We Belong Together

Сынхен прекрасно знал, что водить машину в состоянии алкогольного опьянения опасно. Что это чревато возможностью попасть в аварию или сделать еще что-то того похуже. Но он никогда не думал, что вести машину в состоянии дикого возбуждения так сложно, что проще сдохнуть, чем привести свое либидо в состояние покоя. По крайней мере, сегодня это уж точно было совершенно невозможно, потому что на заднем сидении его машины лежал Чжиен, который сходил с ума из-за течки и как следствие из-за возникшего сильнейшего сексуального желания. Хотя, альфа подозревал, что дело было еще в алкоголе и в том, что в этот алкоголь добавили. К радости Сынхена, он сам не успел попробовать ни одного коктейля, а то иначе он бы взял Чжиена прямо в темном коридоре клуба, прижав к холодной стенке и откровенно забив на то, что посторонних вокруг них было до хрена и больше. В тот момент, когда альфа нашел Чжиена, он совершенно не мог себя контролировать. Ему хотелось попробовать омегу на вкус, ему хотелось понять Квона, доставить ему удовольствие и лишь только отголосок разума, который, как звоночек прозвенел у него в голове, напомнил, что так нельзя. Чжиен был достоин большего, чем быстрый секс в грязном коридоре. Поэтому-то, несмотря на все свои плотские желания, Сынхен утащил омегу из клуба, затолкал его в свою машину и сейчас, на предельно разрешенной скорости, мчался к себе домой. Быстрее. И еще быстрее. Плюя на все правила безопасности и разумность действий. В машине было жарко, и Сынхен чувствовал, как неприятно липла рубашка к его спине, он облизал соленые от пота губы и потер лоб, медленно вдыхая горячий воздух. Пахло Чжиеном, его запах заполонил собой салон и кажется, впитывался в кожу Сынхена, проникая в его легкие и кровь, превращая его самого в желе. Отдаленно, как сквозь толщу воды или снега, он слышал тихие стоны и всхлипы омеги, но боялся даже оглянуться назад, боялся, что его тут же унесет и тогда, черт возьми, что же он тогда будет делать? Все и так было слишком тяжело и непонятно для альфы. Сынхен никогда не оказывался в такой ситуации, когда возбуждение охватывало его безумным огнем, да еще так, чтобы побороть желание было почти нереально. В голове все билась одна единственная дикая мысль: «Чжиен хочет тебя, возьми его», а джинсы стали настолько тесными, что альфа был вынужден расстегнуть ширинку. Все было так сложно и неправильно, но так хорошо и желанно, что Сынхен чувствовал, что сходит с ума. Да, омеги особо сексуально привлекательны во время течки, их феромоны бушуют и выделяют то самое вещество, которое так сильно манит альф, да в такие дни сложно пройти мимо хорошенького омеги с округлой попкой и не возжелать его, но это реально. А вот мимо Чжиена Сынхен не смог бы пройти, его сладкий запах манил к себе, его хриплые стоны возбуждали, а взгляд так и молил о большем, чем просто поцелуй. Словно, как подтверждение мыслей альфы, Чжиен гортанно застонал, скрючиваясь на заднем сидении в тщетной попытке унять возбуждение. Он запустил руку в белье, при этом почти стянув джинсы с бедер, и сжал болезненно эрегированный член. - Сынхен, - тихо проговорил Чжиен, закусывая нижнюю губу и крепко-крепко зажмуриваясь. Он раскраснелся и от пота волосы на лбу и шее слиплись, губы налились кровью и были ярко-красные, влажные, что придавало ему безумно желанный и сексуальный вид. Чжиена хотелось трахнуть. Так сильно, что терпеть еще несколько минут до дома больше не было сил. – Сынхен! – Громче повторил Квон, остервенело лаская себя и стыдливо при этом прикрывая глаза. Вряд ли он понимал, что сейчас откровенно предлагает себя альфе, возбуждение совсем затуманило ему разум, и омега мог только тихо поскуливать от осознания того, что собственная рука ему сегодня не поможет. - Черт возьми, - альфа почти по-звериному зарычал, осознавая, что больше он ждать не может. Чжиен сводил Сынхена с ума и сам напрашивался на то, чтобы его хорошенько отымели. Сейчас. Альфа резко вывернул руль и уже пару минут спустя, машина затормозила в каком-то небольшом парке, где в этот час было тихо и пустынно. Сынхен резко отстегнул ремень безопасности и вышел на улицу, громко хлопнув при этом дверцей машины. Было прохладно, накрапывал мелкий дождик и дерево, под