Приключения Наёмников в Эквестрии или дьявольские проделки Маразмуса.

Делл Конагер всегда любил три вещи: большие стволы, барбекю и высшее образование. Эти три вещи помогли ему и его семье выйти победителями в войне нескольких ферм за ресурсы Техаса. Ещё ребёнком Инженер обожал конструировать. Он сам построил свой первый сарай, сам собрал машину для посева, ухода и сбора урожая. Даже будку для своего пса он сделал сам. Всё это Делл сотворил, будучи мальчишкой, благо трудолюбие было у него в крови. А потом СИН, Инженер решил пойти по стопам отца, туда, где его образование и убийственные механизмы были реально нужны. Но всё же Делл скучал по родному ранчо, по пчёлам и своей ферме… А сейчас он мёртв, ну или, по крайней мере, витает в этой пустоте уже довольно приличное время. Блютарх не лгал, на том свете нет ничего. Инженеру хотелось вернуться в прошлое, назад, чтобы отговорить своего деда строить эти дьявольские аппараты для продления жизни этих двух идиотов Рэдмонда и Блютарха. Он был готов умолять деда не создавать чудовищ из братьев. Если бы не они, то Делл сейчас бы жил себе на своей ферме с отцом и семьёй и был бы счастлив. Техасец всё бы отдал за это… Внезапно от размышлений мужчину прервало ощущение влаги на правой щеке. Делл попытался отвернуться, но вдруг понял, что на нём кто-то стоит. - Берни! – воскликнул Конагер, вспомнив своего пса. Инженер распахнул глаза и немного огорчился. Вместо его преданного пса на нём сидела, высунув язык, собака, напоминающая бордер-колли. На шее у неё был красный ошейник с медальоном. Делл привстал, опираясь на левую руку, и прочитал имя на золотой пластинке. – Вайнона? – в ответ собака лишь утвердительно затявкала. Только тут он догадался осмотреться. Инженер не мог поверить своим глазам. Он лежал на сене в самом обычном сарае, какие были на фермах в Техасе. Если бы не сварочные очки, то его глаза вылетели бы от изумления. Мало того, что он жив, так ещё и дома! – Я был услышан? - Вайнона! – женский голос раздался откуда-то снаружи, собака громко и весело залаяла. Делл насторожился, ведь он сейчас находится в чужом сарае. Недолго думая, Инженер зарылся в сено и старался даже не дышать. В дверном проёме показалась тень, а затем и… ПОНИ? У Конагера отвисла челюсть. Он догадался, что голос принадлежал именно этому рыжему созданию. Как? Просто обычное животное не станет носить такую стильную шляпу, заплетать свою светлую гриву и тащить в зубах лассо. – А, вот ты где! Я слышала, ты лаяла, неужели крысы в сене завелись? – Делл еле сдерживал себя. Говорящая пони! Ему, инженеру, имеющему одиннадцать докторских степеней в разных науках, в такое просто не верилось. “Чудо” между тем прикрыло за собой дверь, обрушив все надежды Инженера на побег. Рано или поздно она его найдёт, так что скрываться смысла уже не было. - Прошу прощения, подруга, - начал Делл, вставая с земли, с него начало сыпаться сено, - я, кажется, случайно проснулся у вас в сарае… На Конагера был устремлён взгляд двух зелёных глаз полных ужаса. Но вдруг страх сменился чем-то другим. Делл не успел понять, что к чему, а уже валялся на земле скрученный лассо. Каска слетела с головы и покатилась в сторону. В следующую секунду Инженер почувствовал, как что-то давит на его позвоночник. - Значит, так, я не знаю, что ты за монстр, но если ты пытался что-то украсть с нашей фермы – ответишь! – Деллу стало немного обидно, ведь его обозвали монстром. Ну, хоть не деревенщиной, и на том спасибо…

