Хроники проводника. Часть 2

Коллежский регистратор Рижская Анастасия Федоровна. '…Маленькая девочка, лет шести сидела на кровати в своей комнате, ее ничего не видящий взгляд был направлен в пустоту. Прошло почти две недели как умерла ее мама, умерла практически у нее на глазах. Очень хотелось плакать, но за эти несколько дней слезы уже закончились, и до этого постоянно улыбающееся личико, заменила лишенная эмоций маска. Говорили, что у девочки очень добрая улыбка, когда она смеялась, будто небольшое солнышко спускалась с неба. Сходства добавляли ярко рыжие волосы, и курносый носик весь конопушках. Мама так и называла ее, солнышком… Но теперь ее нет. Вдруг, что-то шевельнулось, и девочка все так же безразлично перевела взгляд в угол кровати. Там прислонившись к спинке, сидел плюшевый медвежонок, совсем новый, и он махал ей лапкой. Девочка раньше боялась эту игрушку, почему-то она ее пугала. Но это единственное что осталось от ее мамы, и в последнее время она старалась держать его поближе к себе. Когда его ей подарили, она перепугалась, чем расстроила маму, и та взяла его лапку и помахала ей, гнусаво приговаривая 'Привет солнышко! меня зовут Миша'. После чего начала переставлять его ноги, будто тот косолапо пошел к девочке. Она неловко улыбнулась, и все же приняла игрушку, но вскоре про нее забыла. И вот сейчас, Миша махал ей лапкой, как в тот раз, когда ему помогла мама. Девочка схватила медвежонка, прижав плотно к себе закрыла глаза, пытаясь вспомнить тот день. Ей показалось, что кто-то гладит ее по голове, добро, нежно, практически невесомо. Этим же вечером, к ней подошел папа, сказал что она уже совсем большая, и ему нужно кое-чему научить ее, тому что нужно знать только взрослым девочкам. Он привел ее в спальню, раздел, и заставлял делать разные неприятные вещи, после чего у нее болело все тело. Такое происходило еще несколько раз, она жаловалась об этом своей новому лучшему другу, и Миша казалось все понимал. Он был сильно недоволен на папу, и жалел ее, как она понимала это, девочка затруднялась сказать. Через несколько месяцев, она увидела свою маму. У нее была непонятная цепь, которая начиналась в груди, а другим концом истончалась возле самой девочки. Она обрадовалась, все ей рассказывала, но та ей ничего не отвечала, лишь улыбалась и так знакомо гладила по голове. Все менялось когда приходил папа, мама начинала беззвучно ругаться, пыталась его ударить, но ее руки проходили сквозь тело, не принося ему вреда. Кроме девочки никто ее не видел, и не верил ее рассказам. Она жила в ее комнате примерно год, но вдруг однажды исчезла. В очередной раз, после того как ее позвал папа, она пыталась уснуть рядом с ним, но не получалось. Она вновь увидела маму. Та сильно изменилась, ее тело покрыли костяные пластины, ноги вытянулись и стали худыми и жилистыми. По какой-то причине лицо закрыла маска, в котором угадывались знакомые черты. Мама все так же ласково погладила ее по голове, после чего погрузила свои узловатые пальцы в папу, и потянула на себя. Тот захрипел, у него не получалось ни вздохнуть, ни сбросить с себя этот груз, от его тела начала отделятся светящаяся фигура. Жизнь почти покинула его, но тут пришла помощь. Это был мужчина лет сорока, одетый в черные штаны и рубаху, он держал в палицу. Ударом ноги отбросил маму, и широко замахнувшись, обрушил шипованное навершие на маску. Она не выдержала, и рассыпалась в мелкую пыль, и одновременно с ней, начало исчезать тело…' Анастасию резко выбросило из сна, как и в прочие разы, на одном и том же месте. Она посмотрела на ходики, время было пять утра. Поняв что больше не уснет, пошла к умывальнику, и холодной водой ополоснула лицо. Потом прошла на кухню, достала керосиновый примус, кофейник, и начала готовить себе привычный утренний кофий. Этот сон преследовал ее часто первые несколько лет ее жизни в приюте, даже не сон, а воспоминания о прошедшем кошмаре. После того как жнец окончательно упокоил ее мать, прошло три года, три года ада с отцом. Однажды, когда ей было десять лет, она впервые решилась задать вопрос, зачем он убил ее маму, и почему он делает с ней то что делает? Он сильно разгневался, ударил ее бронзовым канделябром по лицу. Это был последний день когда она видела правым глазом. Когда она очнулась, в разорванной одежде рядом со спящим пьяным сном папой, что-то с ней произошло. Она просто встала, переоделась, тщательно заперла