Hex

– Я хочу, чтобы вы прочитали «Гамлета» и написали эссе, в котором вы выскажите свое мнение по поводу произведения. И я надеюсь увидеть в работах анализ и ваши собственные мысли, а не чужие слова из Интернета, – сказала миссис Альма, записывая на доске домашнее задание. – Сдайте эссе в пятницу. Не хочу слышать оправдания, что я дала вам мало времени, ясно? Вот уже две недели я пыталась вновь попасть на чердак и найти ключ. Я была очень занята в школе и почти забыла об этом. Лишь половина класса отвечала, вторая же половина терялась в собственных сновидениях, уложив головы на парты среди открытых тетрадей и учебников. Некоторые были заняты болтовней с соседями по парте. Я повернулась к Грэйс, которая смотрела в свою тетрадь, выглядя скучающей. – Эй, – она перевела взгляд на меня и улыбнулась. – Что такое? Я пожала плечами. – Признаю, мне скучно, но осталось всего несколько минут до конца урока. Я выживу, – от этого она засмеялась, миссис Альма посмотрела на нее, Грэйс замолчала. – Я ожидаю сдачи задания от всех. А кто не сдаст вовремя, будет оставлен после уроков, – добавила миссис Альма и собрала свои вещи с учительского стола. – До свидания, класс, – наконец сказала она и вышла из кабинета. Ученики зашумели, некоторые поднялись, переворачивая сразу все вокруг, хорошо, что миссис Альма ушла. Я вздохнула, чувствуя грусть за нее: никто не любит ее за строгость и абсолютную сухость в общении с учениками. – Эй, привет, бледная зараза! – я закрыла глаза, когда услышала голос Мэтта. Грэйс фыркнула. – Не обращай внимания на эту свинью, Люси, он просто пытается вывести тебя из себя, хорошо? – я кивнула, чувствуя, как слезы образуются в моих глазах, а Грэйс берет мою руку, чтобы успокоить меня. – Просто не обращай внимания, Люси, хорошо? Ее слова хоть и придавали мне немного сил, но я была слишком слаба, чтобы не слушать ублюдка, не говоря уже о том, чтобы достойно ему ответить или не менее достойно проколоть его грязный язык идеально подточенным карандашом в моем пенале. Подошел следующий учитель, и народ ринулся к своим партам, урок начался. Я обернулась к Мэтту и сделала я это явно зря. Он яростно вылупился на меня и показал средний палец, а потом прошептал: «Я разберусь с тобой позже».

***

– Хочешь кучек моего бутерброда? – я мотнула головой, отрицая предложение Лирик. Когда Мэтт произнес те угрожающие слова, я потеряла аппетит, и быстро появился страх, смешанный с раздражением. Грэйс смотрела на мое лицо. – Ты точно в порядке? Выглядишь нервной. Я заставила себя улыбнуться. Да ладно, что у ж там. Мне всего лишь угрожает парень из класса, не имея особых причин к ненависти ко мне, но тем не менее, его ненависть сильна и я чувствую ее на себе, как удушающую паутину, пропитанную смертоносным ядом паука. – Все хорошо, Грэйс, я просто не голодна сегодня, правда, – я попыталась убедить ее. Надеюсь, она поверит. Она слегка пожала плечами и откусила от бутерброда Лирик. – Люсинда… Мои глаза расширились, я поднялась со стула. – Гарри? Я оглянулась в шумной, переполненной людьми столовой, ища копну кудрявых волос и высокого пугающего парня с зелеными, как замерший, мертвый изумруд, глазами. – Кто? – задала вопрос Лирик, непонятливо смотря на меня, при этом лукаво улыбаясь. Должно быть, я замечталась. Иначе все это слишком нереально и похоже на сплошное сумасшествие, чтобы казаться правдой. – Н-никто, – пробормотав, я села обратно, смотря на свои пальцы. Лирик вдруг вздохнула. – Твой тайный воздыхатель? – Ч-что? Н-нет, никакой не воздыхатель, – я ответила, опустив взгляд. – Если так, тогда почему ты резко покраснела, а от дрожи на твоих руках, начал дрожать сам стол? - она выразительно посмотрела на меня, а я поспешила спрятать руки под стол, зажав их между ногами. – Нет, это не так! – я настаивала, – Мне просто показалось, что я увидела знакомого, – рот Лирик сформировался в форме буквы «О», но, когда я посмотрела на Грэйс, она отвернулась. Что-то странное было в ее глазах, она всегда молчала, когда я произносила имя Гарри. – Грэйс, – я позвала ее. – Все хорошо? – она кивнула, но на меня не взглянула. Я сказала что-то, что расстроило ее? – Пойду возьму пиццу, я все же голодна, – я