Uptown Man Backstreet Guy (Господин из трущоб)

- Поехали! Саске казалось, что команда осталась далеко позади. Ее гул заглушил рев мотора и колес, разорвавший тишину. Слабый свет фонарей быстро скрыл образы гонщиков, заставляя встречный автомобиль затормозить и торопливо уйти в сторону. Ледяной ветер сковывал движения, отчего пальцы вцеплялись в руль до боли. Поворот. И еще. Гул стоял такой, словно шины вот-вот лопнут. Итачи чуть было не угораздило врезаться в фонарный столб, зато серебристой машине, припаркованной неподалеку, явно не повезло. Гудки клаксонов. Громче, чем сотня ядерных взрывов. Барабанные перепонки работали на пределе, еще немного и они готовы были лопнуть. - Уууу-ух! – кричал Саске, не желая скрывать азарт, охвативший его. Ну да! Хах! Итачи все еще пытается не отставать, лавируя меж автомобилей и стараясь угнаться за ним. По-во-рот! Картинка разворачивается, мир словно теряет точку опоры, а бедро почти скользит по асфальту. Сердце соскакивает на бешенный ритм, адреналин разрывает вены, легкие сводит от волнения, когда расстояние от коленей до земли снова увеличивается. Ветер завывал в уши, глаза пересохли и слезились, ничем не защищенные. Только сейчас он заметил, как гонщик в черном защитном костюме оказался по правую сторону от него. Ухмылка исказила губы Саске, и он резко повернул руль, повторяя изломы маленькой улицы. Неплохо… Для папенькиного сыночка. Но Итачи не выиграть, слишком большой разрыв. Саске хотелось смеяться, опустить Итачи ниже плинтуса. Его даже не пришлось обманывать, настолько все оказалось просто. Хах! Как тебе нравится размазанная по асфальту гордость, высокомерный ублюдок? Ты ничто! И всегда им был! О, этот приятный вкус победы! Саске удачно вошел в последний поворот. Но сердце замерло быстрей, чем боковой взгляд отметил гонщика, оказавшегося рядом. Разум кричал о том, что это невозможно. Кровь застыла в жилах, собственная гордость сжалась в комочек. Итачи? Красный мотоцикл со скоростью ветра обогнал его, оставляя где-то в конце улицы. Восторженный крик толпы, подбадривающий почти победителя еще больше злил Саске. Последней каплей стало то, как колеса не его мотоцикла враз пересекли финишную линию. Его сделали… Сделали… Как мальчишку! Саске сбавил скорость, смотря в зеркало и наблюдая за тем, как толпа ликовала и встречала не его. Грудь все еще содрогалась от смеха, а ярость раскаленной лавой начала течь по венам, вытесняя кровь. Еще немного, и он взорвется, подобно вулкану. Блять! Что за?! Зубы сжались до боли, гнев едва-едва сдерживался внутри. Блять! Нахуй его! Итачи обманул его! Неизвестно как, но обманул! Саске знал о нем, но действительно не ожидал подобного! С другой стороны, подставу можно было ожидать еще в тот момент, когда Итачи набрался наглости бросить ему вызов, но толпе было все равно. Она ликовала, не обращая внимания на Саске, который неспешно пересек финишную прямую. - Саске! Что случилось? – голос Наруто потонул в визге протектора шины. Новая гонка началась. Саске промолчал и опустил ноги на землю, сжимая мотоцикл коленями. - Сас... - Заткнись! – оборвал Саске, сжимая ключи. Он еще сильней сжал зубы, борясь с желанием от души не врезать Наруто. Хотя ему без разницы, кто перед ним стоял бы. Надо ввалить хоть кому-то! Кому угодно! Да что б его! Гребаный Итачи! - Саске, успокой... - Заткнись! Просто заткнись, блять! – взревел Саске. Казалось, Наруто шокировал такой тон, и он еще сильней всматривался в лицо друга. Прищур глаз, нездоровая белизна и без того бледного лица, мелкая нервная дрожь… - Сас!.. - Еще одно слово, и, клянусь, я убью тебя, Наруто, - процедил Саске, и его голос дрогнул. Он впервые чувствовал себя настолько на взводе. Раньше ему удавалось держать свои эмоции при себе, но сейчас этот поводок порвался. Саске с трудом сдерживал себя! - Н-ну же! Вали отсюда! – повторил Саске, зарывая