Гюльфем

Фюлане, облаченная красное платье, с распущенными черными волнистыми волосами, сидела на подушках и завтракала. В двери постучались, и, прервав трапезу, вошла быстрым шагом Бельгин хатун, задыхаясь от бега. Служанка поклонилась и произнесла: - Моя Госпожа, прекрасные новости! Как я счастлива! Пришло письмо из Манисы. Аллах услышал наши молитвы... - девушка не могла отдышаться. - Что за письмо, Бельгин? Говори же, не тяни, - заинтересовалась Фюлане. - Султанша, Дайе хатун пишет... Шехзаде позвал вас обратно, во дворец Манисы! - Бельгин запрыгала от счастья, держа в руках письмо. - Не может быть... Неужели он простил меня? Дай прочитать, Бельгин, я не могу поверить. Служанка передала фаворитке письмо. Фюлане прочитала его и впервые за последние месяцы искренне улыбнулась. Она сама не верила своему счастью. Совсем скоро она увидится со своим сыном, любимым Махмудом, и шехзаде. Неужели этот день, которого она так долго ждала, настал? - Бельгин, распорядись, чтобы собирали мои вещи. Мы возвращаемся, - произнесла Фюлане. Больше она не допустит глупых ошибок. Девушка сделала выводы из всего произошедшего. Больше ни перед кем она не опустится на колени и не будет просить пощады. Теперь её обидчики перед ней.

***

Танели беспокоилась за свою Госпожу, которая осталась наедине с Гюрай-калфой, которая очень не нравилась ей. Что-то в ней было не так. И Танели пыталась предупредить Гюльфем Султан, но ничего не вышло. Девушка решила войти в покои Госпожи и проверить её, хотя та просила оставить их вдвоем с Гюрай. Танели открыла дверь и ахнула. На полу лежала Гюльфем Султан и к ней медленно подходила калфа. Заметив, что Танели зашла в покои, Гюрай отошла от Султанши. - Что ты сделала с Госпожой?! - закричала служанка и подбежала к лежащей Гюльфем. - Это все ты! Я знаю... Я же предупреждала, что это ничем хорошим не закончится. О Аллах! - Что ты несешь? В чем моя вина? Мы разговаривали. Ей стало плохо, и она упала в обморок, - говорила Гюрай-калфа. - Ты меня не обманешь. Это все ты и твои свечи! Госпожа, откройте глаза. Гюльфем Султан! - Танели била по щекам девушку и тормошила её, но ничего не помогало. Фаворитка не приходила в себя. - О Аллах, помоги нам! - Я могу помочь Госпоже... - начала калфа и подошла к Гюльфем. - Не приближайся! - Гюрай остановилась на полпути и отдернулась, как от огня. - Какая еще помощь от тебя? Выйди отсюда, пока я тебя не придушила. Ты еще поплатишься за то, что совершила. Я знаю, это все ты! - служанка с вызовом посмотрела в глаза калфы. - В чем ты меня обвиняешь, хатун? Ты себя слышишь? - Выйди, я сказала! - закричала Танели. Гюрай больше не стала возражать и, развернувшись, вышла из покоев. На крики прибежали аги. С их помощью Танели переложила Гюльфем на кровать. Спустя несколько минут пришла лекарша.

