Гюльфем

Скоро новость о том, что Фюлане хатун беременна разлетелась по всему дворцу. Любимица Сулеймана с еще плоским животом, гордо подняв голову, важно расхаживала по гарему, словно уже стала Султаншей, родив мальчика. Иногда она бросала на Эсин злобные и ликующие взгляды. Подруга часто бывала в покоях шехзаде. Ведь его любимица была беременна. Сулейман часто присылал Эсин подарки, и все завидовали фаворитке. Сама девушка восторгалась, как ребенок, каждому новому подарку. Я же искренне радовалась за подругу. Она заслужила любви шехзаде. На занятиях мы учили сложные стихотворения, писали длинные тексты, пели, танцевали, иногда учителя рассказывали о прошлых правителях Османской Империи. Констансия лучше говорила на турецком, а я почти полностью его освоила. Сегодня в гареме был очередной праздник. Наложницы танцевали, а у меня до сих пор была проблема с танцами. Поэтому я решила не присоединиться к ним. Как всегда мы с Констансией и Эсин сидели вместе. Сегодня итальянке было плохо: она была бледная и жаловалась на головокружение, ничего не ела, ссылаясь на тошноту. Но подруга не хотела идти к лекарю. После долгих уговоров и отказов на них, я больше не затрагивала эту тему.

***

Сегодня Фюлане была очень радостна. Этот праздник был устроен в честь нее и еще не родившегося шехзаде. Да, она знала, что родится мальчик. Только мальчик. Шехзаде, который в будущем станет правителем великой Османской Империи. А ее, Фюлане, сделает Валиде Султан. И все в гареме будут ее слушаться и уважать. Фюлане часто поглядывала на фаворитку Эсин, как ястреб на свою добычу. Девушка знала, что итальянка в последнее время зачастила в покои шехзаде. Она заметила, что уже несколько дней девушка ходит бледная, не ест. У Фюлане появились некоторые мысли, страшные догадки. Ведь у неё были похожие симптомы. Поэтому сегодня любимица Сулеймана решила опять поговорить с Эсин, а заодно и проверить свои опасения. Фюлане повернулась к своей служанке Бельгин хатун и прошептала: - Приведи ко мне в покои Эсин. - Да, Фюлане, - наложница поклонилась и поспешила исполнять приказ. - Айше Хафса Султан, я очень устала. Мне хочется лечь и отдохнуть. С вашего позволения я покину праздник, - фаворитка обратилась к матери шехзаде. - Конечно, Фюлане. Поспи немного. Следи внимательно за своим здоровьем, ты должна родить здорового ребёнка. Тебе прислать лекаря? - заволновалась будущая Валиде. - Нет, Султанша. Все хорошо, я просто немного устала. - Следи хорошо за ребенком, - обратилась к беременной девушке Хатидже Султан. - Конечно, это мой долг, Госпожа, - Фюлане поклонилась и направилась в свои покои.

***

К Эсин подошла служанка Фюлане Бельгин хатун и сказала: - Фюлане хатун ждет тебя в своих покоях. Я отведу тебя к ней. Итальянка боялась фаворитку, как смерти. Она хорошо помнила, как Фюлане хатун ударила её. Ладони девушки вспотели от страха. Эсин сглотнула и, дрожа всем телом, последовала за Бельгин. Никто не видел, как фаворитка уходит. Все были увлечены праздником, а подруги куда-то ушли. Итальянка мысленно молилась о том, чтобы ее не убили.

***

Фюлане уже была в своих новых покоях. Обрадовавшийся новости о беременности фаворитки шехзаде подарил их ей. Они были просторными: огромная кровать, рядом с небольшим окном небольшой диван, перед которым стоит низкий стол, окруженный подушками. Фюлане уже все приготовила: на столе стояли две кружки с шербетом, а она сидела на подушках в ожидании гостьи. В дверь постучались, и в комнату вошла Бельгин с Эсин. Фюлане гордо вскинула голову и начала: - Бельгин, можешь идти, я тебя потом позову. А ты, Эсин, присаживайся, попей со мной шербет. Итальянка испуганно посмотрела на фаворитку, но все же присела и произнесла дрожащим голосом: - Ты что-то хотела? - Ничего, просто хотела напомнить, кто ты такая. Каждый раз, когда ты становишься выше, я возношусь еще больше. Хоть беги со всех сил, но ты никогда не догонишь меня. Запомни, никогда не станешь Султаншей, - глаза фаворитки загорели огнем. Эсин ничего не сказала, лишь вздохнула, стала еще бледней. Итальянке начинало становиться хуже, подступала тошнота. - Что это с тобой? Уже неделю ты ходишь сама не своя. Может, ты заболела? Не ходила к лекарю? - заметив изменения на лице девушки, спросила Фюлане. - Нет, все хорошо. Просто приболела, - изобразив улыбку, произнесла наложница. - Ну ладно. Попей шербета. Эсин нехотя взяла кружку дрожащими, как раскачиваемые ветром листья, руками и сделала несколько глотков. Вдруг перед ее глазами появились маленький черные точки, которые быстро увеличивались в размере. Тело будто налили свинцом, и девушка упала, разлив шербет. Фюлане встала и закричала: - Бельгин, приведи Адак хатун. Когда лекарь пришла, любимица шехзаде заговорила: - Она сейчас спит, но ей было плохо. Бледная ходила. Узнай, что с ней. Такие недуги были у меня, когда я еще не знала, что беременна. Вот и приметила. Если это правда, то придется что-то предпринимать, - продолжила она тише. После осмотра Адак хатун улыбнулась: - Такое счастье! Она беременна. - А теперь слушай меня, ты ее не осматривала. Она не беременна. Ты же поняла, что она не сама заснула? Ты ничего не знаешь. Если кому-нибудь проговоришься, то умрешь. Умрешь, я тебя не пожалею, - улыбка слетела с лица Адак, глаза наполнялись слезами. - Вот награда за работу и молчание, - фаворитка протянула руку с увесистым мешочком золота. - Можешь идти. Дождавшись пока лекарша уйдет, Фюлане пошла к шкафу, достала оттуда кусок ткани, развернулась его и достала небольшой пузырек с черной жидкостью. Она протянула его служанке: - Бельгин, дай этой несчастной ровно половину. Потом отнеси в ее комнату. Она не умрет, но и ребенка у нее не будет. Никогда не будет! Я все для этого сделаю.

