Жизнь на болотах продолжается

       Тем временем на болотах светало. Деревья наливались солнечными лучами. Озерца, запруды и реки отражали в себе солнечные лучики. А над водопадами мостами красовались радуги. В то время как ночные создания ложились на боковую, дневные волшебные существа просыпались и начинали заниматься привычными делами, то и дело звучали тихие и громкие разговоры о столетии защитницы Топей. Конечно, чаще разговоры были тихими, так как считалось, что вся семья феи погибла от рук людей.       Пока Малефисента искала своего ворона, тот сам пребывал в глубокой задумчивости. Он сидел на толстом корне векового дерева на берегу лунного озера.Его так назвали, потому что в нём каждую ночь обязательно будет отражаться луна, наука не смогла бы это объяснить, но факт остается фактом. Он задумчиво смотрел на отражение солнечных лучей и размышлял о своем.       А именно, Диаваль думал о том, что скоро госпожа придёт к нему со словами: «Ты был мне верен долгие годы, теперь ты свободен… ведь со мной впредь мои собственные крылья. Я тебе очень благодарна, но больше я держать тебя не стану». Диаваль усмехнулся от следующей пришедшей ему на ум мысли: «А что меня держит? Я же вольная птица, я же в прицепе должен хотеть быть свободным, но ведь почему-то всё равно не могу, не хочу!» Он снова сделал серьёзное лицо и стал размышлять дальше: «Кстати, а где моя госпожа-то?»       Он решил обойти все топи, и найти фею, которая явно не торопилась его искать и сообщать ему ненавистную для обоих новость о его освобождении. Тут он сам не заметил, как продолжил рассуждения вслух, вставая, и уже сделав пару шагов вдоль озера: — Интересно, почему…? — но не успел он закончить, как за спиной послышался шорох крыльев.       Это была Малефисента спускавшаяся за его спиной: — Что «почему»? Что «интересно»? Диаваль, — произнесла буквально на лету заинтересованная его словами волшебница. С ласковой полуулыбкой на лице и приподнятой изящной бровью.       Диаваль с ответной улыбкой повернулся к ней лицом и стал пристально разглядывать фею с подола коричневого облегающего платья до могучих рогов, и опуская глаза ниже, остановился на её лице. Пока он пристально и, не отрываясь, разглядывал фею, та подняла уже вторую бровь и удивлённо с насмешливой улыбкой спросила ворона: — Диаваль, вернись с небес на землю, что это ты меня так разглядываешь? — Да-так… Просто любуюсь красотой моей госпожи, — ворон лукаво улыбнулся и отвесил нелепый поклон.       Малефисента усмехнулась и опустила брови на привычный уровень. — Кстати насчёт госпожи… — она немного помолчала, всматриваясь в лицо бывшего слуги и наблюдая за реакцией. Диаваль напрягся, но не подал виду. Лишь навострил уши и сделал шаг вперёд навстречу фее. Которая продолжила свою речь. — Я тебе не госпожа отныне, а Малефисента. И для тебя и для всех остальных. Если хочешь… я могу превратить тебя в ворона навсегда, — она немного помолчала и с трудом, унылым голосом, чуть запинаясь, продолжила: —и… ты… можешь… улетать куда… угодно, куда захочешь.       Последняя фраза прозвучала так уныло и с таким грустным лицом, что это просто не могло ускользнуть от, всё ещё пристально смотрящего и навострившего уши, Диаваля.