Hex

Я закрыла глаза Рэнди рукой. Не могу поверить, что он умер. Он умер. И я причина этому. Но я лишь защищала себя от него. Это ведь не должно расцениваться, как убийство, да? Я посмотрела на потолок, слезы стекали по моим щека, а мир вокруг меня продолжал рушиться. Я пыталась защитить себя от него, от моего бойфренда, который вдруг из милого и заботливого превратился в злого и опасного. И я все еще не знаю, что могло послужить тому причиной. Дьяволом может быть кто угодно, милая. Гарри имел в виду, что Рэнди тоже дьявол? Этого не может быть, он не демон, ведь так? Я вздохнула и вновь посмотрела на спокойного парня, но уже не моего. – Рэнди, – сквозь слезы, задыхаясь, сказала я, помещая руку на его щеку. – Прости. Пожалуйста, прости меня. Я наклонилась, чтобы последний раз поцеловать его. Вставая, я слепо пошла по лестнице, чтобы найти что-то, чем можно было бы накрыть его тело. Я зашла в свою комнату, когда идея появилась в моей голове. Схватив одеяло, я спустилась вниз и подошла к его мертвому телу, попытавшись поднять его, но ничего не вышло. Это оказалось не таким простым, как мне представилось сначала. Я имею в виду, парень весит, как два деревянных ящика, полных камней. Легче сказать, чем сделать. После того как я обернула его тело в ткань с ног до головы, я решила вынести его из дома куда-нибудь далеко. Смотря на мертвое тело в его собственной крови, я снова заплакала. Он был самым милым бойфрендом, он всегда был рядом со мной в трудную минуту. До того случая сегодня. Я позволила своему тупому воображению разыграться и представить, что он – это Гарри, что хуже, я произнесла вслух имя Гарри. Я разбила сердце Рэнди, заставила его думать, что больше не люблю его и изменю ему однажды, потому что он был самым скучным человеком на Земле. Рэнди заслуживал лучшего, он заслуживал кого-то, кто будет любить его всем сердцем. Кого-то, кто не я. Кого-то, кто однажды не изменил бы ему. А теперь он не в состоянии познакомиться с кем-то, потому что я убила его. Еще одна слеза скатилась по моей щеке, я быстро смахнула ее. Я пошла в кухню за шваброй, чтобы вытереть пятна крови. Даже если у меня расплывчатое зрение, кровь видна отчетливо, она сильно привлекает внимание. Следы крови с трудом исчезли после того, как я вытерла все дочиста. Я еще раз принюхалась: кровью больше не пахло. Не считая остатков, которые все еще были на орудии убийства. Я схватила нож с пола, обтирая его тканью. Думаю, его нужно похоронить вместе с Рэнди. Я зашла в кухню и попыталась вернуть все, что было в беспорядке пошле нашей ссоры на свои места. Ну, я попыталась, что не столь ужасно для человека с плохим зрением. Все было убрано и на месте, и родители ничего необычного не заметят, когда вернутся. Все, что мне нужно сделать – вытащить стремянку через окно моей спальни. Я подошла к телу Рэнди и попыталась перенести его, но это не сработало, как и в первый раз. Я вздохнула – это невозможно. Поэтому я перетащила его тело к порогу и пошла по дорожке на задний двор, где, я знаю, мама кое-что хранит. Мама и папа проделали отличную работу, заставляя меня запомнить каждую часть дома, поэтому я не потеряюсь. Я помню, как мама ходила по саду на небольшом заднем дворе, когда купила принадлежности для садоводства и тачанку. Я думаю, она была бы не против, если я украду все это на некоторое время. К счастью, задний двор был хорошо освещен, но я все еще не могу видеть ясно. Я протянула руки и начала шарить ими всюду, чтобы найти тачанку или стремянку папы. Лестницу найти было просто, это одна из самых замечаемых вещей, потому что сделана из блестящего металла. Я аккуратно подняла ее и решила приставить к окну своей комнаты. Моя спальня была единственной