Что-то страшное грядет

Дэрил провел ночь один в своей комнате в раздумьях. Бет пыталась протестовать, но он не хотел рисковать нанести её лодыжке еще больший урон. Он уже привык спать вместе с ней, и теперь ему показалась очень сложным засыпать в одиночестве, особенно в свете недавних событий. Дэрил встал очень рано и направился в здание склада. В нем была сложена лишняя мебель и старые матрасы, снятые с коек. Также там находилось небольшое помещение, которое Дэрил приспособил для себя и ходил туда иногда, чтобы побыть одному в тишине. Он собрал там кое-какие инструменты, подобранные на вылазках, и разложил их на столе у окна. Он разломал старую мебель и сейчас шлифовал отдельные части, чтобы соорудить крест для могилы Саши. Используя веревку, Дэрил связал ей две части вместе, чтобы крест держался, и затем посмотрел на то что у него вышло. Это было немного, но Дэрил никогда не был плотником или строителем. Он даже не был уверен, что ему было нужно это делать. Он не спросил Тайриза, возможно тот хотел бы сделать это сам, а просто сделал и всё. Удовлетворённый результатом, Дэрил взял крест, вышел из здания и направился к могиле Саши. Они похоронили её в тени деревьев маленькой рощи, недалеко от парковки. Зловонный дым от сожженных тел мертвецов всё еще наполнял воздух. Дэрил дошел до могилы и установил крест у изголовья. Он никогда не был религиозным человеком, и, не зная, что еще сделать, Дэрил просто кивнул и направился обратно к зданиям.

* * *

Тайриз проснулся, всё его тело болело и сводило судорогами. Он медленно пришел в себя и вспомнил, как заснул в лазарете, на очень маленькой койке. Мысли о Саше и вспышки воспоминаний о её разорванном этими монстрами бездыханном теле вновь заполнили его голову, от чего она заболела еще больше. Он все еще не мог до конца поверить в то, что его сестры больше нет и в тот факт, что его не было рядом, чтобы попытаться спасти её. Он подвел её как брат. Тайриз склонил голову, когда эмоции снова нахлынули на него. Дверь в комнату открылась и внутрь зашел Хершел, который удивился, когда увидел Тайриза, сидящим на краю кровати. - Доброе утро. Я предполагал, что ты будешь спать еще некоторое время. Я дал тебе довольно большую дозу успокоительного, но ты все же большой парень и видимо этого было недостаточно, - сказал Хершел, подходя к нему. - Я вам благодарен. Без этого я бы наверняка вообще не заснул, - Тайриз шумно вдохнул. – Я подвел её. Хершел сел рядом с Тайризом на кровать. – Ты любил её. И мы все любили. Вы вместе прошли долгий путь. Нужно помнить, что даже в таком холодном мире как сейчас, Господь все еще принимает решения, и Он решил, что время Саши пришло. Тайриз кивнул. Он понял, что пытался сказать Хершел, и ценил его поддержку. - Я просто чувствую, что мог бы спасти её, если бы был там. Никому нельзя было пить, особенно на вахте, - сказал он с небольшой злобой в голосе. Хершел поразмыслил над его словами. Всё же это были его дочь и зять, кто был виноват в случившемся. - Это так. Мэгги и Гленн сделали очень большую ошибку, и теперь им придется с этим жить. У каждого шага есть свои последствия. Я люблю их обоих очень сильно, но это не оправдывает их поведения. Они взрослые люди и должны были знать что делают, - сказал Хершел. - Я хочу увидеть её, - произнес Тайриз. Хершел кивнул. – Хорошо. Её похоронили под двумя большими вязами недалеко от парковки. Это красивое место и ей там будет спокойно. Тайриз встал на ноги и протянул руку Хершелу. Хершел пожал её. - Спасибо. Вы хороший человек, Хершел, - сказал Тайриз и вышел.

