Приключения Наёмников в Эквестрии или дьявольские проделки Маразмуса.

Было в нём что-то зловещее. Может, дело было в костяных конечностях или гигантской тыкве вместо головы, но главное – его боялись все. В принципе, судьба призрака с секирой Сайласа устраивала. В начале, конечно, было немного страшновато и даже обидно, что все считают тебя чудовищем с фонарём вместо головы, но потом он привык. Да и время его изменило. За сто лет Сайлас из меланхоличного старика превратился в нахальную и неудержимую машину для убийства. Призрака уже давно не волновали вопросы о чувствах окружающих. Его увлекал только сам процесс охоты на нарушителей: погони, запугивания, всё это добавляло некое разнообразие в скучную нежизнь Пешего Всадника. К тому же Сайлас Манн всегда был терпеливым человеком. Если кто-то из Наёмников в надежде спасти свою голову забирался на дерево, он останавливался, переводил дыхание, успокаивался и только потом начинал нещадно рубить ствол своей призрачной секирой. Всадника всегда забавляла та прыткость, с которой люди его племянников убегали от него. Однако как только борьба за поместье Манн прекратилась, а проклятые земли опустели, Сайлас почувствовал что-то давно забытое и необычное. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что привязался к бойцам RED и BLU, хотя первые вызывали у него куда более хорошие эмоции – они ведь в каком-то смысле тоже защищали его дом. С течением времени эта мысль крепко засела в тыквенной голове, ему не хватало истошных воплей ужаса, вечной беготни, а иногда простого внимания. Хотя кроме удовольствия они приносили ему ещё и проблемы – постоянно крали куски его брони, но это неважно. За сто с лишним лет Сайлас вылезал из могилы лишь пару раз – искать голову и рубить чужие. Сейчас же у него выдалось свободное время, и Призрак проводил его с пользой – читал, сидя перед камином в своём любимом кресле. Роман “Всадник без головы” уже давно пылился среди многочисленных книг поместья, ведь кроме самого Всадника их никто не читал. Сайлас завидовал Генри Пойндекстеру, ведь у того, может, и не было тыквы, но зато была своя ЛОШАДЬ. Манну до боли хотелось иметь своего собственного скакуна, но ни одна лошадь не смогла бы выдержать трёхметрового исполина, увешанного кусками металла. К тому же животные не особо любили нежить. Оставалось просто смириться и “жить” дальше. Вот призрак уже перевернул новую страницу и принялся читать первую строку, как вдруг огонь в камине (а вместе с ним и свет в комнате) таинственным образом погас. Однако Сайлас прекрасно знал причину такого “затмения”, поэтому заранее настроился на не самый приятный разговор. А в это время прямо из камина вылетело привидение, носящее рваный шапокляк и мерцающее всеми огнями адского пламени. Две прорези для глаз были единственным, что оно имело от человеческого тела. - Зефенайя, я и подумать не мог, что ты наконец соизволишь навестить младшего брата. Однако здорово, - словно тень отца Гамлета, привидение медленно приблизилось к тыквенному лицу, вглядываясь своими пустыми и гневно сощуренными глазами в прорези на тыкве. – Что стряслось на этот раз? Вроде до следующего Хэллоуина далеко, и Наёмники не должны тебя волновать. - Не прикидывайс-с-ся, что не знаеш-ш-шь! – старший брат возвысился над младшим, засияв пламенем и “сжигая” того взглядом. На Наёмников такие сюрпризы от основателя компании действовали ужасающе. Один раз Скаут Синих умер от того, что у него остановилось сердце от такого запугивания. Если бы не респаун – поминай, как звали. Однако на Сайласа эти фокусы не действовали, даже наоборот – веселили. - О! Так и зависни, - выдал Сайлас и поудобнее устроился в кресле подставив страницы под свет. Зефенайя лишь зло проворчал что-то, но затем вспомнил, за каким лесом он пришёл. - Это из-за Грея. Он победил, - старый