Мы разбиваемся

- Мистер Стилински!.. Умоляю, мне нужна ваша помощь! Лидия стояла на пороге кабинета шерифа. Он удивленно взглянул на запыхавшуюся девушку. Шериф знал, что вчера со Стайлзом они… что их дороги, вернее будет сказать, разошлись. По крайней мере, это были слова Стайлза вечером, и мистер Стилински не решился выяснять подробности, видя, в каком состоянии находится сын. Лидия провела ночь без сна. Она все воскрешала в памяти тот маленький образ, ту крошечную девочку, которая, вроде бы, все время была рядом… А сейчас ее вдруг не оказалось. Здесь, поблизости. И Лидия не могла заговорить с ней, и уж тем более увидеть. Темнота, окружавшая девушку, сгущалась; она стиснула все внутри, и сердце словно бы перестало биться, а дыхания больше не было… Остались только темнота – та, что была снаружи, и сильный ветер – тот, что шумел внутри. И маленькая девочка громко плакала. Где-то далеко – может, уже даже в другом штате… И где-то близко – там, в самом сердце несчастной матери, осознавшей произошедшее. Лидия тогда поднялась с кровати, подбежала к окну, словно из него могла увидеть лицо своей драгоценной малышки, но с улицы бил лишь слабый фонарный свет, и от него слезились глаза; или глаза просто слезились. - Ты в порядке, Лидия? – мягко поинтересовался шериф, заметив беспокойное выражение лица девушки. - Мне очень нужна ваша помощь, - дрожащим голосом повторила она, отчего-то не решаясь заходить внутрь. - Я тебя слушаю, - серьезно отозвался мистер Стилински и, вдруг смягчившись, слабо улыбнулся ей навстречу. – Я сделаю все, что будет в моих силах. - Найдите ее… - прошептала Лидия, чувствуя, как бешено колотится сердце. – Пожалуйста, найдите мою дочь… Шериф непонимающе посмотрел на нее. - Я ошибалась… Господи, я совершила что-то ужасное, - на глаза Лидии навернулись слезы; колени подогнулись. – Но я хочу вернуть… Клянусь, я не могу без нее, пожалуйста, верните мою малышку! Она забилась в сдавленных рыданиях, прежде чем мистер Стилински сориентировался и подошел к ней. Но он все-таки неумело прижал девушку к себе, и она заревела еще сильнее на его груди. - Ну-ну, - успокаивающе пробормотал шериф. – Мы все ошибаемся, милая. Ты ошибалась, и я ошибался… И я ошибусь еще раз. - Почему? – сквозь слезы выдохнула Лидия. - Потому что искать таким образом приемных родителей, которые подписались на закрытое усыновление, незаконно. – Шериф вздохнул. – Но мы найдем, слышишь? «И когда-нибудь Стайлз простит своего старика, - подумал он, выпуская Лидию из объятий. – За то, что я способствовал этому… этой чертовой ошибке. За то, что не слушал его… За то, что чуть не лишил его самого главного». - Стайлз! – прикрикнула на маячившего рядом парня Мелисса. – Сядь! Не нервируй меня! Лучше следи за дверью! Стайлз подпрыгнул от нескольких окриков обычно спокойной Мелиссы и послушно выглянул за дверь. - Чисто, - кивнул он, наблюдая за тем, как женщина «шерстит» всю базу свой больницы. – Это что, правда незаконно? – добавил Стилински, попытавшись протиснуться к экрану. - Да, и если ты не будешь следить за дверью, тебя посадят первого, - прошипела Мелисса. – Умоляю тебя, смотри, чтобы никто не вошел. Ты же не хочешь, чтобы первое, что увидела твоя дочь – это то, как ее отца уводят в наручниках? Стайлз прошмыгнул к двери и полюбопытствовал: - Слушай, а ты как бабушка будешь мне помогать сидеть с ней? Мелисса вздрогнула и возмутилась: - Стайлз! Нас ведь могут услышать. - Нет, серьезно, Мелисса, - настаивал на своем Стайлз. – Если мой отец приходится ей дедушкой, то ты, стало быть… - Если ты не замолчишь, то бабушка лишится работы, и вам всем придется ой как нехорошо. - Ладно, я затыкаюсь, - послушно кивнул Стайлз и выглянул из кабинета. – Пустота… - протянул он, не выдержав нескольких секунд молчания. – Скоро у тебя