БДСМ: реальность

Героическим усилием я, наконец, разлепила свои красненькие глазки. Вчерашнюю книгу я всё-таки дочитала. Доползла до кровати уже в четвёртом часу утра. Да…кто-то ночами в клубах отрывается, а у меня свой извращённый интерес. Джек утробно рычал у двери. Обычно он очень спокойный, просто не любит, когда её выламывают. Натянув спортивный костюм и шикнув на недовольную собаку, впустила Ленку в дом. - Зараза, - взвыла гостья вместо «доброго утра», - у меня же самолёт! А я к тебе в эту Тьмутаракань ещё четыре часа добиралась! - Могла бы и не приезжать, - равнодушно зевнула я, ставя чайник на плиту. - Да ладно…чего ты, - мигом сбавила тон Ленка. – Кофе угостишь? – глянула она на закипающий чайник. - Нет у меня кофе. Я его не люблю. Чай? - Давай, - тяжко вздохнула она. Разливая по чашкам янтарно-зеленую жидкость, я втихую радовалась, что Ленка приехала одна, в машине кроме неё никого не было. - Зелёный, - страдальчески сморщилась она, глядя в чашку, но видимо всё-таки что-то вспомнив про этикет в гостях, бодро глотнула кипячёную водицу. - Ну как? – не удержалась я от того чтобы съязвить. – Вкусно? - Напиток богов, - хмуро кивнула Ленка. – Так как насчёт вчерашнего? Я его уже привезла. - Привезла? – чуть не захлебнулась я в чашке. - Он хорошенький, - заулыбалась она. – Пойдём, покажу. Мы вышли к машине, и Ленка картинно распахнула багажник. Внутри, свернувшись калачиком, лежало то самое «тело». Оценить внешние данные сходу было сложно, так как парень закрылся рукой от яркого света, а по позе напоминал эмбрион. - Вылезай, - скомандовала она. – Живо-живо, мне некогда! Вскоре на траву опустились две босые ноги в протёртых грязно-голубых джинсах. Парень выпрямился и замер, бросая несмелые взгляды по сторонам. - Я тебе позыркаю, - возмущённо вскрикнула Ленка, - Или тебе в зеньки опять закапать надо было, чтоб до вечера на ощупь ползал?! - Простите, Елена Анатольевна, - с ужасом запричитал её подопечный, - я никогда больше… - А вот мне Дарья Сергеевна и расскажет «больше или меньше», - резко отрубила она. – Если оставишь её недовольной…- Ленка сделала многообещающее лицо. – А теперь в дом, живо! С глаз моих… Я смотрела в след шустро удаляющемуся парню. И правда, хорошенький… - Впечатляет, - уважительно покачала головой я. – Но, смотрю, у вас всё так серьёзно…Я на ЛС не подписывалась. - Просто пользуйся им так, как нравится. – отмахнулась Ленка, вытаскивая из багажника ещё какой-то мешок. – Вещи, - пояснила коротко. Долгих разговоров она не любила, поэтому в двух словах передав сцену её примирения с женихом, уселась за руль. - Ты только его не разбалуй, - поморщилась она, уже заводя мотор. – Сейчас всё как надо. Место своё знает. Ну, надо так надо. Я не спеша отправилась домой, по пути пытаясь найти плюсы в сложившейся ситуации. Мне ведь нравятся подобные игры. Почему бы нет? Парня долго искать не пришлось. Он обнаружился сразу, в прихожей, вжавшийся в стену. Джек, ощерившись и демонстрируя превосходные зубы, сопровождал усиливающимся рыком каждый его вздох. - Джек, фу! – лениво гаркнула я. – Место. – Волчара отвернулся от нарушителя территории и с чувством собственного достоинства улёгся у моей кровати. - Я не хотел смотреть! Я нечаянно! – торопливо запричитал парень, поняв, что все его действия теперь в моей юрисдикции. – Я всё равно не узнаю, где нахожусь. Пожалуйста, не надо капель! Капель? Я со смесью интереса