пальцы в мокрые волосы. Боже! Неужели Наруто просто не может уйти и не задавать лишних вопросов?! Но Узумаки кивнул. - Ус-спокойся. - А теперь… Вали! – не унимался Саске. И Наруто ушел. Боже праведный! Неужели! Просто ушел! - Ты проиграл… - раздался знакомый голос совсем рядом. Саске прикрыл глаза, стараясь не скрипеть зубами слишком сильно и остановить себя. Как же хотелось чувствовать чужое тело под пальцами, слышать хруст хрящей и костей от ударов! Неимоверно сильно хотелось разбить идеальное лицо, превращая его в кровавое месиво. Он слышал, как Саске кричал? Почему бы и нет? Саске с трудом дышал, трясясь от ненависти и гнева. Того и гляди взорвется. И теперь была последняя капля. Итачи… - Каково это – проигрывать? – улыбнулся Итачи, держа в руках шлем. Все существо взбунтовалось, сжимаясь до размеров звезды-карлика, а потом взорвалось. Разум потух, логика исчезла, оставляя место всепоглощающему гневу. Саске едва соображал, что делает. - Сас.. Пальцы сжали плотную ткань защитного костюма Итачи, опрокидывая его назад. Их глаза встретились. Сердце Итачи замерло, когда он увидел огонь в глазах Саске. Губы касались влажного рукава кожаной куртки, ощущая ее текстуру в эти короткие мгновения. Итачи чувствовал мускусный запах пота дрожащего в напряжении мальчишки, ощущая, как собственное тело начинает пробирать в нетерпении. Почему он выступил с Саске в этой гонке? Ха… Потому что хотел посмотреть, насколько еще можно разозлить его. Своеобразная игра с хищником, которым ему показался Саске. Хотелось почувствовать взгляд, полный опасности и ненависти, ожидать неизвестности. Почувствовать волнение, заставляя сердце биться в эйфорическом восторге. Нетронутая дикая сила… Он хотел видеть ее. Поэтому Итачи и решил поиграть с огнем. - Ты обманул! – зарычал Саске. Ненависть бурлила в его глазах. Это было глупо. Это звучало по-детски, но ему все равно. Честно говоря, ему было плевать на все! Саске ненавидел Итачи! Саске ненавидел его идеальную красоту, ненавидел роскошь, в которой он живет! И больше всего в жизни, он хотел сломать его… Смеясь, пропустить меж пальцами его драгоценные волосы, и чувствовать порочность каждого движения. Лишь достоинства, унизить, заставляя просить большего. Его, такого самоуверенного… Привязать к себе на короткий поводок. - Обманул, и что с того? - Ничего… - Саске выдал короткий ледяной смешок. Правда, что с того? В гонках все друг друга обманывают, не так ли? Разве Итачи особенный? Итачи вздрогнул, когда Саске потянулся к нему и стянул красную резинку с волос. Гладкие черные волосы упали на плечи, а челка прилипла к влажному лбу. Раскрасневшиеся губы, мятая одежда…Он выглядит так, словно только что занимался сексом. Хотя, может так и было. Кто знает, чем он занимался последние тридцать минут. Ведь не он пересек финишную черту. - Чего тебе нужно? – процедил Саске, едва склоняя голову, и проводя рукой по влажной щеке. - Что? – повторил Саске, чувствуя как дрожат пальцы. Это может быть довольно интересно. - Получить выигрыш. - Ах, да… Как я мог забыть, - почти мурлыкал Саске, лаская пальцами тонкие черты лица, проводя подушечками по тонким губам. Судя по всему Итачи не ожидал такой смены настроения. Великолепно. Что же теперь будет делать маленькая принцесса? Саске облизал пересохшие губы и склонился ближе. - Ты выиграл. Скажи, что ты хочешь от меня? – прошептал он. - Всего лишь забрать причитающееся. - Я весь во внимании, любовь моя. - Идем… - Итачи коснулся груди, а потом отодвинул от себя руку, сжимающую ткань защитного костюма. Ядовитая улыбка исказила губы Саске, а глаза превратились в узкие щелочки. Значит, игра? И по чьим же правилам она идет? - Не прикасайся ко мне, - одергивая руку усмехнулся Саске, отталкивая от себя старшего парня. - Если ты так желаешь провести со мной время… будь хорошей сукой, и отвези меня в мотель.