***

Айше Хафса Султан была в ярости. Она совершенно не понимала решение своего сына. Как он мог вернуть Фюлане обратно? Великая Султанша считала, что времени, пробытого девушкой в ссылке в Эдирне, не было достаточно для того, чтобы она исправилась. Фаворитка заслуживала более жестокого наказания за свои проступки. Но Сулейман, не предупредив мать, отдал приказ, чтобы Фюлане вернулась. Женщина направлялась в покои сына, чтобы поговорить с ним и все выяснить. Двери перед ней открыли, и Айше Хафса Султан вошла в комнаты. - Матушка, доброе утро, - с улыбкой произнес Сулейман, но увидев выражение лица Султанши, спросил: - Вы обеспокоены чем-то? Что-то случилось? - Конечно, обеспокоена. Случилось, Сулейман! Как ты мог вернуть эту девушку, даже не посоветовавшись со мной, - выпалила Айше Хафса Султан. Шехзаде сразу понял, о чем говорит Султанша и опустил голову: - Извините, матушка. Я действительно должен был с вами посоветоваться, но я давно уже принял решение. Возможно, оно неправильное. Но я не могу оставлять Махмуда без матери, несмотря на то, что совершила Фюлане. Я вижу, мой сын мучается без неё, я не могу так жестоко поступать с ним. Только поэтому я принял такое решение. Но я никогда не смогу простить Фюлане за то, что она сделала. - Я понимаю тебя и тоже переживаю за Махмуда. Но эта девушка за то, что совершила, заслуживала не просто ссылки, а казни. Её спас лишь мой внук. Неужели за это время она одумалась? Не думаю... Я просто не хочу, чтобы, когда она вернулась, в гареме опять наступил беспорядок. Знай, я не поддерживаю твоё решение! Даже года не прошло с того момента, как она уехала. - Я учту твоё мнение, матушка. Но я не собираюсь менять свое решение, - уверенно произнес Сулейман. В двери постучались, и в покои вошел Бату-ага, поклонился и произнес: - Шехзаде, Госпожа, Дайе хатун попросила передать, что Гюльфем Султан стало плохо, она упала в обморок.

***

Вскоре в покоях Гюльфем собрались шехзаде, Айше Хафса Султан и Хатидже Султан, беспокоясь за здоровье девушки. Служанка Танели хатун сидела рядом со своей Госпожой и печально смотрела на неё. Бешгюль хатун вернулась с прогулки вместе с Мурадом. Увидев мать, малыш заплакал и начал кричать: - Мама! Хочу к маме! - Твоя мама сейчас спит, Мурад. Пошли поиграем с тобой, - безуспешно пыталась успокоить и отвлечь мальчика Бешгюль. - Не-е-е-т! Хочу к маме! - плакал Мурад. - Иди ко мне, сынок, - шехзаде взял на руки малыша. Мурад обнял отца и утнулся носом в его плечо. Лекарь Фатьма хатун осмотрела фаворитку и не смогла привести её в сознание, сказав: - Я бессильна, шехзаде. Не могу утверждать точно, но мне кажется, что Гюльфем Султан отравили сильным ядом. В этот момент Танели перебила речь лекарши: - Да, я уверена, что Госпожу отравили. Даже предполагаю, кто мог сделать это. Гюрай-калфа приносила Гюльфем Султан ароматические свечи и говорила, что они помогают от головной боли. Но Султанше становилось только хуже. К головной добавилась еще боль в животе, а в последнее время появились судороги рук и ног. Я уверена, что это Гюрай-калфа. - Тогда отравилась не только Гюльфем, но и Мурад. А еще служанки... Кто смеет травить мою семью?! - закричал шехзаде. Он был в бешенстве. - Фатьма хатун, осмотри моего сына. - Моего внука травили? Как эта калфа могла такое совершить? Это та самая нищенка, которую ты великодушно принял во дворец, Сулейман? Мы пригрели на груди змею... - возмущалась Айше Хафса Султан. Хатидже Султан, находясь в шоке от происходящих событий, плакала, закрыв лицо руками. - Мурад в последнее время часто плакал, не мог заснуть, - тихим голосом произнесла Бешгюль хатун. После осмотра лекарша произнесла: - Я не заметила у Мурада признаки сильного отравления, слава Аллаху. Но если Гюльфем Султан действительно травили ядом, который находился в ароматических свечах, то малыш мог получить воздействие небольшой дозы яда. - Где эти свечи? Пусть Фатьма хатун осмотрит их, - приказал шехзаде. Танели принесла ароматические свечи, стоящие на подносе. Фатьма хатун обернула свою руку в ткань, взяла одну свечу и начала осматривать. - Я не могу ответить, есть там яд или нет, шехзаде. Я не владею достаточными знаниями, - лекарша опустила голову. - Мы пригласим во дворец ученых и все выясним. Фатьма хатун, ты сможешь приготовить противоядие? - Я не уверена, что у меня получится, шехзаде. Но я постараюсь помочь Гюльфем Султан всем, чем смогу, - произнесла лекарша. - Теперь нужно устроить допрос Гюрай-калфе. Мы должны все выяснить и, если получится, узнать, чем она травила Гюльфем. Бату-ага, распорядись, чтобы во дворец как можно быстрее прибыли ученые. Ышик-ага и Дайе хатун, займитесь этой калфой, вы должны добиться от нее правды. Шехзаде подошел к лежащей на постели Гюльфем и осмотрел её. Его фаворитка выглядела очень плохо: бледная, как снег, под глазами темные круги, дыхания почти не заметно. Девушка очень похудела, острые скулы выделялись на лице. Уставшая и исхудавшая, она не подавала никаких признаков жизни. Казалось, она больше не откроет глаза, не улыбнется ему и не скажет приятных слов. Сулейман отогнал от себя эти мысли. Он не может допустить такого, не может отпустить её. Гюльфем была дорога ему, хоть в последнее время шехзаде не уделял ей достаточного внимания. Может, если бы он чаще навещал её, такого бы не произошло? Может, в произошедшем есть его вина? Если в этом замешана та самая калфа, то он действительно ошибся, когда принял её во дворец. Шехзаде взял любимую за руку и произнес: - Я спасу тебя, Гюльфем.

