We Belong Together

Когда Сынхен сказал, что он уже попал в Ад, то он совершенно не подразумевал, что это с ним произошло в реальности. Но, вероятно, кто-то там сверху или снизу, уж это точно не имело особого значения, решил, показать, как, в самом деле, выглядит Ад. Другой причины, почему кузен с чего-то притащил его в какой-то отстойный бар, в котором витала устойчивая аура уныния и подавленности, Сынхен не видел. В таком ресторане он раньше никогда не бывал и даже более того, альфа никогда и не слышал про подобное место. Среди посетителей не было омег, от слова совсем, а весь обслуживающий персонал, включая даже охрану, были бетами. Бар был совсем небольшим и настолько темным в плане освещения, что разглядеть, что происходит около стойки бармена, было невозможно. Маленькие фонарики освещали только столики, а дорожка между столами была подсвечена напольными фонарями, что позволяло без проблем дойти туда, куда вдруг понадобилось. Альфа медленно огляделся, после чего с отвращением протер салфеткой столик, за который их с Донвуком посадили. Ему совершенно не понравилось то место, куда привел его кузен, и он не собирался этого скрывать. Настроение после разговора с Чжиеном у него и так было где-то на отметке: «Да шло бы оно все в задницу», так что довести его сейчас до взрыва могло, что угодно. Альфа устало вздохнул и пододвинул к себе поближе бокал пива, который официант поставил около него. - Куда ты меня притащил? – Сухо поинтересовался Сынхен, когда официант отошел, и они с Донвуком остались, если можно было так сказать, наедине. – Что это за странный бар? - Странный? – Старший альфа пожал плечами и с удовольствием закинул в рот сухарик, - ты сам сказал мне, что хочешь сдохнуть. Ну, я и привел тебя туда, где все соответствует твоему настроению. - Ха? - Так ты серьезно, что ли не знаешь, где мы? – Донвук удивленно покосился на брата. Как-то ему совсем не пришла в голову мысль о том, что Сынхен чего-то может и не знать. – Это бар для альф, которые опустошены или банально грузятся из-за проблем со своей второй половинкой. На самом деле, среди персонала этого бара до хрена психологов, которые помогают не столько забыть проблемы, сколько решить их. Очень удобно, между прочим. Приходишь напиться, но вместе с тем решаешь свои проблемы, о которых никто и никогда не узнает. - Ты издеваешься надо мной? - Нет, - Донвук сделал глоток пива и усмехнулся, - стоит, конечно, эта услуга весьма прилично. - Ни хрена себе, - Сынхен удивленно покосился на соседний столик, за которым сидел альфа весьма уже в возрасте, с которым тихо-тихо общался симпатичный официант. Нельзя было точно понять, о чем они говорят, но вряд ли их беседа была такой уж приятной. – Это, конечно, круто и все такое, но меня-то ты сюда зачем притащил? - Потому что у тебя проблемы с твоей омегой, разве нет? Но твоим психологом побуду я, твой любимый старший братик. - У тебя братский комплекс, что ли? – Сынхен оттолкнул от себя брата и смущенно потер нос, У него, конечно, были проблемы с Чжиеном, но делиться своими переживаниями, ни с кем не хотелось. Альфа сжал руки в кулаки, отводя взгляд в сторону, и печально вздохнул. – Я что настолько отвратно выгляжу, что ты решил, что мне нужна помощь? - Не совсем. – Донвук вдруг посерьезнел и даже перестал приставать к кузену. Он подпер ладонью подбородок и недовольно процедил, - просто ты не рассказал мне о том, что у Квона есть весьма неприятные секреты от тебя. Ты обратился за помощью к Тедди хену, но ничего не сказал мне. Почему? - Потому что это только мое дело. - Или может быть между тобой и этим мальчишкой ничего на деле нет? – Донвук поднял бокал с пивом и посмотрел через напиток на брата. Со стороны могло показаться, что альфа в хорошем расположении духа и что он дурачится, но Сынхен чувствовал, что Донвук чертовски зол. Неприятное ощущение. Словно ему снова всего лишь десять и старший брат ругает его за пролитое молоко и испорченный компакт-диск. – Может быть, ты просто обязался помочь ему или вас связывает что-то еще? - Нет, хен. – Сынхен заерзал на стуле, ему было слишком сложно говорить о своих чувствах по отношению к омеге. Хотя бы просто, потому что он и сам еще не совсем понимал, что происходит между ним и Квоном. Чжиен ведь просто проник в маленький мирок Сынхена и не собирался покидать его. Словно так и надо. – Чжиен нужен мне и все тут, это сильнее меня. А моя просьба, видишь ли, у него есть проблемы, о которых он не хочет мне рассказывать, но я не могу это так оставить. Я хочу помочь ему. - Ты слишком добрый, Сынхен. – Несмотря на свое недовольство всей это ситуацией, Донвук прекрасно осознавал, что