philemaphobia

- Ты станешь отличным врачом и спасешь много жизней – суетилась пожилая женщина, расправляя одежду высокого, худощавого юноши стоящего напротив зеркала. – Твои родители обязательно бы тобой гордились. – говорила она и капельки слез тихонько стекали по розоватой морщинистой щеке. – Ты уже совсем большой, как же быстро летит время. - Да бабушка, время летит очень быстро. – вторил ей Крис поправляя галстук. Сегодня был особенный день. День его выпуска из медицинской академии. С самого детства ему хотелось стать врачом, чтобы спасать жизни людей. Особенно сильно это желание проявилось в нем в тот день, когда у минивэна его родителей, возвращающихся из деловой поездки, отказали тормоза, и он вылетел с трассы на скорости 90 м/ч. Его отец погиб моментально, так как от удара об спинку кресла у него сломалась шея. Мать же, получив перелом пяти ребер, огромную гематому на затылке и осколочные ранения живота, скончалась по дороге в больницу от обильного кровоизлияния в мозг. Из-за халатности врачей, вовремя не придавших значения гематоме, и не сделавших трепанацию черепа. Но Крис не сердился на них, и не питал какой-либо злобы или жажды мести, наоборот. Он решил, что он станет лучшим, лучшим хирургом в стране и никогда не позволит пациенту умереть по своей вине. Выпускной прошел тихо. По крайней мере официальная его часть, на которой Крис присутствовал. В отличие от остальных сверстников, его совершенно не интересовали тусовки, вечеринки и пьяные скандалы. Наверно, поэтому и обучение он завершил на отлично. Получив рекомендации, он скорее направился домой, чтобы отпраздновать в кругу близких. Вернувшись в совершенно пустой дом, как это обычно бывает во время сюрпризов, он обошел его несколько раз. Но заглянув во все кладовки, за диваны и даже спустившись в подвал, он так никого и не обнаружил. Лишь на книжном столике в прихожей, лежал маленький желтый листок бумаги. «Уважаемый Кевин. Ваша бабушка попала в больницу. Ей сделалось дурно, и она позвонила в 911. Так как у нее проблемы с сердцем, мы приняли решение госпитализировать ее. Просим Вас обратится в справочный отдел и спросить врача Миранду Керр.» Холодный пот пробил его. Сбросив с себя пиджак и схватив ветровку, он быстро покинул дом. Длинный больничный коридор был освещен ярким светом люминесцентных ламп. По бокам были расставлены кушетки, коляски и инвалидные кресла. Больница была недавно отремонтирована и оборудована всем необходимым для посещения ее разными социальными группами людей. Крис быстрым шагом направлялся к справочному посту. Навстречу ему в инвалидной коляске проезжала девочка, лет семи с огромными голубыми глазами и довольно миловидным лицом. - Вы из Кореи? – спросила она глядя на Криса. Он был китайцем, но она навряд ли видела разницу между китайцами, корейцами и другими азиатами. – Почему вы здесь, ведь в вашей стране идет война, вы должны защищать своих близких. – серьезным тоном сказала она. - Мой папа уехал защищать вашу страну, и уже никогда не вернется, а вы ходите здесь как ни в чем не бывало. – на ее глаза навернулись слезы. Крис опешил от таких заявлений, и лишь молча смотрел, на рыдающую маленькую девочку, схватившую его за рукав. Это продолжалось около минуты. Маленькая белокурая девочка, и высокий худощавый брюнет, неподвижно смотрящие друг на друга. Послышался звук открывающейся двери, и через несколько секунд подбежавшая мед работница неловко извинившись уже увозила коляску в даль по коридору. Придя в себя Крис поспешил к стойке информации. -Миранда Керр. Мне нужная Миранда Керр. – выпалил он. - Вы наверно Кевин. Миранда предупреждала меня. Прошу Вас пройдемте. Ваша бабушка в палате 504. – она вышла из-за стойки, и они вместе проследовали к лифту. - Поднимитесь