Любовь на троих. Часть первая: Двоюродный братик

Комната у Игоря была в два раза просторнее, чем у Женьки и с двухъярусной кроватью, когда-то наверху здесь спал его старший брат. А в теперешней Евгениной комнате обитал дедушка. Но отец мамы умер несколько лет назад, и родители решили, что у братьев должен быть у каждого свой личный уголок. Тогда Игорю это показалось здорово, но сейчас он многое отдал бы за старую жизнь вместе с Женькой. За тихие вечера, когда старший братик утыкался в фантастику. За веселые дни, когда приходили его друзья и играли у них в комнате. Игоря никогда не выгоняли, ведь это была и его спальня. И вот на месте Жени будет жить этот смазливый сопляк, в детстве срущий, как слон, в штаны. — Ты будешь спать внизу! — Игорь поставил сразу своего кузена на место, а вдруг он еще и мочится во сне. Мокрому быть Игорю не хотелось. — Хорошо… — кивнул тот безэмоционально головой, соглашаясь. — Погоди, Мелкий, может, Ванечка хочет наверх! — осадил старший брат младшего. Игоря от этого «Ванечка» передернуло крупной дрожью, «Игорёчком» его Женька ни разу не назвал. Все Мелкий да Мелкий! — Тогда отдай сразу ему свою комнату! — рыкнул Игорь на Женьку, сжимая кулаки. Евгений смерил своего Мелкого взглядом и за шкирдяк вытащил наружу, зашвырнув в свою комнату, расположенную напротив. — Какие-то проблемы, Мелкий? — повысил он голос на Игоря. — Никаких! А у тебя? — ответили ему нагло, вот ведь в тихом омуте черти водятся. Ни видно было, ни слышно, а теперь! Евгений, смотря на Игоря, резко побледнел. — Прости, но ты ведешь себя как маленький ребенок! У Вани горе, и ему нужна наша поддержка, а ты ему грубишь. И какая муха тебя укусила? Игорь тяжело вздохнул, не говорить же и вправду какая. — Молчишь… Ладно, иди к нему и постарайся без грубости! — Хорошо… Но прекрати меня называть Мелким! У меня имя есть, — фыркнул Игорь, уходя к себе. Вечером решили лечь пораньше спать. Ваня, не стесняясь, стал раздеваться при Игоре, отвернувшись к нему спиной. Игорек сначала не обращал на него никакого внимания, чего он там не видел! А потом, подняв взгляд, уже отвести не смог. Ванечка без одежды был еще щуплее, чем казался в ней. Острые лопатки, ходящие ходуном, цепочка позвонков, жалко торчащих, стройные ровные ножки, как у девочки. А кожа… На коже Игорь и застрял, впиваясь взглядом в тонкую шею под взъерошенными волосами и, ощущая свой стояк, выпал из реальности. «У меня что, стоит только на братьев?» — пронеслась дурная мысль в голове. Оставшись в плавках, Ванечка напялил свою любимую красную футболку и, повернувшись к Игорю, попросил: — Ты… можешь сегодня… поспать со мной. Игорь, моргнув зелеными глазищами, рвано кивнул, он сидел на нижней кровати и, подтянув ноги, старательно скрывал свой стояк. — Ты не думай, я не писаюсь… уже давно… просто… — Ванечка сглотнул и тихо добавил: — Мне страшно и одиноко. Парнишка сейчас походил на колченогого аиста в своей свободной хламиде. Он уселся рядом с Игорем и, натянув на них обоих одеяло, доверчиво приник к Игоревой груди. Стук сердца старшего мальчишки его просто ошеломил. У Игоря сердце рвалось наружу, стуча в ушах. А тело автоматически подмяло робкого Ванечку под себя, он и сам не заметил, как стал выцеловывать тому шею и лицо, откровенно трясь о замершее тело парнишки. — Игорь… — прохрипел Ванечка. — Мне больно! Отпусти! До Игоря дошло, что он творит, только спустя какое-то время, и он, выпустив своего кузена, откатился в сторону. Ванечка как был в футболке, выскочил наружу из комнаты, обливаясь непрошенными слезами. Евгений, услышав шум, выглянул наружу и почувствовал, как к нему прижались всем своим хрупким телом. — Вань, ты чего? — он недоуменно обнял паренька и увел к себе. — Тебя Игорь обидел? — читая испуг мальчишки и какое-то непонятное выражение лица вкупе с красными ушами. Тот затравлено помотал головой, а затем выдавил: — Можно я у тебя сегодня… посплю. — Конечно! Женька залез на свою полуторку и, отогнув пригласительно одеяло, устроился у стены с книжкой, как раз под торшером. Он чувствовал, как это тонконогое чудо устроилось у него под боком и сладко засопело, упираясь острыми коленками в район его печени. «Надо же, как быстро уснул! — подумал Женька. — И чего они с Мелким не поделили?». Мама заглянула через полчаса, видно, потеряла гостя и, увидев умильную картину, улыбнулась: — Так он у тебя, значит! Уф, а я уж думала, сбежал за отцом. И Игорь молчит как рыба! — Мариночка уселась с краю постели и, подоткнув одеяло со стороны Ванечки, продолжила: — Ничего, если он у тебя поспит? Слава говорит, у него кошмары в