прошло то время, когда Сынхен во всем слушал его и он был для Сынхена примером для подражания. Его маленький братик вырос и теперь был волен сам строить свою жизнь, он должен был сам наступить на жизненные грабли и научиться решать те проблемы, от которых все равно не скрыться. Альфа поджал губы и сделал вид, что утирает слезы, чтобы хоть немного разжалобиться младшенького и заслужить порцию теплых словечек, которые все еще так приятно грели ему сердце. - И откуда ты вообще про Тедди хена узнал? – Пару кружек пива спустя поинтересовался Сынхен. - А это, хен звонил мне и попросил передать тебе, что он собрал нужную тебе информацию. - Что? И ты говоришь мне об этом только сейчас? - Ну да, - Донвук удивленно покосился на брата, - а что не так-то? Я тебя нашел, притащил сюда, и мы сидим, ждем хена. - Ты просто забыл сказать мне об этом, хен. Донвук пожал плечами, всем своим видом показывая, что ничего страшного не произошло. Ну, подумаешь, не сказал. Главное то, что он не забыл о просьбе Тедди и организовал встречу, хотя у него и своих дел было по горло. Впрочем, если бы это дело не касалось Сынхена, то Донвук наверняка бы сделал вид, что забыл и не почувствовал бы ни стыда, ничего-то там еще. Он ведь не был бесплатной и быстрой помощью друзьям в отличие от всё того же Сынхена, который хоть и пытался навесить на себя маску пафосного мудака, таким на деле не являлся. Тедди появился в баре, как нельзя вовремя. Сынхен как раз успел объяснить брату, почему следует всегда сообщать ему, о чем-то таком вот важном, а Донвук успел выпросить прощение. Тедди, как и положено альфе его статуса и положения, был шибко не в духе, что и не пытался скрывать. Он положил перед Сынхеном тонкую папку, после чего залпом выпил воду, которую официант только-только успел поставить перед ним на столик. После чего вывалил на Донвука целую гору отрицательных новостей, сегодня ему было жизненно важно с кем-то поделиться своим разочарованием. Получив информацию, в которой он так нуждался, Сынхен полностью погрузился в чтение, он совершенно не обращал внимания на то, о чем говорят Тедди и Донвук. Ни что сейчас не могло оторвать его от изучения материала, который, наконец-то, был в его руках. Впрочем, пара листов текста совершенно ничего не объяснили ему, и вопросов не стало меньше. Все было как раз таки наоборот. Кто этот тип, к которому приходил Чжиен, и что их связывало, то, что так хотел выяснить Сынхен, так и осталось тайной покрытой мраком. Все, что альфа смог понять, так это то, что у Квона было полно сомнительных знакомых и его прошлое, вероятно, далеко не такое белое и пушистое, как ему казалось. Это злило. Это бесило. Это вызвало у Сынхена приступ агрессии и желание кого-нибудь поколотить. Вот только бить было некого, а Чжиен совершенно не желал отвечать на вопросы касательно своего прошлого. Лишь иногда он дозировано давал о себе информацию, будто бы нехотя, будто бы не доверял. Хотя, откуда в их отношениях могло вообще взяться доверие? Сынхен сокрушенно вздохнул и зажмурился, сосредоточенно считая в уме до десяти, чтобы его хоть чуть-чуть отпустило. Но не помогло. Желание знать правду, желание сделать Чжиена своим во всех смыслах этого слова, все еще были при нем. - Судя по твоему лицу, ты тоже не особо знаешь, что связывает твоего жениха и этого типа? - Не знаю. - Так и думал, - Тедди медленно сделал затяжку и так же медленно выпустил дым изо рта, - мне сказали, что этот парень давно был на примете у полиции. Контрафактное и запрещенное видео, наркотики и проституция, что ему только не пытались пришить. Но засадил его бывший парень. Нелепо, не так ли? - Превратности судьбы, - Донвук пожал плечами, - каждый получает то, что заслуживает. - Точно. Мерзкий тип, он уверен, что его скоро выпустят, и не желает идти на сотрудничество с полицией. Вечно с ухмылкой на морде и вообще весь себе на уме. Надеюсь, ты не хочешь, чтобы мы его вытащили из тюрьмы? - Нет, - Сынхен покачал головой. Таким типам дорога была прямым ходом в тюрьму и никуда больше, в особенности, если то, что он узнал о нем, было правдой. Вот только что теперь делать с этой информацией? Вероятно, стоило попытаться поговорить с Квоном начистоту. Слишком долго Сынхен позволял крутить собой, как того хочется омеге. – Спасибо, хен. Ты очень помог мне. – Сухо поблагодарил альфа, ощущая, как голова от обилия мыслей, словно раскалывается пополам. В его голове будто бы обезьянка завелась, которая от нечего делать играла в тарелочки. Бум. Чжиен так много врал ему. Бах. И что, черт возьми, делать с этим упрямцем? Сынхен печально вздохнул, ощущая, как земля уходит из-под ног.

