Невеста лучшего друга

Она всегда думала, что утром мысли сами собой приводятся в порядок. Ничего не остается от вчерашнего вечера – все мгновенно исчезает. Так считала Реджина до сегодняшнего дня. Проснувшись, женщина не сразу поднялась с постели, как делала это раньше. Может, еще вчера она бы сразу направилась в ванную, потом начала одеваться и, наконец, спустилась к завтраку. Сегодня же ее сознанием завладели не мысли о предстоящих делах, работе и скорой свадьбе – Реджина думала о том, что натворила вчера. Не поворачиваясь лицом к спящему жениху, старалась придумать оправдание своим действиям. Казалось, есть столько причин – усталость, алкоголь, стресс из-за приезда матери, - но ничего из этого не подходило ей. Женщина знала, что все эти оправдания будут сразу же опровергнуты неумолимым Локсли, который в очередной раз докажет ей, что их влечет друг к другу. Реджина поняла, что, лежа в постели, она ничего не изменит. Решив отправиться под освежающие струи душа, женщина легко поднялась, чтобы не разбудить спящего рядом уже не любимого мужчину. Только она успела отойти от постели, как сонный голос раздался позади: - Ты специально сбегаешь от меня по утрам? Реджина постаралась улыбнуться. Она развернулась и подошла ближе к жениху, присела на край постели. Грэм, ни секунды не медля, притянул невесту к себе и подарил нежный поцелуй ее губам. Немного отвлекаясь от забот, женщина обвила руками шею жениха и запустила пальцы в волосы мужчины. - Понимаю, что сейчас не подходящий момент, но твоя мама вчера изъявила желание переехать к тебе. Говорит, в гостинице ей не нравится, - скривился Грэм, зная, какая реакция сейчас последует. Буквально за секунды лицо Реджины исказила гримаса злости. Она отодвинулась от жениха и сердито взглянула на него. Грэм, не смея даже шевельнуться в присутствии этой женщины, пождал губы. «Если она будет жить здесь хотя бы две недели, я и шагу без ее разрешения сделать не посмею. Ненавижу находиться под контролем матери», - злясь на всех вокруг, а в первую очередь на саму себя, размышляла Реджина. - Твой отец приедет завтра, - быстро добавил Грэм. Лицо женщины изменилось: жесткие черты смягчились, даже странноватая улыбка появилась на лице. Грэм понял, что невеста согласна принять родителей в своем доме. Потянувшись к возлюбленной за поцелуем, он был слегка удивлен, когда Реджина накрыла ладонью его рот. - Давай обсудим кое-что, - серьезно, но немного смущенно произнесла она. - Что именно? Хочешь обсудить свадьбу, список гостей? Учти, Локсли там точно будет, - добродушно, даже по-детски улыбнулся Грэхем, пытаясь притянуть к себе застывшую на месте невесту. - Как раз об этом, - мрачно заключила она. – Я хочу, чтобы он уехал. Грэм вскочил с постели и с недоумением уставился на Реджину, что сидела, по-королевски держа спину, и смотрела пристально на него. - Этого не будет, - выдохнул Грэм. – Он – мой лучший друг. - Я понимаю, - мучительно протянула Реджина. – Но, прошу, избавься от него. Грэхем оторопел. С большим недоверием и непониманием он смотрел на ту, что вчера еще была для него идеальной женщиной – она никогда и ничего не требовала от него с тех пор, как они начали встречаться. Это он всегда преподносил ей все на золотом блюдце, хоть женщина того и не просила. Реджина понимала, что просит невозможного – лучших друзей трудно разлучить. Хотя, может быть, их уже что-то разлучило? Например, тот факт, что невеста одного из них целовалась с его лучшим другом. Потому Реджина решила, что сможет спасти свой будущий брак лишь одним способом – если Локсли покинет ее жизнь навсегда. - Послушай, - Грэм опустился на колени рядом с женщиной, накрыв руками ее ладони, - я люблю тебя, но не могу так. Помнишь, сколько неугодных тебе людей я устранил? Но все они были мне никем, а я все равно чувствовал себя виноватым, высылая их из города ни за что. А Робин – мой лучший друг. С ним я поступить так не могу. На Реджину эти слова будто и не подействовали. Окончательно взбесившись, Грэхем собрал свои вещи и спустился вниз. Через несколько минут Миллс услышала, как хлопнула входная дверь. Одинокая слеза скатилась по щеке женщины, заставив напомнить ей, что она еще человек. Осознав, как ужасно поступила с Грэмом, Реджина подошла к окну, наблюдая, как удаляется от ее дома машина жениха. В участке сегодня пусто. Эмма взяла выходной – Генри так настаивал на этом. Локсли сидел за своим столом, постукивая ручкой по гладкой деревянной поверхности. «Какая скука!», - думал он, разглядывая серые стены, - «все отчеты сданы, ни одного задержания, все мирно и спокойно». Меряя шагами участок, Робин и не заметил, как в помещение ворвался его друг. Локсли поднял взгляд от пола и уставился на заходящего Грэма. Вид у него был понурый. Взъерошенные волосы, пустой взгляд – все это говорило о том, что в жизни мужчины произошло нечто плохое. Робин, видя лучшего друга таким, начал корить себя. - Реджина? – несмело предположил он, уставившись на шерифа. Тот лишь