Свет девяти миров

-Я не знал каждого поименно, я не знал многих в лицо, но они отдали свои жизни за отчий дом, за безопасность наших родных и близких. – первый, кто решил высказаться – Тор. Он говорил от чистого сердца, но мне не становилось от этого легче, потому что это я была виновата в каждом убитом сегодня и не только йотуне. Это я позволила Таносу пройти в Асгард. Это все я. И когда Тор начал высказывать слова благодарности за то, что йотуны поучаствовали в общем деле, что я отныне друг Асгарда, что с многолетней враждой с Йотунхеймом покончено, то мне стало не по себе. – Не будем забывать о той жертве, что принес Йотунхейм. Королева отдала жизни одиннадцати йотунов нам на помощь, и лишь один остался в живых. Если бы не они, исход этой битвы мог бы быть совсем другим. На какое-то мгновение в зале воцарилась тишина, хотя это было трудно представить, потому что тронный зал к этому не располагал. Длинные столы, заставленные всеразличными яствами и напитками, стояли чуть поодаль от мраморных колонн. Здесь, наверно, находилась вся знать, которая проживала во дворце. Знакомые мне лица сидели ближе к царю, который расположился за столом, стоящим параллельно трону и перпендикулярно двум другим столам. Здесь сидел Один, справа должен сидеть Тор, который в данный момент вышел в центр, чтобы сказать несколько слов, рядом с Тором сидит Джейн и ослепительно, но стеснительно улыбается, слева от отца сидит Локи, который был явно чем-то очень доволен. Так и хотелось убрать эту ухмылочку с его лица, но, к сожалению, мне до него не дотянуться, потому что я сидела за боковым столом. Также там сидели друзья Тора, имен которых я так до сих пор пора и не узнала. Еще играла музыка, но на время речи она затихала, чтобы все слышали, что говорит им сын Одина. -И в этот вечер я хочу познакомить вас с той, которая оказала нам неоценимую поддержку, с той, которая, возможно, подарит нам мир и надежду на немыслимый до этого времени союз, с той, которая кровью и потом добыла себе трон Йотунхейма. – Тор осекся, потому что последнее было явно лишнее, но это ничуть не испортило его слов, так как они были искренними. – Она сегодня здесь, с нами за одним столом. Астрид, не окажешь ли мне честь? Можешь выйти ко мне ненадолго? Тор был учтив и вежлив, но у меня этого в планах не было. Выступать перед публикой – не есть моя лучшая сторона. Но выбора не было, поэтому я решила сделать так, чтобы ситуация сыграла мне на руку, а именно - вручить ледяные фигурки Одину и Тору. Шкатулка лежала у Бёльторна на коленях, и та уже успела немного подтаять, но фигурки остались целыми, на что я и рассчитывала. Я встала со стула, и тот неприятно заскрипел, но это меня ничуть не смутило. Мои руки потянулись к заветному сундучку, который почему-то начал светиться, словно перегоревшая лампочка. Бёльторн обеспокоенно посмотрел на меня, когда я взяла в руки шкатулку и, подчиняясь внезапному порыву, схватил меня за запястье, покрытое изумрудной материей. Он ничего мне не сказал, но я поняла его и без слов. Опасность. Опасность. Его взгляд отчаянно твердил это. И Бёльторн не просто чувствует ответственность за свою королеву. Нет. Он, действительно беспокоится. Как друг. Но я лишь киваю ему в знак того, что все в порядке и выхожу из-за стола, огибаю его и подхожу к Тору, который ослепительно мне улыбается, но когда он видит странный предмет в моих руках, улыбка становится немного напряженной и искусственной, но он продолжает говорить: -Вот она. Королева Йотунхейма, королева хладных бескрайних пустынь и вечного холода, наш новый друг, - последние три слова прозвучали как вопрос, словно он начал сомневаться в этом. Но я попыталась уверить его, что все в порядке, и попросила его сесть на свое место подле отца. Так он и сделал. И я обратилась ко