***

Всегда проще сказать, чем сделать. В особенности, когда дело предстоит не самое приятное, а в голове совершенно нет идей, как к нему подойти. Поэтому Сынхен надеялся, что он просто найдет в университете Чжиена и припрет его к стенке, после чего самым гуманным образом заставит рассказать всю правду, которую тот от него скрывает. Но, то ли омега решил-таки послушаться Сынхена, то ли была еще какая-то причина, но на занятия в среду Чжиен не пришел. Просто взял и не пришел. Кажется, этот омега все делал назло Сынхену. Впрочем, было ли это хорошо или все же нет, альфа не знал. Он был в такой растерянности, что ему, и сказать-то, кроме нейтрально-спокойного «Спасибо», нечего было. Но опускать руки было не в принципах Сынхена, да и это было не то дело, на которое стоило бы забить, поэтому уже через полчаса он стоял возле квартиры семьи Чжиена и усиленно давил на дверной звонок. Может быть, это было не продуманно, может быть, Чжиен не захочет с ним разговаривать и даже не откроет дверь, а может быть, его и вовсе не было дома. Но альфа решил, что будет проще просто приехать, а не пытаться связаться с Квоном по телефону, звонки слишком просто игнорировать, по телефону слишком просто соврать и сделать вид, что ничего такого не происходит. Сынхен все это уже проходил и второй раз наступать на те же грабли не собирался. К тому же, еще до того, как червячки сомнения прогрызли у него в мозгу себе ход, он услышал, как кто-то подходит к двери, и затем громко щелкнул замок, а значит поворачивать назад, уже не имело никакого смысла. - Как беспечно, - альфа закатил глаза, скрещивая руки на груди, когда Чжиен без каких-либо вопросов открыл ему дверь. Омега от удивления только раскрыл рот и шмыгнул носом, после чего, словно опомнившись, попытался захлопнуть дверь. – Не так быстро, - Сынхен мгновенно сориентировавшись, схватился за ручку со своей стороны двери и потянул на себя, не давая двери захлопнуться. После чего альфа больно шлепнул Чжиена по руке, заставив того возмущенно взвизгнуть и все же отступить, и невозмутимо прошел в квартиру. С громким хлопком дверь за ним захлопнулась. - Зачем ты пришел? – Омега потер ушибленное место и снова шмыгнул носом. Только сейчас Сынхен заметил, что у Чжиена опухли и покраснели глаза, словно он долго плакал, а из комнаты доносились приглушенные голоса и какие-то стоны. - Ты не один, да? Поэтому не хотел меня впускать? - Что? Ты чокнулся, что ли? Я не хотел тебя впускать, потому что… Сынхен! Конечно же, альфа не стал слушать оправдания Чжиена, слишком уж много вранья он слышал до этого момента. Да и Сынхен был так зол, что еще чуть-чуть, и он мог бы просто напросто взорваться. Так что альфа, скинув обувь, оттолкнул со своего пути омегу и фактически влетел в гостиную, в которой, впрочем, было к его удивлению пусто. Только по телевизору шла какая-то драма, и как раз в данный момент на экране показывали, как влюбленная парочка самозабвенно целовалась, а за их спинами что-то с шумом взрывалось. Наверное, это был мозг Сынхена. Потому что в один момент силы оставили его и он опустился на диван, ошарашено наблюдая за концовкой фильма. - Что за черт? - Ну вот, - Чжиен топнул ногой, - из-за тебя я не увидел, чем все закончилось! - Ты плакал из-за фильма, что ли? - Имею право, - огрызнулся омега, поднимая со столика пульт и выключая телевизор. Он был изрядно смущен тем, что Сынхен поймал его за просмотром мелодрамы, которая довела его до слез, поэтому Чжиен сконфуженно смотрел в сторону, потирая глаза. – Зачем ты пришел? – Тихо повторил он свой вопрос. - Нам надо поговорить. - Нам не о чем больше разговаривать. - Может быть, - тихо согласился Сынхен, - но почему ты такой Чжиен? Я так стараюсь понять тебя, но все сводится к тому, что ты просто лжешь мне все время. Так какой же ты настоящий? - Что ты имеешь в виду? - Мне просто интересно, - тихо продолжил альфа, делая вид, что не слышит вопроса Чжиена, - когда ты плавился в моих объятьях, это был настоящий ты или твое альтер-эго? Или настоящий ты тот, кто врет через слово и играет в