Будет легче

В этот момент я просто не мог поверить своему счастью. Для меня это подарок судьбы, счастливый случай, что-то прекрасное и вместе с тем неизведанное… Хюррем. Мой смысл, мой мир, мой огонь в котором я буду гореть до конца своих дней. Женщина, которая покорила. Поразила в самое сердце, заставляя его еще быстрее биться! Женщина, что дороже всех сокровищ мира! Моя любимая рыжая бестия что, увы, принадлежит не мне. Я не знал, кого мне благодарить Аллаха или Госпожу Судьбу, но я прекрасно понимал, что ради такого стоит жить… Покрывая поцелуями, лицо Хюррем, я пальцами зарывался в ее рыжие волосы, прижимал ее крепче, чтобы вдохнуть этот дивный, едва уловимый аромат жасмина. Вначале она несмело отвечала на мои поцелуи, то и дело смущалась, отворачивалась и бормотала какие-то слова про то, что это неправильно, что надо остановиться. Да, это дико неправильно и это может стоить нам обоим жизни, но этот момент казался настолько сказочным, что сложно было остановиться. Мне казалось, что моя душа пробудилась, что только сейчас я начал по-настоящему дышать. - Я люблю, люблю тебя, - шепнул я, покрывая поцелуями ее шею. - Ибрагим, - еле выдохнула Хюррем, - я тоже… люблю тебя. Мы так и стояли посреди покоев, наслаждаясь друг другом. С каждым поцелуем я любил ее еще больше, я хотел ее каждой клеточкой тела, хотел, чтобы она принадлежала только мне. Я повалил Хюррем на кровать и навис над ней, она обняла меня за шею и, притянув к себе, нежно поцеловала. - Будь со мной рядом всегда, не отпускай меня, - шепнула Хюррем. – Я хочу принадлежать только тебе. Больше сдерживаться я не мог. Я начал снимать с нее платье, она расстёгивала пуговицы на моем кафтане. Мы настолько сильно этого желали, настолько сильно хотели друг друга и настолько друг в друге нуждались, что от нетерпения тряслись руки. Хюррем судорожно выдыхала воздух, когда я в очередной раз целовал ее, попутно освобождаясь от одежды. Резко сев в кровати я попытался восстановить дыхание и посмотрел по сторонам. Я в своей комнате, рядом спит Хатидже все в порядке. Нет не в порядке. Тот сон – это всего лишь сон! От досады я даже перехотел спать.       Я встал с кровати и направился в сад. Ночь была прохладной, но мне было настолько жарко, что я с наслаждением вдохнул воздух и направился вглубь сада.       Что делать? Как жить? Почему я позволил себе так увлечься Хюррем, почему все так сложилось? Вопросы с неимоверной скоростью возникали в голове, из-за чего было еще труднее сосредоточиться.       Не знаю, почему, но мне захотелось уехать во дворец поближе к Хюррем. Она наверняка уже спит и ей кто-то снится. Думая о том, что или кто может сегодня приснится Хюррем, я распорядился насчет кареты и пошел в свою комнату, чтобы одеть кафтан. В коридорах дворца было очень тихо. Слуги удивились моему позднему приезду, но, наверное, подумали, что срочные государственные дела и поэтому тут же передали письмо от венецианского посла. Я не стал медлить и, раскрыв его, пошел в свой кабинет, читая на ходу. Я настолько отвлекся, что просто ничего не видел перед собой. Выйдя из-за поворота, я сделал пару шагов вперед. Письмо я прочитал и уже собирался свернуть свиток, как словно почувствовал на себе чей-то взгляд. В конце коридора стояла Хюррем. Слезы катились у нее по щекам, волосы растрепались, а платье сползло с плеч. У нее был несчастный вид. Неужели Сулейман опять обидел ее!? - Госпожа… - начал я, хотя сам не понимал, что именно мне хочется сказать. Хюррем не дослушала меня. Она сорвалась с места и, подбежав ко мне, крепко обняла. Она плакала, уткнувшись мне в плечо. Ее просто трясло от рыданий. Я прижал Хюррем к себе крепче и провел рукой по волосам, а затем по спине. Она была очень холодной и ее била мелкая дрожь. - Ибрагим, - шепнула султанша. - Что случилось? – спросил я. - Ничего, мне просто очень плохо и холодно, безумно холодно. Я взял свою драгоценную госпожу на руки и быстро пошел в свои старые покои. Надеюсь, нас никто не увидел. Быстро зайдя в покои, я положил Хюррем на кровать и накрыл ее одеялом. Только я хотел отойти, как ее маленькая холодная рука схватила меня за запястье. - Не уходи, останься. И я остался. Я не мог просто проигнорировать ее просьбу, и мне вовсе и не хотелось даже отходить от ее кровати. Я присел на краешек и аккуратно провел пальцами по лицу Хюррем. Она дотронулась до моей руки, а затем улыбнулась мне. - Хюррем, что случилось? Султан снова обидел тебя? Госпожа на эти слова лишь слабо улыбнулась и шепнула мне: - Все хорошо, поверь мне. Хюррем чуть прикрыла веки. У нее был очень уставший вид. - Ибрагим, - тихо произнесла она, - я знаю, что не имею права тебя просить о таком, но… Наступило молчание, по лицу Хюррем