которым они остановились, из-за ветра шумело листвой. Было так тихо, что Сынхен слышал, как сильно и быстро колотится его сердце. Он глубоко вдохнул свежий воздух, но было поздно. Даже воздух уже не отрезвлял и альфой двигали только инстинкты. Это был его омега, и он хотел его. До дрожи в теле и кровавой пены перед глазами. В машине явно было мало места и, наверное, стоило бы разложить переднее сидение или хотя бы сменить позу, но Сынхену было уже плевать. Он стянул с себя рубашку и поймал Чжиена за лодыжку, заставляя лечь спиной на твердое сидение. Омега тихо всхлипнул, но подчинился, только выставил руки вперед, не давая к себе прикоснуться. Квона здорово ломало от течки и запаха Сынхена, который и раньше-то привлекал его, а сейчас и подавно вызывал самые, что ни на есть, грязные и оттого потаенные желания. Такое было с ним впервые, и Чжиен совсем не знал, как себя вести. Ему было страшно, и он все что-то лепетал себе под нос, ощущая, как Сынхен стягивает с него белье, а затем и тонкую майку. - Что ты делаешь? – Прошептал Чжиен, ощущая, как Сынхен трогает пальцами мочки его ушей, нежно-нежно лаская. Это было приятно, и омега бессознательно расслаблялся, подстраиваясь под ритм дыхания альфы. Вдох. Выдох. Пряный запах Сынхена, такой родной и необходимый был повсюду, заменял собой воздух, и это было особо желанно для омеги. Чжиен облизал губы и слепо потянулся к альфе, желая почувствовать его. Он сдался почти без боя, потому что хотел. Потому что нереально сказать самому себе – нет, когда все в нем кричит – да. – Поцелуй меня. Дважды просить Сынхена не пришлось, он облизал нижнюю губу Чжиена и осторожно проник языком ему в рот, лаская нёбо и целуя так мягко, как только мог. Альфа обхватил ладонями лицо омеги, поглаживая большими пальцами его скулы, словно извиняясь за ту грубость, которую он мог причинить ему потом. Сынхен ужасно хотел Чжиена, настолько сильно, что выдержка изменяла ему, а перед глазами все кружилось. Пот заливал глаза, а губы саднило от долгого поцелуя и спину ломило от неудобной позы, ему пришлось склониться над Чжиеном, чтобы получить возможность поцеловать его, но все это меркло перед осознанием того, что Чжиен тоже хочет его. Хочет так сильно, что выгибается на сидение, пытаясь прижаться к нему, как можно сильнее, что трется членом об его живот и на выдохе все шепчет: «Сынхен, Сынхен…». Это было потрясающее ощущение. Если бы Сынхен мог, то он бы запечатлел этот момент навсегда, возбужденный Чжиен, с опухшими от поцелуя губами, покорный и подрагивающий от желания, черт возьми, это было сильно. - Твои губы сводят меня с ума, - Сынхен с силой провел пальцем по губам омеги и засунул ему палец в рот, заставляя сосать его. – Наверное, ты делаешь охренительный минет, - прошептал он, склоняясь еще ниже и целуя хрупкие ключицы Чжиена, после чего коснулся языком яремной впадинки и прикусил тонкую кожу, оставляя маленький красный след. Кожа омеги была чуть соленой на вкус, но мягкой и отчего-то прохладной. Ладонями он огладил бока любовника, при этом нежно массажируя теплую кожу и заставляя Чжиена тихо всхлипывать от каждого прикосновения и подаваться вперед. Для омеги каждое прикосновение было нужным и важным, но ему было до слез мало таких невинных ласк, и он просительно застонал, раздвигая ноги. Сынхен пошло облизнулся, после чего с нажимом огладил ягодицы Чжиена, больно сжимая их пальцами. Он внимательно смотрел на Квона, ему надо было видеть его реакцию на каждое свое прикосновение или поцелуй. Продолжая одной ладонью скользить по ягодицам, иногда задевая расщелину между ними и с нажимом проводя пальцем по ней, альфа второй рукой провел пальцами по коротким паховым волоскам омеги. Он подул на них, и услышал короткий стон. – Ты ведь сделаешь мне минет, да? Не сейчас, конечно, но потом? Чжиен отрицательно мотнул головой, но вряд ли альфа это заметил. Он-то для себя уже все решил и абсолютно не замечал того, что омега борется сам с собой. Чжиен хотел бы полностью расслабиться и отдаться во власть длинных пальцев и губ Сынхена, но ему было так страшно, что он просто не мог. Омега был похож на натянутую струну, и было сложно не заметить это в любой другой ситуации, кроме этой. - Сынхен не надо, - жалобно пробормотал