***

Мы с Констансией отправились к Билги-калфе узнать, когда можно прогуляться. Унгер-калфа ответила, что Айше Хафса Султан разрешила вывести наложниц только через неделю. Вернувшись, мы обнаружили, что Эсин нет на празднике. Мы расспрашивали у наложниц об этом, но оказалось, что никто не видел, куда она ушла. Констансия предложила пойти к ней в комнату на втором этаже, ведь ей сегодня было плохо. Но и там подруги не было. Куда же она могла уйти? Как сквозь землю провалилась! Вернувшись на праздник, я заметила, что и Фюлане хатун нет. Это меня насторожило. Мне стало страшно от одной только мысли, что могла фаворитка сделать Эсин. Но я надеялась на лучшее.

***

Эсин открыла глаза. Она была не в своей комнате и не в покоях Фюлане. К ней подбежала Адак хатун. Значит, она в лазарете. Эсин вскрикнула от резкой боли в нижней части живота. Она была такая сильная, как острые кинжалы. Голова уже не кружилась, а немного болела. Тошнота прошла. Пошевелиться не было сил. Слабость, как огромный валун, прижала ее к кровати. - Что со мной? - прохрипела Эсин. - Тебя нашли в своей комнате. Наверное, сладости были несвежие. Тебе нельзя двигаться, - лекарша была грустной. Или фаворитке показалось? - Пить... Адак хатун побежала за водой, придумывая, как отчитаться перед Дайе хатун.

***

Утром мы с Констансией решили продолжить поиски Эсин. Сначала сходили в ее комнату, потом опять расспросили у наложниц. Но девушки не было нигде и никто не видел её. Она как в воду канула. Внезапно раздался громкий голос: - Анна, Констансия, вы ищете Эсин? - это была Гюль хатун. - Да, а ты не знаешь, где она может быть? - с надеждой спросила я. Ведь главная сплетница гарема знает все. Может, и новость об Эсин уже услышала? - Я слышала, что она в лазарете. Ее... Не успела она договорить, как мы побежали в лазарет. Что же случилось с подругой? Через несколько минут я уже стучала в дверь. Вышла Адак хатун и заговорила: - Хатун, что ты тут в дверь барабанишь? Тут лазарет, больным нужен отдых и покой. - Я пришла к Эсин хатун, - сказала я. - Что с ней случилось? - Проходите, но ей сейчас плохо. Хатун нашли в ее покоях без сознания. Я думаю, что она чем-то отравилась. Ее вчерашнее состояние было нормальным? Ее не тошнило, не кружилась голова, она не была бледной? - Да, ей действительно вчера было дурно... - Вот, значит, я была права, - Адак хатун отвела глаза, вздохнула и зашла в зашла в лазарет. Эсин лежала с бледным, как снег, лицом, а ее руки лежали на животе. Когда она увидела нас с Констансией, попыталась приподняться, но ничего не получилось. Фаворитка лишь скривилась от боли и упала обратно на кровать. - Как твое состояние, Эсин? Ты вчера куда-то пропала, мы с Констансией никак не могли тебя найти, а потом узнали, что ты тут. - Мне очень плохо... Голова и живот болят, - тихо ответила фаворитка. - Ничего, все пройдет. Ты поправишься. Но нам надо идти на занятия. Мы вечером к тебе зайдём. - Шехзаде... Я хочу к шехзаде. - Тебе нельзя никуда идти. Ты увидишься с ним, когда поправишься. Вот увидишь, он сразу же тебя позовет. Эсин улыбнулась, а в ее глазах засверкало счастье. Это была любовь... Неужели шехзаде такой хороший?