томик выпал из рук Всадника и, грохнувшись на пол, поднял с ковра небольшое облако пыли. – Я вижу, ты шокирован, вот поэтому… САЙЛАС!!! - А?! Где?! – задремавший призрак не сразу понял, в какой реальности вообще находится. – Прости, я задремал, так, чё ты там сказал? - Грей захватил МаннКо, вот что!!! – Зефенайя покраснел от злости. Иногда он жалел, что не приписал в завещание отдельную строчку, каким именно призраком он хотел бы стать – руки ему сейчас пригодились бы. Но слово не воробей, а переписывать было не на чем, так как кожа у старика была не бесконечная. Да, завещание Зефенайя написал на своей собственной коже, хотя это неважно. - И чё? – а вот тут бывший глава компании радовался своей бесплотности, так как это был удар ниже пояса, а в его случае - навылет через эктоплазму. - Не “и чё”, а “это конец”! Он пытается загубить дело нашей жизни, а ты в это время… - Прости, что перебиваю, но ключевое слово – жизни. Брат, мы мертвы уже почти полтора века и до сих пор не обрели покой из-за компании, которая выпускает всякий хлам. Ты выбрал такую судьбу, поклялся, что станешь призраком, а я… Меня умертвили и прокляли, а всё из-за этой треклятой игры, которую ТЫ устроил!!! – последние слова были больше похожи на демоническое рычание, нежели на нормальные слова. Всадник не выдержал и поднялся с кресла, оказавшись наравне со своим братом, надеясь, что тот хотя бы отведёт в сторону взгляд. Но Зефенайя всё с тем же презрением и пустотой глядел прямо в глаза родному брату. – Ты загубил мне жизнь, хотя бы оставь меня в покое, если не хочешь сказать, куда ты приказал своим убийцам спрятать мою голову... - Я готов пойти на всё ради успеха этой “игры”. Чёрт с тобой, я ухожу, в конце концов, у меня ещё остались пешки... - Зефенайя развернулся и скрылся в том же камине, откуда пришел. Свет зажегся, и Сайлас, немного успокоившись, вернулся в кресло. Тот факт, что родной брат тайно приказал покончить с ним и впоследствии наложить проклятие, уже давно так не подстрекал Всадника на “плохие” вещи. А боли он не чувствовал из принципа. Надоело быть слабым. Ходить с этой грустной миной. Может, поэтому его тыква улыбается? Так или иначе, но с уходом брата проблем стало чуть меньше, и Сайлас вернулся к чтению. Время уже давно перевалило за три часа утра, а он всё сидел и читал, даже не ощущая изменений в ауре этого места. Воздух начал пропитываться рыбным зловонием и трупным смрадом, а по полу поползли струйки зелёного тумана, похожие на маленькие цепкие ручонки. Неслышно, как змеи, они начали обвиваться вокруг ног Всадника…

***

Рэйнбоу Дэш сразу поняла, что от пришельцев будут одни проблемы. Вначале у неё не было весомых аргументов, лишь подозрения, однако сейчас вес был слишком велик. Примером могла послужить пелена непроглядного тумана, что окутала весь парк и часть Кантерлота. Конечно, причиной сего маленького беспорядка являлись только двое горе-соседей, однако пони это вообще не волновало. Нет, она могла согласиться, что с некоторыми из них было даже весело, особенно с Инженером и Пиро, но было одно НО. Оно носило кепку, наушники и недавно лишилось футболки в драке со скелетами. Алан не нравился Рэйнбоу, и она этого не скрывала, практически всё время недоверчиво косясь в сторону бостонца. Эти чувства были взаимны, особенно после дождевого душа, из-за которого его и без того херовые и небезопасные бесценные наушники начали слегка фонить. Однако как сказано в договоре с Манн Ко: “Мы не несём никакой ответственности за ЛЮБЫЕ травмы, полученные в процессе использования наших товаров”. Хейл всегда “заботится” о своих клиентах. Но вернёмся к основному. Резкая и весьма неожиданная смена обстановки немного выбила радужную из первичного настроя на драку. Как минимум тем, что этого старика нигде не было видно, а в ушах ещё звенело от недавнего