Хогвартский клуб джентельменов

В канун Нового Года профессор Снейп зашел в преподавательскую комнату отдыха. Она была заполнена сигаретным дымом, и Снейп закашлялся. — Ну наконец-то ты вылез из своей берлоги и присоединился к нам, — ухмыльнулся Чарли Уизли. — Присаживайся, Северус, — сказал Ремус Люпин, выдвигая для него стул. После того, как летом, а точнее - в день рождения Гарри Поттера, Волдеморт был побежден, Люпину вернули должность преподавателя ЗОТИ. После победы над темным Орденом (некоторым приспешникам всё же удалось скрыться) магический мир погрузился в спокойствие. Северус обвел взглядом собравшихся мужчин: Филиус Флитвик, Чарли Уизли, Гилдерой Локхарт, Джонатан Хардкасл — преподаватель маггловеденья, и Ремус Люпин — все сидели за большим столом, смакуя различные напитки и куря сигары. С тех пор, как Хагрид уехал во Францию к мадам Максим, Чарли Уизли занимал его место преподавателя Ухода за магическими существами. Во время службы в Ордене Чарли был серьезно ранен, и теперь немного прихрамывал. Бросив работу с драконами, он был счастлив перебраться поближе к семье и вернуться в школу. Гилдерой Локхарт теперь преподавал Историю Магии. В больнице Св. Мунго в него попало неудачное заклинание, вернувшее ему память. Профессора Бинса, бывшего преподавателя Истории Магии, заклинило в конце прошлого года. Несколько недель он читал ученикам одну и ту же лекцию. Дамблдор предложил место Локхарту, и преподаватель с благодарностью принял его. А профессора Бинса отправили в одну из башен, где он и по сей день читает ту же лекцию. — Чем травитесь? — спросил Флитвик, указывая на стоящие перед мужчинами стаканы. «Действительно, отрава», — подумал Северус, присев за стол и разгоняя рукой клубы дыма вокруг себя. — Коньяк. «Если бы только Альбус мог видеть своих сотрудников…» Альбус Дамблдор объявил о своем академическом отпуске за неделю до начала учебного семестра. — Мне нужен отпуск, — сообщил он ошеломленному педагогическому составу. — Поэтому я пропущу следующий учебный год. Минерва заменит меня на посту директора, а ее нынешние обязанности пока возьмет на себя Северус, — произнеся эти слова, Дамблдор аппарировал. Как только Северус перестал быть двойным агентом, он начал подумывать о том, чтоб уйти из школы, но в связи с новыми обстоятельствами ему пришлось остаться. Оказанное Альбусом доверие ему польстило, хотя Снейп не радовался перспективе еще год терпеть мальчика-который-снова-победил-сами-знаете-кого. Несносный мерзавец! — Что ж, — произнес Джонатан, откидываясь на спинку кресла. — Кто сегодня открывает вечер? — По-моему, сегодня очередь Чарли, — быстро заметил Филиус, когда Гилдерой уже открыл рот, чтобы что-то сказать. Лицо Чарли залила краска. —Были каникулы, так что мне особо не о чем рассказывать. — Правда? — по-волчьи оскалился Ремус. — А как же девчонка Эббот? На днях она опоздала на мое занятие – сказала, что ты ее задержал. И я ни на секунду не сомневаюсь, что в ее волосах я заметил несколько травинок, будто от падения. Мужчины заулюлюкали, а Чарли покраснел еще больше. Брови Северуса поползли вверх. Неужели они подумали… Да, именно об этом они и подумали. Чарли продолжил: — …не успел я прийти в себя, как она уже встала на колени и взяла его весь в рот. Мерлин, эта девчонка знает, что делает. — Я же вам говорил, — довольно сказал Локхарт. — Уизли, ты хочешь мне сказать, — тихим, но звенящим от возмущения голосом произнес Северус. — Что ты вступил в неформальные отношения с ученицей? — Ну да, — невинно сказал Ремус. — А ты думал, о чем мы тут говорим? О погоде? Мужчины засмеялись – их развеселил удивленный вид преподавателя Зельеварения. Северус изо всех сил попытался взять себя в руки: — Это что, какая-то шутка? Чтобы припугнуть новичка? Очень смешно. — Никаких шуток, старик, — сказал Джонатан. — Мы собираемся раз в месяц только для этого. Чтобы отвести душу, похвастаться новыми трофеями и просто расслабиться. Удивляюсь, как это ты еще ни разу не посетил наши собрания. — А что скажет Альбус, когда узнает об этом? — возмутился Северус. — А ты думаешь, кто основал этот маленький клуб? — фыркнул Филиус. Сбитый с толку, Северус откинулся на спинку кресла. Почему Альбус никогда не посвящал его в это? Флитвик похлопал его по плечу. — Думаю, Дамблдор подумал, что ты отнесешься к этому слишком серьезно. — Это точно, — согласился Ремус, стряхнув пепел с сигары. — Расслабься, старик. Ведь у каждого из нас есть потребности. — Потребности? — Именно, — ответил Люпин. – Каждый день находиться в классе с цветущими молодыми девушками... Только не говори, что у тебя не было