всем, пытаясь с каждым встретиться взглядом. -Спасибо, Тор, за эти теплые слова. Уж я-то чувствую, что они горячи так же, как и твое сердце. – я усмехнулась. Да. Глыба льда должна чувствовать тепло, и я чувствую. Тепло. Как оно растекается по моему телу. Незаслуженное тепло. Жаль, конечно, но нет. Если б не я, не пришлось бы оплакивать павших. Не сиделось мне в Йотунхейме, послушала Лафея и поддалась идеям о возрождении павшей цивилизации. – Я не буду долго говорить о тех, кто пал. Я не смогу сказать больше, чем уже сказал Тор. Но я скорблю со всеми вами. Скорблю о каждом убитом сегодня. И йотуне, и асгардце. Они навсегда останутся в моем сердце. И это правда, потому что своих жертв я не забываю. Никого и никогда. Я опустила взгляд на сверкающий ларец. Они чувствовали. Силы чувствовали своих хозяев. Они хотели вернуться домой. У них была душа, они были живыми. И каждая из них индивидуальна. Я это поняла, пока владела ими. Да. Лишь одну силу я не чувствовала. Свою собственную, словно она ничего из себя не представляла. Словно я ничто. Я покачала головой, отгоняя мрачные мысли, и повернулась лицом к главному столу, где восседала царская семейка. Один и Тор внимательно присматривались к сундучку. Они тоже чувствовали. Джейн улыбнулась мне в знак поддержки. Да, она была мне сейчас нужна. А вот Локи прожигал взглядом, полным злобы и отчаяния, словно сейчас я лишу его самого дорого. Странно. И чтобы не потерять окончательно уверенность в себе, я перестала смотреть на Локи и обратила свой взор к Одину. -Один, Всеотец, Царь Асгарда и предводитель северных богов, сегодня я выполню условия, которые не смогла выполнить месяц назад, сегодня я верну то, что принадлежит тебе по праву. – я открыла шкатулку, которая стала светить белым светом без перебоев. – С помощью книги Эрика я смогла поместить силу в эту фигурку. Я вплотную приблизилась к столу, касаясь белоснежной скатерти, и протянула вперед шкатулку, чтобы Один сам мог ее взять. -Ваша та, что справа, - пояснила я, чтобы он не перепутал фигуры. Всеотец завороженно смотрел своим единственным глазом на свет, льющийся из сундучка, и провел над ним рукой, пропуская его через пальцы. Да, он ощущал эту мощь. Даже я ее ощущала, она тянула мои руки вниз, давя своей тяжестью. В конце концов, Один решился и взял свою маленькую ледяную копию в руки, но та начала моментально таять. Слишком быстро. Лед так не тает. Только если над жаровней. Невозможно. Но он таял, не подчиняясь законам физики. И мной начала овладевать паника, а что если ничего не вышло, и весь этот спектакль был зря, что если я сейчас опозорюсь. Но лицо Одина отнюдь не было разочарованным, наоборот, он улыбнулся, как будто встретил своего старого друга, которого не видел уже очень давно. Лед растаял и превратился воду, которая тут же впиталась в кожу, покрытую морщинками. Один поглотил часть света, и он стал растекаться по всему его телу, скрываясь под рукавами одеяния. Значит, все получилось. У меня отлегло от сердца, и я сделала шаг влево, чтобы оказаться напротив Тора. Наверно, нужно было извиниться, потому что я вероломно отобрала у Тора силу, которая мне не принадлежала. -И тебе я хочу вернуть то, что принадлежит тебе Тор, сын Одина, и прощу у тебя прощения… за тот инцидент… - я стала запинаться, словно кто-то мне мешал, но я все равно продолжала говорить – Мной обуревала ужасающая буря эмоций… ненависть… жажда мести… Я говорила это все и понимала, что Локи все слышит, но все равно продолжала, словно это было вопросом жизни и смерти. И пусть слышит. -Я не должна была… - что же это со мной, черт возьми. Тор, видя, что мне тяжело, решил мне хоть что-нибудь сказать. Лучше б молчал, а я держала б язык за зубами. -Но я надеюсь, ты больше не будешь обижать моего младшего братишку? – Тор