По кличке Кот

      От души оторвавшись на "безмозглых идиотах" с третьего курса, умудрившихся взорвать простейшее зелье, у Снейпа значительно поднялось настроение, он даже забыл до конца учебного дня о наглом коте, что без спроса поселился в его жизни. А вот животное добровольно забываться не хотело, поэтому уже вечером напомнило о себе, когда, возвращаясь, Северус решил мельком заглянуть к своим змейкам. Звонкий смех, исходящий из спален слизеринцев, оглушил зельевара, стоило тому снять заглушающие чары, поставленные, видимо, одним из старшекурсников. Вечно сдержанные, интеллигентные, они сейчас заливались хохотом, держась за животы. Сфокусировав взгляд, Снейп смог разглядеть в руках одного из своих подопечных, находящегося в кругу других учеников, своего кота, которого гладили, чесали и просто любовались.       Пожурив нерадивых учеников за то, что те еще не спят, а вместо этого занимаются непонятно чем, профессор отобрал у них животное и с самым серьезным видом на лице унес его к себе. Скорее всего, это выглядело нелепо, но и оставить у них кота зельевар не мог.

***

      Лохматый гость мирно отдыхал на чужих коленях, завоеванных в честной схватке с самим хозяином, не любившим подобные нежности. А Снейп, тем временем, пользуясь тишиной, окружившей его, решил дочитать вчерашнюю газету.       "В честь наступающего дня рождения Героя Британии была совершена грандиозная работа - собран огромный архив колдографий, составленных впоследствии в насыщенную биографию Избранного". Далее шли множество красочных изображений, под которыми находились исписанные мелким шрифтом строчки, повествующие о жизни мальчишки. На самой верхней движущейся картинке сияла молодая супружеская пара с грудным ребенком на руках. Рыжая Лили Эванс улыбалась и указывала сыну, куда надо обратить внимание. Справа, обняв жену, стоял Джеймс Поттер и радостно махал в камеру. Из подписи снизу, было ясно, что картинка взята из личного архива. Еще ниже говорилось о том, что у Поттера была великолепная семья и любящие родители. Добрая мать даже пожертвовала своей жизнью, чтобы защитить собственное чадо.       На следующей стоял покрасневший до ушей гриффиндорец первокурсник, теребивший края новенькой мантии и, опустив взлохмаченную голову, сжимавший в руках стопку книг. Далее - "Радость первого пойманного снитча", и так далее, самой последней была колдография, сделанная на Турнире Трех Волшебников. Гарри уже достаточно взрослый, но все такой же застенчивый и испуганный. Именно таким Снейп видел его чаще всего. И именно эта черта характера паренька не нравилась зельевару. Лишь однажды Северус видел Поттера открытым, настоящим и пусть слизеринец был в тот момент случайным свидетелем, но и единственного момента мужчине хватило, чтобы образ радостного, веселого, даже чуть наглого и упрямого гриффиндорца заполнил все мысли Мастера Зелий. С тех пор его, будто помолодевшее, тело слишком яро реагировало на подростка: сердце бешено стучало, воздуха предательски не хватало, а возбуждение поднималось вместе с членом. Подобное влечение, уже давно не свойственное ему, Снейп, после долгих раздумий, не смог назвать иначе, как... любовь. Глупая, неожиданная, но чертовски сильная любовь. Поэтому Северусу ничего не оставалось, как оскорблениями и подколами держать парня на расстоянии, тем самым ограждая и его и себя, пытаясь забыть, вынуть это чувство из души, но безуспешно. Маг смог лишь удержать свою слабость в секрете ото всех. Несложно было оставлять язык за зубами и изменить слегка свою память. Вот и все. Северус Тобиас Снейп - бездушный сноб, всем своим черным сердцем ненавидящий Гарри Поттера, сына своего школьного врага... и дрочащий на образ его святейший чуть ли не ежедневно.       - Пятьдесят баллов с гриффиндора, - шипит не хуже змеи профессор зельеварения. - И Поттер остается драить котелки после уроков.       "Что ж ты, засранец, специально что ли лажаешь, чтобы потом весь вечер крутиться передо мной?", - думает Снейп, посматривая на Поттера. Думает, а глаза его горят, будто адским пламенем, прожигая одежду на мальчишке. А глупый Поттер понимает этот огонь во взгляде по-своему, и опять, заикаясь, пытается извиняться. И пусть даже зельевар сам хотел такой реакции, но на душе все равно погано.       - Вы бездарь, Поттер, - выплевывает мужчина, вместо того, чтобы сделать то, что по-настоящему хочет - обнять это лохматое чудо, сильно прижать к себе и успокоить, поглаживая рукой копну волос. Поднять лицо мальчишки за подбородок и впиться в губы, еще молящие о прощении. Медленно уложить подростка спиной на парту, поцелуями пройтись по слегка дрожащему телу и успокаивать, неспешно вбиваясь в него, успокаивать...       Осторожный стук в дверь. Поттер честно пришел на отработку. Спокойный внешне, внутри он весь дрожит, это легко определить. Изумрудные глаза смотрят прямо и уверенно, а воздуха ему все равно не хватает, приходится рывками вдыхать.       - Проходите, я Вас не съем, - усмехается Снейп, а сам взволнованно посматривает на парня.       Гарри несмело подходит к давно знакомому ему шкафу с котлами, вновь опасливо оглядывается на профессора, который всем своим видом показывает, что увлечен пергаментами, лежащими у него на столе.       Мальчишка намеренно прогибается при каждой возможности, громко и тяжело дышит, искоса смотря на учителя, но тому, видимо, все равно. Сдаваться рано. Подросток часто облизывает пересохшие губы, рискнув даже пару раз душевно простонать - нет результата.       - Профессор, - мальчишка невинно подходит к учительскому столу и склоняется над ошарашенным мужчиной.       Северус еле заметно вздрагивает, ощущая парня так близко, и стискивает зубы, пытаясь успокоить свое разбушевавшееся тело. А Поттер внезапно хватает мужчину за черные волосы, оттягивая назад, заставляя пересечься с его взглядом.       - Что Вы себе позволяете? - зельевар пытается освободиться, но мага лишь притянули ближе и углубились в его рот, властно раздвигая губы языком.       На этом Снейп перестал возникать, и лишь прижался еще ближе, блаженно вдыхая запах, давно сводящий его с ума. Гриффиндорец уже забрался на преподавательский стол и чуть покачивается, стоя на коленках. Пока руки темноглазого пощипывали аккуратные соски мальчишки, пробравшись под его мантию, а сам мужчина перехватил инициативу в разрываемом лишь на секунды поцелуе, парень также не отставал и уже добрался до брюк профессора.       - А я уже беспокоился, что Вы импотент, - на мгновение вновь разорвал поцелуй Гарри, но дослушивать его никто не хотел, поэтому танец языков сразу же продолжился.       Парень неспешно опустился личиком ниже, когда ему все же удалось оторваться от Мастера Зелий. Руками он уже давно расправился со штанами и высвободил наружу твердый орган.       - М-м-м... Хотите? - юноша не спешит вобрать все в рот, останавливаясь в нескольких миллиметрах от члена, одной рукой поглаживая свой.       - А что? Не видно? - выдохнул профессор.       Поттер улыбнулся и захватил уже сочащееся возбуждение в рот. На время Снейп замирает, но потом приходит в себя и, погружая руки в густую черную шевелюру, начинает сам иметь этот желанный ротик, погружаясь раз за разом до самой глотки. Мальчик что-то неразборчиво замычал, но когда его подушечки пальцев достигли потяжелевших чужих яиц, мычание прекратилось, сменяясь лаской обделенных частей мужчины. Северус не сдержался, и из его груди вырвался стон. Именно такого Гарри, бессовестного, наглого, он хочет больше всего.       Чувствуя подступающую разрядку, зельевар отстранился, получив на это недовольный взгляд горящих зеленых глаз.       - Хочу по-другому, - мужчина отворачивается, пряча внезапную улыбку.       А гриффиндорец ошарашено еще стоит на столе, не сдвинувшись с места.       - Что сидишь с разинутым ртом? Дело ему найти не можешь? - язвит Снейп и с непривычной теплотой внутри наблюдает за тем, как мальчишка заливается краской, но сразу берет себя в руки.       - Ам! - усмехается парень и, взяв в руку длинные пальцы мужчины, засовывает их в рот, посасывая и смачивая слюной, попутно вызывающе улыбаясь. Тем временем он запускает свободную руку к себе в штаны. Погладив собственный член, Гарри начал возиться с застежкой, не выпуская пальцев профессора изо рта. Стоило Поттеру расстегнуть ремень и пуговицы, как его стаскивает на самый край стола сильная рука. Рот освобождают, а тело разворачивают. Со штанами никто долго возиться не собирается - одним рывком обнажая круглые ягодицы, так смело выставленные напоказ.       Зельевар хмыкает и, разведя в разные стороны половинки перед собой, мазком проводит по впадине между ними влажным пальцем - юноша тихо вскрикивает от неожиданности, но лишь покорно прогибается еще сильнее.       - Д-давайте быстрее, - пытается посмотреть назад ученик.       - Где же Вы свою смелость потеряли? - скалится профессор и, с секунду, пройдясь по краю сжатой звездочки пальцами, протискивается внутрь. Зеленоглазый лишь сдерживает в себе стон, поддаваясь навстречу слабому проникновению.       Северус рычит и тянет подростка за бедра, одновременно с тем усаживаясь на стул. От неожиданности тот ойкает, но не сопротивляется. Приземляется он резко, его направляет пара рук точно на каменный член. В него рвано входят на большую часть длины, Гарри остается только сильно-сильно закусить губу, чтобы не закричать от рвущей напополам боли, позже ощутив вкус собственной крови на языке. А слезы предательски полились из зажмуренных глаз. Горячее дыхание опалило и так пылающие уши, а длинный и ловкий язык собирает соленые капли; руки все еще не отпускают, не позволяя проникнуть еще глубже.       - Двигайтесь уже, - сквозь слезы выдыхает Гарри. - Или Вы уснули, профессор?       Короткая усмешка пробегает по его щеке миллионами мурашек.       - Ха! Доброе ут... - очередную колкую фразу парень заканчивает громким криком, переходящим в стон - Северус крепко сжал удерживаемые ягодицы и одним рывком насадил подростка на себя до конца.       - Доброе, - оглаживая напряженную грудь юноши, мужчина передразнивает его, вскоре начиная двигать бедрами под усиливающиеся нескрываемые звуки удовольствия, вырывающиеся из мальчика. Его мальчика. Именно такого, какого он, Северус Снейп хотел и желал всем телом.       Внезапный грохот вперемешку со звоном вырвал мужчину из его фантазий.       - Поттер, откуда у Вас руки растут? - произнес Снейп, отдернув собственную руку, поглаживающую вставший член от такой реальной и похабной фантазии, глядя на темную макушку, почти полностью слившуюся с окружающей средой - упавшими котлами, некогда стоявшими в шкафу рядом. - Я надеюсь, что Вы уже заканчиваете, - невольно возвращая руку на четко выделившийся бугор на своих брюках, зельевар устало прикрыл глаза, откидываясь на спинку стула.       - Простите, сэр, - вызывая неприятный скрежет, попытался выбраться из кучи чугуна парень. - Нет, не все, - невпопад ответил мальчик.       - Ясно, - сильнее сжимая твердый член сквозь грубую ткань, заскрипел зубами учитель Зелий. - Ну что же... Ничего не поделаешь, - прошептал уже сам себе мужчина, расстегивая до боли натянутые брюки. "Так даже интереснее", - высвобождая жаждущую внимания плоть на свободу, ограниченную пространством массивного преподавательского стола, он выдохнул медленно, чтобы невольно не застонать.       Пока Поттер усердно крутил задницей, умудряясь при этом ставить очищенные котелки на положенное им место, Снейп успел вдоволь поработать рукой, не отрываясь от аппетитной части мальчишки перед ним, воспользоваться очищающим заклинанием, скрыв "следы преступления" и расслабленно предаться удовлетворению души; рассчитывая на то, что немолодое тело больше "восстание не поднимет", мужчина вновь погрузился в свои мысли и фантазии.