странные игры? - Я не играю ни в какие игры! - Серьезно, что ли? Тогда, черт возьми, что происходит? – Сынхен шлепнул ладонью по столу, повышая на Чжиена голос. Он был так сердит, что уже не мог контролировать себя, к тому же запах омеги волновал его и подсознательно Чхве понимал, что упускает что-то важное. – То ты ведешь себя со мной так, словно я невероятно важен для тебя, то убегаешь от меня и плюешь на все мои слова. Но мало того, ведь это я еще хоть как-то могу понять, так у тебя еще и полно сомнительных знакомств. - Единственное мое сомнительное знакомство это ты! - Вот оно что, - Сынхен поднялся с дивана и в два шага оказался возле омеги. Он схватил Чжиена за запястья, от чего из рук младшего вывалился пульт от телевизора, но до этой незначительное мелочи никому из них не было дела. Омега всеми силами сопротивлялся, пытаясь вырваться из рук Сынхена, а тот был так зол, что перед глазами все плыло. Удерживая запястья Квона одной рукой, другой рукой альфа схватил его за волосы, больно сжимая и оттягивая голову того назад. Чжиен зашипел от боли и, извернувшись, пнул Сынхена по ноге. Но альфа только усмехнулся и одним движением швырнул Чжиена на диван и тут же, навис над ним, больно кусая за шею, за выпирающую ключицу, а затем за маленькое ушко. - Ай! Больно, Сынхен, - Чжиен застонал от боли и ударил кулаком по груди Сынхена, - ушко-то за что? – Он барахтался под альфой, пытаясь спихнуть его с себя, но силы были слишком не равны и тогда Чжиен разревелся, совсем по-детски, не картинно, а неуклюже и некрасиво. Ему было неприятно оттого, как Сынхен ведет себя с ним и больно от укусов, так тому же еще и страшно. Он не понимал, чем заслужил все это, и что вообще нашло на альфу, ведь ничего такого не случилось, ведь нет же? Сынхен, услышав рваные всхлипы омеги, замер, удивленно разглядывая слезы на щеках того. Он провел кончиками пальцев по щеке Чжиена и даже на пробу слизнул слезинки, потому что с трудом осознавал, что тот по-настоящему плачет. Но грубые рыдания Чжиена и вкус соли на языке дали ему понять, что это реальность и он некрасиво сорвался. Впервые в жизни сущность альфы затмила его сознание, и он банально сорвался, желая поставить на место свою омегу, который совершенно не желал его слушать. Закон природы, черт возьми. Он альфа, а Чжиен омега и они вроде как созданы друг для друга, но им было так сложно сойтись, что сущность брала вверх над разумом и магия крови влияла на Сынхена сильнее, чем когда-либо в его жизни. Вот только альфа не хотел насиловать Чжиена, не хотел причинять ему боль, и ему было сейчас тошно от своих же действий. Сынхен скатился на пол и сел возле дивана, прислонясь спиной к нему. Чжиен все еще тихо плакал, и это рвало альфе сердце, но он не знал, что сказать и как вообще вести себя. Надо было как-то объяснить, почему он так себя повел, но слова все не находились и Сынхену вообще казалось, что язык прилип к нёбу и он потерял способность связывать буквы в слова, а слова в предложения. - Животное, - пробормотал Чжиен, с трудом успокаиваясь. Глаза уже болели от слез, и он ощущал себя таким жалким и несчастным, что хотелось свернуться в маленький клубочек и так уснуть до следующего лета. Чтобы все плохое забылось, а глупые чувства сами собой испарились. – Заявляешься, как ни в чем не бывало, ко мне домой и устраиваешь скандал, а потом и вовсе набрасываешься на меня, словно я… я какая-то дешевая шлюшка! Сынхен тихо вздохнул и потер ладонью шею. Ему нечего было сказать и поэтому он, молча, слушал словесный поток Чжиена. Все претензии и недовольство Квона, его обидные фразочки и упреки, альфа проглотил все. Ему не хотелось начинать скандал сначала, совсем не хотелось выяснять отношения, хотя бы, потому что Чжиен и не дал ему шанса на эти самые отношения. Они оба были, как мухи в паутине, все карабкались и пытались выбрать из затягивающей их реальности, но оставались на одном месте и только глубже увязали. Казалось еще чуть-чуть и шанса на нормальные отношения у них не будет вовсе. Ведь сказанные слова не воротишь и можно простить, но