усмехнулся и посмотрел на Локи, который тут же прикрыл рукой лицо. И я ответила ему. Ответила так, что сама была в шоке от этого. Как я могла такое сказать? -Нет… конечно… нет. Тор одобрительно кивнул и, беря в руки свою фигурку, проговорил, обращаясь к Локи: -Брат, я договорился, она тебя больше не будет бить. Сын Одина засмеялся, а его друзья поддержали его. И еще как поддержали. Хорошо, что Тора слышал только главный стол, а то бы весь тронный зал посмеялся. Вся сила оказалась на своих местах, и надобность в шкатулке отпала, и я поставила ее на стол. Но мне почему-то было нехорошо. Что-то давило внутри, что-то хотело вырваться из меня. Что это? Зачем я наговорила таких глупостей и пообещала не трогать трикстера? О, боги, что же это такое? Один и Тор склонили головы в благодарном жесте, и я, также откланявшись, сделала несколько шагов назад. Зал разразился громкими аплодисментами. Я подарила им частичку тепла и света. Но не все были так рады. Лафей, уж точно. И еще Локи, который скупо хлопнул в ладоши пару раз и отпил большой глоток из своего кубка. Да. Он изменился. Может, волосы его аккуратно подобраны, зализаны назад, и на нем были парадные одежды, но глаза и круги под ними выдавали его с лихвой. Он плохо спал. Голубые топазы казались немного потухшими, а синяки под глазами выделялись на бледной коже. Он посмотрел на меня, словно говоря, что он еще отыграется. Посмотрим, Локи, посмотрим. Сыграем, так уж и быть. Но кто ж знал, что он играл не со мной. Когда все начали вставать со своих мест, когда музыка начала играть громче, я решила, что это подходящий момент, чтобы уйти на балкон подышать свежим воздухом. Было трудно дышать. Давит в груди. Лафей, что происходит? Это ты? Если да, то прекращай. Но мне почему-то казалось, что это не он. Нет. Кто-то другой. Выйдя на балкон, я почувствовала, как на меня повеяло ветерком, определить прохладный он или холодный я не могла. Ветер немного растрепал мои волосы, и мне пришлось убрать их со своего лица. Столько глупостей за день я еще не совершала. Придется считаться с последствиями. Я слышала звуки разговоров, слышала музыку, слышала чьи-то возгласы и призывы выпить очередную кружку, стук вилок и ножей и чьи-то шаги. Бёльторн облокотился рядом со мной и спросил: -Что с тобой, моя королева? – взгляд его устремлен вдаль, но в голосе нотки беспокойства. Слишком он за меня переживает, но я его убедила, что я в полном порядке, хотя он, наверно, был единственный, кому стоило сказать об этом. -Просто отвыкла от тепла, вот и все. Иди, развейся, съешь что-нибудь. Я так думаю, ты в последний раз ел еще ребенком. -Как прикажете, моя… - тут же отозвался мой друг и телохранитель. -Я не приказываю, я настоятельно рекомендую. Отдохни, расслабься. – перебила я его. Лицо Бёльторна выглядело сосредоточенным, словно он боролся с самим собой, словно хотел совершить какой-то бесчестный поступок. Но в итоге проговорил: -Хорошо. Только обещай мне, что не подпустишь Локи близко к себе. Он опасен. Последняя брошенная фраза прозвучала неубедительно, будто в этом был другой тайный смысл, понятный только ему одному. Но я все же кивнула, а йотун покинул балкон, оставляя меня наедине со своими мыслями. Да, мне это было необходимо. Подумать. Хотя, видимо, мне было не суждено этим заняться, потому что, как назло, меня не хотели оставлять наедине. На этот раз это была Джейн, которая призывала меня вернуться в зал и насладиться пищей, которая там была: -Ты отлично выступила. Это был правильный поступок, - она тронула меня за плечо. -Сомневаюсь, - прошептала я так, чтоб она не услышала, а уже громче добавила сбивчивые слова благодарности – Право, не стоит. Джейн внимательно оглядела меня с головы до ног и вздохнула, пробормотав что-то вроде, что “он уже одел тебя в свой цвет” и