***

На следующий день Фюлане прибыла во дворец. Девушка в честь этого дня нарядилась. На ней было темно-синее платье, а также колье, серьги и кольцо с сапфирами под цвет её глаз. На голове аккуратная серебряная диадема, закрепляющая на голове синий платок. Аги открыли двери кареты, и Фюлане вышла. Встретить её пришла Айше Хафса Султан, рядом с которой стоял Махмуд, который за это время успел вытянуться и немного повзрослеть. Мальчик внешне был очень похож на отца: голубые умные глазки, аккуратный ротик, нахмуренные бровки, овал лица. От матери ему достались только черные волосы и тонкий нос. Шехзаде же не явился, что огорчило фаворитку. Но увидев Махмуда, девушка побежала к нему, который тоже поспешил к ней навстречу. Мать и сын обнялись после долгих месяцев разлуки. Фюлане крепко обняла Махмуда, словно кто-то сейчас заберет его у нее. По щеке девушки покатились горькие слезы, она прошептала: - Сынок, мой лев, как я скучала по тебе. - Я тоже, мама! Ты же больше не уедешь? Не оставишь меня? - говорил мальчик. - Нет, дорогой. Теперь я всегда буду рядом с тобой. Никто больше нас не разлучит, - Фюлане поцеловала сына в щеку и поднялась, вытирая слезы. Девушка подошла к Айше Хафсе Султан и потянулась, чтобы поцеловать её руку, но женщина сделала шаг назад. Госпожа произнесла: - Приветствую тебя, Фюлане. Знай, я была против твоего прибытия во дворец, на этом настоял мой сын, которому стало жалко Махмуда. Он скучал по тебе. Не думай, что мы забыли о том, что ты совершила, - сказав это, Айше Хафса Султан гордо вскинула голову, развернулась и пошла назад во дворец, оставив мать и сына одних. Когда Фюлане оказалась в своих покоях, она начала их осматривать, будто в первый раз оказалась в них. Как же давно её здесь не было. Аги разгружали сундуки, а калфы раскладывали её вещи. Фаворитка решила узнать, как обстоят дела в гареме, и позвала свою служанку Айше хатун, которая оставалась в Манисе вместе с Махмудом. - Айше, что происходило в гареме во время моего отсутствия? Расскажи меня все, - произнесла Фюлане. - Обо всем, что случалось ранее, я писала Вам в письмах, Госпожа. Но о том, что произошло вчера, я не успела поведать, потому что узнала, что Вы возвращаетесь в Манису. Гюльфем Султан вчера стало плохо. Она сейчас лежит без сознания, её не могут привести в чувство. Шехзаде пригласил ученых, чтобы узнать, что с ней произошло. Ходят слухи, что её отравили, - рассказала служанка. - Отравили? И кто же мог это сделать? Новоиспеченная Махидевран Султан или другие фаворитки? - удивилась девушка. - Не думаю, Госпожа. Махидевран Султан не проявляла никакой неприязни к Гюльфем Султан, да и они обе не конфликтные, не вступают ни с кем в ссоры. Я даже не предположить не могу, кто может стоять за этим отравлением, - рассуждала Айше хатун. - Не думала, что в мое отсутствие кто-то будет плести