Чжиен, когда Сынхен вынудил его согнуть одну ногу в колене, а другую опустить на пол. Но альфа только что-то тихо прошептал, поглаживая ладонью внутреннею сторону бедер омеги, абсолютно не замечая его возражений. Да и как их было заметить, когда он чувствовал, что Чжиен изнывает без него и хочет секса так же сильно, как и он сам? Сынхен тихо рыкнул и влажно чмокнул Квона в пупок, заставляя того дернуться от легкой щекотки и удовольствия. Посмотрев на омегу, Сынхен остался доволен тем, что увидел. Он выглядел таким красивым сейчас. Красные, искусанные губы, умоляющий взгляд, грудь, которая тяжело вздымалась от коротких, рваных вздохов и все усиливающийся запах спелой малины, вкусно. Чжиен был сейчас таким красивым, таким желанным. Сжимая бёдра омеги обеими руками, Сынхен поцеловал выпирающую левую косточку таза и почувствовал, как возбуждённый член Чжиена по инерции толкается ему куда-то в скулу, пачкая кожу вязкой смазкой. Но альфа лишь тихо засмеялся и коснулся влажными губами нежной кожи внутренней стороны бедер омеги. – Сынхен, пожалуйста, не так быстро, - хрипло простонал Квон, выгибаясь и упираясь ладонями в плечи альфы. Но тот только ухмыльнулся и провел языком по головке члена омеги, слизывая выступившую смазку и сжимая пальцами его мошонку. Чжиен дернулся от неожиданности и рвано всхлипнул, зажимая ладонями себе рот. Слезинка сорвалась с его длинных ресниц и упала прямо на щеку альфы. Никто раньше не ласкал Чжиена так пошло и откровенно, никто даже не спрашивал, а чего хочет он. Алан просто имел его, как хотел и все. А с Сынхеном все было иначе и это пугало, должно ли было все быть именно так? Хотел бы Квон знать. Вот только альфа откровенно кайфовал от ощущения того, что Чжиен плавится в его руках, что он дрожит от того удовольствия, что получает от его ласк и сейчас Сынхену надо был только услышать, как Чжиен кончает с его именем на устах. Потеряв всякое желание дразнить Чжиена, Сынхен провел пальцами по его мошонке и погладил потяжелевшие яички, а затем сжал его горячий член, заставляя податься бедрами вперед. Проведя языком по покрасневшим от поцелуев губам, альфа нагнулся и лизнул головку члена Чжиена, еще и еще, сжимая пальцами ствол и дроча ему в привычном для себя ритме. Время, словно замедлилось, и альфа отчего-то ощущал болезненное желание доставить Чжиену такое удовольствие, чтобы тот никогда больше не вздумал даже посмотреть на других парней. Такого с ним раньше не было, но сейчас было не время что-то там анализировать, от запаха Квона кружилась голова, и ужасно хотелось секса. Но сначала ему было нужно, чтобы Чжиен кончил. С громким и пошлым чмоком Сынхен выпустил член омеги изо рта, только для того, чтобы снова погладить пальцами, до тех пор, пока Чжиен просяще не застонал, пальцами зарываясь в его волосы. И снова, все сначала. Пока у омеги совсем не осталось сил сдерживаться, и он не кончил с громким вскриком. Чжиен задрожал от оргазма и слепо потянулся к альфе, всем телом прижимаясь к нему, словно искал у него защиты. - Все в порядке? – Сынхен погладил Чжиена по влажной от пота спине и чмокнул в висок. В паху было горячо, и альфа чувствовал неприятную боль от того, что белье и джинсы давили на пульсирующий член. Он уже не мог ждать и изнывал от желания взять омегу. - Да, - Квон кивнул, оглядываясь и пытаясь отсесть чуть дальше от альфы, - то есть, нет. Мы как-то слишком спешим, разве нет? - О чем ты? Ты хочешь меня, я хочу тебя. В чем проблема? - Не знаю. Но я не уверен… - Вот и я не знаю, - Сынхен усмехнулся и уложил Чжиена обратно на сидение, целуя в теплые и влажные губы, - как давно ты в последний раз трахался? – Хрипло поинтересовался Сынхен, шлепая ладонью по округлой ягодице омеги, чтобы тот хоть немного пришел в себя. Но Чжиен только мотнул головой, с трудом соображая после первого оргазма на сегодня. – Чжиен? - Давно. Может месяцев 7 назад. Почему ты спрашиваешь? - А как давно ты сам себя ласкал? – Уже с большим интересом спросил альфа, касаясь пальцами промежности Чжиена. Густая смазка влажно блестела меж ягодиц омеги, и Сынхен плотоядно облизнулся, размазывая смазку по своим пальцам. Он осторожно проник в тело Чжиена двумя пальцами, заставив того смущенно зажмуриться и в ответ упереться ладонями