его больше не увидишь. -для меня эта хладнокровно прозвучавшая фраза была, точно гром среди ясного неба. Несколько секунд просто перевариваю услышенное. Мне не послышалось?! -Папа, что ты такое говоришь? -встрял отото, нервно сжав руки в кулаки, антрацитовые глаза посмотрели на отца с немой мольбой. Глупый младший братик, всё равно, что говорит отец, я никогда тебя не оставлю... -Итачи же сказал, что этого больше не повторится. -Рот закрой. -отрезал Фукаку, от чего Саске безвольно сомкнул челюсти, ещё сильнее стиснув кулаки. -Мал ещё, не тебе решать, правильно я принял решение или нет. -Отото, выйди, пожалуйста, мне нужно поговорить с отцом. -слегка поворачиваю голову к брату, чтобы заглянуть к нему в глаза. На неловкое покачивание головы в знак отрицания, шепчу тихо, чтобы только брат услышал. -Всё будет нормально. Иди в свою комнату. -пусть и произношу уверенным тоном, на моих губах ложь. Вижу, что Саске мне не поверил, однако он медленно разворачивается и уходит. Отото обернулся лишь перед поворотом за угол, жалею, что Саске это сделал. Блестящая плёнка, затуманившая его глаза, заставляет моё сердце сжаться, но тем не менее умудряюсь выдавить из себя лживую улыбку. Не заслуживает брат тех стычек и ссор, которые произойдут между отцом и мной в ближайшее время. Как только остаюсь наедине с Фукаку, тот резким движением загладив чёрные волосы назад, выдыхает воздух. Гнев так и сквозит в каждом его движении, вопреки всему меня это поведение отца не страшит. Догадываюсь, что нечем хорошим этот разговор не кончится, но по крайней мере больше не придётся врать отцу, а избавление от бремени лгать - сродни глотку чистого воздуха. -Нам не о чем разговаривать. Ты мне уже всё высказал. У меня больше нет старшего сына, так и знай. Не думал, что ты, Итачи, так меня подведёшь. -устало сказал отец, поднимаясь с дивана, чтобы уйти. -Собирай, сынок, свои вещи. Не желаю больше находиться с предателем и лжецом в одном доме. Можешь забыть сюда дорогу. - его слова нисколько меня не ранили. Боги, как это похоже на отца! Опять это придирчивость к чему не поподя, один неверный шаг и ты видители уже не имеешь право быть ему сыном... -Я уйду. Не переживай, но запретить мне общаться с Саске, ты не имеешь права. Я осознаю свои ошибки, но повторюсь: я бы никому не позволил и пальцем тронуть брата. -ровным голосом, не прерывая зрительного контакта с отцом, произношу я. -Пальцем не позволил, зато допустил, что к нему приложились чем-то другим. -ядовито отвечает Фукаку, скрестив руки на груди. Что на это можно ответить? Чистой воды провокация... Я не из тех, кто будет рубить с плеча и отвечать грубостью на грубость, но сегодня видимо звёзды раком встали и хотят, чтобы я все точки над ''и'' расставил сейчас с отцом. -Что ты за человек такой? Как будто идеальный сын в твоём понимании - это бездушный робот, который только и делает, что исполняет чужие команды. С Саске всё нормально, ничего такого с ним не случилось, не нужно делать поспешных выводов! -пусть я и продолжал разглагольствовать, но мой внутренний голос уже вопил, что эта битва проиграна, отца невозможно переубедить словами. Словно в подтверждение этого глубокого умозаключения, Фукаку, посмотрев на меня сверху вниз, будто перед ним маленький пятилетний ребёнок, развернулся на сто восемьдесят грудусов, и бросив хриплым голосом: ,,Убирайся'', - скрылся за углом. Обувшись, выхожу из дома. Как же всё бесит! Ей богу, так и тянет размозжить чью-то бошку об асфальт. Прибывая в взвинченном состоянии, дохожу до харлея. Не знаю, куда мне идти, но точно подальше отсюда. Надо ещё придумать, как мне теперь видиться с отото, зная отца, не стоит рассчитывать, что к завтрашнему утру он смилостивиться и с распростёртыми объятиями попросит меня вернуться домой. И я идиот. Почему не додумался вернуться на всякий случай пораньше домой? Знал ведь, что Дей сообщение на автоответчике оставил, понимал, что родители из-за беспокойства могут вернуться раньше, но нет... Надо ж мне было поступить по-своему. Подождала бы моя внезапно переставшая контролироваться любовь ещё немного. Выжимаю сцепления. Рёв оглошает весь квартал, через секунду я уже на всех парах мчусь в никуда. Настроение поршивое, мысль из одной тут же перетекает в другую, не менее мрачную. Весь мир будто против нас с Саске. Может то, что отец заметил засосы на его шее стоит расценивать не только, как то, что я лох и спалился, но и как некий знак... Знак, что нужно заканчивать эти игры в любовь, так как ни к чему хорошему она привести не может? Эта предположение всколыхнуло мои и без того расшатавшиеся нервы и разозлило даже сильнее, чем недавняя ссора с отцом. Как я могу сомневаться в правильности нашей с отото любви? Какая никакая, а ведь всё-таки она любовь, чувство, которое несмотря на всю его абсурдность и аморальность, делает меня счастливым, хотя и несчастным одновременно... Ловко лавируя между машинами, проезжаю очередную остановку, с каждым километром погружаясь в темноту. Можно кататься по городу всю ночь, на ходу я не усну - это точно. Прохладный ночной вохдух обдувает лицо, но мой пыл никак остудить не может. Продумывая в уме десятки вариантов, как я могу завтра вытянуть в тайне от отца Саске из дома, выезжаю на тёмное шоссе. Тишина, которая тут царит, совсем не давит на перепонки, не создаёт некое впечатление, что весь мир от тебя отвернулся, скорее наоборот - будто ты сам отвернулся от всего мира, с целью уйти глубоко в себя, заглянуть в душу и найти ответы, на выедающие мозг вопросы. Разогнав мотоцикл, перестаю о чём-либо думать. Невольно расслабив мышцы тела, позволяю приятным воспоминаниям занять лидирующее место в подсознании. Вот перед глазами обнажённое тело Саске, смотрящего на меня большими чёрными глазами, несмотря на юный возраст, у него совсем не детский взгляд... Глаза, точно два оникса, пронизывают насквозь, посмотрев в них один раз, хочется испытывать их волшебство на себе снова и снова. Яркие картинки так и замелькали перед глазами. Я запомнил всё: каждый стон, каждое движение, каждое прикосновение. Мне хочется испытать это вновь. Глупый младший брат, знал бы ты, как необходим мне. Вдыхаю полную грудь прохладного воздуха, представляя, что это волосы отото, представляю, как этот дивный аромат его волос распространяется по всему телу, одаривая его теплом. Мои кости будто превращаются в жиле от такой расслабляющей игры воображения. Приятные мысли буквально разъедали мои кости, заставляли сердце биться чаще, толика грусти, от того что я с каждой секундой дальше от брата, стала ощутимой. Распахиваю шире глаза, развивая сладостный бред, возвращаясь в суровую действительность. Я даже не успел вскрикнуть, когда, заметил два быстро движущихся мне на встречу жёлтых огонька. Не успел понять, какого хрена, они приближаются на меня по встречке, не успел разобрать, куда мне было деться, чтобы избежать столкновения...