***

      Угольно-черные глаза пробегают вновь и вновь по Большому Залу. Все факультеты уже собрались на завтрак, а взлохмаченную темную макушку среди гриффиндорцев не видать. "Что с ним? Заболел или..." - Северус жестко пресек свои мысли, понимая, что вызванная заботливость в нем лишняя. Но до конца успокоиться у учителя не получилось. Напряженность отдавалась давящей болью в голове.       Морщась от гнусного физического состояния, зельевар все же садится за стол, за которым уже множество профессоров. Место Северуса никто никогда не занимал, не имея желания сталкиваться с мужчиной. Постоянно раздражающий гул учащихся Хогвартса не смолкает и сейчас. Одинаковая еда, вкуса которой Снейп сегодня не ощущал. Один и тот же стол, за которым сидит весь учительский состав уже не одно десятилетие. Все как обычно, но нет мелькающей темной головы, которую профессор Зелий не спутает ни с кем.       Внезапно у ног угрюмого мужчины что-то зашевелилось. Северус дрогнул, но в лице не изменился, прикладывая для этого все свои силы. Тем временем, его колен коснулись уже увереннее, начав их гладить. Не в силах дальше сидеть спокойно и есть, зельевар осторожно, чтобы другие не обратили на него внимания, чуть отодвинулся от стола и покосился вниз. Его сердце сразу же бешено заколотилось, будто у подростка, у которого взыграли гормоны - из воздуха, точнее мантии-невидимки, вылезла знакомая голова одного из его учеников и беспечно улыбнулась, сверкнув изумрудными глазами. Этот хулиган пропустил завтрак, лишь бы помочь своему преподавателю с утренней эрекцией, которую он заметил при первом брошенном на мужчину взгляде. "Еще бы не было возбуждения", - думал про себя Северус, посматривая на мальчишку, который уже успел подняться руками до топорщащейся ширинки чужих брюк и водил пальцами, а вскоре исчез, накинув мантию себе на голову, облизнувшись напоследок. "Ведь мне опять снился ты и твоя вертлявая задница", - закончил профессор зелий, поднимая голову и всем невозмутимым видом показывая, что ничего сейчас не случается у него между ног, что его брюки все еще застегнуты, что острые ноготки Поттера не оттягивают кожицу, а вторая рука, не оставаясь без дела, не сжимает потяжелевшие яички.       Член чуть потянули на себя, и тут снизу раздался инородный звук: глухой стук о деревянную крышку стола, да такой, что пошатнулась вся сервировка, вслед за ним раздалось тихое шипение – ругань на парселанге. Снейп не смог сдержаться, чтобы не прыснуть смехом, когда понял, что это. Но его внезапный порыв смеха прервало еще одно понимание: его захватили в мокрый, тесно обхватывающий плен, а юркий язык выписывает узоры на его возбуждении. Дальше брюнету было не до того, чтобы смеяться над тем, что ученик, потянувшись к стояку своего профессора, забыл о том, что он под столом и ударился головой об него, чуть не опрокинув вместе с едой.       - Пять баллов гриффиндору, - небрежно кинул профессор Зелий, встречаясь с темноволосым подростком в коридоре после завтрака.       - За помощь преподавателю в нужное время? – улыбнулся студент, но ответа не последовало – темная фигура уже скрылась за поворотом.       Зельевар, весь мокрый и напряженный, резко сел на кровати. Посмотрев вниз, он понял, что ему все лишь приснилось. Решив, что скоро сойдет с ума из-за этого Поттера, Северус побрел сначала в ванную - снять напряжение; а потом варить зелье подавления возбуждения, сна без снов и успокоительное.       