не всегда можно забыть. - Чжиен, хватит. Я рассердился, потому что ты игнорируешь меня и все время посылаешь, да и сейчас ты высказался обо мне так, словно я хуже насильника. Вот я и взорвался, решил, что раз ты можешь понять и принять такое, то значит это для тебя норма и… - Подожди! Какой еще насильник? О чем ты говоришь? – Чжиен требовательно ткнул в альфу пальцем и недовольно засопел. - Ну, твой знакомый или друг, к которому ты ездил вместе с Сынри, он же изнасиловал и избил своего парня. Ему огромный срок светит за это, сам знаешь современные законы, да еще и на него столько всего повесить можно, что просто мрак. И что вас вообще связывает? - Ничего, - машинально ответил омега, нервно кусая кончик ногтя, - ты уверен? Мы говорим про одного и того же альфу? - Ким МинСок, двадцать четыре года, - отрапортовал Сынхен, удивленно косясь на Чжиена. - Точно, но он сказал мне, что его подставили и что его дело пустяк, что ничего не стоит вытащить его из тюрьмы. - Так все-таки вытащить? – Альфа вздохнул, качая головой, - давай-ка ты мне нормально все объяснишь. - Ладно, - Чжиен не видел больше смысла отпираться и врать, к тому же, он чувствовал себя отвратительно, словно кто-то выкупал его в грязи, да так и оставил. Мерзко. Да и после того, что только что произошло, омеге было немного боязно злить Сынхена, и потому он решил дать ответы на все вопросы старшего. – Самое главное, что ты должен знать, это не мой друг или знакомый, мы виделись всего лишь раз или два в жизни. Это друг Алана, я не особо знаю, что их связывает, и наше с этим Кимом знакомство было вообще случайным. Перекинулись парой фраз, да и все. Но около двух месяцев назад, он вдруг позвонил мне и попросил встретиться, я отказался, конечно же. Тогда он сказал, что у него есть компромат на меня и если я не буду делать так, как он говорит, то меня ждут большие неприятности. Я испугался, Сынхен и поэтому пришел в следственный изолятор. Ким рассказал мне, что повздорил со своим парнем, а тот взял и накатал на него заявление в полицию. Глупо, наверное, но я поверил ему и тогда он сказал, что я должен помочь ему выбраться из всей этой истории. - Каким же образом? - Я должен был нанять ему самого лучшего адвоката и задействовать связи своей семьи. - А ты мог это сделать? - Нет, - Чжиен отрицательно мотнул головой, - видишь ли, нас с Аланом познакомил мой двоюродный брат, а его семья весьма богата и, наверное, у них и правда, есть какие-то такие связи. Но меня и мою семью это никак не затрагивает. Вот только Алан этого не знал и, похоже, что он и сказал Киму, что я могу ему помочь и номер телефона мой дал. Сволочь! – Омега возмущенно ударил кулаком по дивану, но тут же, выдохся, словно из него вышел весь запал и страсть, осталась только горечь, да боль. - И ты, значит, пообещал ему помочь? Но почему? - Потому что у него было, да и есть сейчас порно видео со мной в главной роли, - стыдливо признался Чжиен, прижимая ладони к горящим от смущения щекам. – И он сказал, что если я не буду правильно себя вести, то видео попадет в инет, и тогда я могу и из универа вылететь и потом на нормальную работу не смогу устроиться. - Ха?! - Я не знаю, как так вышло, - зачистил Квон, - видимо Алан записал один наш раз и не удалил это видео, оставил на всякий случай. - Чжиен, - Сынхен хлопнул себя по лбу и застонал. Он услышал то, о чем бы никогда не хотел знать. От одной мысли о том, что кто-то в прошлом не только трогал и ласкал Чжиена, но еще и наслаждался видеозаписью с ним в главной роли, альфа сходил с ума. Инстинкт собственника душил его изнутри, требуя немедленно сделать Чжиена своим, чтобы никто и никогда больше не дотронулся до него. Сынхен хотел поставить метку омеге, хотел замарать его и поиметь его так, чтобы тот никогда больше даже не вспоминал этого ублюдка Алана. – Я убью его! - Ты с ума сошел, что ли? Тебя же потом посадят, Сынхен! - Убью, - сухо повторил альфа, залезая на диван к Чжиену. Он сжал пальцами подбородок омеги, заставляя того от недовольства вытянуть губы в трубочку и грубо поцеловал, другой