Ты мой!

      Очнулся я в своей комнате. Вэл сидел рядом, сжимая мою руку. А потом все поплыло, заплясала люстра, покачнулся шкаф и я снова ушел в темноту. Лишь издалека я слышал глухое эхо голоса Вэла, но никак не мог отрыть глаза и сказать, что я в порядке. Я не хотел его волновать или тревожить, но язык меня не слушался, более того, я не чувствовал ног. Не знаю, что произошло, но навряд ли это от ремня... Щеку саднило,я это чувствовал даже с закрытыми глазами... Хотя не ручаюсь, что они у меня были закрыты, может у меня зрение пропало? Паника пропитала все, даже легкие. А после все стихло и снова я один...       Никогда я не думал, что одиночество может быть таким давящим, таким мощным, таким, словно тебя сковало льдом, а окружающие видят это, но никто не может или не хочет помочь. И от немого крика, который никто не слышит, саднит горло и кажется будто превратились в пепел. Я как человек болеющий клаустрафобией, которого заперли в старом шкафу. Я старался расслабиться, чтобы скинуть хоть немного напряжение, удавалось с трудом. Каждый вздох, словно я делаю в вакууме с надрывной болью и пульсацией в висках. Еще один маленький вдох, еще один... Вы наверное видели, как учиться плавать ребенок, вот также старался выплыть и я: по чуть-чуть, чтобы не утонуть окончательно. Мне бы только выплыть на поверхность...       Не знаю сколько времени я барахтался в одуряющей душу тьме, но наконец-то я увидел лучик солнца. Я было подумал, что у меня галлюцинации, но присмотревшись и привыкнув к свету, я увидел, что смотрю на окно, в которое бьет лучами полуденное солнце. Неужели это конец? Я протянул к свету руку, пошевелил ногой, скинул покрывало и прошлепал до коридора. А там я услышал голоса: - Как он? - Жить будет. - Точно? - Да - Просто шоковое состояние. Он отойдет.       И тут появляюсь я. Хотя чувствую, что пол снова начинает раскачиваться, словно у нас на море качка, я опираюсь о стену, в глазах снова темнеет... Но меня подхватывают сильные теплые руки и на ушко горячий шепот, а еще то что все будет хорошо со стороны двери.       Через минут семь я пришел в себя полностью. Вэл смотрел на меня встревоженно, отсчитывая пульс. - Что это было,- спрашиваю я, не узнавая свой голос. - У тебя был шок,- улыбаясь отвечает Вэл, понимая, что все позади,- мой милый котенок... - А с Майки что?- хмурясь спрашиваю я, вспоминая вечер. - Он в больнице,- тихо отвечает мой любимый, меняясь в лице.- Как себя чувствуешь? - Слабым,- честно отвечаю я. - Оно и понятно,- кивает мой владелец,- сейчас обед принесу. - Подожди, сколько я был в отключке?- меня очень интересует этот вопрос. - Четверо суток,- мрачно отвечает Вэл. - Сколько?- не верю я. Четверо суток?! Ахренеть! Вот это срыв... Мне показалось максимум час или два... Я просто сидел с открытым ртом и смотрел на Вэла. - Не волнуйся, с тобой все в порядке,- улыбнулся брюнет, касаяс моей саднящей щеки,- а насчет Майки не волнуйся, я с ним разобрался. Он теперь к тебе и близко не подойдет. - Совсем?- интересно, что же у них произошло? - Совсем,- и он чмокнув меня в лоб, отправился на кухню.       Я лишь через пару дней узнал, что Вэл хорошенько приложил братца о дверь, а после, взяв за шею, едва не удушил. Его Сергей остановил. Мне конечно было приятно, но что если все всплывет в прессе? От этой мысли мне стало как-то не по себе. Не очень то хотелось чтобы о моей карьере узнали друзья и близкие. Однако теперь от этого мелкого гаденыша можно ожидать все что угодно... Думаю Вэл тоже об этом думал, но предпринял ли он хоть что-то чтобы закрыть рот этому выскочке?       Не знаю что у меня было со спиной, но она чесалась словно туда наползли божие коровки. Каждый вечер мне спину обрабатывал Вэл, не позволяя даже посмотреть. Он же меня и мыл. Так бережно и ласково... а я боялся поверить в реальность, прижимаясь к нему словно маленький ребенок в поисках защиты...