комнату с отцом, и подожгла предварительно облитые керосином стены. Уже на улице она вспомнила, что единственное что осталось от ее мамы, медвежонок, остался в ее комнате, и она обмотав лицо мокрой тряпкой, рискуя жизнью вытащила из начавшей разгораться комнаты игрушку. Так ее и обнаружили утром, с выбитым глазом, искалеченным лицом, обожженную, но с любовью прижимавшую к себе обугленного медведя. - Вот же сволочь плешивая, разбередил собака… Девушка нервно дернула головой, и налила кофе в чашку со сколотым краешком. Обычно спокойная как манекен, она испытывала физическую потребность выпить чего-нибудь крепкого, прошедший день сильно выбил ее и колеи. И командир, паскуда, знал же ее отношение к жнецам. Из-за них она была папиной шлюхой три долгих года… - Почему я ненавижу жнецов? Да за что вас сук любить?!! Коллеги по работе не узнали бы сейчас ту 'Снежную королеву', такое ей дали прозвище за абсолютно неподвижное безэмоциональное лицо. У нее начиналась истерика, и приглушенный хриплый смех на которое скатилась ее последняя фраза, постепенно перешел во всхлипывания, и одна из самых опасных служителей тайной полиции, разрыдалась спрятав лицо в руки.

***

- Радегаст? Кто это? Что-то смутно знакомое… Статский советник только что выслушал то, что мы узнали на встрече с Дюбуа. Сейчас он похоже анализировал новую информацию, одновременно уточняя непонятные моменты. На его вопрос ответил отец Никодим, присутствовавший при этом разговоре, он уперся своей широкой спиной стену, и все так же сверлил меня взглядом. - Радегаст, или Радигост, языческий славянский бог. В опере 'Млада' что пару лет назад выступала, один из действующих лиц был жрец Радегаста. - Ну и память у тебя отец. Еще скажи что помнишь какой у него был голос? - Баритон. - И как это связано с 'Охраной Радегаста'? - Никак. - Вот и я думаю, что никак… Господин Зиновьев, у вас есть предположения? - Есть одно. - Не поделитесь? - Попробую. Сама структура шинигами, не образовалась просто так. Они сплотились вокруг некого существа, который является как бы не богом. В Японии это Король Духов, а шинигами его верные слуги. Вероятно здесь Короля знают под именем Радегаст. Или если Король Духов явление исключительно японское, то в России есть свой… Вот и зовутся они Его охраной. - Нет бога кроме Христа. - Отец Никодим, думаю сейчас не место теологическим диспутам. Марат Анфиногенович, вы уверены в этом? - Я сам короля никогда не видел, и до сих пор не знаю, вымышленный он или нет. Он практически не вмешивается в дела своих слуг. - Хорошо. Еще вопрос, скажите, вы действительно способны открыть проход в их мир? - Могу, но мне необходимо хоть раз оказаться на их стороне. - А возможно запретить им переход? Наложить запрет так сказать, на открытие врат. - Это не сложно. У вас появились идеи? - Да. Необходимо задержать хотя бы одного и допросить. Лучше кого-то из младших офицеров. - А сил то хватит им противодействовать? Я вам конечно помогу чем смогу, но мои возможности очень скромны. А если придется держать блокирующий перемещение барьер, то можете сразу вычеркивать меня из боеспособных единиц. - За это не волнуйтесь, я вам покажу пару наших игрушек. Прогуляемся в оружейную? - Будет любопытно посмотреть. Он направился к выходу, а я последовал за ним. Проходя мимо секретаря, он позвал с нами своего Адъютанта Григория Галкина, румяного здорового мужика, который вероятно вырос на деревенском молоке и хлебе. Было в нем что-то крестьянское, в таких пудовых кулаках плуг смотрелся бы гораздо органичнее чем винтовка. Когда он брал ее наизготовку, казалось что у него в руках детская игрушка. В этот день, мне пришлось добираться до своих работодателей своим ходом, Настя почему-то не приехала. Потом сказали что она плохо себя чувствует, и взяла выходной. Мышкину не понравилось то, что я встречался с французом, но согласился что сведения полученные от него гораздо важнее. В качестве утешительного приза я дал ему портрет Дюбуа, который он долго изучал, с какой-то затаенной тоской. Та жизнь, которая появилась у него в голове после просмотра, дает мне еще один козырь на случай, если они все-таки решат меня кинуть. Спускать пришлось аж во второй подвальный этаж, пройти четыре пропускных пункта, и на каждом поставить две подписи. Но наконец наш путь закончился, лязгнув железными петлями за нами закрылась последняя дверь. - Не думаете же вы, что за все то