Царь для царя

      Локи уже давно предполагал, что порой Тор ведет себя отнюдь не по-братски. Редкие и легкие касания по его плечу, когда широкая ладонь накрывает темную плотную ткань, а огрубевшие в боях пальцы чуть спускаются на ключицы; частые взгляды, скользящие по его телу и лицу; и теплая, до омерзения добрая улыбка. Все это в комплексе создавало довольно странную картину, от чего подсознание лжеца старательно пыталось его отвадить. И младший принц, до последнего бы продолжал убеждать себя, что брат так всего-навсего, показывает свою привязанность к нему, но… Но всего одно обстоятельство на корню обрезало его решение. Это случилось еще в юности, когда братья отправились на охоту.

***

Такое развлечение никогда не доставляло молодому магу удовольствия, но узнав, что с ними поедет отец, Локи передумал и, собрав нужные вещи, отправился вместе с Тором. Все было точно так же как и обычно. Громогласные выкрики, азарт и веселье. Несколько приближенных Одина и они с братом. Загнанная в угол добыча…А потом вечер, костер, рассказы. Тогда он ушел раньше всех, покидая Богов, незаметно и тихо, будто его там и не было. Накинув мантию, Локи отправился к небольшой поляне, которую он заприметил, будучи еще на охоте. Она почти ничем не отличалась от местного пейзажа. Все те же высокие кроны деревьев, тихое щебетание птиц и едва пробивающиеся серебристые лучи луны. Но здесь было как-то по-домашнему. Приятно и спокойно. Наконец, дойдя до места, Лофт тут же скинул с себя мантию и уселся на ближайший валун. Хотелось отдохнуть от всей дневной суеты и просто побыть в тишине. Но как говорится, счастье длилось не долго. Не прошло и пяти минут, как его тут же окликнул Тор. Оказывается, брат не только заметил, что Локи исчез, но еще и успел за ним проследить. Тогда, Лайферсон был не особо рад приходу своего старшего брата, но и прогонять его как то не шибко хотелось. Поэтому, смерив помятого и всего исцарапанного ветками парня, Локи презрительно хмыкнул и отвернулся. На что старший принц лишь громко рассмеялся и плюхнулся рядом, обнимая недовольного брата за шею. Тогда Тор долго рассказывал ему о созвездиях и мирах, которые они видели сквозь темные верхушки деревьев. О том, как они вместе будут править Асгардом, и о том, как они станут самыми великими воинами во всех девяти мирах. Локи тогда даже не на шутку удивился столь пламенным речам брата. Пожалуй, братья бы еще долго сидели на том валуне, скорее всего до рассвета, если бы не то, что повергло обоих принцев в ужас. Это был огромный вепрь, больше походивший на массивного быка. Дикое животное, сверкая белыми клыками, стремительно понеслось в их сторону, снося и руша все на своем пути. Тор почти тут же откинул Локи в сторону, не давая брату воспользоваться даже заклинанием. Бог грома сделал это на автомате, почти не соображая, что младший принц, используя магию, может сейчас гораздо больше, чем старший, не имеющий при себе даже оружия. Но все произошло мгновенно. Толчок, удар, резкая боль в запястьях и пояснице, алая кровь брызгами хлынувшая из раны под распоротыми ребрами и крик Локи. Лайферсон тогда впервые увидел, какой чудовищной силой обладает его старший брат. С каким бешенным и диким взглядом он смотрит на это животное смевшее посягнуть на их покой. Локи тогда сумел лишь наблюдать. Наблюдать, как его старший брат со звериной яростью борется с диким вепрем, как сильные руки Бога лезвиями врезаются в толстую кожу животного, сдирая жесткую темную шерсть. Все это продолжалось до тех пор, пока не послышался глухой треск костей. Тор, наконец, отпустил голову вепря, убедившись, что тот уже мертв. Тогда, первое что сделал молодой маг – спотыкаясь, подбежал к своему брату, обнимая и в ужасе ощупывая его раны, а