последнее время. И он один спать не может. Правда, если он тебе мешает, я позову папу, и он унесет его к Игорю! Все-таки у тебя последний год в школе, нельзя, чтобы младшие братики мешали тебе заниматься. — Он не мешает. Не волнуйся мама, — улыбнулся Женя, он поправил голову паренька у себя подмышкой. — Пусть спит. — Жень, ты… это… — Марина потупила взгляд. — К Игорю будь более снисходительным. Сам понимаешь, у него сейчас такой сложный возраст, вспомни себя. А с его бунтарским характером — и подавно! — Ма, он вообще в последнее время себя странно ведет. Его одноклассник говорил о какой-то девице, может, влюбился? — Про девицу — вряд ли… — Марина закатила глаза. — А вот тебя он ревнует к Ване, это точно. Сам посуди, ты его вниманием никогда не баловал. А теперь тем более, так что придется тебе быть нежным и внимательным к обоим, а то иначе наломают твои братики дров, борясь за твою благосклонность. И, Женечка, не называй его Мелким, он от этого очень злится. Хоть внешне и не видно, но я чувствую. Ты же уже большой мальчик! Должен понимать. У него поллюции вовсю, боксеры каждый день меняет, скрывает, правда, от меня, но ведь, глупый, не знает, я же разбираю ваше грязное белье перед стиркой. А уж пятна спермы я могу отличить! Женька завис, как в вакууме. Неужели Мелкий настолько вырос, что уже спускает себе в штаны? Теперь понятно, откуда такая смена настроений и бешеный иногда взгляд. Когда он сам это испытал, ему было стыдно и непонятно. Тем более было одно но… Спустил он, впервые смотря, как моется в душевой его маленький братик… После этого случая он старался мыться первым, чтобы не искушать себя. Пытался трахаться с девушками, но… Одно зеленоглазое родное НО перекрывало ему все желание и сводило на нет все его любовные шашни! Как только он видел, как смотрит на него Игорь, девицы исчезали в неизвестном направлении в никуда. «Он маленький» — осаждал себя часто Евгений, отслеживая краем глаза непослушные пепельные вихры и покоцанный вечно носик. И всегда чувствовал, как его Мелкий следует за ним тенью, не отставая ни на шаг. Мама, вставая, поцеловала в висок своего старшего сына и нежно погладила вихры племянника. — Спите, уже поздно, — и, выключив торшер, пожелала: — Спокойной ночи! И перестань по ночам портить глаза своей дурацкой фантастикой. Игорь проворочался полночи и подскочил ни свет ни заря. Ваня обратно в комнату не вернулся. Он испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он ни о чем не жалел, прижимать горячее тело было приятно и волнующе, но с другой — ему было стыдно за прорвавшиеся наружу яростные эмоции. Если старшего брата он любил всем сердцем и хотел отдаться, лечь под него, то своего кузена он хотел прижать к себе и защищать… Вот ведь, а в раннем детстве его терпеть не мог! А еще самому ворваться в его пульсирующее нутро, раскинув широко тонкие ножки. Что там жарко и пульсирующе, бархатисто и классно, Игорь знал не понаслышке, он сам себя иногда во время дрочки подтрахивал сзади пальцами. Вычитал в одной порно-распечатке, найдя ее случайно в мужском туалете, и попробовал. Оргазм от этого был сильнее, только простату парнишка нащупать себе никак не мог. То ли длины пальцев не хватало, то ли умения и опыта. Он так рано никогда не вставал. И, выскользнув из своей комнаты, отправился искать пропажу. Нашел ее Игорь на обнаженной груди своего любимого старшего брата. Ванечка клубочком лежал на Женьке и смешно сопел. Выглядел в этот момент кузен как беззащитный встрепанный котенок. Игорь сжал кулаки и, проскрежетав зубами, вышел наружу. Его сильно шатало, а ревность волнами заполняла сознание без остатка и до конца. Да как эта мелочь посмела так по-хозяйски прижиматься к ЕГО Жене! Он шибанул кулаком об стену коридора и поплелся в душ. Женя меж тем открыл глаза, ему показалось, что кто-то входил в его комнату, в коридоре послышался странный глухой шум… Протерев глаза и, аккуратно выпутавшись от ручек Ванечки, он вылез из кровати и, потянувшись, решил помыться. Все равно сна уже не было, да и с этим угловатым кузеном не поспишь. Только острые локти, пятки и коленки чего стоили, паренек спал очень неспокойно. Взяв полотенце, Евгений, прихватив чистое белье, отправился в ванную комнату. Каково же было его удивление, когда в запотевшей кабинке душевой он увидел силуэт Игоря. Причем было видно, как паренек гоняет шкурку вдоль всего своего ствола члена, уткнувшись лбом в холодную кафельную стену. Женька открыл было рот, а после, захлопнув, тихо задвинул шпингалет, закрывая ванную изнутри. Он приспустил свои пижамные штаны, желание накатило