Жизнь на болотах продолжается

      Солнце уже совсем встало. А Диаваль и Малефисента остались там, где мы их оставили. Их диалог продолжился после небольшой молчаливой паузы. Самое лучшее то, что в это время на Лунное озеро никто не приходит, и они могли поговорить наедине и в тишине. — Ты хочешь, чтобы я улетел? — Диаваль вопросительно посмотрел на нее. — Д-да… — все с тем же трудом произнесла Малефисента. — Почему? По голосу непохоже или я неправ? — Диаваль не хотел смиряться с её словами, тем более он знал её так долго, что даже если бы она говорила увереннее, он бы всё равно понял, что искренности в её словах нет.       Малефисента вздохнула и, на выдохе смирившись на какое-то время с чувствами, произнесла: — Ладно, — она немного помолчала и решила сказать ему правду: — я…не хочу, чтобы ты покидал меня, мне без тебя страшно скучно и одиноко. Что на земле, что в небе. За эти два дня я поняла это… — внезапно она опомнилась, что хотела отпустить его и забыть, об этой странной гамме чувств и эмоций, которые накрывали её с головой, когда Диаваль находился рядом.       Собственно, она опомнилась как раз от этих самых необычных чувств. Ведь когда она прервала свою речь, он подошёл к ней почти вплотную. От внезапной близости и чувств, что накрыли её с головой, Мел вздрогнула и её крылья затрепетали так, как будто подул ураганный ветер. Причём на Болотах не то что ураганного, вообще не было ветра. — Тебе было скучно и одиноко, без меня? — в глазах Ворона блеснул лучик надежды, он заметил трепетание её крыльев, её неровное дыхание и, вероятно, бешеное сердцебиение.       Она отошла от него на шаг и успокоилась, хотя это было лишь внешнее спокойствие, внутри неё по-прежнему бушевал необъяснимый ураган.       Малефисента покривила лицо, что было ей несвойственно. И судорожно вздохнула, отведя взгляд на озеро, пытаясь упорядочить мысли, которые после столь резкого приближения Диаваля, столь же резко перемешались и собрались в кучу. Не давая фее разобраться в происходящем.       Однако её жалкие попытки разобраться в чувствах были четны. А долго думать и рассуждать ей не дал Диаваль. — Малефисента. Я. Не хочу. Никуда. Улетать, — отчеканил ворон, дабы обратить на себя внимание задумавшейся женщины. — Почему? — наконец оторвавшись от раздумий, удивлённым голосом, вскинув брови вверх, произнесла фея.       Чтобы не отвечать на вопрос сейчас, ворон решил задать фее встречный вопрос: — А почему ты по мне «страшно» скучала? — Ну-у-у… — протянула она, выигрывая время, чтобы сообразить, что сказать, дабы ненароком не намекнуть на свои чувства.Правда, у неё это и так не получалось, штиль и её трепещущие крылья, на пару с неуверенным дрожащим голосом, выдавали её состояние с потрохами. — Аврора уехала с Филиппом в замок. Везде, в обоих королевствах лишь мир и процветание. Такого ещё не было за последние годы, я не привыкла, что мне не нужно защищать свои земли, восстанавливать их, следить за Авророй на худой конец. Не привыкла, что вместо этого я… просто летаю одиноко в небе или сижу на своём дереве и думаю о… о… — она опомнилась и осознала, что её опять занесло, она ещё несколько раз повторяла: «о…», пытаясь выкрутиться, но осознав, что на ум приходит только лицо Диаваля, она буквально сдалась: — о том, что мне не хватает рядом твоей персоны.       Диаваль улыбнулся её словам во все тридцать два: — Если тебе и впрямь так одиноко и скучно без моей вороньей «персоны», почему же ты предлагаешь мне улететь?       Малефисента растерялась и ответила первое, что пришло на ум: — Не знаю…мне казалось ворон вольная птица и… — она не успела договорить как Диаваль подошёл к ней снова и перебил… опять. — Что же, тогда я вольная птица, живущая рядом с прекрасной феей.       Бледная кожа Малефисенты налилась румянцем, её вновь накрыло волнующее состояние, она поддалась вперёд и потянулась лицом к лицу Диаваля, он ответил ей взаимностью. Но когда их губы почти соприкоснулись, в крыло феи со всей скорости с визгом врезалась феечка Фислвит.       Малефисента от неожиданности отпрянула от объекта своей головокружительной симпатии. И ошарашенно посмотрела на феечку.       Диаваль же неодобрительно, но с жалостью посмотрел на маленький объект такого большого облома.