на пятый этаж. Третья палата по правой стороне от лифта. – она дружелюбно улыбнулась и нажала на кнопку вызова кабины. Она лежала на белой больничной кровати, слегка согнутой у изголовья. Находясь в полу сидячем положении. Она открыла глаза. - Крис, внучек. Как я рада, что ты здесь. Я так испугалась что больше тебя не увижу. – она вытащила из- под одеяла хрупкую дрожащую руку, и потянулась в сторону юноши. - Бабушка, не говори глупостей. – он легонько сжал ее руку и присел рядом с кроватью. – Что с тобой случилось, я вернулся и никого нет. Увидев записку я так испугался, места себе не находил. – он тяжело выдохнул, разглядывая тонкие уголки морщинок на родном лице. - Не хотела тебе говорить…- тихо начала она. – Три дня назад, когда объявили итоги экзаменов, я получила это. – она потянулась к тумбочке, стоявшей рядом с кроватью. – Открой верхний ящик и достань конверт. Он бережно отпустил ее руку и подойдя к тумбочке, достал белый, сложенный пополам конверт. Достав вложенную в него бумагу, явно напечатанную и заверенную печатью, он начал читать. «Министерство обороны США. Гражданину Кевину Ву. Уважаемый Кевун Ву, как гражданин США, в соответствии с нашей конституцией и законами, Вы несете воинскую обязанность и воинскую повинность перед нашей родиной. В связи с тяжелой обстановкой в союзной стране, а именно, вооруженным конфликтом между Северной и Южной Кореей, мы вынуждены направить Вас, как полевого хирурга, на помощь союзным силам. Просим Вас, в течение четырех дней, явиться с вещами в местный уполномоченный орган по милитаризации. Ответственный представитель: Рональд. Дж. » Он решил перечитать еще раз, как вдруг почувствовал прикосновение к своей руке. Убрав бумагу он бросил взгляд на безутешную бабушку. Из ее глаз лились слезы, а слабая рука все сильнее сжимала его пальцы. - Мой милый Крис, мой маленький внук. Это проклятое государство, опять обрушивается на нашу семью. Сначала они забрали у нас твою маму, а теперь хотят и тебя у меня забрать. – утирая нескончаемые слезы, сокрушалась старушка. - Бабушка. – тихо промолвил Крис. Я обязательно буду рядом, я не брошу тебя, ты все что у меня есть. В департаменте скорее всего ошиблись. Я схожу и попробую убедить их, что не могу оставить тебя одну. Тебе нельзя переживать. Все будет хорошо. – он тихонько прикоснулся губами к ее лбу и прижался к ее щеке, чувствуя, как горячие слезы стекают из ее глаз. Она прижала его к себе что есть сил. Слабые руки крепко обхватили его шею, а теплое дыхание шептало. – Не ходи, не ходи туда. Если ты уйдешь, то больше не вернешься. А я не смогу жить без тебя. Я слишком стара и одиночества я не вынесу. Ты, вся моя жизнь. Это проклятое государство убьет тебя, а без тебя, мне незачем находиться на этом свете. Пожалуйста, мой мальчик, послушай свою старую бабушку и не ходи в этот проклятую змеиную нору. – продолжала она, как вдруг ее тело дернулось, а руки отпустили шею и упали без движения. Голова беспомощно рухнула на подушку. Только глаза, со льющимися из них слезами, все так же смотрели на него, словно крича «Не уходи». На кардиомониторе, линия сердцебиения резко преломилась и раздался громкий и раздражительный писк. Через несколько секунд в плату вбежала мед сестра, а следом за ней и дежурный врач. Буквально вытолкав сопротивляющегося Криса из палаты, они ввели ей лекарство и закрыли дверь. Двадцать минут ожидания, у закрытой двери тянулись словно целая вечность. Первым вышел врач. - Юноша, я конечно все понимаю, но это наша работа и нужно уметь покидать помещение, когда Вас просят, а не мешать и лезть драться с персоналом. – сказал мужчина в белом халате, потирая правое плечо. – У нее остановилось сердце, не знаю, о чем вы там разговаривали, но постарайтесь