***

Саске никогда не считал себя порядочным человеком и ни черта не смыслил в романтике. Но судя по выражению лица Итачи, сидящему на диване, протертому буквально до дыр, это место было не совсем подходящим. Если бы не защитный гоночный костюм, он бы даже не присел на диван. Вся комната пропахла перегаром. Узкая жесткая кровать не добавляла убранства этому месту. Голые стены и самые отвратительные в мире зеленые занавески с беловатыми цветочками. Перед кроватью сломанная стенка с доисторическим телевизором. Омерзительно. Если Саске поставил целью заставить его почувствовать себя неуютно, то у него вышло. К черту… - Ну так что, мы будем делать это, или нет? – голос Саске разрядил повисшую тишину. Итачи раздраженно улыбнулся, не желая давать спуску самонадеянному мальчишке. Саске стоял голый по пояс, черный кожаный браслет обтягивал запястье, пряжка ремня щелкнула, и тот повис на бедрах; темная полоска белья виднелась над поясом. Выгнув бровь, Итачи смерил взглядом влажную грудь, поднимающуюся в ритм с дыханием, впалый живот, выступающие тазобедренные косточки, отбрасывающие мрачные тени из-за слабого освещения. Отчего-то возникло желание коснуться их, почувствовать нервную дрожь и угловатость линий под пальцами. Итачи хотел знать, каково это, прикасаться к человеку, проводить пальцем по неровным линиям его тела. Он улыбнулся себе. Что за порочные мысли? Взгляд скользнул вниз, к темной резинке белья и тонкой полосочке лобковых волос, поднимающихся вверх. - Так и будешь пялиться? – довольно резко выдал Саске, и шагнул вперед. Итачи поднял глаза. Черные глаза встречаются с карими. Саске резко уперся двумя руками в спинку дивана, заключая мужчину в свой плен. - Я не собираюсь торчать здесь всю ночь, милашка, - прошипел Саске. Сердце Итачи подпрыгнуло. Волнение, ожидание бушевало в крови, едва тот приблизился. Саске был близко; настолько близко, что он видел свое отражение в черных глазах парня и чувствовал теплое дыхание. Неприятная дрожь прошлась по всему телу. Жар накрыл волной, проходя под грудью и скручивая внутренности, а после оседая внизу живота. Бледные тонкие едва разведенные губы… Итачи не мог отделаться от мысли, каковы они на самом деле. Только бы коснуться их своими губами. - Нравится? – прошептал Саске, потеревшись щекой о щеку. Итачи резко выдохнул и уперся руками в голую грудь. - Мне не настолько плохо, как ты думаешь. Но Саске лишь беззвучно засмеялся и едва отстранился. - Да неужели? Наверное, поэтому ты не мог оторвать от меня глаз? – издевался Саске, поднимая Итачи за подбородок. Он попал в точку… О, да… Выбил десять из десяти. Итачи стиснул зубы и смотрел на Саске настолько равнодушно, насколько можно было ответить на столь презрительный насмешливый взгляд. - Тогда почему ты весь горишь? В ответ душераздирающее молчание. - В чем дело? Язык проглотил? Ухмылка исказила губы Итачи после таких слов. - Ты так уверен в себе? - Конечно. - Тогда покажи мне, чем ты так талантливо хвастаешься, - он протянул руку, касаясь ледяного подбородка. Давай же, Саске… Еще ближе… Итачи чувствовал теплое дыхание настолько близко, что мог почти коснуться губ. - Не люблю нежности, - хмыкнул Саске. Их губы встретились. Странное удовольствие пронзило тело Итачи, опускаясь вниз и скручиваясь ядовитой змеей, заставляя дрожать даже пальцы. Сердце стучало из последних сил, судорожно сжимаясь, адреналин разливался по венам. - Но с тобой я буду поласковей, - с ухмылкой прошептал Саске, цепляя пальцами молнию и расстегивая ее, начиная от шеи. Итачи почти трясло. Никто никогда не говорил с ним таким тоном, никто никогда не смотрел на него так и тем более не осмеливался делать такие вещи. Глаза Саске сейчас были черными, злыми и невероятно притягательными, голодными, жадными. Словно у хищника: барса, сокола или еще кого-то не менее опасного. - Скажи… - прошептал Саске, наблюдая, как пальцы тянут за воротник. Итачи судорожно вздохнул, когда костюм сполз с плеч, обнажая очерченные неровным светом