Я чувствую себя грязной.

- Что происходит, Элли? - Мама убирает тарелки в раковину и поворачивается ко мне лицом. - О чем ты? - Интересуюсь я, хмуря брови. - Мне звонила миссис Майк. - Говорит мама, садясь на стул напротив меня. - О. Прости. Я же попросила у нее прощения. - Быстро отвечаю я. Мама вздыхает, опуская взгляд на стол, а затем сплетает свои пальцы в замок, снова вздыхая. - Это ужасно. - Тихо шепчет она. - Что ужасно? Я действительно попросила у нее прощения, я не хотела, просто мои легкие болели и она еще пристала ко мне. И я честно не хотела. Правда. - Начинаю тараторить я. - Я не об это. У тебя какие-то секреты от меня? - Мама смотрит в мои глаза будто ища там правильный ответ. - Что? Нет. - Говорю я. - Какие еще секреты? С чего ты взяла? - Просто ты... Ты ведешь себя странно. Стала говорить мало, уходишь из дома часто. Я тебя вообще вижу только утром и за ужином. Я не понимаю, что происходит. - Ничего не происходит. - Элли... - Мам, правда. Ничего не происходит. Просто... Просто мне 17, понимаешь? Я веду себя, как обычный подросток. Я веду себя, как обычный ребенок в 17 лет. - Да, но ты не обычный подросток. - О, Боже. - Выдыхаю я, откидываясь на спинку кухонного стула. - Это правда! - Восклицает мать, строго смотря мне в глаза. - Ты не как все, Элли. Пара смериться с этим. Ты не можешь вести себя так, хотя бы потому что это не честно по отношению ко мне. У нас итак проблемы с деньгами, так ты еще и решила решить меня машины? Ты решила просто испортить все, что у нас есть? Просто соберись и перестань вести себя как ребенок. Тебе жить с этим всем. Что ты будешь делать, когда меня не станет? Гробить чужие машины? Чем ты собираешься зарабатывать деньги? - Я поступлю в колледж. - Да. И станешь известным режиссером. - Послушай, ты можешь не верить в меня и в пои мечты, но перестань говорить так, словно я вообще ничего не могу сделать в этой жизни, о'кей? - Я не говорю. что ты не сможешь ничего сделать... - Нет, как раз это ты и говоришь, мам. Я знала, что многие не будут верить в меня, но хотя бы ты... Могла хотя бы сделать вид. - Мои глаза наполнись слезами, я рукавом толстовки протираю слезы, выступившие на глаза, и шмыгаю носом. - Элли... - Пожалуйста. - Шепчу я. - Папа говорил, что все мы тут, для чего-то одного. Прошу тебя, не рушь это. - Твой отец мертв. - Сердито произносит мама. - Он умер из-за своей глупости. Я не хочу... - Спасибо за поддержку. - Перерываю ее речь я и встаю со стула. - Огромное спасибо, мам. Я ухожу из кухни, слушая, как мама кричит что-то в след. Быстро натянув кеды, я выхожу на улице, проверяя на мести ли ингалятор. Снова вытираю слезы и просто шагаю по мокрой дорожке. Дождь лил всю ночь и половину утра. Улицы мокрые и хмурые. Такая погода редко бывает в Майами. Но осень и есть осень. Я смотрю под ногу, низко опустив голову и шмыгаю носом. Слезы все еще лезут на ружу, а я просто иду. Я действительно обиделась. Сегодня, я собираюсь пойти на кладбище и навестить отца. Купив 2 ромашки, любимые цветы папы, я иду на кладбище. Найдя нужное надгробье, я сажусь на мокрую траву, скрестив ноги и просто смотрю на фотографию отца, продолжая плакать. Через пару минут, я уже прижималась лбом к надгробью и просто ревела. Я всегда прихожу сюда, когда мне плохо или слишком хорошо. Просидев там около 2-3 часов, я решаю, что пара идти домой. Встав с травы, я натягиваю толстовку ниже и просто бегу. Мама волнуется, наверное. Я бежала так быстро, как только могла, сбивая прохожих и крича им извинения. - Хэй-хэй, стой. - Кто-то схватывает мою руку и тянет на себя. Я врезаю в чью-то грудь, шмыгая носом и пытаясь не плакать. - Отпусти. - Почти в голос говорю я. Мой голос такой хриплый, что кажется, сорвался после какого-то крика или длительного курения сигарет. - Что случилось? - Голос Остина. Я разворачиваюсь к нему лицом и убеждаюсь в том, что это блондин. - Ничего. - Отвечаю я, опустив голову так, чтобы мокрые, от мелкого дождя, волосы падали мне на глаза. - Посмотри на меня. - Требует парень. Я выдыхаю и поднимаю свои заплаканные глаза, смотря на Остина. - Просто. Я. А потом мама. И она. Она сказала. А потом отец. И... - Совсем непонятно о чем я говорю, даже для меня. Все в мозга запуталось. Язык завязался в узел. - Хорошо-хорошо. - Шепчет Остин. - Иди ко мне. Он просто обнимает меня. Черт, после всего, что я ему сказала и сделала, он просто обнимает меня. Я снова шмыгаю носом и обнимаю его в ответ, не говоря вообще больше ничего, потому что мне нечего сказать. Я чувствую себя полным дерьмом из-за того, что сделала этому парню.