было видно, что она стесняется высказать мне свою просьбу. - Хюррем, говори. - Я… Ох, ну как сказать… - Говори как есть. - Мне неудобно. Я не смог сдержаться и улыбнулся. - О чем же ты меня хочешь попросить? – лукаво спросил я. Щеки Хюррем покрылись румянцем, и она натянула одеяло до подбородка. Просто очаровательная картина! - Забудь, - она начала торопливо отворачиваться. Я взял ее за плечо, не давая возможности отвернуться от меня. - Отпусти! – недовольно сказала Хюррем, тут же из смущенной и очаровательной госпожи, превратившись в давно знакомую злую бестию. - Либо ты говоришь мне, либо я ухожу. Хюррем пронзила меня злым взглядом. Она не любит когда ее начинают шантажировать и навязывать ей свои правила. - Только попробуй уйти! – зло прошипела она. – Задушу! Я недовольно покосился в ее сторону и встал с кровати. - Ибрагим! – рявкнула Хюррем. Я отошел от кровати. Отступать от своего я не собираюсь. - Можешь душить, да и к тому же я опытный воин у тебя не получится, - безразлично произнес я. И тут в меня попала подушка. Прямо по затылку! Нет не больно, но как-то обидно, что ли. - Ведьма! – фыркнул я и повернулся к ней. - Дурак! – парировала Хюррем. Я чуть сощурил глаза и медленно произнес: - Как я вообще могу терпеть тебя. Хюррем словно дразня меня, подползла к краю кровати, изящно выгибая спину и зло сверкая глазами. - А как я до сих пор не придушила тебя, - лениво выговорила она и села, откинув волосы назад. – Ибрагим, вернись. - Не подумаю. - А ты и не думай, а просто подойди к кровати. - Зачем я тебе, да и к тому же вдруг султан узнает. Хюррем сощурила глаза и наклонила голову набок. - Ну, если ты боишься Сулеймана, то тогда уходи! А я его не боюсь! Да и вообще раньше надо было думать. Минут пять мы, не отрываясь, смотрели друг на друга. Я с укором смотрел на Хюррем, та с нескрываемой злобой смотрела на меня. Казалось, эта игра никогда не кончится. Я, как и Хюррем, не хотел сдаваться и продолжал смотреть на госпожу, она тоже в долгу не оставалась. - И долго это будет продолжаться? – спросил я. - Подойди к кровати, и я сделаю то, о чем хотела тебя попросить, - тихо сказала Хюррем, опуская взгляд. Скрывать не буду, меня это даже в какой-то степени заинтриговало. Я подошел к кровати и сел. Хюррем подползла ко мне и посмотрела немного испуганным взглядом. Она сейчас мне казалась испуганным диким зверьком, совсем неприрученным. - О Хюррем, какая ты милая, когда смущаешься, - поддразнил ее я. Она снова зло посмотрела на меня, а потом прижалась ко мне. Для меня это было удивительно, неожиданно, слишком внезапно. - И даже не обольщайся, - зло пробормотала она. – Я очень замерзла, а ты просто теплый. - Конечно, - сказал я. Я посадил Хюррем к себе на колени. Она еще крепче прижалась, и я почувствовал ее дыхание на своей шее. Меня тут же бросило в жар. - Паша, мне кажется или вы нервничаете? – с усмешкой спросила Хюррем. - Ничуть, госпожа. - Вас как будто в жар бросило, - шепнула Хюррем мне на ухо. О Аллах дай мне силы! Что она делает! Что она творит! Почему эта женщина так опьяняет меня, почему из-за нее мое самообладание постепенно пропадает? - Паша, вы слишком напряжены. Я почувствовал, как ее губы касаются мочки моего уха, затем она немного выпрямилась и нежно поцеловала меня в щеку. - Александра, - чуть ли не прорычал я и, схватив ее за талию, прижал себе вплотную. - Что? – спокойно спросила она и провела руками по моим плечам. - Не делай этого. - Не делать чего? - Ты опьяняешь меня, если я не смогу сдержаться, то боюсь представить себе, что может случиться, - сказал я, смотря в эти прекрасные глаза. - Ты боишься того, что можешь обладать мной? – Хюррем чуть отодвинулась и многозначительно посмотрела на меня. - Нет, вопрос в другом, хочешь ли ты этого? Хюррем посмотрела мне в глаза и, наклонившись поближе, прошептала: - Ты не представляешь себе насколько. Но внезапно Хюррем отстранилась, а затем, встав с кровати, направилась к выходу. Она быстро поправила платье и провела рукой по волосам. Я же недоуменно смотрел ей вслед. Остановившись перед дверью, она повернулась ко мне и посмотрела на меня глазами полными боли и отчаяния: - Но это неправильно, Ибрагим, ты чужой муж, а я наложница, которая отличилась только тем, что родила троих детей от султана. Я не боюсь умереть, гнев Сулеймана для меня не страшен, и я знаю, что он не страшен и для тебя. Но когда я обнимала тебя, мне просто на секунду представилось, что будет, если ты умрешь, да и к тому же по моей вине. Для меня это слишком больно. Если тебя не станет, то мое сердце не выдержит и разорвется! Хюррем вышла из покоев. Я глубоко вздохнул и взъерошил волосы. Я понимал, что Хюррем права, но еще я понимал, что уже не смогу без нее.