***

Тавиш спал. Да, он даже не заметил, как добрых два часа болтался в пустоте. Пьяный шотландец бормотал под нос что-то несвязное, периодически посасывая горлышко пустой бутылки. А перед глазами всё тот же момент: он бежит навстречу этим металлическим ублюдкам с пустыми бездушными глазами. Хоть у Подрывника и был только один глаз, он считал, что и его хватает, чтобы разглядеть его душу. Чёрную, как и он сам. Единственный выход гасить свою злобу и импульсивность – бухать. Беспрерывно, а потом рыдать и сморкаться в рукав, сетуя на жизнь. Серьёзно! Приёмных родителей убил, глаз отобрала демоническая книга, все считают монстром с бомбой вместо мозгов. Всё сводится к взрывчатке! Хоть родная мать в живых осталась, и слава богу… Из единственного глаза вытекла скупая слеза. Подрывник приоткрыл его и вдруг впал в ступор. Он смотрел на крону какого-то огромного дерева. Тавиш, не веря глазу, поднялся, осматриваясь. Вокруг был лес, да к тому же болото. Хотя это не испортило мужчине настроение. - Чёрт подери, я жив! – шотландец улыбнулся. Рука нащупала рукоять Липучкомёта, лежавшего рядом с ним. Подрывник поднялся на ноги и ещё раз огляделся в поисках дорожки или проторенной тропинки. Но вокруг было лишь болото, хлюпающее и грязное болото. – Чёрт… Он уже хотел пойти наугад, как вдруг его глаз успел уловить какое-то движение совсем близко. Рефлекторно наёмник отскочил в сторону и правильно сделал. На том месте, где он сейчас стоял, сомкнулись челюсти здоровенного рыжего монстра, которого природа наделила большим количеством голов. Все четыре змеиные головы были похожи как две капли воды и раскачивались на длинных шеях. - Отлично, это же хренова Гидра! – в ответ чудовище зашипело всеми головами. Не теряя времени, Подрывник сделал несколько выстрелов из Липучкомёта и не сразу заметил, что снаряды были гладкими, как мячики. Шотландец панически глянул на своё оружие. В руках он держал Тренировочный Липучкомёт. Таким “оружием” он ни черта не сделает этой громадине, что сейчас пытается закусить им. Сплюнув, наёмник прикрепил пару снарядов к земле под собой, и, перехватив пустую бутылку покрепче, совершил безболезненный прыжок на бомбах. – Карамба! - Гидра, не ожидавшая от своего обеда такой скорости и прыгучести, не успела спасти одну из своих голов, о которую вдребезги разбилась бутылка из-под рома. Однако остальной Гидре было плевать на дискомфорт одной из своих частей. Тавиш приземлился на кочку и, решив, что отступить будет разумно, прилепил к земле ещё два снаряда. Но только он оторвался от земли, как всё вокруг потемнело. Подрывник некоторое время сидел в тесном пространстве, пока, наконец, не достал спички. Слабый огонёк осветил ротовую полость Гидры. Лицо шотландца медленно вытянулось, а глаз принялся осматривать острые зубы чудовища. - Выпусти меня, ты, дьявольское создание! – проорал Подрывник, поджигая шашку динамита, спрятанную у него в рукаве на чёрный день. Монстр лишь ехидно захихикал всеми головами. Тавиш хмыкнул и бросил красную шашку в горло монстра, зажав уши. Через некоторое время прогремел взрыв. Живот Гидры раздулся как воздушный шар и, не выдержав, чудовище рыгнуло всеми головами. Под звук этих оглушительных фанфар Тавиш вылетел из пасти монстра как из пушки. – Ка-бум! Не забудь написать, придурок! – Подрывник послал монстру воздушный поцелуй и вдруг начал резко снижать высоту. Перед Наёмником расстилалась роща, лицо шотландца ставило вопрос: “Вы чё, серьёзно?!”. С грохотом и руганью он врезался в ствол дерева. Тавиш бы и дальше продолжал обнимать широкий ствол древесины, но, вспомнив, что он всё еще является претендентом на роль закусона, быстро отлепился и постарался убежать. Но внезапно жуткая боль во всём теле заставила Тавиша обессиленно рухнуть на землю. В глазу помутнело и, сделав попытку отпить из разбитой бутылки, Подрывник икнул и вырубился.