там? - Загружается, - отозвалась Мелисса обеспокоенно. – Тут все очень медленно. - Технику вам давно пора менять, - со знанием дела заявил Стайлз. –Я, кстати, могу поспособствовать – ну, там установить что-нибудь… - Просто так? – фыркнула Мелисса. - Ну нет, - усмехнулся Стайлз. – Я меняю вам компьютеры, а ты – всякие памперсы. А то я в этом не спец. - Обойдешься, - улыбнулась женщина. – Будешь учиться. Так, смотри сюда… - вмиг посерьезнела она, заметив, как на экране начали появляться данные. – Сейчас… Вот тут Лидия и… Что-о-о? Стайлз подлетел к компьютеру. - Что? Что? – он принялся вчитываться в имена и выдохнул. - Быть не может! - Питер и Малия Хейл, - прочла Мелисса вслух, чтобы убедиться, что это не сбой. – Нет… Я не верю, - отрицательно покачала головой она. – Питер не мог сделать этого в каких-нибудь своих целях? – беспокойно добавила женщина. - Питер – мог, - кивнул Стайлз. – Но не Малия. И вообще, как они могли удочерить ее? Они же не муж и жена… И я даже не знал, что они общаются. - Я думаю, Питер подделал документы, - вздохнула Мелисса. – Или использовал что-нибудь из своих способностей. В любом случае, мне совсем не нравится, что он забрал малышку. Ты можешь поехать к нему прямо сейчас? - Так я и собирался прямо сразу, - подтвердил Стайлз и похвастался: - Даже детское кресло для машины купил. - Хорошо… - выдохнула Мелисса. – Хорошо. Позвони мне сразу же, как только заберешь ее, я отпрошусь и приеду тебе помочь. И заодно поговорю с твоим отцом. - Ты будешь лучшей бабушкой, - улыбнулся Стайлз. Они приблизились к лофту Дерека и Питера одновременно. Стайлз как раз вылетел из своего старенького джипа, а Лидия подбегала к назначенному месту на высоких каблуках – она забыла даже о машине, когда они с шерифом нашли нужный адрес. - Стайлз! – крикнула Лидия, заметив парня уже у самых дверей. Он резко обернулся и выдохнул. – Ты тоже… ты нашел… - У нее дрожал голос, дрожали губы, пальцы и ресницы. Она вообще дрожала вся, такая бледная и испуганная. Стайлз прижал ее к себе и на секунду закрыл глаза. Она могла ошибаться тысячу раз, и он готов был простить ей эту тысячу… Но как же невероятно было ощущать, что она опомнилась. Одумалась. Что ее не нужно прощать – ведь она сама нашла этот истинный путь, дорогу на которое ей подсказал сам Стайлз. А, может быть, кто-то другой. Или ее несчастное материнское сердце. Двери раскрылись сами – и на пороге показался Питер. - Наконец-то… - протянул он чуть язвительно, наблюдая за тем, как они разнимают объятия. – Явились. Мы вообще-то ждали вас еще ночью. Проходите. Только тише. - Эллисон спит? – прошептала Лидия. - Кто? Эллисон? Эта неугомонная девочка никогда не спит, - покачал головой Питер и шепотом добавил: - Дерек только что уснул. Он очень устал. - Заснешь тут! – подошел к ним Дерек, на ходу зевая. – Я вообще на такое не подписывался! Что это такое – пришли в мой лофт… с ребенком… - возмущался он. – Заставили укачивать… как будто я нанимался в няни… - Не ворчи, - ухмыльнулся Питер. – Нам всем досталось. Малия! – крикнул он куда-то вглубь. – У нас гости. Малия вышла к присутствующим молча: она держала на руках уснувшую малышку. Эллисон, видимо, очень устала за эту безумную ночь – пока ее неумело и очень резко укачивал возмущавшийся на весь лофт Дерек, пока Питер пытался запихнуть в нее недоваренную смесь, а Малия под все это искала в интернете способы укладывания детей, но так ничего и не нашла. - Уснула! – проорал Дерек счастливо, за что тут же получил подзатыльник от Питера. - Заткнись! – прошипел любящий дядя. – Хочешь, чтобы она опять проснулась? Дерек замотал головой и со скоростью не хуже, чем у истинного альфы, отправился в свою спальню, пока крики маленькой Банши снова не нарушили его покой. - Я знала, что вы придете за ней, - улыбнулась Малия, посмотрев на