взрыва. Но через некоторое время слух начал потихоньку возвращаться, но вот принёс он не самые желанные звуки. - Кхэ-кхэ, чуваки, вы где?! – проорал в туман Скаут, задыхаясь в этом морепродуктовом ужасе. Что-что, а вот подкинуть пару новых фокусов Маразмус умел. Вот и сейчас новая “Шашка зловония с ароматом тухлой рыбы” прекрасно справлялась со своей работой. Разведчику хотелось поскорее выбраться из этой завесы. Однако вместо выхода он наткнулся на кого-то достаточно низкого, чтобы свалиться на него и больно стукнуться о землю подбородком. - Эй! Слезь с меня! – Алан почувствовал, как кто-то брыкается под ним и поспешил подняться с земли, дабы не получить от радужной копытом куда-нибудь в мягкое место. Только они смогли наконец встать на ноги, как раздался громкий и злобный смех, от которого душа уходила в пятки. Скаут и Рейнбоу начали внимательно вглядываться в зелёную пелену, постепенно рассеивающуюся в воздухе, и вдруг заметили трёхметровую фигуру, светящуюся зелёным светом. – Великая Селестия... - ЖМИТЕСЬ ДРУГ К ДРУГУ, ДУРАЧЬЁ! МАРАЗМУС ЯВИЛСЯ!!! – остатки тумана улетучились из-за звуковой волны, что сотрясла всю округу. Теперь Алан смог увидеть своих товарищей, которые находились далеко друг от друга, образуя круг, в центре которого был Чародей. Наёмники поняли, что без боя им не уйти, потому что если Маразмус высвободил свой дух из тела – это “П”, а иначе говоря, очень неприятная ситуация. - Чёрт тебя подери, Маразмус! Ты же обещал, что выкинешь этот котелок с протухшей рыбой!!! – взревел Доу, неожиданно почувствовав себя в своей среде. Возможно, потому что заклятие было снято, и он снова был собой. Хотя Солдат и так всегда чувствует себя в своей среде, главное - чтобы не было хиппи. - Ты ещё смеешь заикаться о моих обязанностях?! Сам-то божился, что починишь крышу! Я даже шифер украл, то есть позаимствовал для тебя! – желтые глаза волшебника превратились в узкие щёлочки, настолько узкие, что старик стал похож на японца. Возможно, именно это и взбесило Солдата, который ненавидел японцев. Да и вообще, любую другую расу, кроме американской. Хотя почётные места в этом списке занимали русские, немцы и японцы, именно поэтому Михаил и Ганс держали свою национальность в строгой секретности. Ведь никто не хочет быть удушенным подушкой во сне, правда? - Пресвятые кексики, да иди ты в жопу! Я, между прочим, лесничий Бэдлэндс, и это был мой шифер!!! - негодовал Солдат, ведь он спёр его ещё раньше своего соседа. - ДОВОЛЬНО! Я долгое время вынашивал план мести, Солдат. За ВСЁ!!! – прямо за спиной Маразмуса сверкнула молния, от чего Чародей невольно дёрнулся, и череп слегка наехал ему на глаза. Момент прервал еле слышный привлекающий кашель Солдата. Старик бросил недовольный взгляд в сторону своего соседа. – Чего ещё? - Маразмус, а когда ты говоришь “Всё”, ты имеешь в виду что? – Доу непонимающе смотрел на своего соседа, на лице которого начали выступать чёрные сосуды. Наёмники и пони инстинктивно закрыли уши – очередную шумовую атаку они не смогли бы вынести. - Я говорю про бесконечные штрафы! Испорченные ковры! Исцарапанную мебель! Дыры в стенах! Выселение из собственного дома! Мою и без того шаткую ПСИХИКУ!!! – вопль Маразмуса мог по уровням децибел дать небольшую фору Королевскому Кантерлотскому голосу. Каска Солли улетела куда-то далеко-далеко, а сам Наёмник стоял с широко открытыми и “пустыми” глазами. Чародей зло улыбнулся, наблюдая эту картину. Однако ему надоело ждать. Слишком долго он терпел… - Бисдос-барасбус, Бомбиномикон! – над Маразмусом распахнулась зелёная воронка, из которой вот-вот должен был появиться великий и ужасный том тёмной магии. Он и появился, только не один. До Чародея слишком поздно дошло, что прямо на него из его же портала вывалился один очень чёрный и очень злой шотландец, вцепившийся в ту самую