Судьба у меня в руках, и счастье всегда со мной...

Странно, вот так сидеть и наблюдать, как он играет с котёнком. Такой спокойный, милый, красивый… В руках остывает горячий кофе, обволакивающий своим паром моё лицо. Я ещё не сделала ни глотка, просто прислонившись к кружке губами. Меня мучает один вопрос, точнее чувство. Чувство безответности. - Скажи, Гаара, а долго ты ещё будешь меня держать у себя? – я немного безразлично смотрела на него, ожидая реакции или ответа. Но он даже не посмотрел на меня. - Да. - Почему? – Неприятно сжимает грудь, к горлу поступает комок. Не хочу слушать советов Юми. Не хочу быть с ним! Не хочу влюбиться… - Я же говорил, пока не надоест. Мне ещё не надоело. – Он чесал у Юки за ушком, прислушиваясь к его мурлыканью. Кажется, его совершенно не волнуют мои чувства, ему нужно просто тело. - Я больше не хочу. Лучше буду жить на улице…чем так. Наконец он поднял на меня свои глаза. Но…почему в них страх и боль? - Ты такая же, как все… - его голос такой холодный и так больно отзывается в сердце. Взгляд сразу потяжелел, и стало трудно выносить его. Я опустила глаза в кружку, смотря на своё отражение на чёрной глади. - А какие они – все? - Эгоистичные сучки, как и ты. Всё должно быть только для тебя. Ну уж нет! Это уже слишком! - Эгоистка? Только для меня? Да я для тебя, ТЕБЯ, готовила, убиралась, украшала дом, наряжалась! Я так тебя ждала на Новый Год! Хотела сделать приятно, а ты… И ТЫ меня эгоисткой называешь! Я подскочила с кровати, принимаясь энергично размахивать руками, стараясь хоть так выплеснуть злость и обиду. Но всё-таки предательские слёзы покатились по щекам. - Я боюсь. Боюсь, Гаара! Твоей холодности, отчуждённости. Я влюбилась в тебя, как наивная дура, заранее зная, что ты выбросишь меня, когда я стану не нужна. Я хочу хоть каких-то эмоций от тебя! Я… Я осела на пол, заливаясь слезами и давя в себе рыдания. Больше не могу так. Это слишком больно. Только я могла вот так влюбиться. Он купил меня, и теперь развлекается со мной, а я люблю. Люблю его, его глаза, его запах, нежные и грубые прикосновения, его голос, даже эту холодность. - Я люблю тебя, но тебе всё равно, – чувствую себя разбитой и пустой. А самое обидное – это то, что он молчит. Почти минут десять мы сидели не двигаясь. Я на холодном полу, он на кровати. Юки давно убежал, испугавшись моего крика. Наконец, Гаара встал. - Собирай вещи и уходи. У меня оборвалось сердце. Как будто вылили ведро ледяной воды на голову в январе под сорокоградусным морозом. - Ч-что? – еле шевелящимися губами вымолвила я, не мигая смотря на него. - То, что слышала. – И он просто ушёл. Оделся и ушёл. Оставив меня одну в пустой квартире рыдать на холодном полу. Лишь маленький Юки жалобно мяукал, растерянно крутясь возле меня. Так больно мне ещё никогда не было. Если бы я знала, что он так отреагирует на мои слова, я бы никогда в жизни не призналась, что люблю его. Прорыдав около часа, я собрала вещи и оделась. Собрала лишь свои. Ничего его я не взяла. Больше не хочу его знать. Вот тебе! Получи счастливую жизнь! А ведь я всего лишь хотела найти работу! И вот чем это обернулось… Подумав ещё чуть, я взяла в охапку Юки. Он ведь мой, верно? Он не вещь, а живой котёнок. Не собираюсь его оставлять с этим… уродом! Но почему? Почему по щекам текут слёзы? Почему так грустно и больно уходить? Люди, ехавшие со мной в автобусе, всё время смотрели на меня. А я плакала, нежно прижимая к себе белый комок. Всё что осталось от Гаары. И лишь воспоминания. И чувство его губ и прикосновений, исчезнувших