формы. - Саске… Он дрожал, сердце билось в восторге, погоняемое ледяным страхом, когда пальцы коснулись живота. Саске вновь усмехнулся, чувствуя волнение. Хех… Кто бы мог подумать, что Итачи напялит костюм на голое тело? Ну, если не считать боксеров, резинка от которых виднелась у самого края молнии. - Испугался? – спросил Саске, чувствуя дрожь под холодными пальцами. Неужели для Итачи это впервые? Но Саске не собирался интересоваться такой мелочью. Да и вряд ли, что хоть один мужчина в его возрасте признает, что он девственник. К тому же, Итачи вряд ли был девственником… Просто переволновался. - Ты ведешь себя, как умудренный опытом, поясняешь мне… - почти шепотом заметил Итачи. Холодный смешок. Идиот! Тупой идиот! - Если бы я не делал этого, то ты бы тут же пожалел о содеянном. - Ты… - Иди сюда, сука…

***

Итачи опустил ресницы, когда Саске склонился над ним, погружая в теплый поцелуй. Странно. Саске был нетороплив, даже в какой-то степени нежен, не требователен, но все же было что-то голодное и дикое в медленных поцелуях. Саске прижимался к губам Итачи, чувствуя его язык, заставлял задыхаться, а потом вновь отстранялся. Неторопливый отклик был ответом. Раз за разом Саске прикусывал их, затягивал в жадный поцелуй, стараясь удовлетворить Итачи. - Саске… - с тихой просьбой прошептал Итачи, притягивая Саске за затылок. О, Боже, Боже! Саске склонился ниже, пальцы пропускали влажные черные волосы. Все было так необычно, что Итачи хотелось кричать. - Сас… Хм... хах... Са!.. - Тс-с… Успокойся, я сделаю все, что нужно… Просто расслабься… - Саске углубил поцелуй, проводя рукой по вздымающейся груди. Итачи задыхался, невпопад сжимая губы, пытаясь задержать их. Голодное, почти животное желание, которое он не испытывал раньше. Боже! Боже мой! Он весь горит! Рот Саске был горячим и мягким, Итачи терялся в нем, чувствуя, как кипит кровь. Холодность взгляда сменилось теплотой летней ночи, острый нос утыкался в щеку, проводя по ней вниз и даря сладковатый аромат Саске. Ближе… Еще ближе. Свободная рука спустилась на спину Саске, пальцы зарывались в волосы, притягивая его еще ближе. Ногти впивались во влажную кожу, оставляя красные следы. Саске застонал, двигаясь под его руками. - Хаа... Ах!.. – бормотал Итачи под напором чужих губ. Он посасывал твердый язык, словно ребенок конфету. Боже! Мм!.. Ощущений было так много, что Итачи с трудом мог контролировать губы, отчаянно стараясь цепляться за сознание, словно от этого зависела его жизнь. Ближе! Он хотел чувствовать тепло, разливающееся по телу, мягкость и твердость находящегося перед ним тела. - Саске… - Итачи прикусил губу. Ооо-о! Ах! Пальцы сжались так сильно, что того гляди вырывали волосы с корнями. Боль заставила Саске отстраниться. Ну уж нет! - Т-тише… Ха-а… Тише… - Саске… - Итачи просил, словно ребенок. Сердце вырвалось из груди, дрожь сбивала координацию движений. Желание поглощало его. Большего. Он хотел большего. Это жизнь, это смерть… По телу растекалось живительное тепло. Губы прижимались к губам. Посасывали, касались друг друга, вытесняя и пытаясь занять лидирующую позицию. - Да… Да! Да! Так… М-мм! Скажи, как меня зовут… Хааа… - шипел Саске. Пальцы сжимали отворот гоночного костюма, спутывали взмокшие волосы, старались ухватиться за спину Итачи. Итачи задыхался. Все вышло из-под контроля. Саске не позволял себе больше, чем просто поцелуи. Его губы лишь касались губ, но Итачи уже был готов задыхаться от удовольствия. Итачи никогда не испытывал ничего подобного. Он никогда не целовал женщин, чего уж тут говорить о мужчинах. На самом деле быть якудзой и иметь личную жизнь – это сочетать не сочетаемое. Итачи даже обучался дома. И сейчас он хотел этого… Хотел чувствовать смесь нежности и твердости. Странное чувство, не менее странное удовольствие, и всего один шаг до безумия. - Тише… - прошептал Саске. Одним движением он отпустил Итачи, опустив на спинку дивана. Пальцы разомкнулись, губы потеряли друг друга. Саске намотал длинные волосы на