освещенной комнатой наверху. Я вскоре нашла нужное окно и приставила стремянку. После этого я вернулась к поиску тачанки. Когда моя рука нащупала холодный металл и две ручки, мне захотелось крикнуть "бинго!". Внутри нее были какие-то инструменты. Я подняла их, они были тяжелыми. Я вдруг поняла, что это лопата, потому что от лезвия шла массивная ручка. Да, это поможет мне копать. Я успешно перенесла ее к порогу. Я глубоко вздохнула, перед тем как снова тащить его тело, и пошла медленно, затем поместила тело в тачанку. Теперь мне нужно просто перенести его куда-нибудь подальше отсюда и разместить там. Толкать тачанку с мертвым телом в ней было нелегко, особенно, когда не знаешь, куда идешь. На улице было холодно, ветер несносно дул, развевая мои волосы, залетающие мне в глаза, мешая видеть еще больше. Блин, почему же я не надела пальто и не собрала волосы, перед тем как идти? Ладно, потому что мне нужно спрятать тело моего бывшего бойфренда и сделать это побыстрее. Непрошеные слезы начали течь по щекам, я глубоко дышала, продолжая делать то, что должна была. Я должна спрятать его тело. Я уже совершила несколько преступлений по нескольким идиотским причинам. Я сожгла дом Гарри и соседские дома заодно. Теперь я прячусь от полиции, потому что меня заберут в тюрьму, как только выяснят, что это я поджигатель. И все станет еще хуже, когда выясниться, что я убила обезумевшего парня, хотя я лишь защищалась. Но я знаю, что они не поверят мне, родители – тоже. Они смотрели на Рэнди как на какого-то героя. Если бы они только знали. От лица Гарри. Я смотрел, как Люсинда толкает тачанку, в которой лежало тело этого мертвого мудака. Сказать, что я удивлен тем, что она убила Рэнди, имея серьезные проблемы со зрением, ничего не сказать. Я ожидал, что она даст Рэнди полный контроль над собой, но я ошибался. Она в итоге смогла постоять за себя. Холодный ветер дул ей в лицо, ее волосы разлетались, но она продолжала катить тачанку туда, куда шла. – Молодец, милая, ты пережила это время, – я пробормотал себе под нос. – Я горжусь тобой. Тяжело дыша, я спрыгнул с высокого уличного фонаря, становясь простой тенью. Пронесшись мимо машин и деревьев, я решил последовать за ней. Она не двигалась очень быстро, может, кто-то видел ее. Но, учитывая, что все спят в это время, она везучая. Но повторюсь снова, не существует таких вещей вроде удачи или везения. Мои глаза расширились, когда она повернула налево: тот путь вел к мертвой части города. Она вообще понимает куда идет? Ах да, она, блять, имеет плохое зрение. Я уверен, она даже не подозревает, куда направляется. Я шумно вздохнул, когда превратился в черного ворона, и пролетел над ее головой, садясь на тело Рэнди. Она, должно быть, заметила, потому что нахмурилась. – Кыш! Прочь! – она прошипела, пытаясь согнать меня. Ей стоит пытаться лучше. И почему она думает, что я стану клевать его тело? Я взлетел и сел на ее голову, просто чтобы подразнить ее. Я услышал ее вздох. – Шикарно. Птица сидит на моей голове, словно я дерево или что-то неживое, – она пробормотала, но не согнала меня в этот раз. Если бы я был в своем обычном обличии, я бы усмехнулся. Вскоре она остановилась, запутав меня. Она что, просто бросит его тело здесь? Но Люсинда доказала, что я не прав, когда продолжила, пока не достигла мертвого конца. Я перелетел на верхушку уличного фонаря, возвращаясь в свое обычное состояние. Какого черта она собирается делать? Я сморщил лоб, когда она подняла тело с тачанки. Что эта девушка будет делать? Она схватила лопату, которую принесла с собой, и начала копать. Я смотрел, как она копает и копает, как будто завтра не наступит никогда. Я вдруг заметил, как что-то движется – это была