злосчастную книжонку. – Ёпт твою! - Маразмус! – только и успел выкрикнуть Тавиш, прежде чем свалиться на могучего волшебника с широко распахнутыми глазами от неописуемого шока. Все трое с грохотом повалились на землю, запутываясь в несложный клубок. - ПРОКЛЯТЬЕ! Весь момент испорчен! А это что ещё за… – не успел Чародей договорить, как из закрывающейся воронки со свистом и матерной руганью вылетел Горец и врезался в землю буквально в миллиметре от головы Маразмуса. Старик, разглядев в лезвии своё отражение, медленно поднял взгляд от лезвия до самой рукояти и облегчённо выдохнул. - А вы знаете, - начал Бомбиномикон, и остальные члены клубка глянули куда-то вниз пытаясь найти демоническую книгу среди переплетения собственных конечностей. – Я вас сейчас даже не ненавижу…

***

- “Я через столько прошёл. Столько нужно было сделать, чтобы, наконец, добраться сюда. Через терни к звёздам. Через лабиринт фальшивых отделений Манн Ко и компаний-пустышек к настоящей жемчужине… “ - тихие шаги были единственным, что нарушало тишину подземного бункера-хранилища. Но даже эти звуки просто растворялись в длинных коридорах. Он никогда ни на кого не рассчитывал, всего добился сам и никому не был должен. И сейчас сын собирался забрать то, что по праву принадлежит ему, то, что принадлежало его отцу. Ребёнок, у которого не должно было быть жизни лишь из-за решения единственного родителя, жаждал отомстить. И он знал как. - Ну вот и всё, Оливия… Лабиринт фальшивых компаний Хейла заканчивается здесь… На настоящем сокровище Манн Ко, – он не был один на своём долгом пути. У него была дочь, которую он действительно любил, и с которой хотел разделить этот миг победы. Иссушенные временем руки в сером костюме потянулись к тяжёлым замкам огромного сейфа. – Австралий. Двести тысяч фунтов австралия! Пылящихся здесь без дела, пока этот мышцеголовый болван торгует своими головными уборами и дешёвым мусором. И теперь… ОНИ МОИ!!! – с небывалой для него силой Грей распахнул тяжёлую дверь и с замиранием сердца устремил свой взгляд в хранилище. Секунда. Другая… Слабые руки сжимаются в кулаки, а зубы стискиваются до скрипа. Один единственный слиток бесценного металла лежал одинокой песчинкой в огромном и пустом помещении. Ненависть, непонимание и отчаяние, те чувства, которые он испытывал давно, когда ещё не был подключён к машине продления жизни. Когда был предан родным отцом… - Она… - единственное, что шипением вылетело сквозь крепко сжатые зубы. Последний из Маннов подобрал единственную улику, столь ненавистную и колкую. Простой окурок…

***

Твайлайт любила учиться, а следовательно, и читать книги. Да, конечно, она иногда доходила до крайностей, перечитывая одну и ту же книгу от корки до корки раз шесть, чтобы уж точно не забыть, но все получают удовольствие по-разному. Особое внимание единорожка уделяла магическим книгам, содержавшим в себе труды великих единорогов, например, Старсвирла Бородатого, но мы не об этом. Главное – она боготворила знания. Если бы вы были книжным червячком ценителем древних знаний и увидели бы ещё непрочитанную дьявольскую магическую книгу, как бы вы поступили? Да-да-да, прочли бы её. Ну, ладно, может, и не прочли бы, но любопытство вас бы охватило. Однако сейчас все находились в довольно сложном положении, неподходящем для чтения. Это можно было понять по взлетающим в воздух комьям земли, жестокой шотландской ругани, смешанной с кривым английским, и истошным воплям Флаттершай. Пегаска, следуя принципу, что одна магическая молния дважды в одну воронку не долбанёт, лежала на дне неглубокой ямки вместе с енотами, закрыв глаза копытами и взвизгивая при звуках грома шотландской ругани. Да и самому Маразмусу было глубоко плевать на пони, его интересовали лишь Наёмники. Последние сейчас со всех ног улепётывали от Чародея, носясь по