Притяжение

— Он серьезно думал, что ты придешь? — ошарашено спросил Скотт. — Видимо, да, — ответила Ана. — Тогда он очень сильно ошибается, — Стайлз нарочно растянул слово "очень". — Ты сам говорил, что он может и не соответствовать авторитету плохого альфы, — сомнение так и сквозило в словах девушки. — Я бы сказал: безобразного альфы, — поправил ее он. — Как бы вы ни сказали, — вмешался Маккол, — ничего не изменит того факта, что Питер слишком опасен, и идти к нему одной, Ана, чересчур рискованно. Но девушка не понимала, почему все кругом настолько категорично воспринимали Хейла. Она слышала про убийства, но ведь все это было во имя мести. Ведь она тоже убивала, убивала оборотней. Однако же все это было во имя справедливости. Ана не знала, как восприняли бы ее друзья тот факт, с каким наслаждением она забирала жизнь у тех, кто погубил ее родных. Как рада она даже сейчас, что отомстила за свою семью. И если бы ей снова представился шанс покарать виновных, она, не раздумывая, совершила бы задуманное. Однако Ана не любила говорить об этом с кем-либо. Разве что Питеру она не против рассказать. Как ни крути, у них много общего, и он должен понять чувства девушки. Но вот хотел ли он ее слушать – это уже был нежелательный для нее вопрос. Ей не хотелось никому навязываться, поэтому она просто молчала. Если заглянуть правде в глаза, Ана все это время ждала, когда Питер объявит о себе и вспомнит про обещанные занятия. И вот, наконец-то, долгожданное свершилось. Так почему же она сопротивляется? Влияние друзей? – Возможно. Да и то, как повел себя Питер: самонадеянно и высокомерно. Хотелось стереть это дурацкое выражение с его лица! Это желание так же тормозило Ану в принятии решения. Правильно ли было пойти на поводу у альфы и в очередной раз убедить его в своей власти над ней. Или же поиграть в гордую леди? Определенно, второй вариант привлекал ее больше, но сомнения были слишком явными. Опасно играть с Питером Хейлом.