***

- Denn wir fahren gegen Engeland, Engeland, - тихо допел последние слова марша Медик. Он хорошо помнил эту песню, ведь она гремела под окнами его операционной чуть ли не каждый божий день. Хотя господь давно покинул его палаты. Когда, как по расписанию, начинал играть этот марш, Ганс принимал раненых коллег или тот мусор, что находился в оккупации. Немцу было плевать на врагов Рейха, его как учёного интересовало лишь одно – эксперименты. Нет, Ганс не преследовал идею создания лекарства от всех болезней путём испытания прототипов на людях. Все эти “лекарства” испортили бы его холсты, его материал для исследований, мрамор для скульптора тел. Доктор лелеял лишь одну мечту - уничтожить людей. Они были ему противны, он ненавидел даже себя за свою жестокость. Ганс медленно шёл к цели, убивал пациентов, раненых товарищей, пытался создать биологическое оружие в домашних условиях, но лишь испортил этим себе зрение. Он презирал человечество, видел в нём только паразитов и расходный материал для его совершенных творений. Но было то, что предохраняло его от безумия и потери всей оставшейся доброты. Ганс любил животных, а особенно белых голубей. Их крылья так похожи на крылья ангелов несущих кару небесную в день Страшного суда. И ещё... тот мальчик. Еврей, которого мать принесла, слёзно умоляя помочь... Ганс поморщился и отогнал эти мысли прочь. Он считал воспоминания и боль от ошибок неконструктивными. "Что сделано, то сделано" обычно отвечал он, когда умышленно перерезал жизненно важный орган пациенту, и тот, крича от боли и ненависти, спрашивал мотивы такого поступка. Клятва Гиппократа была для Ганса лишней формальностью и галочкой в его лицензии. Хотя в конечном итоге он её потерял, и лишь чудо, а может и рок погибели, привело его в РЭД. Он мог убивать каждый день, каждую минуту, каждую секунду. Слышать крики боли противника в бою, и товарищей на операционном столе. А потом наслаждаться тишиной в компании Архимеда. - Архимед, - прошептал Медик, и на глазах невольно навернулись слёзы. Его белый ангел, вечно копающийся во внутренностях Наёмников во время операций. У Ганса не было надежды: даже если Архимед и смог улететь с базы, долго ли он протянет в пустыне? Нет. Вдруг до слуха немца донёсся звук... Крыльев? Медик распахнул глаза и внимательно осмотрелся по сторонам. Вокруг мужчины, важно кудахтая, бродили курицы. Одна из птиц сейчас сидела на груди доктора и смотрела прямо в его глаза. - Mein fraulein, прошу, слезьте, - курица послушно спрыгнула с Ганса, заметив холодный взгляд человека. Отряхнувшись от пыли, Медик поднялся на ноги. Он находился посреди маленького двора, огороженного заборчиком, рядом домиком. Внимание немца привлекли цветы, что росли на подоконнике, да и везде. Они были яркими, чувствовалось, что за ними ухаживают с истинной любовью. Медик видел это. Он уже даже забыл, что несколько минут назад был мёртв. Крыша дома была покрыта травой и кустарниками, что немного удивило доктора. Повсюду были построены домики для птиц и других мелких зверушек. – Наверное, хозяева этого дома очень любят животных… Ганс невольно улыбнулся. Он был жив, да и к тому же очнулся в таком маленьком раю для ветеринара. Внезапно из окна высунулся белый кролик с морковью в зубах. - Guten tag, мой пушистый друг, - глаза доктора засветились странным огоньком, Медик улыбнулся и протянул руку к пушистому существу. Морковь выпала из широко раскрытого рта кролика, а белое чудо с ужасным писком бросилось вглубь дома. – Постойте, я же просто хотел вас погладить! – прокричал Ганс, наполовину забравшись в окно. – Чисто из дружеских соображений, mein freund. Из комнаты, в которую умчался кролик, послышались грохот и испуганный вскрик. Медик слегка покраснел, ведь он прямо сейчас нарушает личное пространство довольно юной девушки. Ганс полностью оказался на улице, и, подождав пока шум внутри дома прекратится, постучался в дверь. С той стороны послышалось шуршание, но дверь Медику не открыли. - Mein fraulein, я прошу прощения за то, что напугал это милейшее создание, но не могли бы вы открыть дверь? – верхняя часть двери приоткрылась, и Ганс увидел хозяйку домика. На него испуганными глазами смотрела жёлтая пегаска с розовой прямой гривой. Медик снял очки, протёр их и убрал во внутренний карман плаща. – Gott im himmel… - прошептал Ганс и, пошатнувшись, упал в обморок, больно стукнувшись о нижнюю дверцу...

