Happily

Луи, мой лучший друг и одноклассник, иногда был совершенно невыносимым. Он мог часами говорить обо всем на свете и при этом совершенно не уставал. Вообще никогда. И болтал он постоянно - на уроках, по пути домой, ночами, когда он оставался в моем доме на праздники или типа того. Зачастую он просто нес всякую чушь, и делал это так быстро, что я иногда не мог понять ни единого слова, сказанного им, но никогда не переспрашивал, для своего же блага. Я терпел и терплю, потому что он мой друг, даже не смотря на головную боль, которую иногда вызывали его сумасшедшие монологи. Однако, каждый раз, когда я просил его остановиться и замолчать, Луи тут же останавливался и спрашивал, в порядке ли я. Обычно я говорил. что просто немного устал, и намекал на то, что он говорит почти без перерыва уже пару часов. "Правда? Прости, я не заметил" виновато глядел на меня он своими кристально-серыми глазами. Конечно, я улыбался, притягивал его к себе и мы вместе смеялись, но он больше не начинал говорить без какой-то особой надобности. Так что, Луи, с его смешной прической, высоким голосом и милейшей улыбкой, был очень заботливым, что, скорее всего, от наличия четырех сестер. Иногда казался дерзким, но это больше было его плюсом, потому что добавляло какую-то изюминку в его общий образ. Я очень рад, что у меня есть такой друг, как он, потому что он, совершенно точно, такой один на миллион. И сейчас он стоял, облокотившись на мою парту, и рассказывал, как Лотти вчера привела своего нового парня на ужин. Он собрал вокруг себя еще парочку человек из нашего класса, с которыми мы были знакомы, и все окружили мой стол, весело улыбаясь и подшучивая что-то насчет истории Луи, и среди таких людей был наш друг Лиам. Ну, он скорее был моим другом, потому что они с Луи постоянно ссорились, и все было из-за их различия в характерах. Серьезный Лиам и ненормальный Луи бы разодрали друг друга в клочья, оставь их на пару часов наедине, но когда мы, иногда, собирались втроем куда-нибудь, они все же находили общий язык, хотя и не надолго, и смеялись вместе. И, вроде бы, сейчас был именно этот момент. - И Лотти такая: "Мы знакомы уже целых три месяца", - воскликнул Луи, и класс наполнился смехом, и меня самого заставила улыбнуться детская наивность младшей сестренки Луи. В этот момент прозвенел звонок, и ребята, еще отсмеиваясь, расползлись по своим партам. Мое же место, наконец, осталось свободным. Мисс Хангертон, наш учитель истории и классный руководитель, вошла в класс с лучезарной улыбкой, держа в руках у груди стопку тетрадей, а за ней появились два каких-то незнакомых мне парня. Видимо, остальные тоже не знали их двоих, потому что по классу прошелся удивленный шепот. Один из парней, с длинным шелковистыми кудрями, выглядел почти смущенно, и смотрел в пол, останавливаясь у учительского стола. Я увидел, что его руки были в татуировках, почти как у Луи, потому что рукава были закатаны по локоть. Некоторые тату были даже как будто совместимы с тату на руках Томлинсона - например, якорь и канат, кавычки и цитата. Видимо, Луи тоже заметил это, так как я видел, как он заерзал на стуле впереди меня. Второй парень, вошедший в класс, был сплошь покрыт татуировками, и это первое что я заметил, потому что он был в футболке со змеей, и его руки были открыты. Правая рука была зататуирована под "рукав", а на левой выглядывали лишь несколько, из-под футболки. Так же, у него на груди было тоже что-то набито, но я видел только части, так как хоть ворот футболки и был большим, он все же был. Вторая вещь, что я в нем заметил, так это его острые скулы, дальше - прекрасные глаза. Такой красивый, пронзительный взгляд, осматривающий класс, и когда карие глаза на секунду скользнули по мне, я невольно поежился. Парень выглядел таким властным и уверенным, что я даже немного его побаивался. Но я расслабился, когда он улыбнулся, потому что его улыбка была правда доброй. А еще у него были прекрасные черные, как смоль, волосы, которые были немного сбриты по бокам, так что казалось, что вся прическа