козни. А как поживает Махидевран? Как шехзаде к ней относится? - продолжала задавать вопросы фаворитка. - Махидевран Султан ведет себя спокойно и послушно. Она очень понравилась Айше Хафсе Султан. Фаворитка ухаживает за сыном, а шехзаде часто зовет её к себе. - Что ж, наша весенняя роза завоевала сердце Сулеймана, - злобно произнесла Фюлане. - А я с этим ничего сделать не смогу... Не могу снова допустить глупую ошибку и расстаться с сыном. Придется мне терпеть это. Терпеть ради Махмуда... - Дорогу! Шехзаде Сулейман Хазретлири! Двери открылись, и в покои зашел наследник. Фюлане и Айше хатун поклонились, служанка вышла из комнат. Увидев шехзаде, фаворитка расплылась в улыбке. Неужели еще не все потеряно? Может быть, он простит её? Фюлане не могла потерять своего Сулеймана. Она будет бороться за него до конца. Это стало смыслом её жизни. За то, время, пока девушка находилась в ссылке, наследник повзрослел и возмужал, стал еще красивее. - Добро пожаловать, шехзаде, - сладко произнесла Фюлане. - Приветствую тебя, Фюлане. Как дорога? Как ты доехала? - спросил Сулейман. - Все хорошо, шехзаде, - улыбнулась ему фаворитка. Девушка применяла свои хитрые приемы, стараясь соблазнить шехзаде. - Я рад это слышать, - сухо произнес шехзаде. Фюлане расстраивало то, что он не проявляет к ней никаких эмоций. Фаворитка подошла ближе к нему, мягко взяла его за руку и прошептала: - Неужели ты не скучал по мне, Сулейман? Я вся истосковалась по тебе и нашему сыну. Как долго я ждала нашей встречи, - с каждым словом Фюлане все больше приближалась к нему. И шехзаде уже чувствовал на себе её учащенное дыхание. - Я только ради нашего сына и вернул тебя, Фюлане, и не более. Мне стало жалко Махмуда, - наследник был непреклонен. - А я так соскучилась по нашим вечерам с тобой, Сулейман. Я не могу жить без тебя. Ты - мое все. Неужели ты не видишь этого? Мое сердце не сможет без тебя, - девушка положила руку шехзаде себе на грудь. Трюк не сработал, Сулейман лишь отдернул свою руку. Но Фюлане не останавливалась: - Не скрывай, ты скучал по мне. Я все вижу твоих глазах. Признайся, Сулейман... - Фюлане расстегивала пуговицы на платье, подошла совсем близком, закрыла глаза и потянулась к губам шехзаде, пытаясь поцеловать. Но Сулейман лишь сделал шаг назад. У девушки ничего не вышло, и она посмотрела на наследника с возмущением и непониманием. - Неужели ты не понимаешь, Фюлане? Я не хочу ни видеть, ни слышать тебя. Ты уничтожила все. Ты убила моего ребенка. Думаешь я смогу когда-нибудь забыть это и простить тебя? Я вернул тебя только из-за Махмуда, пойми это, - громко говорил Сулейман. - Как так? Не поступай так со мной! - Что ты сделала с нами, Фюлане? Что с нами происходит? Ты все уничтожила все, что между нами было, - с этими словами шехзаде вышел из покоев фаворитки. Фюлане закричала от безысходности и осела на пол.