***

- Бли-и-ин, - в глазах у Скаута двоилось. У парня было такое ощущение, что он висит вниз головой. Но, окончательно придя в себя, он понял, что так оно и было. Скаут висел на ветке дерева, зацепившись за неё правой ногой. – Просто отлично… В течение пяти минут несчастный Наёмник пытался подтянуться и обхватить ветку так, чтобы не свалиться на землю. К сожалению, бедняга даже пополам не смог согнуться, так как нога так и норовила соскользнуть с ветки. Говорил ему Медик, что надо все группы мышц развивать, а не только ноги… Так прошло ещё пять минут. Скаут мог поклясться, что вся кровь в его теле собралась у него в голове. Он уже начал проваливаться в пустоту, как вдруг кто-то резко дёрнул его вниз. С громким грохотом и огромным облаком пыли Скаут достиг земли обетованной. Он был одновременно и рад, и зол. Вроде и на земле, да вот только треснуться головой о мелкие камушки в его планы не входило. - Да чтоб тебя… Какого чёрта ты творишь?! – Скаут открыл глаза и побледнел. На той самой ветке, где он висел, лежала пегаска с радужной гривой. Вообще, Скаут очень хорошо разбирался в лошадях и пони, бегал-то он с ними наравне. Вот только легче от этих познаний не становилось. - Я тебе помогла, вообще-то. Кстати, а ты что за смешной монстр такой? – Рейнбоу Дэш, а это была именно она, пристально и с явным недоверием смотрела на потерявшего дар речи Скаута. Парень смог лишь сдавленно позвать Медика и грохнуться в обморок. – Странный чудик…

***

У Михаила была лишь одна цель в жизни: заботиться о своих родных. Когда отца расстреляли, а его семью отправили в ГУЛаг, он стал опорой для них. Каждый день он жил, пытаясь сделать так, чтобы маме и сестрёнкам было хорошо. Именно поэтому он пошёл в РЭД, где платят так, что можно несколько лет не работать. Все деньги он отправлял в Сибирь, семье, которая пряталась там от СССР. Он подвёл их, умер. Пулемётчик сжал свои могучие кулаки от нахлынувшей злости, ему хотелось ударить стену, но её не было. В этой пустоте вообще ничего не было… - Голодно, - урчащий живот подтвердил слова Михаила. Сейчас бы он с удовольствием съел бы сэндвич или отбивную. Вот, кстати, и корова замычала… - Стоп, корова?! Пулемётчик резко распахнул глаза, прямо над его головой нависла морда коровы, которая спокойным взглядом осматривала человека. Михаил сел. Вокруг расстилался зелёный цветущий луг, летали бабочки и паслись коровки. Мужчина некоторое время молча, потирая подбородок, смотрел на окружающий мир. Всё было ярким, чересчур ярким. Да и сам факт того, что он выжил после встречи с огромной железной махиной, стреляющей пулями покруче его, навевал страх. Размышления Михаила были прерваны оглушительным урчанием его живота. Казалось сама земля содрогнулась. Внезапно Пулемётчика оглушило громкое мычание всего стада. В один момент коровы ринулись с места, оставляя удивлённого и оглохшего Михаила одного. - Что-то не так, - Пулемётчик поднялся на ноги и спокойно пошёл за уносящимся вдаль обедом стадом…