в плечи альфы, в бесполезной попытке оттолкнуться его от себя. Внутри омеги было горячо и влажно, пальцами Сынхен скользил внутри него, массируя и подготавливая для себя. – Я жду ответа, Чжиен, - напомнил альфа, надавливая на простату, еще и еще. Он ощущал, что, несмотря на смущение и просьбы прекратить, омега был снова возбужден и с трудом сдерживал желание двигаться навстречу его пальцам. Чжиен дрожал всем телом, подрагивая и кусая и без того опухшие и покрасневшие губы. - Какая к черту разница? – Прошептал Чжиен, выгибаясь от теплых волн возбуждения, которые омывали его тело. Он глубоко вздохнул и облизнулся, запах Сынхена действовал на него, как валерьянка на котов. – Сынхен! Я не готов… - Конечно, - альфа усмехнулся и уже тремя пальцами стал ласкать Чжиена. Омега вцепился пальцами в его плечи, словно боялся потеряться в том томительном удовольствие, которое получал. Он был смущен от своего поведения и от слов Сынхена, но только и мог, что всхлипывать и умолять, хотя раньше никогда себе такого не позволял. – Ты ласкал себя, да? Думал обо мне и удовлетворял себя своими пальцами, трогал и гладил. Сколько пальцев тебе понадобилось, чтобы кончить? - Четыре, - Чжиен покраснел и в смущение закусил губу. Он видел, как Сынхен приспускает с себя джинсы и оглаживает свой член пальцами, размазывая смазку по головке. Член альфы был таким большим, с крупной головкой и набухшим узлом, что ему на миг стало страшно, но чертова сущность омеги была сильнее каких-то там страхов. Он снова был чертовски сильно возбужден и в нетерпение заерзал, когда Сынхен нагнулся над ним. - Но не это тебе было нужно? Ты хотел, чтобы это я доставил тебе удовольствие? – Тихо прошептал Сынхен, после чего одним слитным толчком вошел в тело Чжиена, крепко сжимая ладонями его бедра. Было больно, так сильно, что Квон закричал, обессилено выгибаясь и сжимая коленями талию альфы. Было неудобно, и Сынхен оцарапал спину о потолок машины, когда пытался найти более удобную позу. Было холодно, потому что дверца в машину все еще была открыта. Но все это отошло на задний план, когда альфа начал двигаться. Это был лучший секс в жизни Сынхена, он никогда не получал такого удовольствия только от осознания того, что рядом с ним сейчас Чжиен. Этот омега сводил его с ума, и он все целовал его и целовал, касаясь губами век, щек, шеи и ключиц. Они двигались в каком-то сумасшедшем ритме, плюнув на все проблемы и на весь мир. Им было просто хорошо вдвоем. Воздух в машине, кажется, нагрелся до температуры кипения и обжигал их обоих, так что было совершенно невозможно дышать. Или это Сынхен не мог сделать вздоха, потому что был так напряжен, что даже вены на руках вздулись? Это было неважно. Сейчас все было неважно. Он потерял голову, дурея от горячего тела омеги и оттого, как плотно стенки ануса обхватывают его член. Невозможное ощущение. Но это было так сладко. Обладать Чжиеном, видеть, как сотрясается худое тело от каждого мощного толчка, как он крутит головой, кусая влажные губы. Еще. Еще. Этого не может быть слишком много. Этого всегда слишком мало. Или так только с Чжиеном? Сынхен уже ничего не понимал. Запах омеги все еще слишком сильно будоражил его. Он только выпрямился, насколько это было возможно, и закинул ногу Чжиена себе на плечо, коротко поцеловав его куда-то в бедро. Альфа сделал сильный толчок в таком положении и Чжиен сдавленно вскрикнул. Вот оно. Сынхен усмехнулся и с остервенением задвигал бедрами, раз за разом попадая по простате, заставляя омегу тихо всхлипывать или вскрикивать от экстаза. Это было реальным сумасшествием, и они оба, кажется, совсем сошли с ума. Сынхен увидев, как его член входит в тело Чжиена зарычал, и стал двигаться еще быстрее, хотя, кажется уже дальше просто некуда. Машину наполнили пошлые звуки шлепков тела об тела, но это только заводило еще больше. Пошло ли это? Грязно? Какая к черту разница, если им было так хорошо друг с другом, что ничто больше не имело значение. По крайней мере, сейчас. Сынхен сжал влажной ладонью член омеги и тот кончил второй раз, забрызгивая ему руку теплой спермой. Минутами или же часами позже, когда возбуждение, наконец-то, спало, а Чжиен утомленный сексом и течкой вырубился, Сынхен выбрался из машины и закурил. Он