немного стояла вверх. Он так же имел смуглый оттенок кожи. Наверное, он имел какие-то южные корни, из Афганистана или Ирака, или откуда-нибудь еще. - Доброе утро, ребята, - начала учительница. На этот раз с ней поздоровались лишь несколько человек, так как все были заняты рассматриванием двух парнишек. Не подумайте, вообще-то у нас вежливый класс, в отличие от параллельного, где были такие грубияны, как Эш и Майк. Они из футбольной команды, и вообще, они довольно большие ребята, я имею ввиду, что они накачанные и высокие, так что они думают, что им все позволено, избивают ботанов и просто тех, кто надоел. Луи как-то раз полез с ними в драку из-за одного парня из, кажется, седьмого класса, и получил хороших люлей, но мальчишку спас и даже отвел домой, что бы никто не пристал по дороге. Только вот потом мне пришлось объяснять его маме, что произошло, потому что приползши домой он потерял сознание и потом неделю отлеживался в кровати, и миссис Томлинсон, бедная шокированная женщина, позвонила мне узнать, в чем дело и почему ее сын пришел домой полу-мертвым. - Перед тем, как мы начнем урок, я хочу представить вам наших новых учеников. Они приехали к нам из Ливерпуля. Я думаю, все остальное они расскажут вам сами. Мисс Хангертон предложила парням рассказать что-нибудь о себе прямо сейчас, но они улыбнулись и покачали головой, так что прошли к свободным партам не сказав ни слова. Одно свободное местечко было слева от Луи, а второе прямо за мной, так что они расселись так - смуглый сзади меня, а кудрявый пристроился поближе к выходу из класса. Луи проводил их взглядами, а потом удивленно покосился на меня. Новые ученики? В апреле? Странно это. Я пожал плечами, и Томлинсон отвернулся, слегка покачивая головой, мол, не нравится ему это. Потом начался урок истории. Мы проходили последние годы жизни Елизаветы I, тему лично мне очень интересную, так как Королева казалась мне весьма занимающей личностью и очень достойной правительницей, но сегодняшний урок я все время отвлекался на двух новых одноклассников, имен которых я даже не знаю. Луи же вообще весь урок зевал и томно смотрел по сторонам, иногда заглядывая на мою парту, беря что-нибудь у меня из пенала, рассматривая кудрявого парня или смуглого позади меня. В общем, он показывал свою незаинтересованность всему возможными способами, но винить его в этом никак нельзя, хотя бы потому что он знал историю на зубок до наших дней. Это благодаря книге, которую я подарил ему на это Рождество, об истории Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии. Я подарил ее больше как прикол, так как думал, что Луи ее ни за что в жизни не прочитает. Однако, так вышло, и Томлинсон прочел ее. Шесть раз. А потом еще месяц ходил и хвастался, что он такой умный и все знает. После окончания урока весь класс огромным потоком "вытек" из класса, и в коридоре быстро образовалась толпа из снующих между учениками пятиклассниками и старшими, кто группами собирались и начинали что-то обсуждать, совершенно наплевав на то, что они загромождают проход. Еле как мы с Луи добрались до своих шкафчиков - они стояли друг рядом с другом - положили учебники истории и взяли философию. - Что ты думаешь? - поинтересовался Лу. Я догадался, что он имеет ввиду новеньких, и уже собирался кое-что ответить, как меня грубо схватили за плечо и отпихнули в сторону от моего шкафчика, как что мои учебники философии чуть не упали на пол. Это был Эш из параллельного. Наши шкафчики стояли не далеко друг от друга, но он мог бы прекрасно взять учебники, не трогая меня, однако нет. Это же он. Я громко кашлянул, привлекая его внимание, и он обернулся, вскинув брови. - Прости, ты что-то сказал, Хоран? - с издевкой в голосе спросил футболист. Его дружки, Майк и Джефф, усмехнулись за его спиной. Стервятники. Лицо Эша тоже скривила гримаса, которая делала из его и так отнюдь не прекрасной морды нечто совсем отвратное. Из-за ломаной улыбки выглядывали кривые зубы, а болотного цвета глаза сузились и превратились в две маленькие щелочки, излучающие ехидство и