Hex

– Мы дома! – прокричал папа, входя в дом, на ходу стаскивая обувь. Я сделала то же самое. Мама, должно быть, готовит карри из курицы, я чувствую это по запаху. Могу представить этот невероятный пряный вкус. Мама вышла из кухни с улыбкой на лице. – Привет! Ужин уже почти готов! – она поцеловала папу в щеку, что вызвало у него широкую улыбку. – Итак, как твое обследование? – спросила она и тем самым удивила меня. – О, все нормально, я полагаю, – пробормотала я, снижая звук голоса с каждым словом. – Это приятно слышать, а что доктор сказала? – в этот момент ответил папа. – Она сказала, что Люсинда выздоравливает, если так дальше пойдет, она будет совсем здорова. – Я буду в своей комнате, – сказала я, не оборачиваясь, идя вверх по лестнице. Бросив сумку на пол в комнате, я тяжело вздохнула и легла на кровать, смотря в потолок. Если бы мы все еще жили в том доме, Гарри был бы здесь, на потолке. Улыбался бы зло мне, а кровь текла бы из его рта, пока он ел бы очередную птицу. И почему мне захотелось подумать об этом? Я прогнала странную мысль из головы, вставая, чтобы взять сумку и закончить домашнее задание. Я села на кровати снова и достала учебники. Как только я взяла ручку из пенала, она выпала из моих рук прямо на пол. Вздыхая от недовольство, я встала, чтобы найти ее. Наверно, она закатилась под кровать. Встав на колени на полу, я попыталась достать ручку из-под кровати. – Ну же… – вскоре я наткнулась на что-то деревянное, вызвавшее у меня любопытство. Не помню, чтобы я клала коробку туда. Пододвинув ее к себе, я вытащила ее. Я вскинула бровь, изучая ее. Коробка была очень старой, пыль была повсюду, и я сдула ее. Трогая ее, я рассматривала ее дизайн. Она казалась такой знакомой. На коробке было выгравировано сердце, я заметила инициалы. Д.С. Глаза расширились: теперь я вспомнила. Мои пальцы ощутили пыль, но, что удивило, что-то было вырезано на покрытии. – Рэнди, ты видишь рисунок? – я спросила, и он присмотрелся. – Это лозы винограда, а в середине сердце. И, посмотри, в центре сердца какие-то буквы, типа инициалы, Люси. – Инициалы? И какие? – я спросила, желая скорее разгадать секрет, интересно. – Это Д.С., Люси. Это та самая коробка, которую Рэнди должен был выбросить, я вспомнила, как попросила спрятать ее в моей комнате, потому что мне было интересно. Я хотела открыть ее. Да, она же закрыта. Я прикусила губу, пытаясь понять, где могут быть ключи. Если Рэнди взял ее на чердаке, значит, и ключи там. Поднявшись с пола, я принялась рыться в ящике стола, переворачивая всякий хлам, чтобы найти фонарик. Я проверила, работают ли батарейки, в глаза ударил легкий голубоватый свет. Выйдя из комнаты, я собиралась пойти по лестнице на чердак, но мама мне помешала: – Ужин готов, Люси! – вздохнув, бросив быстрый взгляд на лестницу, я потрясла головой и пошла в столовую. Мама расставляла тарелки; когда я вошла, она улыбнулась мне. А потом она увидела в моих руках фонарик и нахмурилась. – Зачем он тебе? – спросила она, а я просто пожала плечами. – Я искала шариковую ручку под кроватью, думаю, надо потом все же найти ее, – ответила я , оставляя фонарик на столе. Она посмотрела на меня так, словно я сумасшедшая, а потом продолжила свои дела. Потом папа вошел в столовую. – Мне кажется, кто-то использовал мою стремянку, – сказала он, привлекая к себе внимание. – Что ты имеешь в виду, Найджел? – Стремянка, на ней много грязи. Я помню, как мыл ее, а потом больше не использовал. – Я-я использовала ее. Они оба посмотрели на меня с недоумением. – Ты? – спросил папа, я кивнула, надеясь, что они быстро примут это за извинение. – Мне надо было починить окно, – не знаю, заметит ли что-то папа, но вариант с тем, что заметит, меня пугает. – Хах, это странно. Никогда не знал, что твое окно было сломано, – недоуменно сказал он. – Ты должна была сказать мне, – я пожала плечами. – Я подумала, что могу, в конце концов, починить его сама, – я нервно усмехнулась. – Ну, а почему оно было сломано? – спросила мама. – Один соседский ребенок бросил в него камень, поэтому мне надо было починить окно. – Да, ребенок, при том, что никто из твоих соседей не выходит из домов, засмеялось мое подсознание. – Да, ты должна была сказать нам, мы бы наказали того мальчика, – мама вздохнула. – Хватит об этом, давайте просто поедим, да? Мамино карри было и правда очень вкусным. Может, это самое вкусное блюдо, которое она когда-либо делала. Мама смеялась над папиными шутками о том, как папа пытался