время что существует наша организация, мы не нашли способа противодействия с демонами? В оружейной заставленной ящиками, куда нам проводил Мышкин, горела одна тусклая электрическая лампа, еле разгонявшая сумрак. Фельдфебель Галкин легко поднял двухпудовую цинковую коробку патронов, и опустил на железный верстак. На двух ее сторонах, были нарисованы уже знакомая мне арийская свастика. Было очень дико наблюдать именно этот символ в рядах российских спецслужб, но третий рейх так и не появился, и потому в сейчас этот знак не являлся чем либо предосудительным. Афанасий отвернул крепежную гайку, и откинул крышку. Внутри аккуратными рядами, располагались винтовочные патроны калибра 7.62x54. - Это немного доработанный трехлинейный патрон. Если его разобрать…- он достал один цилиндрик, и клещами которые до этого лежали в ящике верстака, вытащил пулю. – Можно это увидеть. Обратите внимание, оболочка из сплава вольфрама и мельхиора, сердечник из особо обработанной стали. Крайне универсальный боеприпас получился, таким можно повредить не только демонов, но и других неведомых существ, которых мы встречали по службе. - Это какие же? - В мире много чудного… Волколакам из под Тулы, эти пульки сильно не понравились, а обычные их не брали. Да сами посмотрите, думаю Жнец должен оценить задумку. Я потянулся что бы взять ее, но тут же отдернул руку. Пуля очень неприятно щипала кожу, даже просто держать ее рядом с собой было тяжело. В ней ощущалась некая структура духовной энергии, будто кто-то внедрил в нее кидо, или… - Любопытная технология, откуда она у вас? - Пусть это будет нашей маленькой тайной. - Вам ее передали Квинси? - Квинси? Кто это? - Наверное у вас их зовут по-другому. Если буквально перевести, то это монахи-разрушители. - Вероятно вы говорите про Инквизиторах. Да, у нас получилось перенять у них несколько трюков. К сожалению таких патронов у нас мало, армию не снарядить… Но это мечты, все равно духов видят лишь единицы. Но, помимо патронов, есть еще несколько сюрпризов… Вторая коробка была немного меньше и легче, на ней помимо свастики, белой краской было написано 'Дымъ. Шашки'. - А вот это уже придумка наших сотрудников. Как-то мы работали с одним тувинским шаманом, он со своими учениками несколько лет успешно боролись с демонами, окуривая особым дымом свое стойбище. Он нам рассказал нехитрый рецепт, использовалась кора некоторых деревьев, сбор из сухих и свежесорванных трав, причем таких что растут везде. Наши 'Умные Головы' выяснили какого именно вещества так боятся духи, научились его добывать химическими реакциями. Теперь пара этих малышек, делают безопасной местность на сотню метров, ни один дух не пройдет. - Впечатляет. - А то, теперь всякой чертовщиной нас так просто не взять. - Я так понимаю, те пули что вы выдали мне вместе с револьвером, тоже не простые? - Верно. Я обещал про них рассказать. Не изучали из подробно? - Да. Почему я их не ощущаю? – Я достал один из патронов что лежат у меня в кармане. - Дело в его конструкции, сама пуля утоплена в гильзе практически полностью, а ту часть что можно нащупать, обработке не подвергалась. Сама гильза блокирует излучение, и поэтому пуля абсолютно незаметна. Сделали специально для работе в городе, что бы наших клиентов не распугать. - Я может вас расстрою, но пули против старших жнецов, бесполезны. - Так и мы не пальцем деланы, есть чем удивить. Видел Мишу нашей Настеньки? Когда она была только стажеркой, не повезло ей попасть в точку выхода высшего демона. Знаете, высокая такая черная тварь, длинным носом. Так вот, ее медведь вскрыл его как бочку квашеной капусты, а после уничтожил всю мелочь что прошла следом за демоном. Так же на ее счету около двух десятков Инквизиторов, и даже один жнец. - Впечатляет. А что вы с Инквизиторами не поделили? Они вроде вам рассказали секрет этих замечательных пуль? - Мы с ними никогда особо не дружили, а про пули… Нам рассказал один пленный, после того, как ему начали отбивать пальцы на ногах березовым поленом. - Сурово. - Справедливо. Попался при попытке покушения на нашего губернатора. - А жнеца зачем убила? - Она вообще их не очень жалует, а тот и вовсе напросился. Если захочет, сама расскажет, а так за дело. Но это ладно, особенности вооружения я вам показал, сами постарайтесь под наши пули не лезть. Сегодня готовимся, вечером будем пытаться поймать языка. Настаиваю на вашем участии. - Всенепременно.