***

POV Часы показывали 4:45. Их тиканье давило на мой мозг. Мне казалось, что когда пробьет ровно пять, я сойду с ума. До лофта Дерека я могла бы добраться за десять минут, но дело в том, что я так и не решила пойти на встречу с Питером. Это было выше моих сил, как бы глупо это ни звучало. В голове все было так запутано, что, казалось, если бы нашелся человек, который умеет читать мысли, то он после первой же попытки залезть ко мне в голову повесился бы. Поэтому я, схватив со спинки стула первую попавшуюся кофту, направилась к выходу из ужасно душного помещения, которое тяготило меня с каждой минутой все больше и больше. Даже если я и соберусь к Питеру, то уж точно опоздаю. И знаете что, меня это абсолютно не волновало. Ладно, возможно, совсем немного. Я целый час гуляла вдоль леса, наслаждаясь свежим воздухом и красотой пейзажа, но, не решаясь зайти в саму чащу. Мне всегда казалось, что в самом лесу скрыто нечто потаенное, что не должно быть выставлено на всеобщее обозрение. Я сильно верила в свое убеждение и старалась не нарушать сокрытую тайну. Сама того не понимая, я добралась до лофта. Само место всегда казалось тихим и безлюдным. Не связано ли это с тем, кто здесь обитает. Я фыркнула сама себе под нос и краем уха уловила едва слышные шаги сзади. Я замерла и сжалась, не решаясь обернуться. То, как медленно ко мне подкрадывались, не было похоже на нечто дружелюбное. К тому же, кто-то знакомый окликнул меня, прежде чем направляться в мою сторону. Как только встречу Питера… кхм… Если встречу Питера – непременно попрошу его об уроках самообороны. — Серьезно? – знакомый голос раздался прямо возле уха. – Ты же слышала мои шаги. Если ты хотя бы побежала, я даже тогда не был бы настолько разочарован. Питер говорил приглушенным шепотом, от чего мои волосы слегка подрагивали, как от ветра. У меня самой будто ноги приросли в земле. Я не смела пошевелиться, и, кажется, мой голос совсем пропал: я не могла выдавить из себя ни слова. Слова Хейла были немного обидными, но я не придала этому должное внимание, хотя стоило придумать острый ответ, который заткнул бы не очень тактичного альфу. Поскольку я так и не повернулась в его сторону, Питер сам обошел меня и теперь смотрел мне прямо в глаза. — Все нормально? Мне могло и показаться, но, по-моему, я только что увидела обеспокоенный взгляд Питера Хейла. Такое вообще возможно? — Да, — хриплым голосом выдавила я. Он оглядел мое лицо, и его взгляд остановился. Я так и не поняла, что произошло, и куда он смотрел, потому что уже через мгновение он с видом злобного папочки прожигал во мне дырку. — Ты не собиралась защищаться? А если бы это был не я, а, допустим, Девкалион. А? Что бы ты делала? Стояла так же, будто с неоновой вывеской «сожрите меня»? — поток недовольствия вырвался наружу и именно это вернуло мой затерявшийся рассудок. — Может, это моя тактика, — в ответ напала на него я. Его брови поползли вверх, и я поспешила добавить. – Может, я ждала, пока ты подойдешь достаточно близко, чтобы напасть на тебя. — Ты издеваешься? – снова недовольство. – По-моему, я и так подошел достаточно близко, тебе не кажется. Я снова вспомнила его дыхание, нежно касающееся моей кожи, от чего по всему телу пошли мурашки. — И ты опоздала, — ко всему прочему добавил он. — Я и не хотела приходить, — парировала я. — Вот как, — он сощурился. – Тогда почему ты здесь? Действительно, почему? Потому что в бреду добрела до этого места, куда и в жизни не пришла бы по своей воле? Стоп! Черт! — Это ты! – чуть ли не завопила я. На этот раз даже усмешка не тронула его губы. Было странно наблюдать за абсолютно серьезным Питером, который даже саркастически парировал без ухмылки. — Ана, тренировки – это не шутки. Их нельзя пропускать, — он проигнорировал мое восклицание. – Иначе ты не будешь знать, как защитить себя. — И тебя? – добавила я. — Что? Нет, я и сам способен себя защитить, знаешь ли. — Я не в этом смысле. Он подошел чуть ли не вплотную. — Почему ты зацикливаешься на этом? И снова этот его низкий голос, который вводит меня в оцепенение. Соберись, Ана! Хватит его бояться! «Это не страх», – издалось глубоко в моем подсознании. Я хотела вступит в спор со своими же мыслями, но что-то мне подсказывало, что дядюшка Питер подумает, будто я свихнулась и отправит меня в дом Эйхена. Я бы простояла в оцепенении до ночи, так ничего и не ответив, но благо Питер продолжал свою, в прямом смысле пламенную для моей слишком чувствительной кожи речь. Еще чуть-чуть, и мои нервные окончания могли бы разорваться от напряжения. — Не думай, что моя жизнь полностью в твоих руках. Я не стану меньше или больше зависеть от тебя. Ты должна тренироваться для себя. — А как же та часть про связь между нами? Черт, опять мой хриплый голос выдал меня с потрохами. Нет, даже и думать забудь, что я тебя боюсь, Хейл! Он немного отстранился, но совсем немного, чтобы дать мне какое-то пространство. — Она есть, — подтвердил он. – Но это всего лишь бремя для нас обоих. Не знаю почему, но, признаюсь, это даже обидело меня. Питер так красноречиво говорил о нашей связи, что я, и вправду, поверила, что это нечто особенное. Хотя сейчас он был прав. Кто знает, в какое дерьмо может попасть оборотень, а я совсем не хочу умирать из-за него. Взаимные страдания определенно не являлись высшей степенью справедливости в этом мире. Скорее это было наказанием. Для нас обоих. Как он и сказал. — Пойдем, мы и так потеряли время, — подытожил он. Питер снова мимолетно оглядел мое лицо, затем сорвался с места и направился в сторону леса. У меня было слишком много вопросов, чтобы ухватиться хоть за один из них. — Почему мы идем в лес? – я сумела поймать свою мысль. Питер шел размеренно, но его шаги были как мои два, поэтому я еле поспевала за ним. — Там есть место – источник сверхъестественной силы. Мы должны понять, есть ли у тебя что-то подобное. — Хорошо, — ответила я, будто это было абсолютно адекватным объяснением нашей «прогулки». – И что мы будем делать потом? – не отставала от него я. — Зависит от того, есть ли у тебя потенциал. — Эй, — возмутилась я. – Это было грубо. — Ты меня не поняла, — по-доброму вздохнул он. – Я про сверх силы. — Оу. Минуту мы шли в молчании. Питер, наверняка, расслабился от моего любопытства, но не тут то было. Если уж втянул меня в это – будь добр отвечать. — Зачем тебе это, раз говоришь, что каждый сам за себя? Питер резко остановился, так что я впечаталась в его спину. Ощущение, будто вмазалась в бетонную стену, только в упругую стену. Оборотень внимательно посмотрел на меня, а потом ответил: — Так ты не хочешь быть вооруженной на экстренные случаи? — Хочу, но это же не твоя забота. — Ты права. Не моя. Моя забота – отрезать все пути лишения меня жизни. — ТЫ же можешь сам постоять за себя. Сам только что говорил. Питер промолчал, поэтому я, всплеснув руками и крикнув: «Боже, ты такой противоречивый!», направилась дальше, вглубь леса.

