Будет легче

Во дворец я вернулась с приподнятым настроением. Всю дорогу убеждала себя, что это не из-за Ибрагима, но, увы, в итоге пришлось сдаться, потому что обманывать себя не хотелось.       Валиде отправилась в свои покои, ей надо было решить какие-то гаремные дела. Я же неторопливо направилась к себе, но уйти я далеко не успела, как тут же увидела Махидевран-султан. Молча ей поклонившись, я хотела пойти дальше, но эта змея не могла молчать! - Хюррем, признаться честно, я думала, что твое лицо будет получше, чем на самом деле. Я остановилась и тяжело вздохнув, повернулась к Махидевран. - Я так и знала что ты место того, чтобы заниматься своими делами, всю неделю думала какое же у меня искалеченное лицо. Наверняка еще и Аллаху молилась, чтобы я стала уродиной. Махидевран снисходительно мне улыбнулась и подошла ко мне поближе. - А смысл молиться? Теперь ведь без разницы красавица ты или уродина, Повелитель тебя ведь променял на каких-то наложниц, что растаяла любовь? И дай угадаю, то, что ты упала с лестницы это ведь легенда, тут все гораздо хуже… При этих словах у меня внутри все похолодело. Одно дело понимать, когда все знает Валиде-султан, которая ни слова не скажет, а другое, когда все знает эта змея. - А глаза то забегали, почему ты так забеспокоилась Хюррем, не расскажешь, кто такое сделал с твоим личиком? Неужели ты настолько разозлила наложниц в гареме, что они решись на столь отчаянный шаг? Я тут же успокоилась. Слава Аллаху, пусть думает все что угодно, главное, что не знает правды. - Знаешь, а у тебя неплохо, получается строить догадки, но жаль, что они всего лишь так и остаются догадками. Но чтобы чуть утолить твое любопытство, я тебе кое-что скажу, - я наклонилась поближе к Махидевран, - тебе лучше не знать, кто это сделал. Узнав правду, тебе будет жутко оставаться в этом дворце. Махидевран непонимающе посмотрела на меня, а потом жеманно улыбнулась. - Пустые угрозы. - А я тебе угрожала сейчас? – удивилась я. Неужели эта женщина настолько глупа, что даже не может отличить правду ото лжи. Махидевран чуть сощурилась и снова посмотрела мне в глаза, как будто пытается прочитать мои мысли и понять, что же я скрываю на самом деле. - Что за игру ты ведешь, Хюррем? - В игры дети играют, а я тут пытаюсь выжить. - Заметь, в последнее время это у тебя плохо получается. - Отрицать не буду, - кивнула я, - но тебе, в отличие от меня, это всегда с трудом давалось. Махидевран кашлянула, как бы показывая свое недовольство, и даже скрипнула зубами от злости. Еще чуть-чуть и неудавшаяся госпожа потеряет контроль над собой. - Знаешь Хюррем, ты ничтожество! Теперь ты никто! Есть ли разница двое у тебя сыновей или пятеро, ведь именно Мустафа станет султаном. - К чему ты мне это говоришь? - К тому чтобы ты знала свое место! – рявкнула Махидевран. – Ты теперь тень, жалкая тварь, которая вскоре будет метаться из угла в угол, лишь бы выжить! Твое время кончилось и теперь, я отомщу тебе за все, ты еще будешь ползать передо мной на коленях. А когда султан и вовсе про тебя забудет, я задушу тебя голыми руками и ты сдохнешь как бродячая собака! - Замолчи! – раздался крик. Я вздрогнула и повернула голову, прямо к нам направлялся Сулейман. Я тут же поклонилась, Махидевран тоже, и кажется, ей стало по-настоящему страшно. - Как ты смеешь так разговаривать с Хюррем? Отвечай! – падишах подошел к Махидевран и яростно посмотрел на нее. - Я… Повелитель, это, это Хюррем начала, она сказала… - Я слышал ваш разговор, и Хюррем не сказала ничего такого, чтобы ты так ужасно себя вела! Махидевран замолчала и опустила голову. - Отправишься в старый дворец без Мустафы. Махидевран посмотрела на Сулеймана полными слез глазами, а потом, закрыв лицо руками, заплакала. Внезапно мне безумно стало жаль ее, она ведь не виновата что Аллах не наградил ее мозгами, и я сделала то, чего никак от себя не ожидала. - Повелитель, - сказала я и тронула Сулеймана за плечо. – Пожалуйста, не делайте этого. Нельзя Мустафу с матерью разлучать, дайте ей еще один шанс. Они будут сильно страдать, подумайте хотя бы о сыне. Султан недоуменно посмотрел на меня, а я провела ладонью по его плечу правда, потом чуть отступила назад. Но это подействовало потому что, тяжело вздохнув, Сулейман кивнул. - Хорошо Хюррем, но я делаю это только потому, что ты попросила и ради Мустафы. Зайди ко мне вечером в покои, я хочу поговорить. Я кивнула, а падишах ушел. Махидевран перестала плакать и теперь смотрела на меня