***

Первая наша попытка была неудачна, как впрочем вторая и третья. Я даже на время вышел в Хуэко Мундо, что бы поймать там Пустого и вытащить в мир живых, ведь как минимум на такую угрозу жнецы реагировали. Но там никого не было! Не единого демона в радиусе нескольких километров! Я битый час перемещался по пустыне, но тщетно, даже почуять их присутствие не удалось. А после того как спустился в лес Меносов, то вопросов стало еще больше. Там была мертвая тишина и пустота, не единого существа. Даже воздух потерял привычную концентрацию духовных частиц, не было того изобилия энергии к которой я привык. На пятую ночь, мы дежурили возле исчезнувшей тюрьмы, справедливо рассудив что раз они возвращают здания назад, то и со временем должны объявится и здесь. В состав дежурной группы входили: Фельдфебель Галкин, он с нежностью держал в руках пехотный пулемет с дисковой обоймой, очень напоминавший конструкцию Дегтярева, но тут он был за авторством какого-то неизвестного мне Дубоплатова. Заряжен он был патронами с примечательной маркировкой в виде свастики. Так же в подсумках у фельдфебеля находилось несколько простых дымовых шашек и пара противопехотных гранат. Какой предмет он подчинил, я не знаю, при мне ни разу он не пользовался своими силами. А то что они у него есть, это безусловно, его реатсу убедительно это доказывала. Вместе с ним, было восемь унтер офицеров, вооружены они еще двумя пулеметами, и шестью магазинными автоматическими винтовками, конструкции все того же Дубоплатова. Их источник духовной силы, тоже отличался от простых людей. Но не так сильно как у руководящего состава семнадцатого отдела. Могу предположить, что они лишь способны видеть духов, и ничего более. Далее у нас Отец Никодим, наверное самый интересный человек из всей группы. Начать хотя бы с того, что уровень его силы сравним с лейтенантским. Плюс очень широкий спектр магических возможностей, от групповой защиты, до разрушительной атаки. Добавить к этому прошлый армейский опыт, и мы получаем очень опасного и хитрого противника. В сегодняшней операции занимается прикрытием и поддержкой основной ударной силы. Я прямо дрожу от нетерпения, так хочется посмотреть каков этот старик в деле. Следующая у нас коллежский регистратор Анастасия Федоровна, она же 'Снежная Королева' или 'Снегурка'. Прозвана за свой хладнокровный характер, жесткость, и полное равнодушие к противоположному полу. Хотя я знаю ее всего несколько дней, но уже видел ее и раздраженной, и довольной, просто она не хочет этого показывать. Вооружена револьвером 'Наган' и своим плюшевым медвежонком. В деле я его не практически не видел, но говорят про него такие интересные вещи… И на закуску у нас Афанасий Прокопьевич, статский советник, и вроде как начальник семнадцатого отдела. Он вскользь упоминал про свое начальство, и подробно о нем не распространялся. Накинул сверху гражданки полевой китель, а на нем на специальных лямках, закрепил два ремня перехлестнувшие его грудь крест-накрест, и на них в специальных кольцах, висело около десятка дымовых шашек. На вопрос, зачем ему столько? Он лишь хитро хмыкнул, и рассказал про свой призванный дым. На самом деле то вещество к дыму имеет мало отношения, лишь внешнее сходство, а на самом деле это его энергия, принявшая такой вид. И так получилось, что это самая энергия, лучше всего распространяется в дыму, и закидав поле боя простыми дымовыми шашками, его возможность значительно возрастут. Эта сила мне напомнил одного японского духа, 'Энэнра', который появляется из разведенных костров. Но Мышкин зовет его просто 'Дымок', хотя тот японский вариант что я сообщил, ему похоже понравился. Когда собирались, я спросил почему нас так мало? Ведь в отделе много одаренных людей, которые могу оказать поддержку. Как выяснилось, большинство сотрудников, выполняют бумажную работу и ведение архивов. Несколько человек в командировках, плюс некоторая боеспособная