взяв меня под руку, вернула меня в прекрасную залу, наполненную чудными запахами еды, от чего у меня заурчала в животе. Сколько я не ела? Месяц? Ведь взрослому йотуну еда не нужна, а так как я была уже вполне сформированным организмом, меня считали взрослой, хоть великаны и становятся взрослыми, только прожив несколько сотен лет. Возлюбленная Тора начала болтать о всяких мелочах: о том, как здесь чудесно, о том, чем она занималась здесь этот месяц и обо всем другом, что меня не очень интересовало. А все потому, что я внезапно вспомнила о человеке, которого хотела повидать. Моего праотца. Эрика. Асгардца, который помог мне сбежать оттуда. Мне стоило его отблагодарить за это и за его ценный дар, но сколько бы я не вглядывалась в лица людей, я не находила его зеленых как у мамы глаз. Где же он? Один был обязан его позвать. И я спросила об этом у Джейн: -А где Эрик? Она сделала вид, что не расслышала, пытаясь придумать, чтобы мне такое сказать: -Что? -Я не вижу Эрика. – повторила я. Мне это не нравилось, это злило меня. Джейн замялась, ища глазами, как бы ей спастись от моих расспросов. И, кажется, она нашла выход из положения, пробормотав, что не уверена и что мне сейчас помогут. Она посмотрела за спину с некоторой долей презрения, но и облегчения, и скрылась в толпе. Прекрасно. Мне не хотят говорить правду. Хороший прием, ничего не скажешь. Но вдруг со спины послышался знакомый баритон: -Эрик скончался. Я развернулась и увидела перед собой Локи собственной персоной. Он, как всегда, умел себя нести. Я имею в виду его гордую осанку, плавную походку и поднятый подбородок. Как царь, хоть он им и не был. -Когда? – коротко поинтересовалась я. -В тот же день. -Что? – удивленно воззрилась я на него, а тот уже с притворным сочувствием протягивал ко мне руки, но я сделала шаг назад. Что? Как в тот же день? Он же оставил свою книгу мне. Вызволил из темницы, разве нет? Но тогда кто? -Лекари не смогли его спасти, Астрид. -Но тогда кто... кто… - запинаясь, проговорила я. -Я не знаю. – ответил мне Локи. Вот это поворот. Эрик мертв, а я так надеялась на встречу с ним, думала, как я все ему расскажу о своих успехах и неудачах, все-таки он был моей семьей как никак. А теперь я узнаю, что его нет. Он умер месяц назад. Но кто меня спас? Значит ли это, что у меня в Асгарде был еще один друг? Интересно, кто он? -Как поживаешь? – нарочито участливо спросил Локи. -Пока еще жива, - отзывалась я несколько холодно. И решила задать ему вопрос, который меня волновал – Как ты здесь оказался? Как ты вернулся? Когда? -О, сколько вопросов, сколько любопытства, - Локи прищурился и свел брови к переносице, а руки сложил в замок и опустил вниз. – В тот же день. Снова. Снова он так сказал. И, кажется, это его забавляло. Он улыбался, словно начал играть в новую игру. Как в тот же день? Значит он был здесь месяц назад? В моей голове вспыхнули образы того дня. Длинные изящные пальцы на моем плече… Так это был он. Он погрузил нас с Бёльторном в сон. -Я исправился, - попытался искренне сказать Локи, и у него это вышло, но, правда, я ему не поверила. Людям верь на половину, богам - на четверть, а трикстеру доверия нет. – Правда. -Хм, правда – я усмехнулась, но эта усмешка быстро сошла с моего лица. – Для тебя нет разницы между правдой и вымыслом. Ты всегда играешь. Эта привычка твоя вторая натура, если не первая. Так и сейчас. Ты играешь перед слугами, перед отцом, перед братом. Ты лишь совокупность этих образов. И я тебя спрашиваю: был ли ты когда-нибудь настоящим? Мне с трудом дались эти слова, но я их все-таки произнесла, потому что это была горькая правда. Локи потерялся в этих многочисленных масках, что уже и не знает, где его собственное лицо. Младший принц как-то странно на меня посмотрел. Это была необычная смесь