засмеялась, надеясь, что это привлечет ее внимание, но Грэйс не смотрела мне в глаза. Я оставила столик и пошла за едой. Когда я собиралась встать в очередь, меня буквально вышвырнули из столовой с силой чьи-то руки. Я застонала от боли, когда спина больно соприкоснулась со стеной. – Приветствую, – я уже чувствовала, как ком подступал к горлу, когда я встретилась взглядом с ядовитыми синими глазами. – Мэтт, – я вздохнула, он усмехнулся. – У тебя плохо получилось игнорировать меня, – он прошипел, крепко держа мои руки, будто хотел сломать мне кости. – Уверю тебя, этого больше никогда не повторится. – эти слова болью пробежались по моей спине. В коридоре было пусто и тихо, ведь все 560 учеников были в столовой, кроме меня и Мэтта, к сожалению. – М-Мэтт, тебе не нужно этого делать, – я скулила, словно щенок, пытаясь освободиться. Кстати, возле него нет никого из его друзей. – Прощу тебя, тебе лучше не делать этого! Остановись... – он сгримасничал, а потом засмеялся. – Не думаю, что это то, чего ты хочешь, грязная дура. Я мысленно помолилась, чтобы Лирик или Грэйс заметили, что я исчезла, и пришли за мной. Мэтт подался вперед, от чего я захныкала, а он сказал чуть тише: – Я знал с самого начала, с первой нашей встречи, что ты хочешь трахнуть меня, – он прошептал прямо в ухо. Я ахнула от отвращения, желая уйти отсюда. – Нет, я никогда этого не хотела, – я всхлипнула, когда он погладил мою левую щеку, это было ужасно. Если бы я сейчас не находилась почти что на лезвии ножа, то я бы уделила чуть больше мыслей о том, что этот кретин только что сказал. Быть может, я бы даже высмеяла его за столь смелые слова, но возвращаясь к моему положению, мои колени тряслись и я продолжала молить о том, чтобы из-за угла вышел хоть кто-то. – Фуфло, – он прокричал, хватая мое лицо с силой, разворачивая к себе. – Не вздумай мне врать! Разве родители не учили тебя не обманывать? Видимо, нет. Разве родители не учили его манерам или хотя бы простым правилам, как быть человеком, а не куском дерьма? Видимо, нет. – Уйди от меня! – наконец, я закричала, но он помотал головой отрицательно, смотрясь, как сумасшедший человек. – Никогда. Кстати, я уже говорил тебе, что ты красивая? Я заставлю тебя почувствовать себя хорошо, – еще раз невыносимая боль помешала мне вдохнуть воздух и я скривилась от отвращения. Отвращения от его слов, его касаний, его запаха. Он весь, словно был испачкан в гнилье и цинизме. – Мэтт, ты этого не хочешь. У тебя есть девушка, Кэндис, помнишь? - кажется, это была неудачная попытка отвлечь его руки от моих бедер. – Она не сравнится с тобой, детка, – тут же ответил он, я почувствовала, как он прижимает меня к себе. Мэтт вдруг резко подался вперед, жадно поцеловав меня. Он был прав. Я была грязной, он заставил чувствовать себя такой. Грязнее самой грязи. – Ответь же на поцелуй, – требовал он, пытаясь открыть мой рот силой. – Пусти меня, ублюдок! – я оборвала его, толкнув в солнечное сплетение, от чего он согнулся, дав мне вырваться. Отойдя, я получила удар, который заставил меня скатиться по стене на пол. – Глупая шлюха! – он прошипел злобно, разворачивая мое лицо к себе. Пересилив, она накрыл мой рот рукой, заглушая крики. Таким образом он прошел со мной до мужского туалета, который был закрыт для пользования из-за сломанных унитазов. Здесь было тихо. Мэтт отбросил меня на пол и закрыл дверь, затем повернувшись ко мне, он усмехнулся. – Никто не услышит твоих криков о помощи. Так что тебе лучше закрыть свой поганый рот и дать мне насладиться тобой. Я с трудом поднялась, слезы катились у меня из глаз и сдерживать их не было сил, в прочем как и стоять на ногах. – Нет! Пожалуйста! – Мэтт приблизился меня к себе, я попыталась отодвинуть его, но это лишь раззадорило его. Я вскрикнула, когда он ударил меня по лицу очередной раз, и упала. Закашливаясь, я видела, что кровь стекает с моих губ, загрязняя пол. Я с ужасом вздохнула, когда наши глаза встретились и в его я увидела ничто иное, как грязную, мерзкую похоть. Мэтт начал снимать с меня рубашку, сдвигать бюстгальтер. Поднимая мои руки над головой, он глубоко выдохнул, оставляя поцелуи на шее. – Помогите! Пожалуйста! – я начала кричать, хотя мои