Тиран, который влюбился

Вой серен, беготня и розы взрывов. Да, Крэг уже и забыл каково это — сражаться. Выдирать свои жизни из когтей врагов и, если повезет, уходить с гордо поднятой головой и золотом в кармане, а нет — бежать и зализывать раны, пока новые розы не осветят бездушный Космос и грохот орудий не сотрясет тишину. Его люди знали, что делать — минуты, и вот уже видится росчерк ответного залпа, а пилоты идут не маневр, кто-то смотрит на проборы, другие анализируют, и только Крэг, окутанный синим маревом, словно погруженный в воду, чувствует корабль Мергинтер*. Тот, что сливается с кораблем; тот, что чувствует корабль; тот, что, забыв о себе, сам становится кораблем. И Каиптан помнил, помнил боль проигрышей, росчерк холодящей кожу стали и пекло от бластера; помнил, не раз и не два он вспоминал, как горит его земля и как рой чужаков убивает всех — своих, чужих. Женщин, воинов и детей. кто говорил, что варги — безжалостны? нет, просто они злопамятны. Они не забывают боль и предательство. Они живут одиночеством, ведь осталось их не так много и, объединись они, соберись в кучу как в стадо — и уничтожат оставшихся. Их мало, но они, как нарыв, мешают спокойно жить врагам. Крэг уже и забыл как это — сражаться, все чаще его нанимали как охрану, транспорт или как гонца, но никто не покушался на черный линкор — остальные тоже помнили. Но война... В войне нет различий, есть только ты и враг — неважно, кто он, главное, он против тебя. В этих боях выживает один. Но здесь их не двое, три громады откидывали тень на черный линкор. Хищник в клетке. Корабль, верткий, словно ястреб, рассекал безвоздушное и бездушное пространство. Взрывы гремели, корабль трясло, но люди, без паники в сглазах, улыбались... улыбались, потому что в такие моменты и чувствуешь себя живым. Так думал Крэг гистон, капитан Черного линкора, пока азарт боя захватывал его; пока бурлила кровь и команда яростно давала отпор. Пока в дверном проеме не увидел он тонкую, бледную девичью фигуру... Хмель битвы отступает, заставляет вспомнить. Крэг. Он Крэг Гистон, наемник, и сейчас у него работа, вон она, напуганная, наглая и верткая девчонка, что умудрилась разгромить его корабль без армии, пушек и угроз. А теперь стоит она, гордячка, сжимает бледные губы и говорит себе: "Не боюсь!" А сама дрожит вся. "Доложить о состоянии!" — говорит он кораблю, отбрасывая былое веселье. Скупые цифры угнетают — заигрались, все они — команда — дети войны, слуги битвы. Не имеющие власть над собой, но имеющие жизнь. Что она — ставка в игре, вот и все. И если ты удачлив — смешливая Судьба позволит тебе играть не раз и не два. — Сварт! — молодой пилот вздрагивает. — Готовь варп! Сегодня мы уходим! Летчик кивает. Кто-то слоняется над приборами — выверяет траекторию. Бледная фигурка Мелочи тоже мечется туда-сюда, кажется, девчонка тоже что-то может. Но нельзя отвлекаться. Сейчас мой танец — пока отвлечены пилоты и не дремлют враги. Ведь надо выжить, чтобы позже Судьба разыграла со мной еще партию.