***

Шпион никогда не был душой компании, он предпочитал оставаться в тени даже в свободное от работы время. Нет, конечно, приходилось обедать вместе с остальной командой, не считая Поджигателя, и сидеть в очереди к Медику на опыты лечение, но общался с остальными он редко. Большую часть свободного времени француз проводил в инвизе, наблюдая за товарищами и просматривая фотографии девиц, с которыми у него были романы. Разумеется, на первом месте была мать Скаута, такую ветреную девушку было легко соблазнить. Шпион расплылся в улыбке. Даже сейчас, находясь черт знает где, он знает, чем себя развлечь. Жизнь ловеласа вполне устраивала Наёмника, надо ли говорить, что женщины были его слабым местом ещё в юности. Шпион не хотел семейной жизни, да и судьба убийцы не позволяла. Родители были против распутных приключений сына, они считали, что это отвлекает Даниеля от работы. Ему же было глубоко плевать, все эти аристократичность и правила были у юноши в печёнках. Но уважать традиции древнего рода убийц приходилось, порой насильно заставляли… - Mon due, как же хорошо здесь, - тишина действительно устраивала Шпиона. Не было ни грохота товарных поездов и бомб, ни хвастовства Скаута, ни ора Солдата… - Снайпер, мне кажется, он нас не слышит… - Шпион вздрогнул, это был голос Дейна. - Пожалуйста, верните меня обратно, - шёпотом попросил Шпион и приоткрыл глаза. В этот самый момент Доу уже замахивался лопатой, чтобы сделать стимулирующий удар по лицу француза. – Merde! - Солдат, стой! – воздух разрезал звон металла. На земле со сломанной шеей лежал бездыханный Шпион. Снайпер вытянулся во весь рост и снял шляпу, австралиец всегда так делал, когда видел мёртвого Шпиона. Дейн стоял, разинув рот, в его профилактику не входило убийство товарища лопатой. Вдруг рядом послышался уже знакомый всем Наёмникам звук Звона Смерти. Даниель потирал челюсть и зло смотрел на Солдата. - Ну, зато ты снова в строю! – вмиг повеселел Доу, Снайпер лишь прикрыл лицо рукой. - Благодарю за неоценимую помощь, - с явным сарказмом процедил сквозь зубы Шпион, убирая драгоценные часы в карман. - Всегда пожалуйста! – Доу широко улыбнулся, а Снайпер лишь покачал головой, потому что бить ладонью лицо уже порядком надоело. – Парни, нас только трое! - Мне вас двоих хватает, если говорить честно, - Даниель проверял все потайные карманы, чтобы выяснить, какое снаряжение у него при себе. Выбор маскировочных часов оказался богатейший, только вместо Сосульки в рукаве лежал обычный нож-бабочка. А револьвера и след простыл… - Чтобы выжить в условиях дикой, недемократичной природы, нам нужно держаться вместе! - А вот и не обязательно, я вот прекрасно прожил на природе пару лет в полном одиночестве, если не считать аллигаторов, - внезапно земля под ногами Наёмников начала дрожать. Каска Солдата начала съезжать ниже обычного, и Наёмнику пришлось несколько раз возвращать её в привычное положение. – Что это? Табун мулов? - Это австралийские аллигаторы-захватчики на танках?! – Доу покрепче перехватил лопату, но Шпион убрал руку товарища из боевого положения. - Нет, это просто стадо испуганных коров, - в подтверждение слов Даниеля на горизонте показались и сами виновницы ужасного землетрясения.