не так давно. Когда я зашла в квартиру бабушки, мне полегчало. Я поставила на плиту старенький чайник. Котёнок уютно устроился на кресле в кухне. Ему всё равно где спать, лишь бы рядом с хозяйкой. Зайдя в комнату переодеться, мне на глаза попалась фотография. Да, давно же это было… На фотографии стою я в обнимку с лучшей подругой, нынче матерью троих детей, с лучшим другом и близнецами. В руках у меня электронная гитара, а на лице донельзя довольная улыбка от уха до уха. Да, помню… Я прислала эту фотку бабушке, когда мы выиграли городской конкурс, и нам досталась путёвка за границу. А внизу подписалась любимой фразой ещё с начальной школы. Как я могла про неё забыть?! Да… именно она… Судьба у меня в руках, и счастье всегда со мной… Дождь тарахтит по лобовому стеклу. Настроение такое же пасмурное как и небо. Вот уже два месяца, как я прогнал её. А за что? За то, что она меня любит! Зачем, почему? Почему я так испугался этого слова? Люблю... В её глазах была такая боль и такая тоска, что мне захотелось закрыть глаза и больше никогда не видеть этих чувств. Я сказал, что она как все. Но это не так. Она другая... Те просто пользовались мной, так же как и я ими. Деньги, влияние власть - вот что им от меня было надо. Они уходили либо когда я их выгонял, либо когда находили перспективы получше. В основном их выгонял я. Они сменяли одна другую, ничем не отличаясь друг от друга, проходили мимо, как одноразовые игрушки. А она не такая... Она хотела чувств, хотела внимания, моего внимания. Я думал, что она как и другие, но я ошибся. И теперь мучаюсь. Почему я не могу забыть её глаз, голоса, запаха, нежность и тепло её кожи? Почему её лицо встаёт передо мной каждый раз, когда закрываю глаза? Может потому, что она была единственной, кто так тепло ко мне относился. Она любила. Хоть и пыталась не показывать этого, но по-другому она бы не осталась со мной так долго. Она терпела меня. Моё безразличие, мои поступки... Рица... Когда она вошла в мой кабинет в первый рабочий день, я знал, что она будет моей. Но сам же её и прогнал. Трус. Ну почему я такой трус? Почему я так боюсь в неё влюбиться? Что было так близко... Тяжёлые капли дождя падали на стекло, скатываясь на капот. Вокруг было темно и мокро. Город кажется таким враждебным и угрюмым, что хочется заснуть. А проснуться в её объятьях... Последний этаж. Красивая дверь. Стук каблуков о светлый пол. Медленный уверенный шаг. Стук. Из кабинета слышится разрешение войти. Он сидит за своим столом, читая какой-то документ. Угрюмый вид, безразличный взгляд, но даже на таком расстоянии можно почувствовать его парфюм. Он тоже чувствует до боли знакомый запах. Резко поднимает голову. Но нет, это не она... Мацури довольно улыбаясь, подносит Гааре документы. Он прожигает её презрительным взглядом, который заставляет девушку сжаться. - Если я с тобой переспал, это ещё ничего не значит. Ни на что можешь не надеяться. А если будешь болтать, уволю. Мацури побледнела, руки затряслись. Она из последних сил сдерживала слёзы. - Свободна. - Командный тон Гаары, и девушка вылетает из кабинета. Он резко откинулся на спинку кресла, втягивая аромат духов. Такие же были и у Рицы. Он помнит это. Ещё помнит марку туши, которой она пользовалась, и шампуня. Помнит, что она любит кофе и картошку фри. Обожает мясо и солёную рыбу. Любит чеснок, от которого отказывалась из-за него, но нудила, что хочет его съесть. Гаара тряхнул головой, прогоняя мысли о ней. Он подошёл к бару, и налил себе виски. Только это в последнее время и помогало. Сегодня