кивнул, рухнув на стул. Устало посмотрел на друга, попытался улыбнуться. Уголки губ приподнялись на мгновение, но тут же поползли вниз. Глядя на того, за кого он так вступался перед любимой женщиной сегодня утром, Грэм с надеждой произнес: - Поехали в бар. Работы все равно никакой нет. Робин хотел уже возразить, как вспомнил, что только что он ходил и мерил шагами участок, глядел на серые стены, перебрал все предметы на своем рабочем столе – но так и не нашел, чем заняться. - Хорошо, поехали! – с большим энтузиазмом проговорил Локсли. Уже сидя в машине, отвернувшись к окну, Робин размышлял о том, что именно в баре признается своему другу в страшном предательстве со своей стороны. Глядя на унылого Грэма, Локсли не знал, как преподнести ему эту новость. «Не могу же я сказать, мол, прости, друг, но я целовал твою невесту. Кстати, она ответила мне. Очень жаль, что мы предали тебя», - думал Робин, кусая локти. Когда они подъехали и зашли в бар, Локсли мигом повел друга к барной стойке. Успев заказать первую выпивку, Робин уже думал, после какого стакана он вставит свои слова. Размышлял, как будет оправдываться перед другом и клясться ему в том, что больше ни на шаг не приблизится к Реджине. Только вот сам Робин не верил во все это – прекрасно знал, что все равно не сможет забыть о той, что вскружила ему голову, будет ночами приходить к ней под окна и наблюдать издалека. «И забавно как – здесь столько красивых свободных девушек, а я влюбился в невесту лучшего друга», - все размышлял Локсли, сжимая в руках стакан с виски. Грэм, видимо, успел заказать еще. Это было выгодно для Робина – чем больше друг пьянеет, тем хуже он будет воспринимать информацию. Значит, сегодня они обойдутся без драк. - Расскажешь, что случилось? – задал вопрос еще Локсли, как только Грэхем начал пьянеть. - Конечно, - глупо улыбнулся он, похлопав друга по плечу. – Она сказала мне выставить тебя из города. Хочет, чтобы ты уехал. Но я не позволил ей… Грэм продолжал рассказывать, но Робин уже не слушал. Он твердо знал, куда отправится сегодня вечером. Белый особняк вновь встретил гостя холодно. Подходя ближе к двери, Локсли уже передумал заходить к хозяйке. Хотел придумать себе какое-нибудь неотложное дело, но такого не находилось. Тем более, он успел отвезти пьяного друга домой. Так что никаких планов на день не имелось. Пришлось смириться с участью и зайти на разговор к Реджине. Только раздался звонок, как обольстительная брюнетка открыла дверь. Обычно, нужно было звонить три-четыре раза, чтобы та соизволила подойти. Видно, женщина уже ждала кого-то. Только увидев Локсли за порогом, Миллс поспешила закрыть дверь, но сильная рука мужчины помешала. - Нужно поговорить, - твердо заявил Робин. - Не о чем, - процедила Реджина, не впуская гостя в дом. - Ты хотела избавиться от меня! – почти прокричал Локсли. Женщина опешила. Она уже не сдерживала дверь. Поняв, что Робин узнал информацию прямо из уст дорогого жениха, Реджина едва удержалась на ногах. Извиняться перед мужчиной она не хотела и не собиралась, но, чувствуя свою вину, серьезно огорчилась. - Почему? – задал вопрос Робин, делая шаг вперед. - Потому что я боюсь! – сдалась Реджина, отступая назад. – Все, что произошло между нами… Если Грэм узнает, то нашей с ним свадьбе конец. Женщина вытолкнула мужчину с дверного проема. Она могла бы долго объяснять, что у нее на душе, почему все так произошло, но не хотела. Слишком многое свалилось на нее – именно Робин сотворил все эти проблемы. - Ты должен уйти, - прошептала Реджина, опустив взгляд. Робин промолчал. Он так хотел сейчас прижать к себе эту хрупкую женщину, вновь почувствовать вкус ее губ, запомнить, как она пахнет. Жаль, что не мог сделать этого. Она воздвигала между ними стену, которую разрушить с каждым разом становилось все труднее. - Ах, какое счастье! – раздался приближающийся властный голос, который Робин уже слышал. Он обернулся и увидел перед собой мать Реджины – ту самую женщину, что одним движением руки подчиняла весь зал. Женщина широко улыбнулась дочери, но та лишь уставилась на нее, скривившись. Будто не заметив этого, дама прошагала к двери и обратила свой взор на стоящего рядом Локсли. - Реджина, дорогая моя, ты не познакомишь нас с этим человеком? – задала она вопрос дочери. - Нет, - отрезала Миллс, буравя мать взглядом. – Он уже уходит. - И все же, - остановила ее женщина. Они, казалось, с минуту пристально смотрели друг на друга. В конце концов, Реджина сдалась: - Это Робин Локсли, лучший друг Грэма. Я думала, он уже успел тебе рассказать про него. - Ах, мистер Локсли! – изумилась женщина. – Да, я что-то помню про Вас. Грэм хорошо отзывается о друзьях. Надеюсь, что Реджина сможет стать хорошей женой такому человеку. Робин почувствовал, словно кинжал в сердце вонзили. Он поспешил удалиться, чтобы не мешать разговору дочери и матери. - Что ж, до свидания, миссис Миллс, - решил попрощаться он с новой знакомой. - Кора, - улыбнулась она. – Мое имя – Кора.