больше не расстраивать ее. Ей нельзя нервничать. Левый желудочек ее сердца слишком изношен, и боюсь, что еще одного приступа она просто не переживет. – Ах да сегодня вы можете здесь не сидеть, сестра ввела ей дозу успокоительно, так что она пробудет в царстве Морфея, как минимум до завтрашнего дня. – улыбнувшись, он похлопал Криса по плечу, и двинулся по направлению к медицинской сестре, которая ожидала его возле поста. Ровно в 9 часов утра, Крис уже находился в вербовочном пункт штата Пенсильвания, и читал прикрепленный к двери кабинета, листок. - Кевин Ву? – спросила девушка, из открывшейся напротив двери. - Да, это я. – уверенным голосом ответил Крис. - Пожалуйста, пройдемте со мной. – она кивнула в сторону, и они двинулись вперед по длинному узкому коридору. Дойдя до самого конца, она вставила ключ в массивную железную дверь, открыла кабинет, зажгла свет и велела присаживаться на стул, стоящий посреди комнаты. - Ожидайте, к вам скоро придут. – улыбнувшись, она покинула кабинет. Обстановка была типичная для таких заведений. Не считая стула на котором сидел Крис, в комнате так же был стол, за которым стояло еще три стула, и шкаф для папок. - А Вы, я смотрю, в последний срок все делаете. – усмехнулся пожилой мужчина вошедший в комнату. По его выправке, было видно, что он военный. - Здравствуйте. – неуверенно произнес Крис. -Отставим разговоры юноша. Слушать меня – это все, что от вас требуется. – он отодвинул стул и присел за стол. - Кевин Ву, 1986 года рождения, 20 лет, не женат, детей нет, живет с бабушкой. Окончил медицинскую академию, по специальности хирург общего профиля. – довольно потирая руки, мужчина посмотрел на Криса и спросил – Все верно? - Да. – ответил Крис. – Скорее всего тут какая-то ошибка, меня не должны призывать, я единственный, кто может позаботится о моей бабушке. – начал было Крис, как мужчина тут же прервал его, громко захлопнув папку. - Хорошо. Раз все верно, значит отправляем завтра, в семь утра. Как раз есть одно свободное место. – он открыл дверь, и ухмыльнувшись еще раз взглянул на парня, недоумевающе смотрящего перед собой. Железная дверь закрылась, пара оборотов ключа, и Крис остался наедине со своими мыслями. «Наверно. Стучать в эту дверь бессмысленно – все равно никто не услышит. Как они могут так поступать? А как же бабушка, я должен навестить ее. Узнать, что с ней все в порядке.» Лопасти вертолета с гулом разрывали горячий летний воздух. Он приземлился на окраине Сеула, возле так называемого командного пункта объединенных войск. Кругом были расставлены палатки. Люди, бегающие вокруг, суетились и что-то кричали друг другу. Палатка номер восемьдесят три, прочитал Крис на своем приписном листке. В палатке помимо него было еще четверо человек, но ему не было до них дела, он не собирался ни с кем знакомиться. Бросив сумку, он присел на спальный мешок и принялся изучать, выданную ему карту. Еще в вертолете, он решил для себя, что не будет помогать людям, которые так поступают с ним и его семьей. В его планах было одно. Поскорее дождаться ночи, и в темноте скрыться как можно дальше от пункта дислокации. А уж там он придумает, как вернуться обратно домой. Благо он был предусмотрителен, и взял собой пластиковую карту, оформленную еще на его отца. Он знал, что бабушка каждый месяц откладывала на нее деньги, чтобы однажды купить внуку достойный подарок. Теперь, этим подарком, станет его возвращение к ней. Стемнело. По сравнению с днем, ночи здесь были довольно прохладными. Набросив куртку он вышел на улицу. Где-то вдалеке лаяли собаки. В паре десятков метров, кто-то явно копошился в палатке. Тихим шагом он двинулся в сторону туалета. Площадь дислокации была разделена на 4 сектора, в каждом секторе находилось около 20 