тоски, грусти, потерянности и… Радости? Он был рад? Но чему, интересно? Я только что, можно сказать, оскорбила, а он радуется? Наверно, я не умею читать людей. Он расцепил руки и начал активно жестикулировать по своему обыкновению. Его прекрасные руки порхали в воздухе, говоря на своем языке, дополняя словесный рассказ, потому что словами всего нельзя было выразить. Прекрасные? О, ужас. Неужели я так подумала? -Я не знаю, - наконец-то ответил мне Локи. – Трудно оставаться самим собой в мире, где тебя обманывают. Я не смог, мне не хватило выдержки. Это признание далось ему нелегко, но это принесло ему некоторое облегчение, словно камень с души свалился. Внезапная злоба, которая вспыхнула за столом, испарилась, и ей на смену пришло нечто другое, непонятное мне, словно он метался то к одному, то к другому. Он протянул мне свою руку и, кажется, хотел что-то сказать, но внезапно появившийся Бёльторн его опередил: -Моя королева позволит с ней станцевать? – йотун протянул руку в таком же жесте, что и Локи. Бог гневно сверкнул своими глазами на великана. Что-то тут нечисто. Но в итоге я протянула руку Бёльторну и проговорила: -Если ты меня перестанешь называть королевой, возможно. Я засмеялась, а трикстер начал медленно закипать, и я кивнула ему в знак того, что. может быть, мы продолжим наш разговор, но я надеялась на обратное. -Как пожелаешь. – Бёльторн улыбнулся, что было необычно для жителя Йотунхема, и я вложила свою руку в его, и она утонула в ней. Несмотря на то, что Бёльторн не был похож на своих соплеменников, он был несколько крупнее обычного человека, поэтому даже рядом с ним я чувствовала себя маленькой и хрупкой, словно фарфоровая кукла. Мы прошли в гущу танцующих людей, но последовали их примеру не сразу, потому что Бёльторн проговорил: -Я не умею танцевать. Еще б он умел. Я бы очень сильно удивилась, обладай он таким специфическим навыком. Придется ему помочь, хотя я была и чуть больше осведомлена об этом, но все равно мои познания были скудными. Я положила его руку мне на талию, и у меня побежали мурашки по телу. Вторую его ладонь я пристроила туда же. Еще чуть- чуть и он был мог обхватить мою талию целиком. Я доставала до его плеч, но для этого приходилось слишком сильно протягивать руки, поэтому я положила свои ладони на его обнаженную грудь. Так было заведено у йотунов. Мужчины носили только низ. На верхней части тела у них могли быть пластины из какого-нибудь металла, который они добыли в какой-нибудь битве. И вроде все я сделала правильно, но великан явно не знал, что такое ритм, поэтому мы просто топтались на месте. Но, видимо, он позвал меня не для этого. -Я же просил не приближаться к нему. -Он сам – начала оправдываться я, и поняла, что это выглядит несколько жалким и убогим. И почему я вообще перед ним оправдываюсь? Я королева, а не он король. -Просто будь осторожней, я волнуюсь, моя… Просто волнуюсь. – быстро поправил себя Бёльторн, который по привычке хотел назвать меня своей королевой. Я посмотрела в его фиолетовые необычные глаза, и, действительно, увидела там беспокойство. Это немного не вязалось с грубыми чертами его лица, но придавало ему свое очарование. Очарование? Прекрасные? Кажется, мне нужно пойти поспать, а то мысли мои становятся бессвязными и странными. Сегодня я была, наверно, самым популярным человеком, потому что следующим моим партнером по танцам стал сам Один, который умел танцевать, что не могло не радовать. Я попросила Бёльторна, чтобы он не беспокоился, а нашел себе развлечение. Но вскоре развлечение само нашло его. А точнее его нашел Тор, который стал с ним о чем-то оживленно беседовать, а йотун, к моему удивлению, поддержал его и вставлял свои замечания и ремарки. Вот это да. Как Асгард меняет всех. Руки Одина были очень теплыми, я чувствовала это