рукой разрывая на нем тонкую кофточку. Пуговицы разлетелись в разные стороны, с тихим стуком ударяясь об пол, но громкий стон Чжиена заглушил все остальные звуки. Омега больше не мог сопротивляться, запах Сынхена заводил его быстрее, чем самая горячая порнушка и он довольно застонал, отпуская себя. Чжиену было плевать на порванные вещи, на неудобную позу и на то, что в любой момент могли вернуться его родители. Ему было плевать, что Сынхен так нормально и не разделся, что они снова забыли про презервативы и что вместо нормальной прелюдии он получил только больнючие укусы и грязные словечки, как утешение, когда Сынхен, не особо церемонясь, вошел в него. Было больно, но в тоже время чертовски хорошо. Агрессивное поведение альфы, его собственнические замашки и грубые слова заводили так, что Квон был готов орать просто от ощущения горячего члена внутри себя. Но Чжиен только кусал губы, затыкая себя, и царапал спину альфы короткими ногтями, поддаваясь навстречу каждому толчку, и сдавленно охал, когда пряжка ремня Сынхена ударяла его по ягодицам. Это был быстрый, по-животному яростный и грубый секс. Но такой желанный и нужный сейчас. Они забыли про ссору, про все проблемы, которые окружали их и полностью погрузились в горячее марево удовольствия, что накрыло их совсем неожиданно, словно грозовая туча, которую пригнал ветер, и она в один миг накрыла город, угрожая пролиться дождем. Чжиен тихо заскулил, когда Сынхен наклонился и провел языком по его ключицам, лаская влажную от пота кожу. - Перевернись, - грубо приказал альфа, выходя из тела Квона и нетерпеливо дергая его, заставляя шевелиться быстрее. Словно у Чжиена вообще были на это силы, он с трудом встал на колени и прогнулся, выпячивая задницу. Омеге было неимоверно стыдно, но сейчас он просто не мог ослушаться приказов Сынхена, потому что и сам хотел почувствовать его власть над собой. – Вот так, - Сынхен провел кончиками пальцев по ложбинке между ягодиц омеги, задевая пульсирующий и раскрытый анус. После чего с оттяжкой шлепнул Чжиена по попке. - За что? – Квон дернулся, пытаясь уйти от болезненных шлепков, но альфа без слов потянул его на себя. - Ты мой, - прошипел он, прежде чем больно укусить Чжиена за ягодицу, оставляя свою метку, которая должна была скрепить их раз и навсегда. Альфа больше не мог пытаться скрыть те чувства, которые у него были по отношению к Чжиену. Это еще не была любовь, это были страсть и глубокая симпатия, но важнее всего было то, что он признался самому себе в том, что Квон был его избранным омегой. Сынхен никогда не верил в то, что это вообще возможно, найти свою настоящую вторую половинку, он всегда думал, что это детские сказки и глупые легенды для наивных деток, а он-то не такой. Но едва альфа почувствовал запах Чжиена, как в нем что-то поменялось, словно часть него вернули и припаяли раз, да и навсегда. Квон, ощутив укус, дернулся и в голос закричал, ощущения были не самыми приятными, кожа горела, и он чувствовал себя так, как будто бы ему чем-то невыносимо горячим прижгли кожу. Но альфа лишь только погладил его по мокрой от пота спине, даря нежность, которой сейчас в нем и так почти не было. – Мой, - повторил Сынхен, зализывая место укуса. Омега слабо дрожал, место укуса все еще горело, но это было уже терпимо. А запах альфы был похож на анестетик, потому что, вздохнув этот запах, Чжиен расслабился и ощутил, как желание с новой силой захлестывает его. Он нетерпеливо заерзал, с трудом балансируя на разъезжающих коленях, и гортанно застонал, когда Сынхен вновь вошел в него. В тот момент, Чжиену показалось, что он умер, так хорошо ему было, и он больше не был готов отпустить Сынхена от себя. Несмотря на то, каким мудаком иногда Чхве все-таки был. К тому же, альфа сказал то, что так хотелось услышать Квону и, не спрашивая разрешения, поставил метку. Чжиену было немного стыдно в этом признаться, но больше всего он хотел, чтобы Сынхен просто предъявил свои права на него. Вот так. Без объяснений. А признание омега уже слышал, и больше-то особых слов ему было не надо.