***

Солнце жарило нехило. Пиро чувствовал это как никто другой, ему казалось, что он заживо зажарится в своём костюме, если срочно не найдёт тенёк или не дойдёт до этого городка, что виднелся вдали. Поджигатель уже полчаса следовал по той тропинке, по которой убежала розовая кудряшка. Парню захотелось ещё раз поглядеть на это яркое чудо, и чутьё вело его как раз в сторону городка. Из-под противогаза доносился мелодичный свист, а сам Наёмник двигался чуть ли не в припрыжку. Такой свободы ему на базе не давали, просто не верилось, что он теперь свободен от распорядков, медосмотров и… медосмотров! Душа безумца пела, всё вокруг цвело – благодать. Но внезапно земля под ногами у Пиромана задрожала. Парень непонимающе начал оглядываться по сторонам, пока не увидел стадо коров, несущееся прямо на городок. Он приложил руки к лицу и испугано пропыхтел что-то. Не разрабатывая плана и крича что-то неразборчивое, Поджигатель бросился наперерез стаду. Чтобы попасть в город, коровам нужно было перебраться через мост, как раз к нему Пиро и бежал. Внезапно в воздухе раздался протяжный свист и ковбойский клич. Не останавливаясь, Поджигатель глянул в ту сторону, откуда раздались эти знакомые слуху звуки. За стадом нёсся, держа провода вместо лассо, Конагер, так быстро он ещё никогда не бегал. Чуть впереди стадо пытались собрать рыжая пони с лассо в зубах и небольшая собачка. Данная картина слегка удивила Поджигателя, но вдруг всё вокруг посерело. Он, скользя, затормозил прямо перед мостом. В тёмных стёклах противогаза можно было разглядеть красные огоньки. Рука потянулась к поясу и выхватила Ракетницу. Сделав шажок вперёд, Поджигатель вытянул руку с оружием вперёд. - Пиро, стой! – Делл уже не бежал, всё-таки люди не такие выносливые, как коровы. Техасец пытался подняться с земли и в то же время сигналил Поджигателю, чтобы тот не совершил глупости. Огоньки погасли, а рука приподнялась на несколько градусов выше. Раздался оглушительный хлопок, и над удивлённым стадом коров пролетела сияющая красная ракета. Коровы слегка затормозили, и этого хватило, чтобы пони в ковбойской шляпе накинула лассо на ведущую корову и отвела её, а с ней и всё стадо, в сторону. Поджигатель проводил взглядом коров и уставился перед собой. – Ха! Дружище, ты живой! А я уж думал, мне одному повезло! Пироман не слышал, просто видел, как Делл что-то радостно говорит. В сознании что-то менялось, всё снова серело, ему не хотелось, не хотелось такого! Поджигатель выхватил из-за спины Огнемёт и развернулся к городку и пони, отступившими на несколько шагов назад. Из противогаза доносилось тяжёлое сдавленное дыхание. Хотелось красок, радости, огня. И вот он уже собирается нажать на курок, как вдруг что-то яркое промелькнуло в стёклах противогаза. Поджигатель удивлённо посмотрел на очень красивую бабочку, которая присела на фильтр маски. Несколько секунд он спокойно смотрел за тем, как бабочка прихорашивалась, а за тем с дикими воплями и смехом принялся ловить её, бегая по лугу среди успокоившихся коров. - Мда! Крышу опять снесло, - с улыбкой на лице констатировал факт Инженер. Такие припадки были не редкостью, и никто в команде не знал, как с ними бороться. Само собой разрешалось. - Инженер!!! – этот голос Конагер не спутал бы и в толпе из тысячи орущих фанатов бейсбола. По дороге бежал Михаил, посиневший от нехватки воздуха и время от времени останавливающийся, чтобы отдышаться. - Пулемётчик! И ты живой!!! – Наёмники дали друг другу пять и рассмеялись. – Просто не верится, нас уже трое! - Великая Селестия… - Наёмники обернулись. На них с удивлением, страхом и интересом смотрела целая толпа разноцветных пони. Повисла неловкая пауза, даже коровы замолчали и принялись внимательно наблюдать за сложившейся ситуацией. - Эй, Твайлайт! Я же говорила, что он настоящий! – к Поджигателю, весело подпрыгивая, приблизилась виновница массового оглушения всех присутствующих. Эта была та самая розовая кудряшка, которую Пиро встретил в первые минуты своей второй жизни. - Пинки, отойди от него, они могут быть опасны! – но слова Твайлайт пролетели мимо ушей Элемента Смеха, кажется, даже раззадорили. Ведь сейчас кудряшка уже сидела на плечах смущённого Поджигателя и осматривала его со всех мыслимых и немыслимых ракурсов. - Поджигатель, отойдите от пони, она больна неизвестной науке болезнью! – толпа в испуге расступилась. От одного вида чужака всех бросало в ужас: длинный плащ и красные перчатки, плюс страшно мерцающие очки и странная штуковина в его руках. Медик с большой шишкой на лбу медленно пробирался сквозь ряды зараженных неизвестной науке болезнью пони, держа Шприцемёт наготове, так, на всякий случай. - Док! Рад тебя видеть! – Инженер похлопал Ганса по плечу, но немец даже не поздоровался. Его всё ещё волновали цветные пони, такого