часть задействована в охране. Вот и набрали только тех кто был свободен, с миру по нитке так сказать… надеюсь их хватит, и вмешиваться не придется. А вот кстати и гости, практически в первый день ожидания… надо сообщить об этом уже заскучавшим товарищам. - Готовьтесь, идут. На высоте полуметра, появились круглое светлое пятно, в котором начало проступать орнамент массивных деревянных ворот. После того как они полностью появились, врата начали медленно раскрываться, в дверном проеме осветило несколько черных силуэтов. Они не дожидаясь когда створки полностью раскроются, начали выпрыгивать и строится в две шеренги. Это были двадцать два жнеца, двое из них на уровне шестого или седьмого офицера, у каждого в руках было по нескольку жезлов, которые они начали устанавливать на землю, очерчивая границу исчезнувшего здания. Один из пришельцев строил какую-то зубодробительно-сложную магическую конструкцию, с резким хеканьем высвободил почти весь свой запас духовной силы. Волна энергии пошла в центр очерченного круга, и уже оттуда равномерно распределилась по жезлам, и одновременно с этим начал появляться мунтновато-белесый купол. Он на несколько мгновений стал абсолютно мутным и непроницаемым для глаз, после чего распался на нейтральные духовные частицы. Рядом тихо выругался статский советник. Абсолютно пустое поле исчезло, на его месте оказались развалины тюрьмы. Сразу после того как они закончили, я запустил заранее приготовленный барьер из арсенала отряда тайных операций. Теперь за его пределы выйти нельзя, изнутри в него не попасть, а сама возможность открытия врат полностью заблокирована. Первым тревогу забил один из офицеров, видимо тот что должен был открыть проход. Он безрезультатно пытался что-то сделать, постепенно начиная нервничать. После того как очередная попытка провалилась, советник покинул наше укрытие, и мерным шагом направился к ним. На него не обращали никакого внимания, шинигами вообще редко когда контактируют с живыми людьми, по вполне понятным причинам, и в этот раз они не обратили внимания на новое действующее лицо. - Господа жнецы! Прошу уделить мне минуту вашего времени! Они сначала не поняли что обращаются к ним, лишь недоуменно переглядывались, ожидая реакции своих командиров. - Этот смертный нас видит? - Прекрасно вижу, и слышу. – Афанасий достал портсигар, вытащил сигару, и начал неторопливо ее раскуривать. - Чего тебе нужно? - Поговорить, всего лишь поговорить. - Я не знаю кто ты человек, но иди куда шел, и не лезь не в свои дела. В качестве переговорщика выступил один из офицеров, детина выше меня на пол головы, и шире меня в плечах чуть ли не вдвое. Курчавые волосы и борода уже схватилась сединой, лишь кустистые брови сохранили изначальный иссиня-черный цвет. Его лицо портил лишь нос, в форме неровной картофелины. Оружием ему служил шестопер, на пластинах которого были заточены до бритвенной остроты, а к навершию крепился небольшой, сантиметров десять, треугольный шип. - К сожалению, дела очень даже мои. Более того, я вас отсюда не выпущу, пока вы не расскажете мне то, что мне интересно. - Как вы?.. Впрочем неважно. – После чего обернулся своим подчиненным – Ты и ты, взять его, по возможности живым. Фома, продолжай пытаться открыть Тропу Богов. После чего повернулся спиной к статскому советнику. Тот уже полностью скрылся за клубами дыма, стоял и ждал… впрочем скучать ему не пришлось. Два парня, на которых указал старший, отделились от группы, один взял в руки палицу, второй выпустил какое-то связывающее кидо. Ярко зеленая нить попыталась обернуть советника, но завязнув в клубах дыма, потеряло целостность структуры, и развеялось. Дальше Афанасий ждать не стал, он каким-то невероятным для человека прыжком отскочил на метров семь назад и влево, одновременно крича 'Огонь!'