он снова подцепит какую-нибудь девку и поедет с ней развлекаться. Но не домой. Он больше не может никого приводить туда, поскольку это уже не просто помещение, в котором он спит, это место, где они были вместе. Это дом, где он ласкал её, это дом, где она встречала его после работы, где она готовила ему еду, где она отвечала ему так же страстно, как он ей, где она плакала и страдала, где она сказала что любит его... Осушив стакан залпом, Гаара налил ещё, уже планируя, куда пойти. Он знал, кому позвонит. Таких много, которые по одному его зову прибегут на цыпочках. Накинув пиджак, он взял ключи от машины и пошёл к выходу. Он может. Ведь он - босс... Рица утром еле продрала глаза. Она силой воли заставила себя встать и умыться. По зеркалу показывали ужасы. Она, вздрогнув, наклонилась так, чтоб не попадать в поле своего зрения и принялась сонно чистить зубы. Сначала работа до часу ночи, потом посиделки до шести утра. А потом в восемь подъем. Вот уже как почти два месяца Рица работает вместе с Юми в кафе. Они и отдыхают по вечерам вместе... Вдохнув аромат натурального кофе, девушка поняла, что ей полегчало. Намазав шоколадной пасты на батон, она откусила почти половину, глотнув кофейка. Если вспомнить, то ела она только вчера утром, а вечером добила свой организм убойной дозой алкоголя. Хлопнула входная дверь, и в кухню вползла Юми, умоляюще глядя на неё. Рица сунула ей под нос уже приготовленную заранее чашку кофе. - На, взбодрись. - К девушке на коленки прыгнул подросший за это время кошак, нагло растянувшийся на её коленках. - Спасибо добрый человек. - Подруга плюхнулась на стул, глотнув спасительной жидкости. - А он у тебя собственник. Признаёт только тебя, и к тебе никому не позволяет прикасаться. Вон! Меня вчера поцарапал! - Она недовольно показала царапины на руке, вспоминая, как боролась с Юки за Рицу. Было весело! - Как и тот, кто мне его подарил. - Рица грустно улыбнулась, погладив немаленького уже котёнка по голове, снова глотая кофе. В то утро она даже представить не могла, что произойдёт вечером... Я как ненормальная носилась с подносом по всему залу. Две девочки заболели, поэтому приходилось работать за двоих. В этой смене нас было всего пять. А теперь вообще три! Причём одна только на подсчётах! Устало облокотившись на стену возле служебного помещения, я пыталась умереть. Не могу больше! Но деньги нужны! Звякнул колокольчик. Я с натянутой улыбкой пошла встречать клиента. И чуть не заматюкалась на всё кафе. Этот брюнет! Тот с гоночной трассы! Стоит и нагло лыбится, раздевая взглядом. Да у нас и так форма извращенская! Куда уж больше раздевать? - Я провожу вас к столику, прошу, - я пыталась из последних сил улыбаться и быть милой. Было ОЧЕНЬ сложно! Я усадила его за дальний стол, указывая на меню. - Выбирайте, у нас богатый выбор. - В таком случае я выбираю тебя в сливках и с вишенкой во рту. - Промурлыкал Саске, гладя меня по бедру. Я наклонилась к нему, вцепляясь ногтями в его руку. - А по морде каблуком не закажете? Или лучше яйца всмятку? - Не груби. А то пожалуюсь. - В таком случае выбирайте то, что есть в меню! Он недовольно сморщился, открывая папку. В течение трёх часов этот урод долбал мне мозги. В восемь вечера у меня был маленький перерыв. Выпив убойную дозу успокоительного, я, поправившись, вышла в зал. В этот самый момент звякнул колокольчик на двери, и в кафе вошли двое. Я стала как вкопанная, не в силах даже двинуться. Я упёрлась взглядом в пронзительные, но не менее удивлённые бирюзовые глаза. Передо мной стоял Гаара...