* * *

Тайриз без труда нашел место, где была похоронена Саша. Земля на могиле всё еще была свежей, и кто-то соорудил и поставил там крест. Прохладный ветер коснулся его лица, Тайриз обронил несколько слез. Он тяжело опустился у креста и просто смотрел в пустоту. Он вспомнил, как еще до апокалипсиса Саша часто любила ходить за ним хвостом, куда бы он ни отправился, и как после него их связь стала еще только сильнее. Внезапный шорох сухих листьев оторвал его от этих мыслей, он обернулся и увидел Мишон. - Я не хотела мешать, - сказала она. – Я не знала, что здесь кто-то есть. - Ничего. Я не против компании. Саше бы понравилось, что все выражают свое уважение. Мишон пристально посмотрела на него, прежде чем заговорить. – Тяжело терять родных. Особенно, когда это происходит так.. ужасно. Ты не должен себя винить. Прокручивая этот момент у себя в голове снова и снова, ты не вернешь её, и она не сможет покоиться с миром, зная, что ты переживаешь. Тайриз поднял на неё глаза. Это был первый раз, когда он по-настоящему смотрел на Мишон. Она была загадкой для большей части их группы, и всегда держала всё в себе. Он знал о ней еще меньше остальных, потому что он был с ними не так долго. Она была сильной женщиной, и он уважал её за это. Мишон была по-своему красивой. Он подвинулся. – Присаживайся. Она, кажется, замешкалась на несколько секунд, но после сняла с себя катану и положила рядом с собой, когда села. Некоторое время они сидели в тишине, ветер свистел среди деревьев. - Ты тоже кого-то потеряла? – внезапно заговорил Тайриз. Мишон резко на него взглянула и кивнула. – Я потеряла свою семью. Моих братьев. Моего мужа. - Мне очень жаль. Так тяжело терять родных, - тихо сказал он. - Да. Нужно оставаться сильным. Оставить их в своем сердце, никогда не забывать, но двигаться дальше, потому что это то, чего они бы хотели, - сказала она. Тайриз задумался на несколько минут. – Ты умная женщина, Мишон. Она улыбнулась. – Я совершила много ошибок. Ты просто на них учишься и надеешься больше их не повторить.

* * *

Рик ходил взад и вперед перед охранной будкой. Он связался по рации с Кэрол и попросил, чтобы Гленн и Мэгги встретились с ним здесь. Ему нужно было поговорить с ними о том что случилось, но он не был уверен с чего начать. Он остановился и заметил, как они медленно приближались к нему. - Кэрол сказала, ты хочешь нас видеть, Рик? – спросила Мэгги. Рик посмотрел на Гленна. Молодой человек выглядел ужасно. Он был жутко бледный, а под глазами виднелись огромные синяки. Он не смотрел на Рика. Мэгги выглядела не лучше, но не была такой бледной. Рик вздохнул. Это будет тяжело. - Вы понимаете, что то, что случилось вчера, не должно случиться больше никогда, - начал он. Они кивнули. – Я снимаю вас с вахты до дальнейшего решения, и вы не поедете ни на одну вылазку, пока я не решу, что вам можно. Гленн все еще стоял молча, а Мэгги смотрела ему в глаза. – Это была случайность. И мы очень сожалеем об этом. Рик снова зашагал из стороны в сторону. В нем просыпалась злость. Чем больше Гленн молчал, тем больше Рик хотел получить от него хоть какую-нибудь реакцию. - О чем вы думали! – внезапно воскликнул он. – Мы потеряли человека! Она погибла. Такого не должно было случиться. Вы должны были быть умнее! – кричал Рик. Тогда Гленн поднял глаза. – Это моя вина. Не кричи на Мэгги. Я принес алкоголь. Я уговорил её выпить. - Это чушь! Вы оба отвечаете за свои действия. Теперь мы потеряли человека, и я должен вас за это наказать. Ты это понимаешь? – шипел Рик. Он был в сантиметрах от лица Гленна. - Я прекрасно это понимаю, - ответил Гленн сквозь сжатые зубы. – Такого больше никогда не случится. Даю слово. - Мы совсем не спали. Мы сделаем всё что в наших силах, чтобы как-то загладить свою вину, - добавила Мэгги. Слезы бежали по её щекам. – Саша была нашим другом тоже. - Давайте просто надеяться, что Тайриз сможет вас простить. Нельзя позволить этому разбить нашу группу. Я слежу за вами обоими, - указал на них Рик. Он провел рукой по волосам. - Вы прощены, - пробормотал он.