и недоумения вглядывалась в расширенные от страха зрачки. Кажется, Ленка однажды упоминала вскользь, что есть такое средство, вызывающее у раба на время слепоту. - Тебе их капали? Когда? - Когда по городу перевозили, и когда гостей важных обслуживал, – на лице панический страх, голос срывается, губы трясутся. – Не надо! - Обслуживал? - Ну, да…как шлюха, - обыденно произносит он, не замечая, что выдаёт дикие для меня вещи. Всё, что его сейчас волнует, так это угроза слепоты. - Дарья Анатольевна…- почти хнычет. - Сергеевна Ну всё: сейчас точно разрыдается. Пойду-ка, я на свежий воздух. - Джек, гулять. М-да-а…Дверь заперла. Не то, чтобы сильно расстроюсь, если это «тело» вдруг растворится в ближайших окрестностях, просто обидно, если оно ещё прихватит что-нибудь с собой. А так, хотя бы телевизор через окно выносить не очень удобно…Может вообще к батарее пристегнуть надо было? Ведь в глаза его раньше не видела, чёрт знает, что там Ленка насобирала. Увидела трясущиеся губки и тут же жалко стало! Тьфу…Госпожа, называется. А ведь многие на сессиях считали, что я строгая. Выпороть могу до крови, страпон обожаю и проколы, да и поизмываться, чего уж там…Но назвать себя жестокой? Пожалуй, нет. Просто не люблю сюсюкаться. Интересные у них с Ленкой отношения. Неужели он её правда так боится? Трясся так…или это тоже часть игры? Соседи дружным семейством сажают картошку на приусадебном участке. Машут мне. Я в ответ киваю и улыбаюсь. Кажется, ночью был дождь. Кеды насквозь мокрые. У Ленки много желаний на грани, а порой и за гранью разумного. Но ведь отказаться-то никто не мешает. БДСМ - дело добровольное. Не нравилось бы – ушёл. Так что надо расслабиться и получать удовольствие, а не накручивать себя на пустом месте. Джек успел выловить из пруда себе палочку размером с годовалую берёзку, осклизлую, обросшую тиной. Пожалуй, это единственная его слабость. Таскать домой всякую гадость. - Дарья Сергеевна…- уже на коленях. Ползёт. Шнурки развязывает. Нравится. Улыбаюсь. Не хочу из себя ничего изображать. Приносит тапочки. Переобувает. Настороженно смотрит вверх: всё ли так? Благодарно киваю. - Выбери себе место, где будешь спать. Нарочно не даю никаких указаний, хочу посмотреть, что ему обычно позволено. Буду придерживаться ленкиного минимума, чтоб не разбаловать. Озирается. Колеблется несколько минут. Выбирает дальний угол между шкафом и окном. - На ковре можно? – на всякий случай уточняет он. По заветной надежде спать на ковре, становится ясно, что статус его ниже плинтуса. Подушки и матрасы не предлагать. «Это их жизнь и их игра», - одёргиваю себя. - Располагайся, - делаю я широкий жест рукой. - Есть, - коротко отчеканивает он, занимая край комнаты. - Служил, что ли? – задумываюсь я. Кивает удивлённо, потом напрягается, бросая в мою сторону короткие взгляды. Видимо, ждёт издёвок по этому поводу. Я обычно не упускаю возможности подколоть, но, как ни странно, у меня есть свои собственные табу. И это одно из них. Оставляю парня обживаться. Не пялиться же на него, как в зоопарке. Да и просто некогда. Почти 90% жаждущих встречи с доминантой считают, что счастье госпожи – это возможность наказывать раба, постоянно и изощрённо. Господи, как же с такими скучно. Это может быть хоть как-то забавно в течение часа… первый и последний раз. Потом это превращается в докучливую обязанность, необходимость изо дня в день изобретать велосипед. А как же