кулак. Итачи вскрикнул. Хмыкнув, Саске опустился, вновь целуя губы, прорываясь в разгоряченный рот, лаская его так, словно это было самое интимное место на свете. Итачи выгибался в экстазе. - Грязный мальчик, - усмехнулся Саске, опуская руку ниже и сжимая пальцами сосок. Итачи хмыкнул, выгибая спину, хватая губами воздух и чувствуя, как боль смешивается с ласкающими языками пламени. Саске почти смеялся. Губы опустились и обхватили светлые ореолы, прошлись языком по твердому соску. Пальцы еще сильней сжались на затылке. Итачи стонал от удовольствия, закидывая голову назад. Боль и удовольствие. Возбуждение росло. - Саске! Голова откинулась на спинку потертого дивана, челка растрепалась и прилипла к влажному лбу, щекам. Пальцы сжимали волосы, норовя вырвать их с корнем. Возбужденный член пульсировал, стесненный плотной тканью гоночного костюма. - Нгх! Хм… Саске… Боже! Он больше не мог… Боже мой… Это было слишком. Прикрывая глаза, Итачи чувствовал слабое дыхание спускающееся ниже. Господи… Это ощущение... Кожу словно обжигало. Ему хотелось, чтобы все прекратилось, но не мог вымолвить ни слова. Было больно. Действительно больно… Кто бы мог подумать, что вообще будет больно? Итачи настолько запутался в ощущениях, что не заметил когда холодный палец задел резинку боксеров. Саске чувствовал скользкую влагу под пальцами. Удовольствие вновь заставило вытянуться по струнке, чувствуя приятное тепло. Господи! Итачи замер, голос сорвался, глаза распахнулись, а пальцы остановили руку Саске. Колени зажали тело так сильно, что тот не смог бы сделать и шагу. - Куда ты лезешь? – зашипел Итачи. Саске почти подпрыгнул в шоке, сжав влажную плоть. Звук разъезжающейся молнии оповестил о том, что костюм был полностью расстегнут. - Хах. Нха, - снова выдавил из себя Итачи. Удовольствие словно сосредоточилось в одной маленькой точке внизу живота. Больше не было сил терпеть ни прохладные пальцы, ни тянущее острое удовольствие, ни болезненное ожидание. - Нгх! Все тело напряглось, свело судорогой, и пальцы сжали волосы Саске с неконтролируемой силой. Итачи того и гляди готов был вывернуть чужое запястье, когда разрядка накрыла его. Семя стекало, пачкая одежду. Позор. Удивительно. Саске выгнул в изумлении бровь, сжав член еще раз и, вытащив руку, посмотрел на стекающее семя. - Что ж, мне не пришлось долго с тобой возиться, – усмехнулся Саске. Итачи моргнул, чувствуя, как румянец подкрался к щекам. Влажная ткань и холод доставляли дискомфорт. Он ощущал себя грязным и омерзительным. Дыхание постепенно выравнивалось, взгляд упал на ладонь Саске, сидевшего между ног. Жемчужно белые полупрозрачные капли с легким мускусным ароматом. Что это? Страх и тревога сбивали с толку. Молчание Саске сбивало с толку, особенно его взгляд, с которым он смотрел на мужчину перед ним. Итачи чувствовал себя каким-то уродом. Может быть, он… Жемчужные капли… Это его? - Что ты сделал? – пробормотал Итачи. Громогласный смех разорвал тишину. Мокрая ладонь, уперлась в чужое колено и вытерла о него все следы недавнего оргазма. - Конечно, я подумал, что ты девственник, но чтобы непорочный… - усмехнулся Саске. - Прости, - Итачи сам не обратил внимания как извинился. Саске хмыкнул, не переставая раздражать партнера. Гнев и унижение сцепили Итачи стальной хваткой, заставляя сжать челюсти. Конечно, он не был так опытен, как Саске! Но и что?! Не все должны быть такими шлюхами, как он! - Не смей смеяться надо мной, уличная крыса! – Итачи попытался оттянуть его за волосы от себя. Саске зашипел, прищурился, но успел вцепиться в плечо парня. Итачи прыснул от боли, тело напряглось в готовности к действию. - Вини в этом себя, а не меня! Слышишь? Себя вини! Отвечай, слышишь?! – взорвался Саске. Он больше не издевался. Черные глаза превратились в щелки, животная агрессия проскользнула в них. Итачи никогда не видел такого. За все время, которое он наблюдал за наглым мальчишкой, – это было впервые. И Итачи испугался такого взгляда. Эта сторона Саске оставалась