даже не мог сказать, сколько раз омега кончил, только осознавал, что прошел не один час с тех пор, как они уехали из клуба. На небе уже красовалась желтая луна, которую омыл прошедший дождь, и оттого она сейчас была такой яркой, просто ослепительной. Альфа медленно и наслаждением курил, выдыхая дым, который серебристыми струйками растворялся в небе. Сынхен чувствовал себя неимоверно довольным и чуть ли не мурлыкал от осознания того, что он, кажется, получил свой самый ценный приз. Капризный, истеричный, но желанный и такой нужный. Выкинув окурок, альфа сел за руль и оглянулся на Чжиена. Омега сладко спал, капризно надув во сне губы и подложив под щеку ладошку. Он все еще был обнажен, Сынхен только накрыл его своей рубашкой, но вряд ли сейчас омегу это волновало. Вот только альфа не был уверен, что Чжиен будет в таком же хорошем расположении духа, когда проснется.

***

Когда Сынхен планировал этот вечер, то главным пунктом в его плане было отсутствие родителей дома. Ему хотелось, чтобы им было, куда приехать с Чжиеном, чтобы провести время вдвоем. Он, конечно, не был уверен, что омега согласится поехать с ним куда-нибудь, но надежда была в нем жива и не хотела погибать под гнетом печальных мыслей и советов от Енбэ. Правда, в тот момент, когда альфа оплачивал родителям номер в чудесном отеле около озера, он еще не знал, что поступает правильно. На все сто процентов правильно. Потому что, когда они доехали до его дома, то Чжиен все еще сладенько спал и совершенно не собирался просыпаться. У него была такая блаженная и счастливая улыбка, что альфа сдался без боя. Сынхен каким-то чудом, не иначе, натянул на омегу белье и свою рубашку, после чего отнес его в свою спальню. Вот тут-то он сам себя и поблагодарил за предусмотрительность, вряд ли бы омма был рад увидеть своего сына, который тащил на руках своего фактически обнаженного жениха. Это вызвало бы ненужные вопросы и подозрения, которых Сынхен хотел избежать. Ему и так предстояло успокаивать Чжиена, когда тот проснется, и поэтому одной истерики ему было вполне достаточно. Альфа успел принять душ, приготовить для Чжиена какао и даже сварить что-то типа бульона, который он впрочем, вылил, побоявшись отравиться, прежде чем младший проснулся. Омега тихо завозился на кровати, спихивая с себя одеяло, и недовольно зевнул, потирая кулачками глаза. Совсем, как маленький ребенок. Чжиен медленно сел на кровати и оглянулся, сонно хлопая глазами. Он, кажется, не совсем понимал, где находится и что произошло, что немного, ну самую малость, но напугало Сынхена. Альфа-то успел все для себя решить, то есть он решил просто плюнуть на адекватность того, что произошло, потому, что Чжиен ему нравился, потому, что секс с ним был охренительным, и думать-то тут больше было не о чем. Но на то, он и альфа, чтобы думать иначе, чем омеги. - Чжиен? – Тихо позвал Сынхен, откладывая в сторону планшетный компьютер и медленно поднимаясь с кресла. - Скажи мне, что я отключился в клубе, и ты просто приволок меня к себе. - Ну, это не совсем правда, но ты и правда, отключился. - Отключился? - Да, после третьего, наверное, оргазма. И ты был таким соблазнительным, что мне с трудом удалось успокоиться. - Сволочь, - прошипел Чжиен, подтягивая колени к груди и обхватывая их руками, словно он пытался спрятаться от внимательного и пронизывающего взгляда альфы. – Ты воспользовался мной, как дешевой шлюхой! – Омега подтянул к себе подушку и с размаха кинул ее в Сынхена, который впрочем, даже не шевельнулся. Он был готов к чему-то такому и поэтому только устало вздохнул. – Ты изнасиловал меня! - Что еще скажешь? - Тупой мудак, - вторая подушка, описав кривую дугу, врезалась прямо в лицо альфы, - что все заранее вместе со своим придурком братом придумал, да? Что вы мне подсыпали в коктейль? Я никогда себя таким грязным и использованным не чувствовал! - О, так ты уже забыл о том, что у тебя началась течка? Что ты фактически соблазнил меня и что признался, что ласкал себя, думая обо мне, да? Тебе не кажется, что просто смешно обвинять меня в том, что я изнасиловал тебя, когда это ты сделал все, чтобы вечер закончился сексом? - Я не делал ничего такого. - Да? А кто пришел в клуб, зная о том, что у него вот-вот начнется