***

- Ты уверен, что тебе надо поговорить с ним? – Енбэ вздохнул и потер пальцем руль, словно это хоть как-то придавало ему уверенности. - Надо. – Сынхен со вздохом потянулся, разминая затекшие мышцы. – Я должен выяснить все про это видео и избавиться от него, чтобы Чжиен мог спать спокойно. – Они с Енбэ сидели в машине уже третий час и ждали, когда Алан заявится домой. А все ради того, чтобы Сынхен мог выбить из него признание о том, у кого и где компромат на Чжиена. Хотя, конечно, альфа бы с удовольствием вообще бы стер с лица Земли этого ублюдка, но это было против закона, а пойти против закона все-таки означало попасть в тюрьму. Не самый лучший исход. Тем более сейчас, когда они с Чжиеном едва-едва пришли к пониманию и к какому-то пока еще хрупкому соглашению. Альфа задумчиво провел пальцем по губам и усмехнулся, вспоминая то, что произошло несколько часов назад. - Я так понимаю, с Квоном ты помирился? Бедный мальчик ходить-то сможет? - Сегодня вряд ли, - Сынхен усмехнулся, - но не думаю, что он очень против такого положения дел. По крайней мере, когда я уходил, то Чжиен так сладко спал, - он тихо вздохнул. - Ты не думаешь, что поспешил? Ну, метка, предложение и все такое? - Нет, это сложно объяснить, Енбэ. Я просто чувствую, что хочу быть с ним, пока могу. - И сколько ты сможешь? - Надеюсь, что всегда и… - Подожди, - Енбэ махнул рукой и приоткрыл дверь машины, - это разве не тот тип, которого мы ждем? - Он самый. – Сынхен кивнул и медленно вылез из машины. Чхве не сводил взгляда со своей цели, пока шел ему на встречу, но все же, он старался выглядеть не особо заинтересованным. Альфа не был уверен, что Алан его не узнает, а потому привлекать к себе внимание не было резона. Поравнявшись с ним, Сынхен, как бы невзначай столкнулся с Аланом, выбивая из его рук ключи, и взмахнул руками, словно от неуклюжести и в тоже время, как бы извиняясь. - Разиня, - прошипел Алан, наклоняясь за ключами, но в тот же, момент он почувствовал, как что-то твердое упирается ему в бок. Альфа скосил взгляд и увидел черный металл пистолета. Он вздрогнул и дернулся, с трудом удерживаясь на ногах. – Что это? Кто ты вообще такой? - Нет-нет, не ори, - Сынхен покачал головой и пальцем провел по курку, намекая, что если что, то он выстрелит. - Это ты! Новый парень Чжиена! - Не новый, а единственный, - буркнул Чхве и указал взглядом на машину, - ты идешь со мной. Нам надо кое-что обсудить и если ты будешь правильно себя вести, то никто не пострадает. – Он насмешливо приподнял одну бровь и еще раз ткнул дулом пистолета в бок Алана, намекая, что шутки тут никто не шутит и лучше делать то, что от него хотят. Они медленно подошли к стоящей неподалеку машине и Сынхен затолкал в нее Алана, тут же усаживаясь с ним рядом на заднее сидение. Удостоверившись, что все в порядке, Енбэ нажал на газ, заводя мотор и буквально пару минут спустя в тихом дворике ничего не напоминало о том, что тут только что произошло.