незамеченной, и если смотреть со стороны, то было бы даже интересно. Только не сейчас… - Я… - Я мог бы не быть аккуратным! Думаешь, тебе бы понравилась грубость, ха?! Да ты первый попросишь остановиться! Но я не остановлюсь, и знаешь, что тогда? Ты будешь кричать, что это было изнасилование! – выплюнул Саске. Итачи вздрогнул от тона, которым слова были сказаны, фактически ежась от яда, которым они были пропитаны. Какого черта Саске так взбесился? Ведь униженный и оскорбленный сейчас Итачи, а не этот мальчишка! - Я не виню те… - Чушь! Ты выглядишь так, словно это полностью моя вина! Как же ты меня бесишь! – рявкнул Саске, поднимаясь с колен. Грудь вздымалась в приступе гнева, но Итачи лишь молчал. Ублюдок! Почему он молчит? Неужели ему нечего ответить? Или если он откроет рот, то оттуда посыпятся драгоценности и алмазы?! - Если бы ты не хотел этого, то отвез бы к себе домой! Но не в этой дыре, где насилуют, перерезают глотку и скидывают в ближайший мусорный бак! – вновь взорвался Саске. Почему он сердится? Почему его настолько раздражает ошибка Итачи? Это ведь он боялся, а не Саске. Итачи не мог понять, в чем причина. Каждый в этой части города многое отдал бы, чтобы оказаться на месте Саске. Кинуть на кровать и изгаляться, пока все соседи не услышат стоны Итачи. С таким лицом и телом… Многие бы заплатили за него. Обменяли на наркотики и трахали бы с утра до ночи! Итачи отвел взгляд, но так и не разомкнул губ, сжимая кулак. Конечно, Саске прав. Он не беспокоился о себе, когда шел сюда, он не размышлял о том, чем это может обернуться. Итачи не знал, что действительно на уме у этого парня. Возможно, он смог бы довести его до животного страха. Возможно. Но гордость... Гордость никогда не позволит открыто признать это. - Сделка. Я хотел, чтобы мы просто поговорили, а не… Это, - тихо произнес Итачи. Саске моргнул. Слух обманывает его. Провести целую ночь за разговором? И никакого секса? Без поцелуев? Итачи вообще нормальный человек? И человек ли вообще? - Значит так, идиот, - прыснув, Саске упал на диван, рядом с Итачи. Пальцы сжали худощавое тело и потянули на себя. Итачи не преставая смотрел на грязные занавески. Он не желал видеть Саске, смотреть как тот победно усмехается. А он не мог не усмехаться. Саске издевается над ним! Лучше, если бы он и вовсе исчез! - Значит, ты действительно не думал об этом, желая провести ночь со мной? Даже когда мы приехали в эту часть города, - холодно усмехнулся Саске, чуть наклонился вперед, утыкаясь носом во влажные волосы на макушке Итачи. Влажная обнаженная спина липла к груди. Итачи был неестественно горячий. Кожа Итачи была мягкой, как у ребенка. Хрупкий и тонкий, словно ствол неокрепшей осины. Сейчас... Саске уткнулся в шею, прижался губами к ключице. А потом вновь уткнулся носом в затылок, вдыхая мыльный аромат с примесью цветов. Кожа, мягкая, как бархат, этот аромат… Наверняка Итачи пользуется кремами. Действительно, Итачи здесь не место – слишком чист и непорочен, даже слово «сука» не осквернило его уста. Итачи чересчур наивен! В его-то возрасте, когда все мысли должен занимать секс и то, как понаделать побольше мелких детишек! Интересно, он хотя бы понимает, что «сука» - это оскорбление? Саске снова задался вопросом о возрасте Итачи. Конечно, половое созревание уже было в самом разгаре, если судить по тонкой ниточке лобковых волос, спускающихся от пупка вниз. Хотя его тело было еще слишком угловатым. Слава Богу, этого хватило, чтобы Саске заключил, что он не педофил. - Видишь это? – Саске поднял руку на уровень глаз Итачи. Бледные капельки были размазаны между большим и указательным пальцами. Они стали прозрачными. Если бы кто-то сказал, что Саске будет заниматься половым воспитанием, он бы нагло рассмеялся ему в лицо. Теперь же было не до смеха. Выдохнув, Саске положил острый подбородок на плечо. Ему нравился запах Итачи. - Давай, начнем с основ… Это – сперма. Это будет самый странный разговор о сексе, что был у Саске за всю его жизнь.