. Такой маневр ему помог совершить дым, он словно подхватил своего хозяина, и перенес в нужную сторону. Еще до операции, он говорил что в случае обострения ситуации, открывать огонь по ногам, стараясь вывести из строя как можно больше противников. И ни в каком случае не допускать смертей среди жнецов. Гулко застрекотали два пулемета и защелкали винтовки, отрпавляя спецпатроны в строну противника. Как ни странно, пули возымели действие на энергетически сущности, не так как я ожидал, но все же. Пулевых ранений привычных для военного человека, на жнецах не появилось. Маленькие снаряды пролетали сквозь них как через призраков, при этом напрочь нарушая циркуляцию духовной силы в организме. Похоже это было очень больно, потому как девять раненых схватившись за места через которые прошли пули, со стонами повалились на землю. Это были наиболее слабые из всей группы, те кто посильнее просто поморщились, и сконцентрировавшись восстановили нарушенные пулями каналы. Один офицер, тот кто создавал купол перемещения, казалось даже не заметил очереди прошедшей через его ноги, он хлопнул лопатообразными ладонями, и выставил их нам на встречу. Они засветились неярким желтым светом, и появился барьер об который начали рикошетить пули. Обстрел тут же прекратили, боясь задеть своих, а офицер воспользовавшись заминкой, отправил небольших размеров огненный шар в сторону залегших стрелков. Тут в дело вступил отец Никодим, он встал на пути снаряда, и принял его на свой кокон. После чего прижав крест к губам и что-то бормоча, пошел в строну жнеца. Над его головой сформировались четыре световые сферы, из которых узкими лучами атаковало застывшего противника. В это время, в разные стороны от Мышкина, полетели тлеющие дымовые шашки, застилая местность густым черным дымом. Дальше мне пришлось закрыть глаза, потому что в видимом диапазоне разглядеть ничего не получалось, пришлось ориентироваться на движение духовных частиц и реатсу. А смотреть в принципе больше незачем, пока я отвлекся на действия священника, Анастасия прокралась в тыл ничего не подозревающий жнецов, и выждав когда все отвлекутся на ее командиров, очень жестоко ударила в тыл. Всех кто не сопротивлялся, медведь просто глушил ударом могучей лапы, тех кто пытались что-то сделать, Настя без затей калечила, отрывая противникам одну из конечностей. Большинство рядовых ей не смогли оказать никакого сопротивления, единственные офицеры которые были на это способны, отвлекли на себя священник с советником. Противник отца Никодима не ожидал что тот выдержит попадание огненного шара, и совсем шоком для него оказалось что простой человек, пусть с сильным духовным давлением, может его атаковать. Наверное только этим можно было оправдать тот ступор что сковал жнеца, он непонимающим взглядом смотрел на приближающуюся к нему фигуру, которую окутывал яркий свет. Четыре ярких луча ударили его прямо в грудь, отбрасывая не несколько метров, оставляя на теле безобразные ожоги. Последнему офицеру, тугие жгуты дыма запутали руки и ноги, полностью подавляя любое движение. Времени на все ушло чуть меньше двух минут, и у нас появился как минимум один язык, который наконец объяснит что происходит. - Марат Анфиногенович! Подойдите пожалуйста! Мышкин собрал дым в один большой концентрированный клубок, оставив лишь некоторое количество которым связал остальных выведенных из строя врагов. Я подошел к довольному статскому советнику, который сразу же меня спросил: - Вы знаете способ разговорить его? - Нет ничего проще. Возьмите вон того – я кивнул на одного из самых молодых и слабых жнецов, которых выбило еще пулями.