сквозь перчатку и тонкую материю платья. Он словно расцвел, когда сила вернулась к нему. И это меня радовало по неизвестным мне причинам, словно он был мне не чужим человеком. Хотя в его глазах светился и огонек подозрения. И единственное, что он мне сказало было: -В детстве, когда я смотрел на улыбки своих детей, я видел, что они замыслили что-то не доброе. – его единственный серый ястребиный глаз смотрел с беспокойством за свой дом и родных… и за меня. – Ты не улыбаешься. Но я чувствую то же самое. Откажись от задуманного, чем бы оно ни было, кем бы оно ни было, Астрид. Я не буду тебе угрожать, хотя могу, ты знаешь. Но я тебя прошу, как отец. Не надо. Чем бы оно ни было. Он имеет в виду какой-то предмет. Может быть, даже ларец. Кем бы оно ни было. Наверно, он имеет двух братьев, а точнее Локи. Что-то из двух, и Один теряется в догадках, зачем я пришла. А, действительно, зачем я пришла? У меня было такое чувство, что можно возвращаться в дыру, из которой я приползла, что я уже все сделала. И чтобы понять, что делать дальше, я решила, что ночь мне будет лучшим советчиком. Вдруг послышался мягкий баритон: -Отец, ты позволишь? Локи. Опять он. Отец? А раньше он мне с пеной у рта доказывал, что это не так. Видно, притворяется, чтобы втереться в доверие Одина. Что же ты задумал? Всеотец мягко и понимающе улыбнулся Локи, как и подобает настоящему отцу и оставил нас вдвоем. -Неужели я смог добиться аудиенции у самой королевы Йотунхейма? – воскликнул он наигранно. – Потанцуем? Одна безобидная фраза навеяла воспоминания недавно минувших дней. Потанцуем? Прошел всего месяц, а я все так же трясусь. Только не от страха и ужаса. От чего же? Где моя решимость и ледяное спокойствие. Но я уже начинала понимать, что рядом с Локи бесполезно оставаться спокойной. Если он появляется - жди бури. Локи в странной надежде протянул мне руку, и в этот раз я ответила ему тем же. Он резко прижал к себе, будто я могла упорхнуть или убежать. Одна рука на талии, другая держит мою руку, и я начинаю чувствовать взгляды асгардцев, которые начинают странно поглядывать в нашу с ним сторону. Но это было уже не так важно, потому что как только его рука коснулась моей спины, я потерялась. Я видела его, а остальное смазалось в одно большое пятно. Снова его трюки? -Платье тебе к лицу и… цвет. – Локи хитро улыбнулся. -Как у тебя язык не отвалился, говоря мне комплименты, но спаси… - я осеклась, потому что мой взгляд упал на его одежду. Изумруд, смешанный с золотом и темнотой. Изумруд. Зеленый. Скотина. – Так это ты? Локи пожал плечами, как обычно: -А ты думала кто? Тор? Единственное, что он может подобрать, так это оружие, одежда не его ипостась. Тебе нравится? Все во мне говорило, что нужно тут же уйти и переодеться в свои вонючие меха, но я так не сделала, а просто ему кивнула, что заставило Локи удовлетворено хмыкнуть. -Ты сказала правду? – любопытство трикстера взяло вверх и он спросил о том, что его мучало. – Ты не злишься на меня? -Ха! Многого хочешь, Локи, - я вздрогнула произнося его имя. – Здесь я в своем праве, злиться на тебя мне никто не запрещал. А вот трогать… Я специально состроила печальную мину, что заставило Локи усмехнуться. Да, черт меня дернул сказать тогда столько глупостей. И тут Локи подошел к самому главному: -Зачем ты здесь? – его голубые глаза сверлили во мне дырку, они были наготове, чтобы распознать мою ложь. -Ты все видел: я помогла вам, вернула все назад. – убежденно проговорила я. Рука Локи на моей спине сжалась в кулак, а его другая рука сильнее, чем нужно, сжала мои пальцы. -Врешь. -Докажи. – нагло бросила я, но тот расслабил хватку, и я вновь почувствовала его руку на талии. Появилось ноющее чувство, которое давило все больше и больше. Сейчас мне становилось говорить все тяжелее. Лицо бога ничего