***

Свет солнца вырвал Саске из сна. Он застонал, едва приподнявшись, перевернулся на бок, накрыв голову одеялом. Голова трещала, и это не было новостью. Было бы удивительно, если бы она была чистой и ясной. Собрав все силы в кулак, Саске все-таки поднялся. Сонный взгляд скользнул по сероватым голым стенам, отвратительным цветочным занавескам, сдернутым в сторону. Блять! Какой идиот додумался? Саске вздохнул, поднимаясь с замасленного дивана, и ставя ноги на пол. Пустые бутылки, упав, зазвенели. Он зевнул, пытаясь сфокусировать взгляд. С десяток пустых пивных бутылок нашли свое пристанище на полу, тумбочке, у подлокотника дивана. На сломанной стенке аккуратной стопочкой лежала одежда. Хм… Что было ночью? Ну, что-то Саске помнил. Например то, что ночью он был не один, но секса не было… Это уже говорило о многом, ведь причина, по которой он допускал людей к себе, это залезть в штаны, но даже тот факт, что секса не было, не особо убавлял вопросы. Такие вещи, как пивные бутылки, например, говорили о том, что Саске пил. Но не факт, что Итачи тоже к ним приложился. Он спал на диване… Итачи – на кровати, наверное. Только сейчас он вспомнил, что это был тот парень, которого пытался ограбить когда-то, но это уже не имело значения. Все, на чем было сосредоточено внимание Саске, так это то, что между ними не было секса. Совсем. И точка. А теперь главный вопрос. Ладно, обойдемся без фейерверков и фанфар… Где этот придурок?! - Итачи! – Саске устало и неохотно сделал шаг вглубь комнаты. Блять! Наверно стоило бы перестать пить, хотя бы немного, иначе он точно разобьет себе лицо о край ванной. Как чуть не сделал сейчас, запнувшись о заплесневелый порог. Саске застонал, прижимаясь лбом к косяку. Раздражение росло вместе с головной болью. - Итачи! – пальцы вцепились в темные волосы. Где, блять, он? Разве он не должен был вызвать водителя и поехать домой на гребаной машине?! Еще раз скользнув взглядом по обшарпанной комнатушке, Саске заметил обгрызенный клочок бумаги. Облегченно выдохнув, он закатил глаза. Если есть аллергия на утро, то у него последняя стадия. На ум пришла сцена из дурацкого романтического фильма, где женщина ушла, оставив записку, благодаря любовника за ночь. Что за ассоциации? Сделав пару шагов, Саске зажал листок между пальцами. Голова гудела, а комната ходила ходуном, не давая удержаться на ногах. Но Саске смог устоять. Записка содержала лишь пару слов. «Ушел искать завтрак. Итачи». Завтрак…завтрак… Слово эхом отдавалось в голове, насмехаясь над ним. Блять! Саске стиснул челюсти, порвал записку и выкинул в открытое покосившееся окно. Пошел он на хер! Вскочив на ноги, Саске сразу же схватил свои вещи. Еще немного, и он не выдержит, обрушив свою ненависть и раздражение на окружающих. Итачи что, хочет умереть? Так сильно хочет трахаться, что пошел искать приключений на свою костлявую задницу? Ебанутый! Он хоть понимает, что похож на алмаз в куче мусора! Или совсем слепой? Гоночный костюм дороже тысячи долларов, хрупкое тело и красота, которой позавидовала бы сама Венера! Еще вишенки сверху и надписи «Желанная сучка квартала>> не хватает. Хотя, может так и есть… Или нет. Не важно! Всевышний! Этот идиот словно молил о том, чтобы его ограбили и изнасиловали! Саске хотелось кричать от злости! В конце концов, ему-то какая разница, как кончит Итачи? - Черт! – стиснул зубы Саске, подтянул штаны и бросился к двери.