потом не хило огрел Одинсона по и так разбитой макушке, выкрикивая при этом разные ругательства. Радость сменилась на гнев, и наоборот. Это был первый раз в его жизни, когда он не мог казаться равнодушным и взять под контроль нахлынувшие эмоции. Локи судорожно хватал ртом воздух, все еще не забывая проклинать непутевого брата, который даже не удосужился подумать о самом себе. - Ты же знаешь, что я мог запросто одолеть его своей магией? - чуть успокоившись, произнес Лофт, оседая вместе с Тором на землю и касаясь его ран прохладными пальцами. - Знаю, - как нив чем ни бывало, ответил громовержец, опуская взгляд на его ладонь. - И? – Локи прочитал одно из заклинаний, отчего его ладонь засветилась ярким голубым пламенем, под которым кровоточащие раны Тора потихоньку начали затягиваться. - Я испугался. Локи поднял на него полный недоумения взгляд. - Испугался, что могу тебя потерять… - Тор осторожно коснулся холодных рук, будто боясь, что младший брат их в любой момент одернет. – Они такие холодные… - Одинсон ласково прикоснулся губами к тонким прохладным пальцам. - А твои наоборот – горячие, - Лайферсон несмело улыбнулся, все еще растерянно погладывая на брата. Тор робко касался костяшек его пальцев, целуя мраморную прохладную кожу. - Я могу согреть тебя, - тихо прошептал громовержец, поддаваясь корпусом чуть вперед и наклоняя к себе брата. – Только скажи. Только скажи мне, брат. Локи сначала не сразу поверил в происходящее. Когда горячие губы накрыли его собственные, он лишь широко раскрыл глаза, а сердце пропустило глухой удар. Тор на секунду отстранился, видимо, ожидая реакции, но заметив, что младший не сопротивляется, тут же повторил поцелуй. На этот раз он был уже более настойчивым, требовательным к ответным действиям. В себя Лайферсон пришел только тогда, когда горячие пальцы громовержца скользнули под его тунику, оголяя плоский живот, проходя от ребер к груди. - Стой! – сдавленно прошептал Локи, пытаясь вывернуться из цепких объятий собственного брата. Но Тор уже не слушал. Он полностью погрузился в собственные мысли и ощущения, с жадностью лаская желанное тело младшего брата. - Тор, стой! – Бог лжи зло зашипел, царапая золотистую кожу на плечах громовержца. – ОСТАНОВИСЬ! Наконец, Тор замер, а Локи удалось выбраться из его стального захвата. Пошатнувшись, Лофт резко отстранился, опасливо сверкая изумрудными глазами. - Не смей… - Локи, прости я… - Одинсон сделал несколько шагов вперед, пытаясь успокоить брата. - Не смей больше прикасаться ко мне! – гневно прошипел младший принц, ударяя по протянутой руке Тора. - Локи, пожалуйста… - мягкий, бархатистый голос. - НЕТ! – снова отстраняется, ударяясь спиной о ствол дерева. – Не смей….больше никогда… А потом шум копыт и громкие голоса приближающихся всадников. Растерянные лица приближенных и их царя. Краткая и эмоциональная нотация по поводу их поведения и скорое возвращение домой.

***

Локи про себя усмехнулся. Да…Тор тогда месяц потерянный ходил. Раз пять на дню заглядывал к брату в покои, но тот ему не открывал. А Одинсон ведь его повсюду искал. Сейчас это было даже забавно. Вспоминать, как могучий Тор, будто собачонка ищущая след своего хозяина мечется из одного конца дворца в другой. Хозяина… Бог лжи снова улыбнулся. Если «братская любовь» принесет ему плоды, то почему бы ее не использовать? Если только он не ошибся… - Локи? – тихое шуршание мягких тканей. – Брат, ты еще не спишь? Зловещая улыбка искривляет тонкие губы, Бог лжи про себя ликует. Но в ответ мужчина лишь оборачивается, всем видом выказывая удивление. - Тор? Грузная фигура черной тенью нависает над магом. - Можно мне с тобой? – Тор мягко улыбнулся, присаживаясь на край кровати. Лайферсон пожал плечами. - Ложись. Нет. Не ошибся.