течка? Я, что ли? - Это случайность, я не был уверен и, - Чжиен тихо всхлипнул, опуская голову, - я не думал, что все выйдет так. Я бы никогда, - он тряхнул головой, и не выдержав осуждающего взгляда альфы, спрятался под одеялом. - Что ты никогда? – Сынхен подошел к кровати и присел рядом с Квоном. Ему было немного грустно, что Чжиен отреагировал так болезненно, но он знал, что будет не просто и поэтому не собирался опускать руки. Альфа осторожно потянул одеяло на себя, раскрыв расстроенного Чжиена, и лег рядом с ним, прижимая его к себе. Щеки омеги были мокрыми от слез, и выглядел он таким подавленным, что у Сынхена защемило сердце. – Ну, что ты, в самом деле? - Я, правда, не знал, что течка начнется именно сегодня. У меня были только подозрения, но, наверное, из-за алкоголя, из-за того, что ты был рядом, все получилось так. – Чжиен потерся носом об грудь альфы, печально, вздыхая. Он все еще помнил, как ранее Сынхен ласкал его, словно отпечатки прикосновений альфы рисунками легли на его тело, да так и остались. Все тело горело, как в агонии, а Сынхен был источником блаженной прохлады, к которой Чжиен тянулся. Но еще сильнее Квон помнил, как умолял альфу взять его, как сам испытывал дикое желание сделать для него что-то такое же, ужасно пошлое и грязное, и вот это пугало его до слез. – Я бы никогда не стал подстраивать ситуацию таким образом, чтобы оказаться с тобой в одной постели. Ты ведь считаешь меня всего лишь истеричкой с недотрахом! Так зачем мне вести себя так, словно это правда? - Хорошо, пускай все будет так. Но это никак не отменяет того факта, что произошло между нами и Чжиен, я не сожалею об этом. - Еще бы ты сожалел! – Чжиен больно пихнул альфу ладонью в плечо, - я бы тогда специально забеременел, и тебе бы пришлось нести груз ответственности всю жизнь. - Специально? - Ну, а почему бы нет? – Квон потер затекшую шею и потянулся, отодвигаясь от Сынхена. Ему надо было в ванную, и переодеться во что-нибудь, но было так лень вставать, так лень отодвигаться от теплого альфы, с которым рядом было так надежно и хорошо, что Чжиена хватило только на то, чтобы сесть. – Все возможно, если захотеть. И Сынхен на счет того, что было в машине, я не всегда так себя веду, так что не думай обо мне плохо. - Так, это как? - Так пошло, - осторожно добавил Чжиен, в смущение отворачиваясь. - Пошло? Не знаю, что у тебя в голове за тараканы, но это было идеально. Ты так сжимал меня, так умолял, что я, наверное, мог бы кончить только от этого. - Идиот! – Квон вспыхнул и, закутавшись в одеяло, бросился в сторону ванной комнаты. Ему надо было побыть одному, ну хоть минуточку. Течка была в самом разгаре, и было сложно контролировать себя, когда Сынхен будничным голосом говорил такие пошлые вещи. Омега чувствовал, что грязные разговорчики возбуждают его, а уж вдыхая запах альфы, он и вовсе медленно сгорал от потаенных желаний. Сынхен усмехнулся, наблюдая за тем, как Чжиен скрывается от него в ванной и устало потер глаза. Запах омеги чуть-чуть ослабел, но все еще был при нем, и это возбуждало до дрожи в руках. Но альфа не был садистом и прекрасно понимал, что Квон не выдержит еще одного раунда. Хотя, как же хотелось. Сынхен раздраженно почесал макушку и уставился в потолок, была еще одна проблема, которая его ужасно смущала и раздражала своей безысходностью. Что теперь делать со всем, что произошло? Списать все на просто обоюдное желание и расслабиться или же стоило притормозить и начать все сначала? Сынхен не знал. Он понимал, что глупо сейчас идти на попятную и врать самому себе, что Чжиен ему не нравится, что это был просто секс. Потому что омега ему нравился, да еще как. Если оглянуться назад, то, наверное, с самого начала он сделал это дурацкое предложение именно Чжиену не столько из-за слов друга, сколько из-за того, что омега привлекал его своей таинственностью. Да, они общались не так уж часто, и вокруг Квона всегда витало множество слухов, но он казался Сынхену забавным и милым. А еще было что-то в нем такое, что к нему тянуло и каждый раз, когда Чжиен оказывался рядом с альфой, то последний терялся и как последний идиот смотрел на него и смотрел, пока пелена не спадала с глаз. Именно поэтому Сынхену было важно понять, что именно хочет от