покрасневшими глазами. - Зачем ты это сделала? – спросила она после минутного молчания. - Ты и Мустафа такого не заслуживаете, - ответила я и, поклонившись Махидевран, пошла в свои покои. Наступил вечер, я надела голубое платье и, распустив волосы, пошла к Сулейману. Сейчас мне не было страшно, потому что я понимала, что падишах не причинит мне боли, а даже если и причинит, то боли я не боюсь. Привыкла, наверное. Я подошла к покоям и когда распахнули дверь, вошла. Интересно, а наложница, про которую говорила Валиде придет позже или Сулейман приказал ее не приводить ради меня. - Повелитель, - произнесла я и поклонилась. Султан сидел за столом и смотрел в раскрытую шкатулку, я не могла увидеть, что в ней лежит из-за поднятой крышки. - Хюррем, - Сулейман улыбнулся, и стремительно подойдя ко мне, легонько поцеловал в лоб, - я рад тебя видеть. Я замерла в замешательстве, а потом нерешительно улыбнулась. - Поужинаешь со мной? – спросил султан. От этого предложения немного похолодело внутри. Нет! Только не бояться! Я легонько кивнула. Сулейман пошел распоряжаться насчет ужина. А я так и замерла посреди его покоев, будто нахожусь тут впервые. Потом чуть осмелев, я подошла к столу, чтобы посмотреть, что лежит в шкатулке, в которую завороженным взглядом смотрел падишах. В шкатулке лежало красивое колье из серебра. Казалось колье сделано из тонких нитей, что переплетались между собой, образовывая узоры, эти узоры украшали темно-красные камни, которые издалека казались и вовсе коричневыми. - Нравится? – раздался голос над самым ухом, я чуть вздрогнула. - Оно очень прекрасно, Повелитель. У меня не было сомнений по поводу того, что Сулейман сделал колье какой-нибудь своей любимой наложнице. Поэтому я очень удивилась, когда он взял это прекрасное украшение и одел мне на шею. - Я сделал его для тебя, - шепнул падишах и поцеловал меня в шею. Мне стало неуютно и я, повернувшись к султану, улыбнулась ему, чтобы он ничего не заподозрил. Надо было срочно отвлечь его! - Спасибо большое. А что это за камни? Я такие прежде не видела. - Этот камень называется гранат. - Очень красивый. Через пару минут принесли ужин. Я сидела как на иголках, не зная, что сказать, куда смотреть и даже как дышать. Было немного страшно, непривычно, мне казалось, словно я попала в какое-то другое место к незнакомым людям. Сулейман, не отрываясь, смотрел на меня каким-то загадочным взглядом, и из-за этого мне становилось еще более неуютно. - Ты изменилась, Хюррем, - сказал султан, нарушая тишину. - И в какую сторону? - Не знаю. Хотя если учесть, то, что ты сегодня сделала для Махидевран… - Просто я могу ее понять как мать, разлука с детьми это ведь очень жестоко. Сулейман пододвинулся ко мне поближе и повел пальцами по щеке. - Останься сегодня со мной, прошу. – Падишах наклонился еще ближе и поцеловал меня в висок. Я не подумав, повернула голову и наши губы встретились. Сулейман принял это как положительный ответ, повалив меня на подушки, что лежали на полу, он начал покрывать лицо и шею поцелуями. - Нет, Повелитель, остановитесь, - выговорила я. - Это уже не в моих силах! – Падишах крепко прижал меня к себе и начал снимать с меня платье. - Повелитель, - сорвалось с моих губ. - Имя, назови мое имя, - чуть ли не прорычал султан. - Сулейман, прошу, остановись. И на мое удивление, он остановился. Тяжело дыша, падишах оторвался от меня и отодвинулся подальше, словно боясь в любую секунду сорваться. - Я не хочу тебя принуждать, Хюррем. Вид у Сулеймана был сильно расстроенный. С одной стороны так ему и надо! Ведь я вообще не должна его прощать, но с другой… Он так старается заслужить мое прощение. Все запуталось еще больше. Я пододвинулась к Сулейману и поцеловала его в губы. Мой поцелуй был легкий невесомый, на большее я не была способна. - Спасибо, что понимаешь, - шепнула я и, поднявшись на ноги, вышла из покоев.       Выйдя в коридор, я заплакала. Больно не было, было просто тоскливо. Платье сильно сползло с плеч, и я была не в состоянии поправить его, и из-за этого стало холодно. Так хотелось тепла! И не успела эта мысль промелькнуть в голове, как я увидела это «тепло». Ибрагим внезапно вышел из-за поворота, он неторопливо шел и читал какой-то небольшой свиток, меня он не заметил. Я остановилась и просто стала ждать, пока он увидит меня. И Ибрагим заметил, через пару секунд, словно почувствовал мой взгляд. - Госпожа… - начал он, но не успел закончить, так как я подбежала к нему и крепко обняла.