ошарашенные лица молодых родителей. – Элли вас очень ждала. - Элли? – удивленно переспросил Стайлз. - Ну, да, - смутилась Малия. – Лидия рассказывала мне про Эллисон… Вот я и подумала… чтобы было не очень похоже, но чтобы и не забывать… Можно называть малышку Элли. Но это вам, конечно, решать, - вспыхнула она. - Мне нравится, - улыбнулась Лидия и посмотрела на Стайлза. – А тебе как? - Отлично… главное, что она теперь рядом, - Стайлз с трепетом проследил, как Лидия осторожно взяла из рук Малии их дочку и прижала к себе. Элли спала, безмятежно откинув правую ручку в сторону, а большой палец на левой уютно уместив во рту. Лидия не отрывала взгляда от спящей девочки, все никак не в силах насмотреться на нее, такую крошечную, но уже прочно занявшую все пространство в ее сердце. И оно больше не замирало – только быстрее билось, когда малышка улыбалась во сне, или сжимала свои маленькие пальчики. - Она такая красивая, Стайлз, - прошептала девушка вдруг, будто бы очнувшись. Стайлз улыбнулся, обняв ее за талию. - Я знаю. Я понял это еще тогда, когда впервые увидел ее на осмотре. Помнишь? Лидия кивнула. Конечно, она помнила. - Пап, - вдруг обеспокоенно произнесла Малия. – Они скоро поедут. Ты принес?.. Лидия подняла глаза и поймала абсолютно счастливый взгляд Питера; а улыбка на его лице расцвела ровно в тот момент, когда Малия сказала это короткое, но такое дорогое сердцу «пап». Она пришла к нему тогда, когда идти, казалось, было больше не к кому. Он встретил ее у двери, неловко пожал плечами, не зная, как и быть ему в такой ситуации. А Малия вдруг бросилась к нему, прижалась и сквозь слезы попросила: «Помоги мне. Я хочу спасти одну семью». «Помоги» и «спасти» были словами, которые никогда не произносил Питер. Но он крепко прижал к себе дочь и ощутил что-то невероятное; она была рядом; такая несчастная и отчаявшаяся, его маленькая девочка. И он уже знал – ради нее он готов спасать. Он готов помогать. Он готов меняться. Лишь бы она не плакала больше так горько. - Вот! – Питер быстро вернулся из соседней комнаты и протянул Стайлзу большой пакет. – Тут всякая одежда… немного игрушек. На первое время. Мы с Малией выбирали, - он улыбнулся, притянув к себе совсем взрослую дочку, и поцеловал ее в макушку. Малия засмеялась. - Точнее, выбирала я. Папа ходил по детскому магазину и все время удивлялся: «они что, все такие маленькие? Слушай, я немного забыл, а они сразу рождаются с пальцами? Но как? Они же, наверное, совсем крошечные…». - Да, Питер, твоим будущим внукам определенно повезло, - иронично сощурилась Лидия. - Каким это внукам? – подозрительно переспросил у нее Питер. Словно в ответ на его вопрос, из спальни показался умиротворенный Айзек. - Я просто отлично выспался, - пробормотал он довольно. – И чего Дерек орал, как потерпевший? - Ты что, совсем ничего не слышал? – поразился Питер. - Неа… Спал, как убитый, - зевнул Айзек. - Помощничек, - буркнул себе под нос Питер. - Ну, что, Эллисон, тебя забирают? – Айзек, тем временем, подошел к Лидии и осторожно потрепал малышку по редким волосам на голове. – Устрой своим родителям счастливую жизнь, малышка. Может быть, тебе повезет, и умом ты пойдешь в маму. Стайлз громко фыркнул. - С именем тебе ужасно повезло… Знаешь, тебя назвали в честь одной очень смелой охотницы. – Айзек подавил тяжелый вздох и посмотрел на умиротворенно сопящую малышку. – И если бы она сейчас была здесь… Мы бы с твоими родителями улыбались немного чаще. Малия молча подошла к нему и обняла со спины. Айзек сжал ее холодные ладони; она понимающе вздохнула. Лидия сдержала слезы и только подняла глаза. Будь счастлива, Эллисон Арджент. Мы все помним о тебе. Твое имя носит моя дочь. Ты то сокровище, которое не удалось отнять у нас даже временем и пропастью смерти. Ты всегда рядом с нами, родная.