королевскому саду и уклоняясь от магических молний и огненных спиралей. - БЕГИТЕ, БЕГИТЕ, ДУРАЧЬЁ! – орал своим громогласным голосом волшебник, в очередной раз метясь в пятую точку Солдата. - Я НЕ МОГУ УБИТЬ ТЕБЯ СОЛДАТ, НО ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО Я МОГУ ИЗМЫВАТЬСЯ НАД ТОБОЙ СТОЛЬКО, СКОЛЬКО Я ЗАХОЧУ!!! Джейн чувствовал себя ужасно. Нет, ну сами посудите, вас, гражданина свободной Америки, героя Второй Мировой Войны, пасёт какой-то старый хрыч в балахоне. И неважно, что этому хрычу несколько тысяч лет, и он является мастером колдовства, терпеть издевательства Доу не желал. Поймав удачный момент, когда Маразмус пытался отогнать от себя Рейнбоу Дэш, как самый настоящий старичок – тростью по голове, бравый ветеран за секунду забрался на какую-то причудливую статую, спрыгнул и со всего маху ещё в полёте ударил своего соседа лопатой по щам. Всем знакомый звон огласил воздух, и великий Маразмус грохнулся на землю, уткнувшись носом в тропинку. - Сегодня ночью тебя посетят три призрака: моя нога, моя вторая нога и призрак! - ЭТО ТОЧНО!!! – яркая вспышка молний ослепила Доу, а несколько разрядов отбросили его к статуе. Приподняв каску и пронаблюдав, как пара искр высыпалась из его глаз, Солдат зло уставился на Маразмуса. Чародей выглядел ещё более зловеще: к зелёному свечению добавились редкие разряды молний. – Ты заплатишь, Солдат, вы все заплатите… БОМБИНОМИКОН!!! - Ох-хо-хо, это будет весело! – томик раскрылся где-то на середине и опустился в руки волшебника. Наёмники успели собраться в единую группу и теперь ждали, что им приготовил маразматик с проклятой книгой. - Когда-то вы сражались с Пешим всадником, Глазастусом, Королём скелетов и мной ЛИЧНО! Но вам не выстоять… ПРОТИВ ВСЕХ СРАЗУ!!! БИЗБОС – БАРАЗБУС!!! - О боже, нам капец… - в первый и, возможно, единственный раз, абсолютно все члены команды были согласны со Скаутом, даже Шпион. Даниель выбросил последнюю докуренную сигарету. Теперь он был готов умереть…

***

- Ядро Австралия истощено на 2,62%. Диагноз Медибота: состояние удовлетворительное. - Да? А если учесть то, что у меня всего лишь один жалкий слиток этого металла? Сколько мне осталось, Медибот? – Грей исподлобья смотрел на трясущегося то ли от работы печи, то ли от страха робота, ожидая ответа. - Эмм… Создатель, заряда вашего ядра хватит на два полных года, четыре месяца, три дня, два часа, семнадцать минут и сорок шесть секунд, - скороговоркой выговорил бот и вошёл в режим ожидания, молясь, что его не переплавят. Это правда. Роботы Манна обладали эмоциями, примитивными и порой неуместными, но эмоциями. И им была известна такая вещь, как страх. - Свободен, - тихо прошипел Манн, присаживаясь в кресло. Медибот поспешил ретироваться куда подальше. – Проклятье… Для многих два года жизни - это много, для других - мало, а для Грея – катастрофически мало. А самым страшным было то, что он не знал, что делать дальше. Искать Хелен было пустой тратой времени и ресурсов, эту иголку нельзя было найти в таком огромном стоге сена. Но надо было отдать ей должное – она сумела обвести вокруг пальца человека, который ещё младенцем был гением. Это-то и бесило Грея больше всего. - Сто лет… Проклятье, я ждал этого момента сто лет, я планировал каждый шаг и всё равно проиграл, - кожаное кресло заскрипело под натиском сжимающихся кистей Грея. – Я не могу найти ни её, ни эту Полинг, а даже если бы Наёмники были живы, толку бы от них… Внезапно, Грея осенило. От чудовищной догадки он подскочил с кресла и бросился куда-то из кабинета, постоянно бормоча себе что-то под нос. - Я победил, хотя должна была начаться ещё одна патовая война, это всё неспроста, - пройдя очередной коридор, Грей наконец очутился в какой-то каморке, которая была служебным помещением и местом умственной работы младшего сына Зефенайи. Здесь