* * *

Гленн никогда не чувствовал себя более ничтожным, чем сейчас. Он знал, что он облажался. То, что началось как безобидный вечер веселья, закончилось утром, полным ужаса. Самым ужасным было то, что из-за него погибла Саша. Он и Мэгги молча возвращались обратно к столовой. Он знал, что она снова и снова прокручивает этот момент к своей голове, потому что выражение её лица продолжало меняться. Гленн остановился, когда они были во дворе. Мэгги прошла несколько шагов вперед, пока заметила, что его не было рядом с ней. Она подошла к нему. - Ты в порядке? – спросила она, наверное, в сотый раз. - Нет. Я. Не. В порядке, - Гленн произносил каждое слово отдельно сквозь сжатые зубы. Мэгги отпрянула от его злости. – Я просто спросила, - тихо сказала она. Гленн немного смягчился. – Мы облажались, Мэгги. Мне не следовало брать эту бутылку и позволять нам напиться. Он сел на бетонную скамейку и взялся за голову. Ему хотелось рвать на себе волосы. Рик был странным образом спокоен по началу, а затем он буквально взорвался в ярости. Он знал, что Рик сейчас испытывал большое давление и стресс. Он чувствовал себя как ребенок, которого отчитывали за то, что он задержался на вечеринке. Не то чтобы он этого не заслуживал. Это точно не был одним из его блестящих моментов. - Ты прав. Но в этом виноват не только ты один. Я не должна была пить, но пила. Мы слишком расслабились. Как думаешь, Тайриз когда-нибудь простит нас? – прошептала она. Гленн пожал плечами. – Не знаю. Я не буду его винить, если не простит. Я не уверен, как он отреагирует, когда всё это обрушится на него. Мэгги не знала что на это ответить, поэтому не сказала ничего.

* * *

Этим утром Кэрол готовила небольшой завтрак из овсянки, не зная, кто захочет прийти сегодня на завтрак. Пока что там сидели только Уилл, Хизер и Майк. Она их не винила, потому что они не знали Сашу так как остальные. Они ели в тишине. Кэрол сделала миску каши себе и Джудит и подсела к ним. Джудит с радостью проглатывала овсянку, так быстро, насколько её могла кормить Кэрол, и Кэрол улыбалась, глядя, как Джудит счастливо ухмыляется. Пока что она не замечала того что происходило со всеми остальными. Она была очень счастливым ребенком, и Кэрол была намерена сохранять её невинное детство невинным настолько долго, насколько это было возможно. Вчера, когда она просчиталась и ударила ходячего в плечо, а не в голову, она думала, что погибнет. Она почти хотела умереть, если бы не лицо Джудит, которое заставляло её продолжать бороться. Её силы были на исходе. Но тогда появились Дэрил и Бет, и Дэрил еще раз спас её жизнь. Она вздохнула и заставила себя съесть еще одну ложку овсянки. Она не наслаждалась едой, а просто действовала на автопилоте. Кэрол была одинокой. Ей не хотелось признаваться в этом самой себе, но это было так. Она не была по-настоящему близка ни к одному члену группы. Конечно, она любила каждого из них по-своему, но ей часто было не с кем поговорить по-настоящему. Иногда она разговаривала с Джудит, когда никого не было рядом, и Джудит смотрела на неё так, словно она понимает, и даже лепетала что-то в ответ. Кэрол переживала за Тайриза. Она знала, что это только вопрос времени, прежде, чем у него пройдет шок, и он пойдет к Гленну и Мэгги. Она не думала, что он причинит им боль, он был не таким, но ему точно будет что им сказать. Она думала о Рике, и как он только вступил обратно на роль лидера, а теперь случилось вот это. Он только снова стал самим собой, и она надеялась, что это не вернет его обратно к безумству. Она всегда смотрела на Рика как на сильного человека. Он немного пугал её из-за его полицейского прошлого. Она держалась от копов подальше до всего этого, когда Эд избивал её. Она боялась привлекать внимание. Эд нашел бы отличное оправдание насчет того, откуда у неё синяки, и когда всё бы улеглось, побил бы её еще сильнее. Но Рик был другим. Несмотря на то, что он прошел через тяжелые времена, после того как умерла Лори, у него все еще было доброе сердце, как у Дэрила. Такие мужчины были большой редкостью в жизни Кэрол.