феномена он не наблюдал ни разу за всю свою карьеру ветеринара, хоть она по лицензии и была короче карьеры человеческого врача. – Расслабьтесь! Они не больны… - Это точно болезнь! Мутация! Они странного цвета, у них странные рисунки на крупах, и эти пони умеют говорить! Стоп, что у вас с рукой?! – Делл моментально спрятал обе руки за спиной, внеплановый осмотр у Медика в его планы не входил. Но, поймав на себе упрекающий взгляд Ганса, Инженер со вздохом вытянул левую руку вперёд. На ней ещё остался красный след от верёвок. – Вам причинили вред? Кто?! - Док, вы перегибаете палку. Произошло недоразумение, но мы с Эппл Джек разрешили конфликт довольно таки… - Что?! Вы забыли про запрет о контактах со штатскими лицами? Вас же могут уволить, отдать мне на... лечение, и это в лучшем случае! - Уволить меня? Кто? – Инженер слабо улыбнулся. – Мы не защитили тот бункер, нам повезло, что в живых остались… Кстати, ты считаешь пони штатскими лицами? - Mein Gott, - Медик потёр переносицу и снова нацепил на нос свои очки. Всё происходящее казалось ему сном или воздействием лечащего топлива, если вводить внутривенно.– Где мы находимся? - Не успел спросить, как раз в этот момент… - Джентльмены, - Ганс и Делл резко обернулись на знакомый голос. Перед ними, появившись из воздуха, предстал Шпион, отмахиваясь от остатков маскировочного дымка. За ним с воплями радости и боевыми кличами нёсся Солдат, размахивая лопатой. Снайпер же просто спокойно шёл к товарищам, осматривая окрестности в поисках возвышенности или какого-нибудь укрытия. - Ха, так и знал, что не может быть всё настолько хорошо! – Наёмникам снова пришлось изменить положение своих голов. К команде, нагло поглядывая на Шпиона, подбежал Скаут, опасно махнув перед лицом Даниеля бейсбольной битой, выбив изо рта француза сигарету. Даниель презрительно посмотрел на Разведчика и лишь полез в портсигар за новой. - Мы тоже очень рады тебя видеть, правда ведь? – Шпион с надеждой, что кто-нибудь кроме него врежет пацану, посмотрел на остальных Наёмников. - ДА! – Михаил подбежал к Скауту и крепко обнял, приподняв его над землёй. Бедняга почувствовал, как ломаются его кости и воздух выходит из лёгких, Шпион был доволен. Наконец Пулемётчик опустил друга на землю, и Скаут почувствовал себя в безопасности. - Эй! А ты про меня не забыл? – люди подняли головы вверх. Над Разведчиком в обнимку с чёрной тучей парила Рэйнбоу. Она зло смотрела Скаута, и тот явно знал почему. - Одну минуточку, а зачем тебе туча? - раздался гром и на парня вылился целый водопад воды. Кепка наехала на глаза, а одежда мокрыми тряпками болталась на слабом теле. Даниель еле сдержал смех, потому что смеялся он, хрюкая, а это не прилично в обществе дам. Да, Шпион уже приметил, что практически все пони в толпе – женского пола. Нет, не подумайте чего, он просто подметил, только и всего. - Это тебе за то, что обозвал меня крошкой! – Дэш, гордо подняв голову, отлетела к остальным пони. Жители городка, немного успокоившись, принялись более внимательней изучать людей. Вообще они показались им довольно странными: ходят только на двух задних ногах, вместо копыт пальцы, как у драконов, все носят красное и странные вещи вытворяют. Твайлайт изучала Шпиона, ей хотелось понять, какую магию он использовал, чтобы стать невидимым. Немного поразмыслив, она решила выйти к людям, не взирая на тихие уговоры остаться стоящих рядом пони. Со стороны Наёмников вышел Медик, которому хотелось понять причину появления таких цветных и умных пони. Они остановились на мосту и принялись смотреть друг на друга. Напряжение нарастало, Медик с явным испугом смотрел на единорожку, гадая, как она может его заразить, и станет ли он фиолетовым. Твай тоже было не по себе, ведь это был первый раз, когда она устанавливала контакт с представителем другой расы, ей очень хотелось сделать всё идеально. Прошло полминуты. - Речь! - хором заорали Скаут и Дэш, просто сгорая от нетерпения. - Приветствую вас в Понивиле, меня зовут, - не успела Твай закончить, а Ганс уже грохнулся в обморок. Со стороны Наёмников послышался немного сдавленный смех Скаута и печальные вздохи остальных Наёмников. Пулемётчик зашёл на мост и глянул на единорожку своим обыкновенным суровым взглядом. Твайлайт казалось, что на неё смотрит огромный злой медведь. Михаил взвалил Медика на плечи и уже собрался уйти обратно, как вдруг остановился, как будто вспомнил что-то очень важное. - Привет, маленькая пони, это Медик, - сказав это, он улыбнулся так, чтобы товарищи не увидели. Всё-таки среди своих лучше иметь репутацию грозного Пулемётчика, чем доброго Миши. - Постойте-ка минутку, а где Подрывник?! – только сейчас Наёмники заметили пропажу своего взрывоопасного циклопа, а пони напряжённо переглянулись, узнав, что чужаков стало ещё на одного больше.