***

— И что теперь? – спросила Ана после того, как они вот уже с полчаса стояли перед большим пеньком, вокруг которого не было никакой растительности. Во всяком случае, ей казалось, что прошло полчаса. На самом деле, они добрались до места всего пару минут назад. Все это время Питер заворожено смотрел на тот самый пенек. — Где место, о котором ты говорил? — Оно прямо перед тобой. Ана снова недоверчиво взглянула на пень. — Серьезно? Питер не ответил, лишь злобно сверкнул глазами в ее сторону. — Это Неметон, вернее был когда-то, — он посмотрел на нее в ожидании. — Я без понятия, что это значит, — нервно сказала Ана. Хейл разочаровано выдохнул. — Неметон – это священное дерево. В нем, и по сей день, заключена магия, но когда-то она была вселенского масштаба, когда дерево еще было целым. — И что с ним случилось? — От него постоянно черпали энергию, но нашлись оборотни, которым потребовалась магия. Они пришли к Неметону и начали свой «обряд». Заклинание было запретное, а как ты можешь догадаться, запретные заклинания обладают большой силой, которую почти во всех случаях невозможно контролировать. Жаль, что оборотни этого не знали. Они воспользовались силой священного дерева, но магия оказалась сверх масштабной. Она убила их, всех до одного. Те, кто нашел мертвых, говорили, что на их теле была метка Неметона. Однако самого дерева уже не было. Остался только пень, только вот срез на нем очень гладкий, и с тех пор на нем ничего не росло. Для обычных людей это кажется странным. — Ого, — только и смогла сказать Ана. — Неужели ты не знала о существовании Неметона? — Ну, извини, мы в школе еще не дошли до раздела «Мифические существа», — съязвила она. — Теперь это поправимо. — Даже не смей рассказывать про свои штучки на уроках, — пригрозила Ана. — Про мои штучки, — с издевкой уточнил альфа. – Это довольно серьезная часть нашей истории… — … которая определенно не касается обычных учеников Бекон-Хиллз, — перебила его она. — Никогда не знаешь, кто из этих невинных людишек станет оборотнем, — бросил Питер. — Эй, я одна из невинных людишек. — Я это изменю, — уверил ее Хейл. – Сядь на пень. — Что? – уставилась на него Ана. — Сядь на пень, — повторил он. Девушка аккуратно присела на пенек, где ожидала подцепить занозу, но поверхность оказалась практически безупречной. Разве что скользить по ней лезвием не получится. Питер с минуту смотрел на нее, а потом расхохотался, впервые за сегодняшний день. Ана злобно посмотрела на него, и тот вскинул руки, все еще давясь смехом. — Послушай, — говорил он, восстанавливая дыхание. – Это ведь не низенький и неудобный стульчик, на который тебе предложили присесть в гостях. Просто расслабься, подбери ноги, сядь по-турецки, — он подошел и запрокинул ей ноги повыше. – Вот так. — Я и сама могу сесть по-турецки, — недовольно пробурчала Ана. — Конечно. А теперь просто вздохни, затем выдохни. Успокой свое сердце, душу, прислушайся к внутреннему голосу, очисти разум. — Короче, войти в нирвану? — Что-то типа того, — недовольно проговорил Питер. — И что потом? В смысле, чего мы добиваемся? — Ты должна сама почувствовать. Ана закатила глаза. — Отлично. Стой здесь – иди сюда, найди то, не знаю что, — пробубнила она себе под нос. — Что? — Ничего. Питер нахмурился. Ана скрестила ноги, положила на колени ладони и закрыла глаза. Послышался вздох, томный выдох, потом снова вздох и… ничего. — Я, правда, не могу настроиться на сама-не-знаю-что, когда ты на меня пялишься, — она приоткрыла один глаз, что выглядело забавно для серьезного обряда, совершаемого в данную минуту на магическом пеньке. Питер на мгновение смутился, но потом ответил: — Если я отойду вон туда, — он указал в сторону дерева, которое стояло в нескольких шагах от Неметона, — тебе станет легче? В его голосе сквозило недовольство, но он пытался быть вежливым. — Да, пожалуй, — ответила Ана и снова закрыла глаза. После продолжительных маневров, совершаемых девушкой, Питер готов был сдаться. Он уже направился к ней, как невидимая сила откинула его назад и приковала к дереву, у которого он стоял всего секунду назад. Глаза Хейла расширились от удивления, и он уставился на Анну, волосы который развивались во все стороны. Оставшиеся до зимы опавшие листья вихрем поднялись в воздух и начали кружиться вокруг девушки. Рядом с оборотнем упала ветка, и вскоре он услышал скрип еще одной массивной ветки над его головой. Он чертыхнулся и попытался оторваться от дерева, к которому его прижало мертвой хваткой. — Черт. Ана! – закричал он, но девушка не шевельнулась. – Ана! Ана! Черт, Прайс! Очнись же ты! Ана! Все произошло одновременно. Ана в ужасе распахнула глаза, соскочила с пенька, озираясь по сторонам; листья мгновенно опали; а Питер с невероятной скоростью дернулся с места, на которое тут же с грохотом повалилось дерево. Прайс и Хейл тяжело дышали, глядя друг на друга с минуту. — Это… это я сделала? – запинаясь, прошептала она. Питер кивнул. – Твою мать! И что это было? — Твоя сила.