Будет легче

За эту неделю я ни разу не видел Хюррем, и мне казалось, словно мое душевное равновесие нарушено, все равно, что неделю я не дышал свежим воздухом или не пил воду. Когда я приезжал во дворец по государственным делам, то узнавал у Сюмбюля как дела у Хюррем. Одно радовало, за эту неделю с ней все было хорошо, разве что мне не понравилось, что ей много внимания начала уделять Валиде. Выслушав рассказ о ее каждодневных визитах, я понял что Валиде, кажется все знает и либо пытается загладить вину за своего сына, либо, притворившись хорошей, потом начнет угрожать Хюррем, чтобы та и слова никому не сказала о произошедшем. В общем, что-то меня радовало, что-то нет, ну как всегда! Последние два дня я провел в своем дворце. Особо важных дел у меня, как ни странно, не было, и можно сказать, я маялся от безделья.       Сидя в своей комнате, я читал книгу, как вдруг услышал на улице чьи-то голоса. Я выглянул в окно и увидел Хатидже, что вышла, встречать Валиде и Хюррем, которые только что приехали. При виде рыжеволосой госпожи сердце почему-то бешено забилось, я повел плечами и вздохнул. С полчаса я сидел в комнате, собираясь с мыслями. Надо же было поприветствовать Валиде и Хюррем, но почему-то так сразу встать и пойти я не мог. И вот когда я вышел из покоев и направился в зал, где мы принимаем гостей, я увидел Хюррем, она вышла из зала и, не заметив меня, куда-то направилась. Я немного разочаровался, а потом решил пойти за ней, но снова не хватило духу! Как будто я взволнованный юноша, который боится признаться в любви! Делать нечего, я пошел хотя бы поздороваться с Валиде. Дверь была чуть приоткрыта, и внезапно услышав, что Валиде и Хатидже разговаривают о Хюррем, я замер, прислушиваясь. - О, нет Хатидже, я бы очень хотела верить в то, что это неправда, но ты ведь видела ее синяки. Это еще нас с тобой к ней не пускали первое время, и ее лицо немного зажило, а что было первоначально? Мне тяжело думать, что такое сделал Сулейман, не дай Аллах, он станет как его отец! Моему сыну не к лицу жестокость. - А как сама Хюррем? – спросила Хатидже. - По моим намекам она поняла, что я все знаю, но делает вид, будто не догадывается. Самое главное то, что она охладела к Сулейману, даже говоря про наложниц, которые провели у него ночь, она безразлично кивает головой. - Матушка, разве вы не этого хотели? - Хотела, конечно, но не таким же способом, - Валиде тяжело вздохнула. – Знаешь, смотрю сейчас на Хюррем и понимаю, что в ней нашел Сулейман. Я даже немного жалею, что все так сложилось. Она вполне хорошая девушка, а главное, могла еще родить Сулейману здоровых шехзаде. - Не стоит расстраиваться Валиде, Аллах еще даст шанс исправиться Повелителю. - Аминь. После этого наступила тишина, и я зашел в зал. Хатидже увидев меня, радостно улыбнулась, а Валиде учтиво кивнула головой. - Добрый день Валиде, как поживаете? – спросил я. - Все хорошо, Ибрагим, - Валиде одарила меня улыбкой. - Вы приехали одна? – как бы невзначай спросил я. - Нет, вместе с Хюррем, но она заявила, что сегодня очень хороший солнечный день и вышла прогуляться по саду. Я кивнул и, сказав, что мне надо идти, быстро помчался в сад. Хюррем сидела в беседке и с некой задумчивостью смотрела на деревья. Выражение лица ее было спокойное и безмятежное, но и вместе с тем грустное. Завидев меня, она встала и поклонилась. - Добрый день Паша, надеюсь, вы в хорошем здравии? – спросила султанша. Как же мне нравились эти перемены. Раньше она разговаривала со мной с жеманной улыбкой на лице, порой злым голосом и в ее вежливости была фальшь. А сейчас она была такой искренней, настоящей даже в какой-то степени интригующей, потому что я не знаю ее до конца и мне не терпелось узнать, какие же еще светлые стороны я узнаю. Неудивительно, что сейчас Валиде жалеет и понимает, что упустила прекрасную султаншу для своего сына! - Со мной все хорошо Хюррем, я всю неделю переживал, как вы там во дворце поживаете. - Так надо было прийти и спросить, - Хюррем мило мне улыбнулась. – Правда, сегодня чудный день? Неделю назад снег покрывал землю, а сейчас уже ярко светит солнце! - Да, вы правы. Я подошел чуть поближе и посмотрел на госпожу. Заметив мой взгляд, она немного смутилась и отвернулась. - Вы стали очень дружны с Валиде, - сказал я, чтобы прервать неловкую тишину. - Даже не знаю радоваться мне этому или нет, - честно призналась Хюррем, - все так изменилось, а главное и я тоже изменилась, порой сама себя не узнаю. - Это к лучшему, поверьте. И тут Хюррем повернулась ко мне с лукавой улыбкой. - Ну конечно к лучшему, - она подошла ближе, - ведь теперь мы не враги, вы узнаете мои светлые стороны, и я вижу, что вам приятно такое общение, что, в конце концов, вам приятна я сама! Султанша подошла настолько близко, что сердце предательски забилось, мне кажется, биение моего сердца можно было услышать даже на другом конце света. Заметив мое волнение, Хюррем усмехнулась и чуть отошла. - Знаете Паша, а вы мне снились, - проговорила Хюррем и снова отвернулась. - И что же вам снилось про меня? – спросил я, надеясь, что это был не плохой сон. - Вы даже не представляете, насколько этот сон был сказочный, - Хюррем посмотрела на меня и мечтательно возвела глаза к небу, словно легкомысленная невинная девица, чьи мысли занимают только розовые мечты о любви. Но я не повелся, потому что в этих жестах было достаточно лукавства и коварства правда не такого злого, как раньше, словно она своим поведением хотела меня рассмешить. - Хюррем-султан, вы таите в себе множество сюрпризов, - сквозь улыбку выговорил я. Хюррем снова мне улыбнулась и опять подошла поближе. Аллах, что же делает со мной эта женщина! - Ох, Ибрагим, и не говори! – она посмотрела в мои глаза. – Сама порой удивляюсь. Но насчёт сна я не врала, я бы хотела, чтобы он сбылся. Хюррем поклонилась мне и, развернувшись, начала уходить. Я не смог сдержаться и окликнув ее, спросил: - Неужели вам приснилась моя казнь? Хюррем посмотрела на меня каким-то загадочным взглядом и чуть помедлив, ответила: - Нет, вы играли мне на скрипке.