крики походили больше на хрипы. – Не старайся, просто расслабься и дай мне закончить начатое, – он облизнул мою ключицу, его рука схватила мою грудь. Я не могла поверить, что все это происходит сейчас на самом деле. Я в мужском туалете поддаюсь изнасилованию. Первый раз, он представлялся далеко не так и не с тем человеком, не с психопатом-насильником. Закрыв глаза, я просто ждала, чтобы Мэтт быстрее все закончил. В моей голове сейчас только один человек. Гарри, где же ты? – Люсинда? Ты там? – я открыла глаза. Мэтт остановился сразу же, уставившись на дверь. – Люсинда? Грэйс, дверь заперта! – я точно знала, что это Грэйс и Лирик. – Мисс Маккензи, Вы там? – мужской голос спросил меня, думаю, это директор, потому что Мэтт застыл, услышав его. Я оттолкнула его и попыталась прикрыться. – Я открываю, извините, – последовал звук поворачивающегося в замке ключа, дверь вскоре открылась настежь. Я увидела Грэйс, Лирик, директора и уборщика, их глаза были широко открыты. Директор уставился на Мэтта, его шок перерос в гнев. По его лицу было ясно: он знал, что Мэтт пытался сделать со мной. – Мэтт! Что все это значит? – он закричал, заставляя меня отскочить от неожиданности. Лирик и Грэйс подбежали ко мне, на их лицах была обеспокоенность. – О, нам так жаль, Люси! – сказала Лирик. - Вот, – она сняла с себя пиджак и накрыла им мои плечи. Я застегнула его. Грэйс вздохнула, указывая на мои губы. – Что случилось с твоими губами, Люси? Он ударил тебя? Мы услышали, как кто-то откашлялся, и обернулись – это был директор, его руки были на рубашке Мэтта. – Мисс Маккензи, мы можем поговорить в моем кабинете? – я кивнула, поднимаясь с трудом, мне помогла Лирик. – Я-я расскажу вам позже, хорошо? Они обе кивнули, и я пошла за директором и Мэттом. Несколько учеников уже ошивались возле буфета, они посмотрели на нас заинтересованно. Как только мы зашли в кабинет, мисс Робертс тяжело вздохнула, смотря на нас. – Очередная драка? – она спросила. – Изнасилование, – просто ответил директор, мисс Роберт была повергнута в шок. – Я принесу льда для мисс Маккензи, – директор сел за стол, смотря на нас двоих. – Мэтт, я очень возмущен. Я никогда не встречал таких людей, как ты, – он начал. – Драки, а теперь это? – любопытство зажглось внутри меня: какие же драки он затевал? – Мэтт, Люсинда - новенькая, а ты здесь давно, ты пытался изнасиловать ее? Какой ты человек после этого? – Извините, сэр, это не повторится, – Мэтт ответил монотонно. Я не хотела, но посмотрела на него, приходя в шок от того, насколько спокойным и уравновешенным он был. Он говорил это, будто случайно поставил мне подножку или дернул за хвост. Я не верила своим ушам. – Конечно, не повторится, потому что ты исключен, – объявил директор, рука Мэтта резко упала. – Что? вы не можете сделать это, сэр! – Я уже сделал, – ответил директор, вошла мисс Робертс с пакетом льда. – Мисс Робертс, пожалуйста, проводите Мэтта до его шкафчика, а потом до выхода. Он исключен, – директор указал на дверь, мисс Робертс кивнула. – Да, сэр, – она ответила, поместив руку на плечо Мэтта. – Пойдем, Мэтт, – она сказала мягко, Мэтт сбросил ее руку с себя, а потом посмотрел на меня. – Это еще не конец, сука, – он предупредил меня и вышел вместе с мисс Робертс. Это было слишком очевидно, он бы не подарил мне этого, просто молча выйдя. Мэтт всегда оставляет знаки внимания на прощание. – Люсинда, – я посмотрела на директора, в глазах которого было сожаление. Последнее, чего я хотела, это сожаления. – Да, сэр? – Я хочу поговорить с твоими родителями, завтра, хорошо? – Да, сэр. – Хорошо. Обещаю тебе, это не повторится снова. Безопасность наших учеников в приоритете, – я кивнула, – Вы можете возвращаться в класс, мисс Маккензи. Я понимала одну вещь: безопасность не была их приоритетом, если они позволяли учиться в школе столь больным ублюдкам, как Мэтт. Я вышла из кабинета, меня встретили Грэйс и Лирик. – Ну? – Грэйс спросила, я все еще помню, как она вела себя до этого момента, но придется забыть сейчас. – Я расскажу все позже, – ответила я и направилась в класс, чтобы забрать свои вещи и исчезнуть из школы на этот день, который очередным пунктом вошел в список моих проклятых дней.