Граница

Сколько времени я провёл здесь? Неделю? Месяц? Может, меня кинули сюда только полтора часа назад, но уже стало невыносимо тошно находиться здесь? Тысячи вариантов крутились в мозгу бешеным ураганом, и факт, что я не могу знать, достоверен ли хоть один из них, приводил в ярость... Скрип проржавевших насквозь петель небольшого окошка в двери моей камеры выдернул меня из раздумий. Еда. Сейчас будут кормить! Интересно, что у нас в меню на сегодня? Лично я бы не отказался от овощного рагу с говядиной и бокала белого полусладкого вина. Однако в мятой алюминиевой миске оказалась лишь перловка. Прожевав кашу (а она была именно жевательной консистенции), я принял из рук тюремщика и «вино» — его роль постоянно играла гнилая вода — и залпом выпил всё до дна. Возможно, не стоит так по-дикарски обращаться с дорогим, элитным напитком... Пришло время сдать посуду и снова наблюдать, как небольшой паучок кропотливо работает над узором своей паутины. Как у него, такого крошечного и безмозглого существа, получается такая прекрасная ткань... Постепенно жара сморила меня, и я, свернувшись калачиком, провалился в сон... *** Тихая поляна в светлом дубовом лесу. Определённо, это отличное место для пробуждения! Свет едва пробивается через густые кроны мощных деревьев, где-то невдалеке шуршал и веял опьяняющей прохладой ручеёк, а соловьи радостно распевали свои утренние трели. Я сладко потянулся, размяв долго не бывшие в движении конечности, и искренне порадовался жизни. Только... только как, чёрт возьми, меня перебросило в этот рай из тесной, жаркой, вонючей камеры? Дубы молча наблюдали за мной. Конечно, они всё знают, но просто не хотят давать мне ответ — это будет слишком просто и неинтересно. Я оглянулся и увидел тропинку, ведущую в чащу леса. На ней стояла Октавия и безмолвно смотрела на меня. - Тави! - Я кинулся к ней и прижал её к себе. - Октавия, моя любимая... Она не проявляла никаких эмоций, не делала ни единого движения, словно кукла. Я отстранил её от себя и заметил её безучастное выражение лица. - Ты покинул меня... - Тави, не надо. Ты же знаешь, что я сделал это только из... - Ты покинул меня! - закричала она. Нет. Это не Октавия. Я пошёл дальше по тропинке — это показалось мне разумной идеей. Но впереди была только ещё одна Октавия... точнее, её обезглавленное, четвертованное и выпотрошенное тело. Внутренности развешены на деревьях, словно праздничные гирлянды. Под вывернутым корнем огромного дуба я разглядел одну из её ног. Кажется, её просто оторвали от тела. Кровь застучала в висках. В голове помутнело. Колени затряслись, и я едва смог удержать себя на ногах. «Но как же... Там, позади, она была целой и невредимой!» Я обернулся, но увидел только голову своей особенной пони. Она была надета на ближайший сук так, что её остекленевшие глаза были вровень с моими. На лице застыла безжизненная ухмылка. С нечеловеческим криком я бросился бежать. Без разницы куда, главное подальше от этого проклятого места! Октавия... Как и почему? Картина увиденного восставала в памяти, снова и снова как ни силился я похоронить её. Слёзы наворачивались на глаза не только от встречного ветра. В конце концов, обессиленный, я рухнул на мягкую зелёную траву, от злобы и беспомощности цепляясь за неё руками и роняя слёзы на землю... «Этого не может быть». Внезапно ближайшие кусты рядом со мной шевельнулись. Я вскочил, готовый обороняться. Хотя к чему защищать свою жалкую жизнь теперь, когда единственное существо во всей Вселенной, которым я дорожил больше, чем собой, убито мученической смертью? Но из кустов сначала показалась милая серая мордочка, а потом вся Октавия предстала передо мной. Живая и абсолютно невредимая. - Ты покинул меня. Она улыбнулась. Но милая улыбка за долю секунды трансформировалась в хищную гримасу. Она прыгнула на меня, без труда повалив меня на землю своей массой. - Теперь ты за это заплатишь. Её зубы впились в мою глотку. От шока и невыносимой боли в моём организме сработал последний защитный рефлекс, и я отключился, чтобы умереть без мучений... *** Я проснулся от собственного крика. Приснится же такое, Дискорд его побери... Вышеупомянутый появился, словно джин из волшебной лампы. На свою морду он зачем-то нацепил противогаз и угрюмо буркнул: - Чего расскажешь хорошего? Я почесал затылок, вспоминая не самые приятные подробности сна и ещё более неприятные постулаты окружающей меня реальности. - Расскажи анекдот, - сам не зная, зачем, попросил его я. Он начал рассказывать, по его словам, одну из самых популярных шуток какой-то вселенной, но я даже и не думал слушать его. Глаза машинально следили за ним, но мой взор был обращён не на кривляющееся неизвестно из чего сделанное существо, а куда-то внутрь себя. Жалею ли я о принятом решении? К чему мне снился этот проклятый сон? Сколько времени мне осталось прожить? Вопросов, как всегда, много, а ответов нет. Впрочем, сейчас мне нужны не ответы. Тогда что мне нужно? - Ты не слушаешь меня! - возмущённо заметил Дискорд. - Вот какие нынче слушатели пошли. Хотя... наверно, тебе не анекдоты нужны, а вот это... Он перевоплотился в хитро улыбающуюся Октавию. Нахлынуло беспричинное желание ударить его со всей силы. Дискорд повертел серым крупом перед моим носом. - Давай, малыш, покажи, как делают это у тебя на родине... Как жаль, что я не могу причинять ему боль. Это могло бы стать неплохим развлечением. Что-нибудь типа стрельбы ему под ноги, чтобы он смешно прыгал и танцевал, боясь быть подстреленным. - О, я слышала что-то про танец... - ВАЛИ ОТСЮДА! - что есть мочи заорал я. Кулак прошёл сквозь него и с гулким звуком ударил в стену. Собственная боль размягчила меня. Захотелось забиться в угол и заплакать. Октавия-Дискорд, посмеиваясь, продолжил издевательства. Расположившись на полу в пикантной позе, она раздвинула ножки и призывно погладила себя. - Неужели тебе не нравится то, что ты видишь? Позовите, кто-нибудь, парней, которые отлавливают призраков, демонов и прочую нечисть и суют их в специальное демонохранилище. Дискорду именно туда и надо. Надеюсь, там есть специальный отдел для психов. Я отвернулся в угол, закрыл глаза и попытался сосредоточиться на продумывании способов выхода отсюда, но от этого только заболела голова. - Головка бо-бо? - послышался голос сзади. - У меня специально для такого случая есть таблетка. И знаешь, она находится прямо в моей... Я понял, что больше не выдержу. Первобытный инстинкт сохранения рассудка заставил меня броситься к двери камеры и долбить в неё, что есть сил. Вскоре подошёл тюремщик, открыл дверь и злобно отпихнул меня ногой. - Чего буянишь, так тебя разэдак? - Начальник! - взмолился я. - Я не могу больше с ним сидеть. Меня его выходки просто достали уже, я уже не понимаю, как его воспринимать. Ты можешь заткнуться, или нет?? - закричал я на Дискорда, который без устали нёс свою ахинею. - Ясно всё с тобой, шваль, - спокойно произнёс тюремщик и захлопнул дверь камеры. Дискорд захихикал. Выжатый морально, словно лимон, я устало повалился на пол. Какой же ты ублюдок, Дискорд... - Отблагодаришь позже. - Он вернулся в своё обличье. - А пока что я спешу на деловую встречу.