остро, всепоглощающе. И, разведя сильнее колени, сам стал дрочить, смотря на своего мокрого среди клубов пара братика. Игорь кончил быстро, тихо застонав, прикусив руку. Этот стон был последней каплей и для Женьки, он почувствовал, как его член выплескивает пряную, белесую жидкость в ладонь. Евгений встал на подрагивающие ноги и, скинув спущенные до колен штаны на пол, подошел к душевой. Звук открывающейся кабинки испугал Игоря настолько, что тот отпрыгнул в сторону, резко ударившись плечом об стенку. — Ты чего как козлик прыгаешь? — ухмыльнулся Евгений, осматривая еще не опавший братиковый член. Тот был весь красный и в подтеках. — А ты вырос, я и не заметил! — он шагнул в душевую совершенно голый и прижался к горячему телу своего братишки, вода тихо падала на их головы, смывая следы страсти. Игорь дрожал в объятьях старшего брата и не мог ничего понять, почему вдруг тот обратил на него свое внимание. Да так, что и в мыслях своих представить не мог. — Ты приставал к Ване? — Женька впился в шею братика, оставляя откровенные засосы. — Я… — промямлил тот, чувствуя, как ему сминают ягодицы и пальцами, смоченными чем-то вязким, откровенно растягивают анус. — Если тебе нужен секс, то сделай это со мной. Ваня и так, как робкий зайчик, прыгает от каждой тени, — прошептали ласково на ушко и, развернув попой, скомандовали. — Обопрись на стенку и разведи ноги. Шире. Вот умница! А теперь оттопырь ягодички. Ох-ххх, — натягивая девственный зад на свой изнывающий стояк. Так здорово ему не было ни с одной девицей. Игорь, всхлипывая, дрожал в руках своего любимого, трясти его стало еще сильнее. — Потерпи… Сейчас будет легче, — Женька качнул бедрами, вызывая у братика откровенный стон. «Так вот оно, как по простате!» — подумал Игорь, видя белые вспышки перед своими глазами… Второй раз кончили вместе, младшему даже поддрочивать было не надо, слил только от глубокого траха в задницу. Женька утянул на пол своего маленького братика и, не выходя из него, прижал к себе! Дыхание выравнивали долго, а потом Женька зацеловал Игоря до потери сознания, аккуратно придерживая его подбородок снизу рукой. — Ты сладкий, мой Мелкий братишка, и такой там горячий… — пробормотал Евгений, он чувствовал, как его член наливается снова, распирая братиковый зад. — Ты ведь не будешь против попробовать еще? Он вышел из попки Игорька и, развернув его лицом к себе, снова натянул зад парнишки по самые яйца, закидывая мальчишечьи ножки к себе на талию. — Обними меня за шею руками, — скомандовал старший. — И держись! — он поднял Игорька, на весу придерживая за ягодицы, и, оперев его на стену душа, стал вытрахивать по новой, хлюпая похабно в раскрытом заду. — Ноги в лодыжках скрести на талии. Ох-ххх! Ух-ххх! Ну, родненький! Ну, сладенький! Моя конфетка… Женька между своими репликами глушил поцелуями откровенные стоны Игоря. Парень горел от страсти и вожделения, доставляя ему неслыханное удовольствие и срывая все предохранители. Как же он долго его хотел — всего, без остатка и только его! — Же-ня… Я… Ах-ххх! Больше не могу, — возбужденный член Игоря терся между мокрыми телами братиков и готов был выпустить новый заряд семени. — Кончай, мой мальчик! — Женька улыбнулся нежно Игорю и сам взорвался в его заду, ощущая спазм кишечника братишки, вызванный сильнейшим оргазмом. Они еще полчаса просидели на полу кабинки, тесно прижавшись друг к другу, горячая вода капала на их вздымающиеся рвано спины. — Ты меня к Ване не ревнуй, — вдруг выдал Женя, целуя своего братика в губы. — Он ко мне вчера прибежал и попросился на ночлег. Мама сказала, его кошмары мучают! — Я не ревную, — буркнул Игорь, пытаясь отодвинуться от этого красивого парня. — Ревнуешь, — не давая отползти и снова целуя. — Просто помни, я тебя люблю больше всего на свете! Игорь обалдело заглянул, не веря, в карие глаза напротив и прошептал, сам прижимаясь к Женьке: — Я тебя тоже, братик… Только… почему ты раньше ко мне был так холоден? — Боялся, вдруг не поймешь или напугаешься. Мы ведь оба парни и еще в придачу родные братья! — Мне все равно… — Мне тоже, любимый! Они успели только напялить одежду, как в дверь забарабанила мать. — Мальчики, вылазьте, вы не одни в доме, и туалет нужен всем! Ванечка уже полчаса под дверью. Мальчишки, бледные, вывалились наружу, в последний момент Женька успел повесить полотенце на шею Игоря, ибо та начинала цвести багровыми засосами. Кои не укрылись от взгляда внимательных синих глаз Ванечки, да и потом, странные звуки, доносившиеся из ванной, заставили паренька крепко задуматься. Чем же были так заняты его братики внутри?!