прогнать птицу, пытавшуюся съесть овощ из супермаркета. – Пап, – я сказала, и он перестал смеяться, посмотрев на меня. – Да, Люсинда. – В какой части чердака ты нашел деревянную коробку? – О какой коробке ты говоришь? – он нахмурился. – Деревянную коробку, которую ты попросил Рэнди выбросить? – Я никогда не просил Рэнди выбросить коробку. Я даже никогда не был на чердаке, – он ответил. – А к чему все эти вопросы? – Да так, пап, забудь, – пробормотала я и допила сок. Это интересно. Зачем Рэнди сказал, что папа просил его выбросить коробку? Когда он этого не делал. Посмеявшись, я доела и вышла из-за стола, чтобы помыть тарелку. Зачем Рэнди собирался выбросить коробку? Зачем ему вообще это? Он знал, что внутри? Все эти вопросы крутились у меня в голове, лишь упрочивая интерес во мне. Помыв посуду, пожелав родителям спокойной ночи, я вышла. Думаю, лучше будет пойти на чердак, когда они уже будут спать. Я пошла в ванную, чтобы немного успокоить свое тело. Смотря, как вода идет из крана, я взяла свое любимое мыло, и мыльные пузыри начали появляться. Сняв одежду, положив полотенце рядом и положив затычку на место, я ждала, пока ванна наполнится. Затем я перекрыла кран и погрузилась в воду, вдыхая аромат розы и сирени. Мое тело быстро начало расслабляться, я закрыла глаза и погрузилась с головой в воду. – Люсинда, – я подорвалась и увидела зеленые глаза, уставившиеся на меня. Глубоко вздыхая, я разомкнула губы. – Гарри? Что ты здесь делаешь? – спросила я его, но он лишь усмехнулся. Вскоре я почувствовала, как его руки прикасалась к моему плечу, а потом к шее. Я лишь смотрела прямо в его глаза, и он делал то же самое. – Я скучал по тебе, милая, – он вздохнул, приближаясь, чтобы поцеловать меня. Мои глаза расширились, когда я почувствовала его влажные губы возле моих, я хотела убежать, но не могла. Будто что-то хочет пододвинуть меня к нему. Когда он начал целовать меня, проникая языком в мой рот, против моего желания ему это удалось. Его язык пробовал на вкус мой, было странно, что на этот раз он не чувствовался как кровь. – О, Люсинда, – на распев сказал он, а потом поцеловал меня в шею и начал кусать ее, заставляя меня тихо вздыхать. Он поцеловал мою кожу возле уха, получая мягкий стон от меня. – Тебе нравится, детка? – он спрашивает, и мурашки появляется на моей коже, он продолжает целовать это место. – Да, да, нравится, – я затихла. – Не останавливайся, Гарри. – Люсинда… Я села, вода расплескалась, я попыталась вновь нормально дышать и огляделась. Я вздохнула и вытащила затычку из ванны, поэтому вода быстро начала уходить. Надев халат, почистив зубы, я направилась в спальню. Сев на кровати, я спрятала лицо в руки. Просто не могу поверить, что я представляла это. Глубоко вздохнув, я посмотрела на часы: уже десять. В это время родители уже спят. Высушив волосы, я спешно надела пижаму. Взяв с собой фонарик, тихо открыв дверь, я покинула комнату в пользу темного коридора. Включив фонарик, я начала свой путь на чердак. Ступая медленно, я знала, что могу шумом разбудить весь дом. Вздохнув с облегчением, я достигла последней ступени. Открыв дверь, я осветила несколько старых коробок и мебель. Чердак был действительно пыльным, паутина была всюду. Ладно, время найти ключи. Проверив несколько коробок, я пыталась найти небольшой контейнер, который мог бы хранить в себе ключ от той коробки. Через несколько минут поиска, я поняла, что это бессмысленно, ведь ящиков было много, и у меня заняло бы несколько дней, чтобы найти. Я уже хотела уходить, когда случайно осветила что-то яркое, что привлекло мое внимание. Это была маленькая драгоценная коробочка, на которой были те же инициалы, что и на той большой коробке. Как такое может быть? Я взяла ее и рассмотрела. Переведя дух, я надеялась найти в ней ключ. Медленно открыв ее, я обнаружила, что она пуста. Я потрясла головой: нет, маленький ключ просто невозможно найти на этом большом пыльном чердаке. Задержав дыхание, я услышала шум снаружи. Это означало лишь одно: папа или мама проснулись. Или, что хуже, они оба. Выключив фонарик, я ждала каких-либо признаков движения, но ничего не увидела и не услышала. Быстро покинув чердак, я аккуратно спустилась по лестнице, все же умудрившись не наделать шума. Мысленно похвалив себя, я дошла до комнаты в тот самый момент, когда папа открыл дверь их спальни. Я всмотрелась: он зевнул и пошел вниз, наверно, чтобы попить воды. Одно мне было ясно: завтра после уроков я обязана найти ключ.