повсюду висели листы с планами роботов, нападений и важными шагами. Манн включил слабую настольную лампу и принялся чертить что-то на огромном листе. Нещадно вжимая маркер до скрежета, наполняясь злобой с каждым движением, он чертил следствия и начинал подбираться к истине. Ведь он знал о них всё, знал обо всех, кроме некоторых, чьи файлы были строго засекречены и не внесены в цифровую базу данных TFindustries. Наконец, последний штрих был сделан, а маркер со свистом улетел куда-то в темноту комнаты. Грей взирал на плод своих размышлений и просто сгорал от ненависти, скребя по листу ногтями. Ведь это было так просто и предсказуемо. Смерть Наёмников была лишь отвлекающим манёвром, нет, в них просто не было необходимости. Она успела прибрать всё раньше, чем Манн успел привести в исполнение план “Б”. – Старая химера… Этот шёпот утонул в темноте служебного помещения…

***

- Джентельмены, перед тем, как мы умрём, я должен сказать это, - Наёмники внимательно посмотрели на Шпиона, начавшего столь пафосную речь. Француз поправил галстук и, тяжело выдохнув, выдал: - Я вас всех ненавижу. - Мы тя тоже любим, мужик, - с улыбкой ответил Тавиш и повернулся, как и все остальные, к Маразмусу. Точнее, к Маразмусу, Глазастусу, Королю скелетов и его братьям меньшим. Единственным непризванным остался Сайлас, и ему была отведена самая главная роль. - УЗРИТЕ ТОГО, КТО НАВОДИТ УЖАС НА СМЕРТНЫХ!!! ТОГО, КТО ОТОРВЁТ ВАМ ГОЛОВЫ!!! МОРТИС-АФТАГОСТА!!! – фиолетовое пламя охватило землю перед Наёмниками, и из пламени начал подниматься он, - УЗРИТЕ САЙЛАСА МАННА!!! Это был триумф. Маразмус закрыл глаза и приготовился насладиться самыми дикими воплями ужаса в его жизни. Однако вместо крика до ушей Чародея долетел безудержный смех Скаута и сдавленный остальных Наёмников. Посреди тропинки стояло красное кресло, в котором, всё ещё читая книгу, сидел Сайлас. Призрак медленно поднял голову, осмотрел Наёмников, поглядел по сторонам, приметив каких-то цветных лошадок, выглядывающих из-за живой изгороди кустов, и снова посмотрел на Наёмников. - Так, ладно, мужики, чё за херня здесь происходит? – немного грубым и рычащим голосом спросил Всадник, заставив Твайлайт и остальных Хранительниц вздрогнуть. - ВСАДНИК! Я призвал тебя, дабы утолить свою жажду мести! УНИЧТОЖЬ ИХ! – ещё одна молния сверкнула в небе, добавляя пафоса и наехавших на глаза головных уборов. - Стоп-стоп-стоп-стоп-стоп! – все как по команде посмотрели на Бомбиномикона, который сейчас смотрел на Маразмуса взглядом, полным непонимания, выражающим истинное охреневание от ситуации. – Старик, ты совсем головой долбанутый или как? Нахрена ты спас их, перенёс в другой мир и перенёс МЕНЯ и свою вонючую хибару в другой мир, если хочешь убить их?! Мимо очень кстати пролетел неизвестно откуда взявшийся сверчок, который был тут же съеден выпрыгнувшим из кустов Кусакой. Сказать, что ВСЕ были в полном шоке – ничего не сказать. У Наёмников отвисли челюсти от новости, что их спас их злейший геморрой враг. У Маразмуса – от осознания собственной ебанутости непостоянности. У пони – от понимания того, насколько крут парящий перед ними волшебник, если он сумел создать разрыв в пространстве. У скелетов просто отвисли челюсти. Да, эта одна из насущных проблем. У Сайласа челюсть не отвисла, так как её у него не было, но это не мешало призраку пребывать в состоянии полной прострации. Однако в себя он пришёл раньше всех… - Маразмус, да ты в конец обнаглел! – с этими словами Всадник показал Чародею один неприличный жест, вводя Колдуна в ещё больший ступор. – Позвонить сначала не мог? Я те чё, автомат с газировкой по первому зову банку выкидывать?! У меня, может, личная жизнь есть! Все идут нахер, меня здесь нет. Сайлас демонстративно переложил ногу на ногу и, усевшись в кресле поудобней, продолжил чтение. Наёмники молча