– И зажмите его яйца клещами. Вопросы задавайте этому – я кивнул на спеленатого офицера, кидавшего на нас злобные взгляды. – За каждый неправильный ответ, сжимайте клещи все сильнее. - Я думал вы знаете какой-то более гуманный способ, ну знаете… - Он неопределенно взмахнул рукой, видимо намекая на какую-нибудь магию. - Столь же быстрого и надежного – нет. - Понятно. Жнец, ты меня слышишь? Я сейчас последую совету нашего специалиста, и за каждый твой неверный ответ, будет страдать твои подчиненные. Понял? Он убрал дымовую пелену что затыкала ему рот. - Суки поганые! я вас всех сволочей ммм… - его рот вновь оказался спеленат дымом. - Неправильный ответ. Небольшая струйка дыма направилась к уже пришедшему в себя жнецу, которого я предложил на закланье, и затянулась петлей у него на паху. Тот дико закричал, пытался вырваться, дотянутся до булавы, но дым его держал крепко. - Кажется он нам не верит. - Вы можете сделать из дыма что-то вроде слесарного напильника? - Легко, а зачем? - Потрите немного им его зубы. - Какой-то странный вы директор академии. Вы нас не обманули? - Нет. Но способ безотказный, поверьте. - Слышите господин Жнец? Я пожалуй приступлю. После того как ребристая полоска дыма прошлась по зубам пленного, тот громко замычал, и начал подавать какие-то знаки. - Кажется вы готовы говорить? - Да, только прекратите! - Хорошо. Петля ослабла, и напильник отодвинулся подальше, впрочем все еще оставаясь на виду у пленного. - Зачем вы забираете дома? - Нам не нужны дома, нам нужны души. - Почему вы не забираете души привычным способом? - Он недоступен. - Как так? - Вам гнидам лучше знать! - Неправильный ответ. Будет еще один, продолжу точить ваши зубы. Повторяю, почему этот способ недоступен? - Из нас этого никто не знает. В один день, все души на которых ставят печати, перестали попадать в мир мертвых. Мы знаем что в этом виноват кто-то из вас, из людей. - Вот как… продолжайте. - Был найден один способ, перенос пространства из мира живых в мир мертвых, если предварительно загнать на это место души, то они попадут к нам, как и задумывали это боги. - А что с живыми людьми? - В мире мертвых нет места живым. Они погибли при переходе. Я решил встрять, и узнать то что меня интересовало больше всего. Попросив жестом разрешения, я спросил: - Ваш мир, он разрушается? - Откуда вы знаете? Впрочем, кому как не виновникам это знать. - Марат, о чем вы? - Мир мертвых лишаясь духовной энергии, начинает разрушаться. Для его существования необходимо постоянное поступление духовной силы, и если перекрыть этот поток, он начинает переваривать сам себя. - Хорошо, тогда скажи мне еще вот что… О чем хотел узнать Афанасий, так и осталось тайной, потому как недалеко от границ моего барьера, открылся переход, и оттуда вышел еще Жнец. Капитан. - Ваше высокородие, у нас гость, очень сильный гость, он порвет мой барьер как бумагу. - Кто там? - Один из их начальников. Офицер злобно рассмеялся, и сплюнув, сказал: - Теперь вы за все ответите, наш сотник пришел! Словно в подтверждение его слов, на барьер обрушился невероятной силы удар, от которого содрогнулась земля. В пространстве разветвились трещины, и пласты еще действующего барьера начали осыпаться, распадаясь в пыль так и не добравшись до земли. Это был такой же рослый мужик, одетый в черную одежду. Он отличался от остальных сшитой из кусков меха накидке. И, безусловно, своей реатсу. Когда он появился, Настю которая до этого охраняла пленных, буквально прижало к земле, ее медведь рассеялся без посторонней помощи. Афанасий немного прогнулся в коленях, лишь священник продолжал стоять незыблемо как скала посреди шторма. Видимо, такой глупостью как ставить подавляющие печати на выходящих капитанов, тут не страдали, и потому мы ощутили всю силу местного сотника. Хотя, он был примерно на уровне с нашими капитанами, и если он не скрывает свои силы, то я могу немного его погонять. - Афанасий Прокопьевич, я попробую его немного задержать, пожалуйста уходите как можно быстрее. - Но это же… Вы думаете выиграть нам времени? - Что-то вроде. Захватите мое тело, будьте любезны. Не слушая его ответ, я покинул свою физическую оболочку, и практически с наслаждением освободил, доселе скрываемое духовное давление. Все это время, мне сильно не хватало хорошей драки. Ну что же, вот она, хорошая драка, прямо передо мной. Я иду к тебе.