него Квон, именно поэтому он следил за ним и пытался что-то узнать о нем. Альфа был сталкером Чжиена с той самой секунды, когда они заключили союз. Вот только до сегодняшнего вечера он и сам не понимал, почему вел себя так странно. Почему он позволял Чжиену помыкать с собой, почему с такой охотой велся на его шуточки, почему всегда относился к нему с нежностью и лаской. Почему, черт возьми, Сынхен сохранил в телефоне те глупые селки, что они сделали в парке, и иногда разглядывал те снимки, когда никого не было рядом. Все встало на свои места, как кусочки в пазле. Вот только ни хрена от этого легче не стало. - Сынхен! Принеси мою сумку! – Чжиен выглянул из ванной и просительно протянул руку, при этом неосознанно миленько надувая губы. - Тебе зачем? – Недовольно поинтересовался Сынхен, но все же встал с кровати и потянулся за сумкой омеги, которую сам же совсем недавно притащил, забрав из машины. Ему, конечно, слабо хотелось выходить на улицу, где разыгралась гроза, но он прекрасно осознавал, что Чжиен все равно потребует, чтобы ему принесли его вещи и телефон. - Надо, - уклончиво пробормотал Квон, подтягивая сумку к себе за ремешок, пытаясь заполучить желаемое. У них бы вышла забавная игра, если бы омега изначально не был настроен на абсолютную победу. Он с легкостью отобрал у Сынхена сумку и скрылся в ванной комнате, плотно прикрыв за собой дверь. Вот только болтать Чжиен при этом не перестал. – И кстати, где мои вещи? - Ну, они немного испачкались, так что я засунул их в стирку. - Ты обалдел? Подожди, ты, что притащил меня в дом раздетым? – Чжиен сердито поджал губы, багровея от злости и смущения. – Что твои родители подумают обо мне? Придурошный альфа! - Ты не был обнаженным, на тебе было белье и моя рубашка. Лично мне понравилось, ты был таким расслабленным и этот невинно-соблазнительный вид так возбуждал. А моих родителей нет дома, так что расслабься уже. - Чертов извращенец! И вообще, - омега что-то со стуком поставил на полочку возле зеркала, - в чем я домой-то поеду? – Заскулил он. - До утра все высохнет. - Я не останусь у тебя до утра. - Останешься, - спокойно процедил Сынхен, сжимая руки в кулаки. Эта вредная омега, как он вообще мог продолжать вести себя так, словно все произошедшее между ними простой флирт и ничего больше? Сам альфа уже голову себе сломал, пытаясь придумать, как вести себя дальше, что сказать и вообще, как перевести их отношения в более романтические. А Чжиену хоть бы что, он, оказывается, планировал отправиться домой, и видно ему было совершенно плевать, что у него течка и они оба сходят с ума из-за этого. – Мало того, будешь упрямиться, останешься со мной на все выходные. - Иди к черту! Ты не имеешь право за меня решать. - Я твой жених, так что я имею право решать, как нам поступить в этой ситуации. - Ты обломщик и насильник, - Чжиен с шумом выдохнул, словно ему было тяжело удержаться от слез, - и сволочь, но никак не мой жених! И если я позволил тебе заняться со мной сексом, то это только потому, что мне самому этого хотелось. - Чжиен, ты хоть сам понял, что сказал? – Альфа устало вздохнул и, не выдержав, рывком открыл дверь в ванную комнату. Ему надоел этот глупый спор, и он чувствовал, что вот-вот упустит что-то важное, что потом будет трудно вернуть назад. Чжиен резко развернулся в сторону двери и изумленно захлопал глазами, прижимая к груди маленькую коробочку с каким-то лекарством. Сынхен же в два шага оказался рядом с ним и отобрал из рук омеги таблетки. – Что это за дерьмо? Хочешь снова заблокировать свой запах, да? Так вот, хрен тебе! – Не слушая возражений Квона, Сынхен вытряхнул таблетки в унитаз и смыл их. Он был так зол, что слабо контролировал себя и свои действия, ему просто показалось, что так будет лучше. Так надо и все тут. Он же альфа, он же знает лучше. - Ты совсем уже охренел, да? – Чжиен вместо объяснений размахнулся и со всей дури ударил альфу по щеке. Да так и замер, растерянно прижимая горящую от удара ладонь к груди. Он и сам не знал, что на него нашло, просто ему стало так обидно и больно, что сдержаться не было никаких сил. В ванной повисла оглушающая тишина, Сынхен медленно повернулся и потер покрасневшую щеку, удивленно хлопая глазами. – Сынхен, я, - Чжиен весь сжался, когда