издевку. Я невольно приподнял уголок верхней губы от отвращения и чуть-чуть отодвинул голову - изо рта у футболиста тоже не лавандами пахло. Что-то внутри меня подсказывало, что если я действительно что-то скажу, мне сегодня не поздоровится, но обида потихоньку набирала обороты, и я ничего не мог с собой поделать. - Ты вполне мог достать до своего шкафчика, не трогая меня, - как можно уверенней заметил я, и Эшу это совершенно не понравилось. Его лицо приобрело гневный вид и он угрожающе подошел ко мне почти в плотную, что я подумал, что я задохнусь от его жуткого запаха, ударившего в нос. Я невольно шагнул назад, и наткнулся на кого-то спиной, но это было не самое страшное. Футболист взял меня за ворот серой кофты и потянул на себя, так что я еле избежал столкновения с его лбом, а все мои учебники полетели на пол. - Дерзить посмел, Хоран? - прошипел он, и мою фамилию в конце он буквально выплюнул с такой ненавистью, что я сглотнул. Я посмотрел на Луи, который стоял за спиной Эша с выпученными глазами. Он сжал руки в кулаки и шагнул вперед, что бы забрать меня у футболиста, но Майк и Джефф метнулись к нему, с улыбками схватив его под руки. Луи дернулся, но что он мог против двух громил? Тогда Эш встряхнул меня, мол, смотри на меня, и я нехотя поднял на него взгляд. Он еще какое-то время стоял так, метая молнии и жестко глядя мне прямо в глаза, а потом резко отпустил меня, что я чуть не упал на пол, и начал поворачиваться. Не успел я подумать, что чудом избежал расправы, как он резко развернулся обратно и со всей силы вмазал мне прямо по носу, что у меня аж перед глазами потемнело. Это было так чертовски больно, и я зашипел, хватаясь за нос, что бы кровь не заляпала тело. Я просто чистоплотный, и плевать, что меня сейчас будут избивать. Эш уже замахнулся для второго удара, но вдруг его остановил тот самый смуглый парень из нашего класса, встав между мной и ним. Кудрявый тоже был тут, только ближе к Луи. - Не. Трогай. Его. - выделяя каждое слово, угрожающе сказал парень. Эш явно удивился, но мой новый одноклассник стоял уверенно, и я заметил, что он сжал руки в кулаки. - Тебе-то что, Малик? - воскликнул Эш. Малик? Это имя или фамилия? Если имя, то оно очень красивое. Да и для фамилии сгодится. Выходит, они знакомы с Эшем? Вот это вообще сюрприз. На вопрос футболиста Малик не ответил, только еще сильнее сжал кулаки, что я даже услышал, как хрустнули его пальцы. Кажется, он серьезно собрался драться с громилой. Из-за меня?.. Слава Богу, тут прозвенел звонок, и трое громил, бросив бедного Луи, поспешили на уроки, так как у них уже было несколько опозданий, и если будет еще одно, они рискуют остаться после школы до вечера в качестве наказания. - Ты за это ответишь, - крикнул Эш то ли мне, то ли Малику, но последний только закатил глаза, разворачиваясь ко мне лицом. Вау. Он такой...красивый. Ничего гейского, просто он правда очень привлекательный. - Ты в порядке? Я провожу тебя до туалета, - он не спрашивал, а настаивал, но делал это вполне мягко, так что я кивнул. Кудрявый парень поднял с пола мои учебники и с обворожительной улыбкой передал их Луи, что бы тот запер их в моем шкафчике. Томлинсон, без сомнений, знал код от него, так как сотни раз был рядом со мной, когда я его открывал. Самое странное, что я не знал кода от его шкафчика. В это время Малик пошел в сторону мужского туалета, и я поплелся за ним. Он шел молча, и я слышал только разговоры кудрявого и Луи позади нас и его легкие шаги по ламинату, так как все ученики уже разбрелись по классам. На философию мы вчетвером не пойдем, я так понимаю? Ну и ладно, я все равно никогда ее не любил. Я зашел в белую кафельную комнату и включил воду, наклоняясь над раковиной. По светлому керамику тут же покатились крупные капли алой крови, смешиваясь с водой и утекая в водосток. Я подождал, пока кровотечение слегка успокоится и начал мыть нос и руки. - Как тебя зовут? - поинтересовался Малик. Я удивленно покосился на него, но он просто стоял с доброй улыбкой, опершись спиной на холодный кафель и сложив руки