Хранитель душ

      Бреду по липовой аллее. Город старый, много заброшенных зданий, искривленных сухих деревьев, а вдоль дороги стоят причудливые газовые фонари, над которыми парят белые дирижабли. Мимо меня проносятся трамваи старого образца. По покрытым трещинами стенам домов вьется плющ, а лавки с облупившейся на них краской не привлекают никого, кроме птиц.        Вдруг сквозь шелест листьев до меня доносится гул, как эхо. Вдыхаю в легкие воздух, принюхиваюсь. Порох. Может, салюты пускают? Мне отсюда не видно. Это будущее.       Однако я не думаю о тревожном знаке. Мои мысли заняты предстоящей встречей. Саша... Лохматый, нахальный, шустрый. Он меня воспринимает как девушку. Но если в иных случаях меня бы это устраивало, то тут... Резко нет. Он видит во мне сексуальный объект, а так быть не должно. Серые - это хранители, существа, не имеющие плоти. Как можно желать с ними соития? Оказалось, что можно. Вот уже три месяца я борюсь за то, чтобы он перестал искать во мне женщину. Пока безуспешно.       А вот и он. Спешно ко мне приближается. Глаза горят, вид радостный и возбужденный. - Привет, красавица. - Здравствуйте, - закуриваю, стараясь не показать свое особое к нему отношение. Налицо явная амбивалентность чувств. Любовь к нему, как к подопечному, переплетается с глухим раздражением. Хотя... Как к подопечному ли? Я стараюсь не думать о природе своих чувств. - Ты знаешь, что я не люблю, когда мне "выкают", - губы Саши недовольно сжимаются. Не показывая удовлетворения этим, я как ни в чем не бывало пожимаю плечами. - Прости, забыл. Вас-то много. А я один на всех, - запускаю руку в карман джинс, неторопливо иду рядом, продолжая курить. - Как дела на личном фронте? - Никак, - пожимает плечами. - Ты и так всё знаешь, зачем спрашиваешь? - Может, помочь хочу. - Себе помоги, - огрызается, но я лишь улыбаюсь. - На работе без эксцессов? - Без, - мотает головой, затем хватает меня за руку, останавливая. - Слушай. - Что? - смотрю на него. - Как ты относишься к сексу без обязательств? Опять. На самом деле я ждал подобного поворота беседы. И хотя я давно готов согласиться на его предложение, мне приходится объяснять, что серые не имеют пола, поэтому его затея ни к чему не приведет. А попытки только встревожат меня и ослабят. - Саша, мы это уже обсуждали. - То есть без обязательств ты не согласна? Давай с обязательствами, - самоуверенно смеется, продолжая крепко держать меня за руку. - Тебе что, жалко что ли? - Это невозможно, даже если очень захотеть. Я не мужчина и не женщина. - Не проблема. Ты же что-то ешь, а это значит, что там у тебя... Резко перебиваю, понимая, к чему он клонит. - Я не ем! Я вообще не ем и не сплю, - пытаюсь выдернуть руку, однако хватка у Саши стальная. - Ты еще на ангела попробуй залезть! - Ты не ангел, - мой подопечный в ответ бессовестно усмехается, грубовато заводя руку мне за спину и притягивая к себе. - Ну давай попробуем. А вдруг всё-таки это возможно? - Нет! - цежу сквозь зубы. Моя серая оболочка темнеет, но Саша этого не видит. - Сейчас узнаем. Тебе тоже будет полезно. Ты же хотела познать себя, - тянет меня куда-то за угол. Меня это злит, но не так, как мне хотелось бы. - Саша, успокойся! Я плод твоего воображения. Я тебе снюсь. - Прекрасно! Значит, я тем более могу делать всё, что хочу, - идея сна Сашу вполне устраивает и, не пытаясь себя сдерживать, он прислоняет меня к стене. - Нельзя! - Можно, - его руки блуждают по моему телу, но я-то знаю, что они никогда ничего не нащупают. У меня нет явных половых признаков. Я похож на куклу.       Осознание, что ничего не получится, страх и досада заставляют меня с рыком начать вырываться из его объятий. Меня злит, что Саша без спроса меня трогает, хотя я понимаю, что он видит, что я не против. И плевать ему на мои слова. Но кто знает, чем грозит нарушение дистанции? В висках бьется вопрос, пропитанный досадой. Почему ему не оставить меня в покое? Не перестать заставлять думать о несбыточном? Почему мы не можем просто ходить по дорожке и болтать о разном?       Серые могут менять внешность. Становиться похожими на мужчину или женщину. Лицом и общими очертаниями тела. Что я сейчас и делаю. На щеках и подбородке начинает расти борода, и Саша с отвращением отступает назад. - Опять ты всё испортила! - со злостью отворачивается. - Убери бороду. - Обойдешься. - Убери! - Саша, я серый, у меня нет пола. - Нет, есть! Ты девка, я это вижу. Это очевидно! - недовольно на меня косится. Борода тает, мы снова идем рядом, только пыл у моего подопечного малость поубавился. - Как дела с деньгами? - перевожу разговор на другую тему, стараясь успокоиться. Но злость не покидает меня. - Вчера со мной расплатились. - А где спасибо? - Кому? - А кто тебе сказал сходить на улицу Мира и обратить внимание на объявление на столбе, возле остановки? - Я всё равно туда собирался.       Хмурюсь. Никакой благодарности. Чтобы помочь Саше, я убил час, а этот гаденыш теперь утверждает, что всё сам нашел. Скорее всего, он так говорит мне, чтобы досадить, но мотивы не так уж и важны. - Следующий раз сам свои шабашки искать будешь. - Буду, - фыркает и идет вперед. Я останавливаюсь и, резко повернувшись в другую сторону, ступаю прочь. Внутри меня всё кипит. Никакого уважения. Сперва облапал, вместо "здрасьте", потом еще и спасибо не сказал за помощь. Обида распаляется, я темнею, даже не пытаясь сопротивляться этому. Упиваясь злостью на него, я почти перестаю себя контролировать. Саша замечает, что я куда-то делся. Оборачивается, идет обратно. - Ну что ты?       Вытягиваю руку. - Так, значит, моя помощь, мое участие ничего для тебя не значат? Ты можешь сам? - Ну началось, - вздыхает. - Давай ты не будешь вести как баба? - Я буду оправдывать твои ожидания. - Э, нет! Ты же серый, - подходит ближе, но тут я, совершенно потеряв остатки самообладания, хватаю его за руку, так сильно, что он вскрикивает. - Так значит, теперь я серый? Ошибаешься. Готово. Удачи в работе!       Оставляя его корчиться от резкой боли, ухожу прочь, чувствуя, как черная радость разливается по нутру. "Ну теперь-то ты у меня попляшешь, работничек. Посмотрю, что ты скажешь через пару дней".