ликовали. Известие о том, что за ними не будет носиться безголовый призрак с огромной секирой, было своеобразным лучиком света в... глубоком кризисе, в общем. - ЛАДНО! Эм… у меня ещё осталась пара сюрпризов! - Марзмус никогда не унывал. И всегда имел пару фишек в своём кармане. Но он и понятия не имел, какую беду навлёк на всех своим высказыванием. Одну такую розовою и мозговыносящую неугомонную проблемку. - Сюрпризы!!! – громкий звонкий крик оглушил Чародея и Глазастуса, последний аж зашатался и упал на землю, прикрывая веки в мучительных и гулких стонах. Маразмус в ужасе глядел на это маленькое розовое и кудрявое чудовище, которое вот-вот собиралось взорвать ему мозг. Даже череп на его голове округлил свой единственный глаз от страха перед наступающим весельем. – Я люблю сюрпризы! Я спец по сюрпризам! А ты знаешь, какие бывают сюрпризы? А ещё я устраиваю вечеринки, но я, кажется, это тебе уже говорила, или нет? Ой, я же не представилась! Меня зовут... - ХВАТИТ!!! УМОЛЯЮ!!! – завыл несчастный волшебник, снося Пинки звуковой волной обратно в те кусты, откуда она только что выскочила вприпрыжку. Кудряшка непонимающе вертела глазами в разные стороны, пытаясь восстановить из плывущих перед глазами силуэтов одну общую картину. Подруги сразу же ринулись приводить её в чувство. Слишком много произошло за последний день для Эпплджек. Сначала появление странных существ, не внушавших никакого доверия, затем этот случай в поезде, а теперь и появление какого-то истеричного волшебника, который, как подсказывала ей интуиция, не был хорошим парнем. Казалось, что хуже быть не могло. Дамы и господа, могло, и ещё как могло… - Ребят, а вам не кажется, что эта статуя дала трещину? – вопрос Инженера немного разбавил краски и перевёл всеобщее внимание на ту самую причудливую статую непонятного животного или ещё какой фигни. Особенно она понравилась Медику, ибо представляла собой помесь разных животных, разжигая особый, так сказать, садистский научный интерес. И известие о том, что это произведение искусства было осквернено одной американской личностью, сильно разозлило немца. - Солдат! Угораздило же вас забраться именно на эту статую! Это же наипрекраснейшее творение из всех, что мне приходилось видеть! – внезапно по статуе с характерным треском поползла уже не одна, а несколько трещин, сразу в нескольких местах. Кусочки камня начали сыпаться из расползающихся, словно вены, трещинок, а сама фигура начала излучать какое-то яркое и нарастающее свечение. - Ядрёны кексики! – только и успел выкрикнуть Дейн перед тем, как статуя разлетелась на куски, осыпав Наёмников камнем. Один из булыжников очень удачно попал Королю скелетов прямо в голову, раздробив её в костную муку. Солдат пронаблюдал эту картину от начала до конца и быстро обернулся на ужасный рёв. Из-за облака пыли можно было разглядеть лишь тёмный силуэт, извивающийся словно змея. Ничего хорошего эта тень не предвещала, и поэтому Наёмники отошли подальше. Все, кроме Медика. - Док, отойди оттуда! – Делл с нескрываемым волнением наблюдал, как это существо начало подниматься с земли, вставая в полный рост на задние лапы. По сравнению с Гансом это было нечто огромное, настолько высокое, что Медику пришлось поднять голову, чтобы смотреть этому существу прямо в глаза. - Mein Gott, вот это самое невероятное, что мне доводилось видеть в своей жизни! – на лице немца появился по-настоящему маниакальный оскал, а глаза наполнились странным блеском безумия. Перед ним была настоящая солянка из частей тел разных живых существ. Перчатки на руках заскрипели от сжатия в кулаки. - Santa Maria, это же… - начал было Бомбиномикон, потихоньку прячась за Маразмуса, но Чародей опередил его воплем ужаса, взорвавшим барабанные перепонки окружающих сотрясшим весь Кантерлот до взрыва витражей и окон. - ДИСКОРД!!!