* * *

Бет была расстроена, что Дэрила не было в своей комнате, когда она проходила мимо. Она понимала его волнение прошлой ночью по поводу её лодыжки, но в то же время ей сильно его не хватало. Она долго не могла без него заснуть. Она привыкла протягивать посреди ночи руку и чувствовать его тепло и ласку. Он стал для неё скалой, защищающей её в тяжелые времена. Бет также узнала, как это трудно, передвигаться по базе на костылях. Она начинала понимать, как, должно быть, тяжело было её отцу. Она никогда не ругалась, хотя сейчас ей и очень хотелось, Бет прикусила губу и начала спускаться по ступенькам вниз. До земли оставалось совсем немного, когда она просчиталась с последней ступенькой и почувствовала, что падает. Зная, что она ничего не может сделать, Бет приготовилась к удару. Холодные руки обхватили её за талию, и она почувствовала, что восстанавливает равновесие. Повернувшись, она увидела Карла. - Спасибо, - сказала она. - Всегда пожалуйста, - ответил он. – Думал, приду проверю как ты. - Я в порядке. Более менее. Где все? – она окинула взглядом двор, но никого не заметила. - Да где-то вокруг. Папа у охранной будки, а Дэрил обходил заборы последний раз, когда я его видел. Насчет остальных не уверен, - ответил Карл. - Оу. А ты как? – спросила его Бет. Она поежилась, и Карл снова придержал её, чтобы вернуть ей устойчивость. - Может тебе стоит сесть? – спросил он. Бет кивнула. – Наверное, это хорошая идея. Я все еще не привыкла к этим штукам. Он помог ей опуститься на ступеньку, и она похлопала рядом с собой. – Садись. Расскажи, как ты. Карл сел и начал крутить в руках прут, который нашел на земле. – Ты имеешь ввиду Сашу? Я в порядке. Я не так хорошо её знал, понимаешь? Бет молчала. – Не только Сашу. Мне было просто интересно, как ты в целом. Последний раз когда мы разговаривали, ты сказал, что тебе бы хотелось, чтобы здесь был кто-то, с кем бы ты мог поговорить и провести вместе время. Я просто хочу, чтобы бы ты знал, что ты все еще можешь поговорить со мной. Ну, знаешь, если надо выговориться, - предложила Бет. Карл посмотрел на неё. – Я не могу говорить с тобой обо всём, - он выделил последние два слова. Бет покраснела. – Конечно нет. Но ты можешь поговорить со своим папой или Дэрилом. Или даже с Уиллом. Кстати, как он держится? - Ему уже лучше. Иногда он становится очень тихим и хочет побыть один. Иногда я пытаюсь поговорить с папой, но ему нет до этого дела. Он не проводит со мной время, как раньше. - Он пытается, Карл. Дай ему время. Все прошли через многое, чудо, что мы все не сошли с ума, - Бет вытянула ноги. Было холодно, и сквозняк делал только хуже. Бет было прохладно, но на солнце было так приятно, что ей не хотелось двигаться. - Да в любом случае, какой в этом смысл? Мы просто застряли здесь без цели и надежды. Застряли в этой временной петле, переживая один и тот же день снова и снова, только с другими смертями. Это как видеоигры, в которые я раньше играл. У нас немного вариантов, прежде, чем мы начнем повторяться. Одно неверное движение и игра закончена, - сказал Карл. Бет посмотрела на него и задумалась, как изменить ход его мыслей. Он и Джудит были единственными детьми здесь, и Карл уже становился подростком. Ей было жаль Джудит. Если Карл стал настолько озлобленным на жизнь уже сейчас, то какое будущее ждет Джудит? Она снова поежилась, но на этот раз не от холода.