работа, дом, семья, другие интересы? Госпожа, которая только и делает, что 24 часа в сутки думает об извращённом сексе, наказаниях и пытках, должна по меньшей мере иметь хоть одно, но серьёзное психическое заболевание и содержаться в казённом доме, где не нужно отвлекаться на такие мелочи, как жизнь вокруг. Завершив парочку неотложных дел, поковырявшись в теплице, слегка потаскав тяжести, заползаю на свой йоговский коврик. Я уже пару раз срывала спину, и мне велено её тянуть после длительных нагрузок. Совершаю нехитрые движения, постепенно переходя к более сложным. Самочувствие становится комфортным, и я как всегда начинаю что-то планировать и намечать. К примеру, задумываюсь о том, чтобы закончить курсы по йоге, стать инструктором… Слышу недвусмысленные постанывания из той комнаты, где оставила ленкино чудо. С откровенным любопытством захожу и останавливаюсь, облокотившись о дверную коробку. Парень выгнулся в не менее замысловатой позе, чем я пять минут назад. Только он не спину тянул…а показывал себя во всей красе. Преподносил, словно на блюдечке. Такие движения я наблюдала только у стриптизёров, да и то по телевизору. Завладев моим вниманием, он постарался выложиться по полной. Глупо отрицать, что мне нравится мужское тело, да ещё так призывно извивающееся на полу. Я присела рядом и провела рукой по аппетитно выставленному мягкому месту. Он словно только этого и ждал. Потянулся к молнии на джинсах…стянул их, не торопясь. Белья под ними не оказалось, и я могла воочию убедиться, что попка у него замечательная. - Госпожа трахнет шлюшку? – попросил, стараясь придать голосу необходимое эротичное звучание. – Шлюшка уже потекла… - с придыханием сообщил он, становясь на четвереньки и разводя ноги в стороны. Мне доставляло немалое удовольствие наблюдать за ним. И я не торопилась, смакуя каждый момент, каждый поворот головы, малейшую эмоцию. - Пожалуйста, госпожа… - простонал он своим самым сексуальным голосом.- Ваша шлюшка соскучилась по большим членам, выебите её! Коробка с игрушками у меня всегда под рукой. Страпон лежал сверху, сразу под крышкой, так что даже искать не пришлось. Затянув пару ремешков, я вернулась к созерцанию постанывающего и предлагающего себя тела. Опустилась позади него, погладила напряжённую спину. Вздрогнул, словно я собиралась втиснуться в него с разбегу. Развела его ноги ещё шире, погладила промежность, медленно скользя к заветной дырочке. Парень как-то подозрительно затих. Минуту назад стонал чуть ли не в экстазе, а теперь ни звука, тело каменное. Обильно смазываю страпон, встаю поудобней, пальцем поглаживая напряжённый анус. - Госпожа разрешит кричать? – доносится до меня сквозь нарастающее возбуждение. - Ты собрался кричать? – подобное заявление меня несколько отрезвляет. - Если госпожа позволит, - тяжело сглатывает он. И куда делось томное возбуждение в голосе? У него, похоже, дыхание от страха перехватывает! - А если не позволит? – щурюсь я. - Шлюшка будет терпеть…будет очень стараться, - хрипло добавляет моя несчастная жертва. - Кричать нельзя. У меня соседи. – честно предупреждаю я. Он понятливо кивает. Подстраивается так, чтобы мне было удобней войти. Упирается лбом в ковёр и стискивает зубы. Молча удивляюсь. Плохо разработан, что ли, или гиперчувствительность такая? Добавляю ещё смазки и начинаю движение. Дырка немаленькая, но член не идёт. Совсем. Кошусь на побелевшего