на груди. Такие сильные, зататуированные руки, широкие мужские плечи, красивые скулы и глаза. Ох, у него великолепные глаза шоколадного цвета. А его ресницы - это нечто. Я не заметил, как пялюсь на него, и поспешил продолжить намывать свои руки от крови. Малик коротко посмеялся, и это заставило меня улыбнуться. У него очень красивый смех. - Найл. Найл Хоран, - я выключил воду и вытер мокрые руки и лицо о полотенце, висевшее рядом. Малик прищурился, глядя на меня, и я сглотнул. Не знаю почему, но я чувствовал себя слегка смущенно рядом с ним. - Ты ирландец? У тебя ирландский акцент, - заметил он. Я усмехнулся, так как думал, что уже давно избавился от акцента. Выходит, что я все еще говорю с ним. Ну и ладно, у меня еще и ирландский флаг на стене в комнате висит, и что? Я же ирландец, а это круто. Я коротко кивнул и, бросив на Малика мимолетный взгляд, вышел из туалетной комнаты. - А тебя зовут Малик? - поинтересовался я, когда мы шли по коридору к Луи и кудрявому, которые о чем-то говорили, стоя на том же месте, что десять минут назад. - Нет, это фамилия. Я Зейн, - улыбался он. Зейн. Я посмаковал его имя у себя во рту. Необычное имя, я за семнадцать лет своей жизни ни разу не встречал ни одного Зейна. Хотя парень сам был вполне необычным. Добрый, отчасти милый, чертовски храбрый и загадочный, и я сомневаюсь что он расскажет мне больше, но мне кажется, мы были бы хорошими друзьями. _____ - Ты познакомился с тем кудрявым парнишей? - поинтересовался я у Луи, когда нам доставили заказанную пиццу, и мы поднялись ко мне в комнату, смотреть "Американский пирог". Сегодня он решил остаться у меня, пообсуждать новеньких, посмотреть фильм и просто отлично провести время вместе. Моя мама была совсем не против, только попросила нас быть потише, а папа уехал в командировку в Эдинбург на неделю, так что ничего не мешало нам с Томлинсоном наслаждаться вкуснейшей пиццей. Мой отец бы никогда не разрешил мне заказать ее - вместо этого он бы в сотый раз научил меня готовить ее дома, а для этого отправил бы в магазин за продуктами, а потом начал читать лекцию, как лучше класть сыр, что бы он получился мягким и ароматным. Мы с Луи уселись на зеленые подушки на полу, включили телек и разложили кучу еды на ковре перед нами. Мы наткнулись на канал, где показывали сериал "Друзья", и решили пока посмотреть его. - Да, его зовут Гарри, - Луи улыбнулся. Я почему-то подумал, что он просто рад новому знакомому, и не беспокоясь взял кусочек пиццы, готовясь к рассказу об этом самом Гарри, который должен был протянуться на долго. - Он с семьей переехал, потому что его маме дали тут работу, а Зейн - не знаю, за компанию, наверное. Они с Зейном знакомы с детства, и типа лучшие друзья, ну ты понял. У него есть сестра, Джемма. Ему шестнадцать, и он умеет петь, а еще любит Элвиса Пресли. Тут Луи замолчал, надкусывая кусочек ароматной пиццы и утыкаясь в телевизор. Я не сводил с него взгляда, ожидая, что сейчас он продолжит рассказ, но он молчал, что было очень странно. - И? Что-нибудь еще? - мягко намекнул я, но Лу перевел на меня взгляд серых глаз и пожал плечами, жадно разжевывая пищу. Он что-то невнятно пробормотал, что у него чуть кусочек колбасы изо рта не выпал, и я вскинул брови, как бы говоря, что я нихрена из этого мямлинья не понял. Он поднял указательный палец, что бы я подождал, и с особым удовольствием, будто мне на зло, разжевывал, казалось, каждую молекулу в бедной пицце. - Я сказал, - начал он, когда прожевал, наконец, несчастную еду. Он сделал паузу, что бы вытереть рот салфеткой, и я вздохнул. Он пытается что-то сказать уже как минимум три минуты! Ожидание начинает надоедать. - Что больше он мне ничего не рассказал. Я всплеснул руками. Он мучал меня все это время, что бы рассказать ничего? Обламывать - это хобби Луи Томлинсона, одно из тысячи. - Ну, а что ты сам о нем думаешь? - я всячески пытался вытянуть из него информацию о новом знакомом, но Томлинсон задумался на секунду, а потом снова пожал плечами, вновь переводя взгляд на экран телевизора. Что-то тут не так.