рука Рэнди под тканью. Как этот сукин сын может быть все еще жив? Ладно, потому что он демон. Его не было всего несколько минут. Он вскоре начал дышать и пытаться вылезти. Люсинда ничего не заметила. Что будет дальше? Мне позволить этому выродку убить ее и закончить начатое? Идея убить ее была приятна мне, но не в случае если ее убьет зрелый демон. Я поднял руку, заставляя его тело парить в воздухе, не потратив и секунды, чтобы разорвать его глотку. Его тело упало, создавая громкий звук. Люсинда резко обернулась, никого не увидев справа от себя. Я мог слышать, как быстро бьется ее сердце. Она испугалась. Прекрасно. Это заставило ее копать быстрее, грязь начала липнуть к ее одежде и лицу. Когда яма, которую она сделала, была уже достаточно глубокой, Люсинда подняла тело Рэнди и бросила его вниз. Она взяла лопату снова и покрыла яму землей. Прошло несколько минут, прежде чем она закончила, потом тихо заныла. – Прости, Рэнди, я должна была хотя бы попытаться устроить тебе подобающие похороны, но никто не должен знать. Я закатил глаза, ей не должно быть жаль, потому что этот выродок был демоном, и его целью было лишь убить ее, чтобы задобрить своего хозяина. Я никогда не думал, что Рэнди – демон, до сегодняшнего дня. Я почувствовал темную ауру, но не достаточно слабую, чтобы можно было ее игнорировать. Как я и говорил, демоном может быть кто угодно. Люсинда перестала плакать и поднялась, затем пошла домой. Она должна была помнить путь домой. Не плохо для девушки с плохим зрением. Ее родители были дома, она тихо прошла мимо передней двери. Она оставила тачанку с лопатой на заднем дворе и медленно стала лезть по лестнице, которую она установила. Она почти поскользнулась, заставляя меня глубоко вдохнуть, но, к счастью, на своем пути она не сорвалась ни разу. Проклиная все подряд, она продолжила взбираться, пока не включила свет в своей комнате. – Ты знаешь, – я повернулся вправо и увидел его с ухмылкой на лице, – нет ничего плохого в том, чтобы оставить ее в живых. – Что это должно значить? – я спросил, не поняв. Он усмехнулся, потом поместил руку на мое плечо. – Она может жить, пока нужна тебе, парень, скажу я тебе. – Не говори мне, блять, в чем я нуждаюсь, – я огрызнулся, пялясь на него. – Она человек, я демон. Мы полностью разные, если ты такой слепой. Он усмехнулся. – Давай, парень. Вот в чем дело, Гарри: когда ты встретишь другого призрака и используешь девчонку в качестве оружия, все будет кончено. Ты можешь использовать Линду для своего собственного развлечения. – Она Люсинда, – я поправил. – И почему я вообще должен делать это? Мне достаточно ее страха. – У меня есть четыре причины, – он сказал. – Во-первых, она чертовски горяча. Во-вторых, она боится тебя. В-третьих, это то, что делают демоны. В-четвертых, она лучше, чем любая другая девушка в этом гребаном городе. Я закатил глаза и посмотрел в окно: – И что? – он откашлялся. – И она лучше, чем твоя последняя девушка, – он пробормотал себе под нос. И злость поразила меня, как вспышка. Я повернулся и резко схватил его за пиджак. – Не надо. Я имею в виду, никогда не вмешивай в это Мэртил, хорошо? – он поспешно кивнул, поднимая руки вверх. – Хорошо, хорошо, успокойся, чувак. Я отпустил его и вновь посмотрел в ее окно: свет теперь был выключен. – Так, в итоге, она для тебя? – он спросил. Я пожал плечами. – Я блять не знаю, – ответив, я превратился в тень и вошел в ее дом. Возвращаясь в свое нормальное состояние, я подошел к ее кровати. Она спокойно спала, но потом я нашел следы слез на ее щеке. Она плакала во сне. Я подошел ближе, чтобы быть лицом к лицу с ней. Лаская ее щеку, я поцеловал ее лоб. – Спокойной ночи, милая, – прошептал я и растворился в воздухе.