не выражало, но он сказал: -Я тебе не желаю зла. Правда. Но если бы ложь укорачивала жизнь, то ты бы не дожила до завтра. Я тебе уже говорил из тебя плохой лжец. -Если бы ложь укорачивала жизнь, то ты бы уже давно гнил в могиле, - парировала я, и это заставило его искренне улыбнуться. Мне так показалось. -Это ты верно подметила. - Локи глубоко вздохнул и спросил. - Ну, так что? Скажешь мне правду? Это заставило меня задуматься. Все лгут лучше меня. Один думает, что у меня есть тайные замыслы, Локи считает, что я вру, и не безосновательно надо сказать. Но мне, видимо, было не суждено ответить на этот вопрос, потому что я увидела в глазах трикстера усмешку, и она была не мне адресована, а кому-то за моей спиной. -Да как ты посмел? - услышала я рычание Бёльторна, который привлек всеобщее внимание. Музыка зазвучала тише, а десятки пар глаз уставились на нашу троицу: Локи, Бёльторна и меня. -Умей проигрывать, - спокойно отозвался Локи, не отпуская меня из своих рук и усиливая хватку. Что вообще происходит? Мои взгляд перемещался от Локи к Бёльторну и наоборот, пытаясь понять, что за цирк они устроили. Лицо йотуна перекосилось от гнева и злости, и я решила потребовать объяснений всего этого, отстранившись от Локи, который не хотел выпускать меня из своих объятий. -Может быть, вы посвятите меня? - проговорила я, внутренне закипая. Мне казалось, что я стала игрушкой в чьих-то руках. В руках Локи и, как мне не хотелось признавать, Бёльторна. Бог невинно пожал плечами и приподнял свои брови вверх, показывая, что он не при чем. Черта с два, ты тут не при чем, Локи. Я понимала, что от трикстера мне правды не дождаться, поэтому обратилась к Бёльторну, который не посмел бы мне отказать. -Бёльторн, говори. Он замялся, а злость сошла с его лица, и на ее место пришла вина и стыд, как будто он сделал что-то нехорошее. Великан пробормотал что-то, но я не расслышала, поэтому попросила его повторить вновь. И вот, что я услышала: -Мы поспорили, моя королева. - йотун склонил свою голову. Они что сделали? Поспорили? И я стала предметом этого спора? Да как они посмели! В груди что-то ёкнуло, и мое спокойствие рухнуло как карточный домик, которого снес тайфун. Мне было обидно до безумия. Только я подумала, что нашла того, кому могу доверять, а он поспорил на меня. Бёльторн, ну как ты мог? Как мог предать мое доверие? Ладно, Локи - от него всякого можно ожидать, но ты... Мои губы сложились в тонкую линию, выражая мой гнев, а в руке возник ледяной кинжал, что было лишним. Асгардцы, стоящие рядом отодвинулись на пару шагов назад, освобождая место действия. Локи поднял вверх свои ладони, показывая, что он не желает зла. -Астрид, не стоит так расстраиваться... -Лучше тебе помолчать, асгардец. - сквозь зубы процедила я. У меня появилось огромное желание вонзить ему нож промеж ребер и посмотреть, как Локи будет страдать и молить о пощаде, но что-то внутри мне сказало, чтобы я остановилась, что я потом об этом пожалею, поэтому я разжала руку, и кинжал разбился на множество маленьких осколков. Я без слов подошла к Бёльторну и залепила ему пощечину. Может, для него она показалась комариным укусом, но это был плевок на его честь. Я поступила так же, как и он. Он плюнул мне в душу, а я на его честь и достоинство. Затем настала очередь трикстера, который застыл в ожидании. Он стоял и, кажется, до конца не осознавал, что он сделал. Сейчас я ему доступно объясню. -Ты обещала меня не бить, - усмехнулся Локи, но его слова его не спасли, и он тоже получил пощечину, которая заставила его лицо немного повернуться в сторону. Он коснулся рукой тут же покрасневшей щеки и засмеялся. Он засмеялся. В глазах защипало, что же это? Нет, нет, нет. Еще этого не хватало. Я еще раз оглядела мужчин и поспешила удалиться из залы в свои покои.