парня. - Ещё, госпожа! Сильнее! – шепчет он со страстью. Но получается как-то совсем жалобно и не убедительно. Пробую второй раз. Медленно. Когда головка входит в него до половины, раздаётся полукрик-полустон. Парень вжимается в ковёр, пытаясь замолчать. На лице гримаса сильной боли. Освобождаю его анус и натягиваю латексные перчатки. - Госпожа, ваша шлюшка хочет траха… - спохватывается он, блестя холодным потом и круглыми от страха глазами. – Выебите… - Заткнись, - цежу я сквозь зубы. Герой, мать его ети… Да подо мной ни разу в жизни мужики так не корчились. Даже те, у кого первый раз. Тоже мне, шлюшка! Аккуратно ввожу скользкий палец, ощупываю…Бля-я-я…Ленка, видимо, вчера оторвалась на славу. Пытаюсь мысленно прикинуть, чем и как долго с ним так…играли… Копаюсь в ящике с лекарствами. А он, похоже, ждёт расправы: обречённо и тоскливо. Хоть портрет пиши. Даже не просит ничего. Решил, что бесполезно. Видимо срыв хозяйского удовольствия карается чем-то жутким и амнистии не подлежит. Наконец нахожу то, что нужно. Зачерпываю на палец. В предвкушении цепляется пальцами за ковёр и шумно втягивает воздух. Промазываю воспалённый участок. Каменное напряжение постепенно сходит. Пальцы разжимаются. Анестетик плюс противовоспалительное – для него сейчас самое то. - Ну и что это за театр юного зрителя? – интересуюсь я. – Что за игрища тюленя в брачный период? Чего подставляться было, когда задница вся в лоскуты?! - И такого трахали…ничего, живой… - Дебил! – не выдерживаю. - Как скажете, - равнодушно соглашается он, отлёживаясь на ковре, глаза закрыты, взмок весь. Прикидываю, что надо накрыть хотя бы простынёй, сквозняк по ногам тянет. Почувствовав на себе что-то, растерянно смотрит на белую ткань. Отнекивается, выползает из-под неё в свой угол. Натягивает джинсы. Да как хочешь…уговаривать я тебя, что ли должна? Сажусь у компьютера, не обращаю внимания на подрагивающее существо в углу. Проходит что-то около часа. - Дарья Сергеевна… Поворачиваюсь в его сторону. - Я наказан? - Нет. На секунду замолкает. Прикидывает, стоит ли сейчас об этом. - Тогда…тогда можно…меня покормить? Вот чёрт! Хороша хозяюшка…А ведь и правда, время к вечеру…забыла… Зависаю у раскрытого холодильника, так что тут у нас...кастрюля с вчерашним супом, сыр, овощи, яйца…Сейчас, что-нибудь сообразим. Смотрит, как достаю продукты. Меняется в лице. - Мне это нельзя, - активно мотает головой. – У меня своё… - Какое «своё»? - Там, в мешке. Вспоминаю про то, что Ленка выбросила из багажника. А я так у дома и оставила. Втаскиваю картофельный мешок в дом. Надо же, Ленка решила позаботиться о моём бюджете? Продуктов прикупила? Неожиданно благородно с её стороны. Развязываю бечёвку и тупо пялюсь на содержимое. Выкладываю то, что вижу сверху. Может дальше ещё что-то? Вытряхиваю весь мешок на пол. По комнате с грохотом раскатываются собачьи консервы. Смотрю на парня недоумевающе, жду объяснений. - Это что? – беру в руки одну из консервных банок. Он с вожделением смотрит на неё, чуть ли не слюни пускает. - Это для меня, - радостно сообщает он. – Откройте, пожалуйста. С сомнением изучаю этикетку. Может это прикол такой? Да нет. Обычный собачий корм. Я такой в магазинах видела. …полноценный рацион…для костей и зубов ваших питомцев…блестящая шерсть…Интересно, что я надеюсь сейчас вычитать? Что он подходит для ежедневной кормёжки рабов? - Действительно будешь это есть? Активно кивает. - Хорошо, - не