***

Лидия не отказалась от учебы в университете, она просто перешла на заочную форму и раз в месяц ездила в Нью-Йорк, до которого на машине было несколько часов. Стайлз повторил ее опыт, только в свободное время он уже работал в участке отца, и ему пророчили там неплохую карьеру. Хотя сам он мечтал в будущем открыть свое детективное агентство и выбирать самые интересные дела. Зато вечером Стайлз забывал обо всем, ведь дома его ждала Лидия, малышка Элли и непременно вкусно приготовленный ужин. Они с Лидией вместе укладывали дочку, что было не самым простым заданием, ибо не всегда малышка предпочитала слушать сказки и плакала от возмущения, что молодые родители ее совсем не понимают. Но они все равно справлялись и могли подолгу стоять по разные стороны кроватки Элли и наблюдать за тем, как она засыпает и улыбается чему-то своему. Самой главной помощницей была Малия. Она провалила экзамены, поэтому у нее была масса свободного времени. Правда, девушка усердно готовилась к тому, чтобы сдать экзамен в следующем году, и Лидия активно натаскивала ее по математике. Малия до вечера засиживалась у них и много сидела с малышкой Элли – эта наука ей нравилась гораздо больше, чем коллинеарные вектора и тригонометрические формулы. Питер заезжал за дочкой и следил за тем, чтобы она не задерживалась нигде допоздна, видимо, опасаясь, как бы она не осчастливила его раньше времени – дедушкой он пока становиться не собирался. Правда, за одним из семейных ужинов Айзек однажды неосторожно ляпнул, что очень хочет сына… И после этого еще четыре месяца прятался от разъяренного Питера и к Малии бегал тайком. Но в итоге Питер остыл, а Айзек заверил его, что «сначала учеба, мистер Хейл», и все потекло своим чередом. Лидия, наблюдая за тем, как Малия возится с Элли, улыбалась и называла ее самой лучшей и заботливой старшей сестрой. Малия смущенно улыбалась в ответ. Она, конечно, никогда не называла, да и не назовет ее «мама». Это было бы слишком странно – ведь они одного возраста, это было бы слишком странно и непонятно. Но, на самом деле, достаточно того, что они чувствуют это – и между ними даже есть та необъяснимая, едва уловимая связь, которая бывает между самыми родными и близкими. Порой ведь не нужны слова. Шериф перебрался к Мелиссе, но они часто заглядывают к Стайлзу и Лидии, чтобы понянчиться с внучкой, или просто посидеть в теплом семейном кругу. Часто к ним присоединяются Кира и Скотт, и тогда Элли бывает абсолютно счастлива, потому что весь день напролет ее не спускают с рук, развлекают и пытаются рассмешить глупыми рожицами и всякими умилительными словами. Но особенно внимательно Элли слушает истории, которые рассказывает ей мама. Малышка не знает, о ком со слезами на глазах повествует Лидия, но она всегда улыбается, потому что она уже знакома с храброй охотницей Эллисон, с верным защитником Эйданом… И еще Лидия иногда говорит с дочкой о ее бабушке и дедушке. Не о тех, которые приходят несколько раз в неделю и с удовольствием нянчатся с ней, а о тех, которые не приходили еще никогда. Лидия плачет, потому что она не видела их уже очень давно. Но она еще надеется, что однажды они заглянут, чтобы посмотреть на свою маленькую внучку. И Лидия – она уверена в этом – простит им все. Лишь бы они пришли… лишь бы вспомнили свою дочь. Стайлз застает ее плачущей лишь однажды – Элли уже спит в ее руках, и Лидия молча глотает соленые капли, которые катятся по щекам. Стайлз осторожно забирает у нее дочку и кладет ее в кроватку, а затем заботливо накрывает одеяльцем. Элли смеется во сне. - Милая, - шепчет он Лидии, проводит руками по ее щекам. - Я скучаю по ним, - признается Лидия еле слышно, и он, конечно, понимает, что она говорит о родителях. - Хочешь, мы сходим к ним сами? – предлагает Стайлз, беря ее за руку. Лидия неуверенно кивает головой. Он улыбается и легко целует ее. - Я ведь должна их простить? – Девушка скорее спрашивает, чем утверждает. - Если ты так чувствуешь, - соглашается Стайлз. – Ты не должна говорить себе «ведь они мои мама и папа», «они растили меня»… Ты можешь только прислушаться к тому, что чувствуешь, - повторяет он. – Хорошо? - Хорошо, - выдыхает Лидия уже без слез и смотрит на него. Уставшего после работы, немного взъерошенного, но такого родного и бесконечного любимого. Она чуть улыбается, проводит ладонями по его щекам и шепчет заветное: - Я так люблю тебя, Стайлз… Он улыбается в ответ, перехватывает ее ладони и отвечает устало, но счастливо: - И я люблю тебя, Лидс. - Спасибо, - почему-то вдруг говорит она. Парень смеется: - За что это? - Знаешь… мне все казалось… мы разбиваемся, - признается Лидия и ловит его непонимающий взгляд. – Все летим и летим… в этих осколках… и вот уже почти… уже почти мы приземлились и разбились… но что-то удерживает… Ты удерживаешь… Стайлз смотрит на нее не отрываясь. - Мы никогда не разобьемся, Лидия, - шепчет он. – Потому что у меня есть ты, и есть Элли. И у тебя есть мы. Мы – семья. Понимаешь? И Лидия понимает. Пусть разобьется на осколки вся Вселенная – но семья не разобьется никогда.