***

Голова подрывника гудела, как паровоз. Такого не случалось даже в похмелье, а оно было у Тавиша довольно-таки частенько. Он с трудом открыл глаз и попытался осмотреться, но стены налезали одна на другую, поэтому всё смешалось в какую-то непонятную картинку. Мужчина всё пытался подняться хотя бы на руки, но дикая боль и головокружение как-то не желали способствовать успешному завершению подъёма. В итоге шотландец смог перевернуться на бок. - Чё? А где это я? – Подрывник икнул и снова вернулся в исходное положение. Точнее, его вернули, кто-то специально перевернул его на спину, вот только кто - Тавиш понять не мог. - Сначала мёртвым мне казался, когда под деревом валялся. Окутан магией злой ты, и наживёшь себе беды, - Подрывник не совсем понял слова, ведь голова гудела, но то, что его спасла от Гидры незнакомка, он понял. - Слушай… потише, голова болит… - Зачем так далеко залез ты в дикий и опасный лес? - Никуда я не, ик… лез. Я очнулся на болоте, тут Гидра, а Липучкомёт тренировочный, а потом меня съели и в конце дерево и… всё, ничё не помню… - на лоб плюхнулась мокрая и холодная повязка – то, что сейчас было особо необходимо. Холодные капли стекали к глазам, и Тавишу, наконец, удалось разглядеть свою спасительницу. Сначала Подрывник впал в лёгкий шок, увидев, что рядом с его койкой стоит зебра с кольцами на шее, как у африканцев, но он списал всё это на похмелье. Внезапно в голове у Подрывника словно килограмм пластида взорвался, бедняга заорал, схватившись за голову, и свалился на пол. - Бойся, глупец! – знакомый ехидный голос Бомбономикона заставил Наёмника через силу распахнуть глаз. Он находился в той самой чёрной пустоте, а перед ним, мерцая своими алыми глазами, парила проклятая книга. - ТЫ?! - Да! Старикан всё испортил, спас твою ничтожную душу! А ведь это было лучшим моментом в моей жизни, с тех пор, как я взорвал того демона, ну да ладно. Так, на чём я остановился? Ах да, запомни: ты мой и я заберу тебя полностью, а не по крупицам, если ты понимаешь, о чём я… - книга разразилась громким и жутким смехом и открылась, высвобождая из себя Глазастуса. – ХА-ХА-ХА! В ЭТОТ РАЗ ЭТОТ ИДИОТ ТЕБЯ НЕ СПАСЁТ, БОЙСЯ МЕНЯ, НИЧТОЖЕСТВО! - Да катись ты в глубины Ада, мерзкая книга!!! – не понимая как, Тавиш бросился вперёд и, схватив демоническую книгу, захлопнул её. - Э! Ты, ты чё творишь?! Не затыкай мне рот!!! – Бобономикон всячески пытался вырваться из рук Подрывника, но шотландец держал его очень крепко. Книга уловила на себе недобрый взгляд своей жертвы и слегка занервничала. – Эм, слушай, хочешь, я сниму проклятье с твоего глаза? Тебе нужно только открыть меня и… - Заткни пасть, БОМБОНОМИКОН! – с этим диким воплем Тавиш размахнулся и швырнул книгу в Глазастуса. Призрак с диким рёвом взорвался фиолетовой вспышкой, оставив на своём месте портал. Не теряя времени, Подрывник брасом поплыл к переходу, и в последний момент успел нырнуть в него.

***

Посреди дома Зекоры прямо из котла появилась воронка, которая с характерным плевком выкинула из себя кричащего от ужаса Подрывника. Наёмник пролетел всю комнату и вылетел в окно. Посадка оказалась не особо мягкой, но была лучше столкновения с деревом. Сейчас Наёмник просто лежал на короткой траве, упираясь подбородком в землю. - Чёрт, теперь я хотя бы понимаю, как мне удалось пережить подрыв тех роботов, - вдруг рядом с его головой появилась чья-то тень. Тавиш медленно поднял глаз вверх и снова увидел говорящую зебру. Она как-то странно, зловеще смотрела на него. – Ам… - Злой магией твой дух окутан, откуда страшные столь путы? – Подрывник боялся, боялся этой зебры, хотя любой другой на его месте просто бы разум потерял. Но какое-то чувство внутри говорило ему, что она хочет помочь или хотя бы разобраться со “злой магией”. Но вдруг всё снова помутнело и перед тем, как отключиться, Тавиш успел произнести. - Скажу одно слово: Бомбономикон…