подобных мыслей. Когда они порхают вокруг, их упругие груди мягко подскакивают под мантиями, ты задыхаешься в чувственных ароматах их духов; как они часто поглядывают на тебя, думая, что ты этого не замечаешь… Признайся, Северус. — Вы хотите сказать, что у каждого в этой комнате были незаконные отношения со студентками?! Застенчивые улыбки были ему ответом. — ФИЛИУС? — Только не надо так удивляться, мой мальчик. У меня есть свой подкупающий козырь, — тихо засмеялся он. — И что госпожа директор говорит по этому поводу? Собравшиеся разразились хохотом. — Она обсуждает то же самое. Хотя с тех пор, как Минерва стала у руля школы, она, скорее всего, прекратит посещать встречи, — сказал Филиус. — Могу тебя заверить, мы по сравнению с ней — святые. — А как же Альбус? Неужели он тоже… — Нет, с тех пор как стал директором, все закончилось. Но я могу тебе такого про него рассказать! Он был тем еще дамским угодником! Северус сполз вниз в кресло, разинув рот. — Со студентками? — Только с теми, кто достиг совершеннолетия, Северус. Да ладно, не будь таким ханжой! Нет правил, которые запрещали бы подобное, — легко заметил Ремус. — Я сам был немного шокирован, когда узнал, — произнес Чарли. — Пока Паркинсон и Буллстрод не добрались до тебя, — сказал Гилдерой с понимающей улыбкой. — Миллисента и Пэнси слишком настойчивы, — пожал плечами Уизли. — Стыдно признаться, но мне захотелось убежать, когда они подошли ко мне в первый раз. Хорошо, что я не поддался этому порыву, — лукаво улыбнулся он. — К сожалению, мисс Эббот была единственным случаем за этот месяц. Люпин, твоя очередь. — Не люблю я рассказывать о своих похождениях, — Ремус заметно покраснел, хотя волчья ухмылка сверкнула на его лице. — Да ладно тебе, — запротестовали мужчины. — Твоя очередь, никуда не денешься! — Хорошо, но вам придется держать Чарли. Уизли вопросительно посмотрел на коллегу, а затем его лицо вспыхнуло от гнева. — Ремус, только не говори, что ты… — Ей исполнилось семнадцать за три дня до каникул, и честно, она сама предложили.Чарли сжал кулаки и кивнул. Старшим братьям часто трудно понять, что их маленькие сестрички вырастают. — Тебе следует расширить границы, Ремус, — проворчал Локхарт. — С тех пор, как ты вернулся, никто кроме гриффиндорок тебя не интересует. Сам посуди: Грейнджер, Патил, Браун, а теперь еще и Уизли. Глаза Северуса чуть не вылезли из орбит. — А что я могу сделать, если на моем факультете больше выбор, — отшутился Ремус. Послышались гневные возмущения со стороны остальных мужчин. Ошеломленный, Северус сидел и слушал, как собравшиеся по очереди делились подробнейшими историями о своих «достижениях». Локхарт ораторствовал дольше всех. — Итак, Северус, — лукаво улыбнулся он. — Раз уж тебе доверили этот секретик, мы услышим тебя через месяц? — Даже если бы я опустился до развлечений со студентками, я бы никогда не объявил об этом на весь мир, — раздражительно объявил Снейп. — О, Северус, ты же игрок! — воскликнул Люпин. — Кстати, у нас тут тоже есть одна игра, и нам понадобятся твои услуги. — Услуги? — сухо переспросил Снейп. Мужчины таинственно ухмыльнулись. — Каждый год мы получаем вызов от женского клуба, — начал Филиус, но его прервала вспышка пламени в камине. В огне появился образ роскошной женщины в откровенном коротком платьице. Она вышла из камина, подошла к столу, положила конверт перед Флитвиком, послала всем мужчинам воздушный поцелуй, и снова исчезла в языках пламени. — А, как раз во время, — пробормотал Филиус, открывая конверт. Часы пробили полночь. — Каковы ставки в этом году? — спросил Джонатан. — О, Мерлин! — захихикал Флитвик. — Это все твоя вина. — В чем дело? — вспыхнул Гилдерой, выхватывая пергамент из рук Филиуса. — О, Господи! Похоже, наши милые леди становятся все более изобретательными. — Что происходит? — сердито спросил Северус. — В начале года Женский клуб бросает нам вызов - конкурс «День Святого Валентина. Обратный отсчет». Начинается второго января, когда ученики возвращаются в школу, и заканчивается в ночь на День Святого Валентина, — объяснил Филиус. — И мы проигрываем каждый год, — прочитав письмо и тяжело вздохнув, сказал Джонатан. — Кроме позапрошлого года, когда здесь была Амбридж, и рисковать было нельзя. А в прошлом году была война, — напомнил Гилдерой. — Тогда мы не выиграли, — сказал Флитвик, — потому что никакого соревнования и не было. Сам понимаешь, было не до этого. Но в этом году, — улыбнулся он Северусу. — Мы обязательно должны выиграть. — По совести говоря, в прошлый раз нам не хватило самую малость, чтобы выиграть. Тогда весь счет держался практически