альфа притянул его к себе и совершенно безропотно позволил тому поднять себя на руки и утащить в спальню. Омега даже не сопротивлялся в тот момент, когда Сынхен прижал его своим телом к кровати и насильно поцеловал, причиняя боль. Альфа перевернул Квона на живот и больно укусил за холку, стягивая полотенце и отбрасывая его в сторону. Он провел пальцами по спине омеги, обводя ямочки на пояснице и покрасневшие ягодицы, при этом продолжая больно кусать его шею и лопатки. В эти секунды Сынхен мало думал о том, чтобы доставить Чжиену удовольствие, он только хотел наказать его, показать, кто тут главный. Вот только Чжиен был похож в этот момент на изломанную куклу, и он просто позволял делать альфе с собой то, что ему захочется. Омега словно принимал свое наказание за пощечину и именно поэтому Сынхен опомнился. Он не хотел и, правда, стать насильником. - Почему с тобой так сложно? - Это с тобой сложно, - Чжиен подтянул колени к груди, пытаясь спрятаться от внимательного взгляда альфы. Тело горело от прикосновений Сынхена, и было так сложно унять волнение, что омега не выдержал и расплакался. Чертова течка, поведение альфы и собственного унижение больно ударили его, было сложно справиться со всем потоком чувств, которые лавиной обрушились на него. - Ну, чего ты? – Сынхен удивленно покосился на омегу и ударил себя ладонью по лбу, - да, ты разозлил меня, потому что мне нравится твой запах, а ты снова хотел отобрать у меня возможность чувствовать его. Но я не собирался принуждать тебя к чему-то. - Не хотел я ничего отбирать. - Но эти таблетки? Я думал, что они блокируют запах. - Нет, - Чжиен тряхнул головой и совсем как ребенок, утер кулаком слезы. – Всего лишь подавители. - А с твоим запахом, что тогда? - Он сам по себе пропал, - наконец-то, глухо признался омега, - это правда, что я принимал такие таблетки. Алан достал их для меня, он хотел, чтобы у меня не было проблем в универе, по крайней мере, он так говорил мне. Подозреваю, что на деле он просто не хотел, чтобы от него пахло мною, - Квон тихо всхлипнул, но все же не отстранился от Сынхена, когда тот лег рядом с ним. - И ты принимал их? - Да, наверное, год? Или может быть, меньше. Когда мы расстались, то я выбросил таблетки, но запах так и не вернулся. Врач сказал мне, что это может быть, из-за психологической травмы или еще по какой-то причине, что это временно. Но все изменилось только сейчас. Сынхен вздохнул. То, что сказал ему Чжиен, никак не помогло разобраться в ситуации, то есть хорошо, конечно же, что намеренно омега не блокировал свой запах, но и только. Он натянул на них с Чжиеном одеяло и осторожно погладил омегу по животу, пытаясь успокоить и дать понять, что все нормально, что не стоит плакать. Они оба были на взводе, и было сложно просто отпустить то, что произошло в ванной. Альфа все еще чувствовал, как горит щека, но хуже всего ему все еще было оттого, что он впервые сорвался и повел себя, как животное. А Чжиену было стыдно за вспышку и за слезы, которые все никак не утихали. Да еще и возбуждение никак не угасало. Те грубые ласки подействовали на омегу сильнее, чем ему бы хотелось или в этом была виновата течка? Он не был ни в чем уверен, просто вдыхал тягучий запах Сынхена, плавился под его неспешными поглаживаниями и прижимался ягодицами к его паху, неосознанно потираясь и, пытаясь прижаться всем телом ближе. Ему было горячо, и сознание медленно уплывало, оставляя только марево желания, от которого подрагивали кончики пальцев, а губы мгновенно пересохли. - Я отвратителен, - прошептал Чжиен, поворачиваясь лицом к Сынхену и обнимая его за шею, - это ты меня сделал таким! Так что возьми ответственность за это, - выдохнул он в губы альфы, прежде чем поцеловать его и потянуть на себя. - Конечно, я возьму, - Сынхен провел кончиками пальцев по губам Чжиена и отчего-то спросил, - на что похож мой запах? - Когда ты радуешься, то ты похож на кофе с карамелью, когда ты злишься, то запах становится тяжелым и крепким, как кофе без сахара. А сейчас ты пахнешь так тягуче, как кофе с виски, ты опьяняешь меня. Сынхен слабо улыбнулся. Это был лучший ответ. Гораздо лучше того, чего он ожидал. Кофе с виски? Прекрасная смесь, если знать, в каких пропорциях смешивать. А он знал.