перестаю удивляться ленкиной изобретательности. Открываю банку, подумав, выкладываю содержимое на тарелку. Пахнет не слишком аппетитно. Ставлю перед ним. - Спасибо, - сходу отчеканивает он и, заложив руки за спину, начинает уплетать угощение. Джек ведёт носом и заинтересованно следит за быстро исчезающей коричневатой массой. - Джек, не наглей, - вяло одёргиваю я пса. - Всё равно ты такое есть не станешь, - думаю, но вслух не произношу. Парень выглядит и без того жалко, совсем уж опускать почему-то не хочется. Собака через несколько минут теряет интерес и уже вместе со мной заглядывает в холодильник. -Сейчас мясо разморожу, - треплю Джека за ухом. Привык к натур. продуктам. Куда деваться. Забираю чисто вылизанную тарелку. Запах специфический. Целоваться после такого я бы с ним не стала. Да, даже куни… - И что так по три раза в день одни консервы? – решаюсь уточнить я. - Один раз в день, - смотрит он на меня. – Шлюх кормят один раз в день. Вечер проходит обычно. Доделываю то, что не успела. Готовлю себе ужин. Гуляю с собакой. Сижу в интернете. Парня не трогаю, да и он, кажется, уже уснул, свернувшись калачиком в углу. Гашу свет, решаюсь лечь пораньше. Просыпаюсь от неясного звука. Приснилось что ли? Да нет…кого-то рвёт. Если Джек рядом у кровати, то выбор не велик. Сонно вздыхая, вылезаю из тёплой постели. Накидываю халат. Протирая глаза, топаю в соседнюю комнату. Включаю свет. Парень на коленях, вытирает испачканные губы. На ковре зловонное пятно. Смотрит на меня, как на монстра из-под кровати. Сам тоже забрызгался. - Пошли, - вздыхаю. - Куда? – затравленно вырывается у него. - Отмываться, - коротко поясняю я, направляясь к ванной комнате. Плетётся следом. Настраиваю воду. Нагреватель у меня небольшой, да и ванна скорее для бытовых нужд, в ней только сесть можно. Но для такого случая сгодится. - Снимай штаны и залезай Переминается с ноги на ногу. Господи, что за заморочки опять в половине третьего? Что не так? - Не надо кипятком, - мямлит он. – Я уберу всё…так, как прикажете… Интересно, какие способы он имеет в виду? В принципе, несложно догадаться. Меня саму начинает мутить при мысли, что он собрался сожрать это…снова… - Лезь в ванну, - устало повторяю я. – Закончили с собачьими консервами. Осторожно переступает через бортик, опускается на колени, прикрывает предплечьем лицо, другой рукой своё хозяйство. Всё, готов к расправе. Даже говорить ничего не буду. Надоело. Направляю на него душ, кидаю мыло. Вода постепенно холодеет. Кипятком. Тоже мне. Где б его взять-то. Не успевает смыть мыло, вода идёт ледяная. Кое-как домывается. Оставляю вытираться. Сама иду в комнату, скатываю испачканный ковёр. Выставляю на улицу. Потом разберусь. Главное, чтоб запаха этого не было. Возвращается. Замёрз, зуб на зуб не попадает. Смотрит на голый пол. - А можно джинсы? – спрашивает с надеждой. - Я их стирать бросила, - вгоняю его в тоску. Явно собирается улечься на прежнее место. -Пошли со мной. – смотрит несчастно, но идёт. Привожу в свою спальню. Ныряю в ещё не успевшую остыть постель. Отгибаю край одеяла и наглядно хлопаю по матрасу рядом с собой. Застывает в напряжении. Смотрит так, словно хочу уложить его на раскалённые угли. - Если сейчас же не ляжешь, где сказано, выпорю так, что Ленке и не снилось, - теряю терпение я. Мигом укладывается в кровать. Накрываю одеялом и отворачиваюсь к стене. Засыпаю. Пусть психует в одиночестве.