Кот недовольно заурчал, жалуясь, что обычно мягкая поверхность, на которой он с недавних пор любит поспать, поднялась и затвердела. Проснувшись из-за неудобства, животное соскочило на пол, будто смеясь, смотря на хозяина, который отложил, наконец, газету, вскочил и понесся в ванную.       Черный комок, ходивший хвостом за ним, опоздав на долю секунды не успел заскочить в комнату перед тем, как захлопнулась дверь. С минуту кот простоял, ворча что-то себе под нос, негодуя на то, что его решили лишить такого интересного зрелища, как умывание хозяина - послышался грудной стон - и, видимо, самоудовлетворение мужчины. Навострив пушистые ушки, котенок прислушался к звукам, исходящим из ванной. Тяжелое дыхание, шелест одежды, вновь стон, скрип железа, тяжелые капли забарабанили по керамической поверхности.       Скрежет когтей об дерево, кот хочет пройти внутрь – ноль внимания, лишь тихий стон разнесся по ванной, заглушаемый шепотом душа. Даже отчаянный вопль животного, слышимый, наверное, во всем подземелье, никак не подействовал – зельевар не обращал на это внимание, погрузившись в свои мысли и воспоминания. Стоя под ледяным душем, он активно ласкал свой вставший ствол, который уже давно не подавал признаки сознания, мирно покоясь без образа обожаемого им Поттера-младшего.       - А-ах! Гарри… - выдохнул учитель Зелий и обессилено облокотился о стену, кончая вязким семенем себе в руку. Вернувшись в реальность, профессор ощутил леденящий дождь, скатывающийся по его обнаженному телу. Мелко задрожав, Снейп быстро выключил воду, но, осмотревшись, понял, что чистой, а главное теплой одежды рядом с ним нет, лишь школьная мантия.       Пытаясь разогнать кровь по телу, растираясь, Северус выбежал из комнаты, рванув за халатом. В суете мужчина не заметил кое-что важное, но, одевшись и согревшись, он вышел из спальни и сразу же увидел развороченный горшок, стоящий на полу, в котором росло растение, часто необходимое для зелий в свежем виде. Его корневая система была объемной, поэтому и горшок соответствовал пропорции: большой и тяжелый, он мог спокойно стоять только на полу. Цветок достаточно неприхотливый, ухода особого не требовал, не благоухал на всю школу в период цветения и, главное, не хотел съесть хозяина, поэтому Северус частенько позволял себе забывать о нем. А вот кот, видимо, хорошо в нем обжился и ходил туда. Профессор это знал, но не возражал, понимая, что вреда подобное "удобрение" не принесет. Но сейчас весь верхний слой почвы был выброшен за борт горшка и небрежно разбросан по полу рядом. Не осталось без внимания и кресло. Теперь оно было всё исполосовано и разодрано до каркаса. А в середине этого беспорядка сидел черный кот и с надменным видом "моя месть состоялась" взирал на мужчину.       Но Снейп на все это отреагировал совершенно не так, как рассчитывал предводитель хаоса. Видимо, недавняя разрядка помогла ему избавиться от нервозности и спермотоксикоза, потому мужчина, теплее укутавшись в халат, лишь одним взмахом палочки вернул комнату в изначальный вид и, уже уходя в спальню, развернулся и сонным голосом произнес:       - Ты идешь? – подавляя зевок в зародыше, спросил он у недовольного кота, который показывал, что обиделся на него, демонстративно отвернувшись, но, услышав вопрос, быстро заскочил в спальню, урча, будто делает одолжение, освещая эту комнату своим присутствием.       Лежанка для Кота в эту ночь беспокоила его. Она ворочалась, стонала, вздрагивала, шепча в ночную тишину "Гарри". Что-то фыркнув и взъерошившись, котенок спрыгнул с кровати и исчез в тени.