палаток. Туалет был один на всех, и находился в крайнем левом углу от входа в зону проживания. Периметр был обтянут колючей проволокой, с висящим на ней предупреждением «Под напряжением!». Крис знал, что никакого напряжения на самом деле нет. За день, проведенный здесь, он узнал у старожилов, что охрана сама любит отлучатся с постов, и что под местной «уборной» есть вырытый еще год назад, лаз, которым многие не брезгуют воспользоваться. Он бежал так долго, что потерял счет времени. Хотя он и ушел налегке, его ноги ужасно гудели и совершенно не было сил, чтобы искать убежище. Хотелось пить, но в сумке, висящей через плечо, были лишь медицинские принадлежности, выданные ему как полевому врачу и карта местности. Если честно, ему было плевать где он и что с ним, его мозг все еще отказывался вспоминать последние часы его жизни. Он помнил, как вылез в лаз, как бежал мимо серых домов, в которых до сих пор кое где горел свет. Помнил, как добежал до телефонной станции и судорожно просил набрать номер окружной больницы Монтгомери в штате Пенсильвания. И только сейчас он вспомнил, как услышал на том конце провода. «С прискорбием должны Вам сообщить, что вчера 2 августа 2006 года, в 8.46 утра, у вашей бабушки случился очередной сердечный приступ. Наш персонал старался сделать все возможное, для ее спасения. Но увы, ее сердце было слишком слабым, поэтому спасти ее не удалось. В 8.50 ее сердце остановилось, и она умерла. Приносим Вам наши искрение соболезнования.» Ударив себя кулаком в грудь, он пообещал, что больше никогда не вернется в эту страну, страну которая так обошлась с ним. Слезы хлынули из его глаз и не в силах сдерживаться, он присел схватившись за голову и издал дикий крик. Который словно выстрел, разорвал ночную тишину. Начался дождь, и крупные капли предательски колотили его, словно само небо, плакало вместе с ним. Он упал в грязь и лежал, лежал под проливным дождем, словно укрываемый его непроницаемой стеной, от этого прогнившего мира. Лишь гудок проезжавшей мимо машины заставил его подняться, и бросится прочь. Свернув в первый по дороге разрушенный дом, совершенно опустошенный, он запнулся и скатился по лестнице вниз. Сил встать не было. Нащупав поблизости стену, он прислонился к ней и уснул. Проснулся он от того, что кто - то, яростно тыкал ему в лицо. -Вставай, здесь нельзя спать. - слышалось рядом. Открыв глаза, он увидел перед собой сидящего на коленях парня, лет тринадцати, не больше одетого в лохмотья. На его чумазом, но милом лице, царило полное безразличие. Не успел он открыть рот, как совсем рядом раздался взрыв и здание затряслось. Парень инстинктивно пригнулся, но тут же схватив его за руку рванул к выходу. На улице выла серена, люди кругом бежали и падали, женщина с двумя детьми, махала руками и громко звала на помощь. Кто-то лежал, обхватив голову руками. Дети плакали. Царил полнейший хаос. - Туда, - крикнул парнишка и что есть мочи припустил к кустам на другой стороне дороги. Отодвинув тяжелый канализационный люк, он спрыгнул вниз, но зацепившись за проволоку расцарапал себе плечо. - Скорее, нельзя чтобы его заметили. – подгонял он замешкавшегося Ифаня. Они сидели у теплой канализационной трубы и ели сухой паек, найденный в армейской сумке. Крис обработал порезанную руку спасшего его парня, и хорошенько перемотал ее бинтом. Сверху доносились звуки бомбежки и вой сирены. - Теперь с твоей рукой все будет в порядке, надеюсь ты не получил заражение. Надо быть аккуратнее, здоровье- это не шутки. – сказал он, глядя на чумазого спасителя. - Тао – монотонно пробормотал он, и протянул маленькую грязную ладонь. - Ву Ифань – с улыбкой произнес Крис, и пожал ее. __________________________________________________ Благодарю публичную бету :3