на мне, — гордо заявил Локхарт. — Да, но теперь у нас свежая кровь… Ну и, конечно, ты, Северус, — добавил Джонатан, игнорируя Гилдероя. — У нас хорошие шансы на победу. — И что нужно сделать, чтобы выиграть? — с сарказмом поинтересовался Северус. Все захихикали, а Чарли покраснел. — Понимаешь, соревнование заключается в следующем… Э-э-э... — смущенно замялся Флитвик. — Выигрывает тот клуб, который соберет больше трофеев. — Трофеев? Ты хочешь сказать, что женщины тоже зажимаются со студентами? — спросил Северус, не веря своим ушам. — Конечно, — рассмеялся Ремус. — А почему бы и нет? Они от нас ни в чем не отстают. — Не сердись, Северус, — сказал Джонатан. — Все в рамках спортивного интереса. Правила вполне просты. Надо соблазнить как можно больше студенток за этот небольшой промежуток… — Использовать магию, зелья, заклинания и тому подобное запрещено, — добавил Гилдерой. — Не то, что бы мне это было нужно. — И студентки должны идти на это по собственной воле, — сказал Джонатан, хитро улыбаясь Снейпу. Северус посмотрел на собеседников. — И как же вы узнаете, что трофей завоеван по правилам? Каждому даете сыворотку правды? — едко спросил он. Филиус хихикнул. — Имена учеников записываются здесь, — он поднялся и достал толстую книгу из сундука. — Это Счетная книга, она заколдована чарами, сходными с сывороткой правды. Если кто-то напишет неправильное имя, оно исчезнет. — Невероятно, — пробормотал Северус, пролистывая старинный том с перечнями фамилий студенток, записанных под именами членов клуба. Резко закрыв книгу, он объявил: — Я не собираюсь участвовать в этом унизительном идиотизме. — Да ладно тебе, Северус, — сказал Чарли. — Ты нам действительно нужен. Особенно теперь, когда к женской команде присоединилась Флер. Флер Делакур заняла должность преподавателя Трансфигурации после того, как разошлась с Биллом. — Только подумай об этом, — настаивал Ремус. — Уверен, время от времени у тебя возникали мысли о молоденьких девушках. — Если ты предпочитаешь парней, — произнес Гилдерой, отвернувшись от Снейпа, — это тоже считается. — Я не предпочитаю парней, — пробормотал Северус сквозь зубы. — И все же у меня нет никакого желания связываться с хихикающими подростками. — Жаль, — слабо улыбнувшись, заметил Филиус. — Потому что я уже занес твое имя в контракт. Не важно, согласишься помогать или нет, в случае проигрыша придется платить по ставкам. — Как ты смеешь, Филиус?! — взвился Снейп. — Я не намерен участвовать в этой ребяческой чепухе! — Просто подумай об этом, — сказал Ремус. — Итак, Гилдерой, какие ставки? Локхарт прочистил горло и поднялся. — Ставки официальных соревнований между Мужским и Женским клубами. Первое: проигравшая команда в течение тридцати дней должна приносить завтрак в постель каждому члену выигравшего клуба… — Пока терпимо, — перебил Чарли. Гилдерой хмуро глянул на него и продолжил. — Второе: проигравшая команда обязана делать массаж ног победителям один раз в неделю до конца учебного года. И последнее: члены проигравшего клуба обязаны переодеться в купидонов на бал в День Святого Валентина и разбрасывать розовые лепестки. — Ты что, шутишь?! — одновременно выкрикнули Чарли и Ремус. — Боюсь, что нет, — робко заметил Гилдерой. — Лично я намерен выиграть в этом году, джентльмены. — Когда наша очередь придумывать ставки, мы обычно не такие жестокие, — возразил Джонатан. — Конечно, нет, - улабнулся Флитвик. — Особенно, когда знаем, что проиграем. Мужчины добродушно рассмеялись. Северус сидел в кресле и ошарашено тряс головой. Он не мог поверить в то, что только что услышал. — Коллеги, — вдруг серьезно произнес Филиус. — Лично меня не привлекает перспектива разгуливать в подгузнике и с арфой в руках. Во имя спасения мужчин Хогвартса, предлагаю задействовать все свое обаяние и выиграть этот проклятый конкурс. Собравшиеся подняли бокалы в знак согласия. — А если мы и проиграем, — произнес Ремус, глядя на Северуса. — Мы хотя бы увидим, как Снейп бродит по замку, раздаривая розочки. — Этого никогда не будет, — фыркнул Северус. — Даже, если вы проиграете. — О, ты ошибаешься, — хитро улыбаясь, сказал Филиус. — Видишь ли, это магический договор, и так как я уже добавил твое имя… Флитвик уклонился от летящего в него бокала. — Объявляю собрание Хогвартского клуба джентльменов закрытым, — поднявшись, сказал Джонатан. — С сегодняшнего дня будем встречаться каждые пять дней. Мужчины поднялись и стали выходить из комнаты, по очереди похлопывая Снейпа по плечу. «Какое замечательное начало нового года», — саркастически сказал себе Северус, открыл книгу и продолжил читать списки имен.