Старый добрый хулиган

Что представит обычный читатель, когда ему скажут: «Полицейский»? Наверняка, это будет какой-нибудь крутой мачо, отлавливающий не менее крутых преступников или, может, толстенький мешочек гамбургеров в солнечных очках? В любом случае, это - некто, постоянно занятый работой, в погоне за корнем зла в городе. Но давайте перенесемся в тихий и малозаметный городок, который совсем не лишен повседневной преступной суеты. Ишимару Киётака, сержант полиции, сидел в своем уютном кресле и нервно перелистывал страницы какой-то книжки. И я совсем не ошибусь, если предположу, что это кодекс, а, может, даже декларация. Наш герой был назначен ответственным за мелкие уличные хулиганства, вроде тех, где подростки употребляют алкоголь и наркотики, дерутся в общественных местах, или шумят в неположенное время. Наверное, странно, что у того, кто занимается такими популярными случаями, работы нет, верно? Пожалуй, все дело в его смене, которая в большинстве случаев выпадает на утро или день. То ли дело другие сотрудники полиции, такие как младший лейтенант Кёко, чаще всего разбирающая преступления вроде аварий, разбоев или даже убийств. Она работает практически в любое время суток. И дело не только в должности, потому что сержант Наэги тоже частенько бывает занят, несмотря на то, что его квалификация схожа с Ишимару. Макото занимается проблемами ПДД: вылавливает подростков, перебегающих дорогу в неположенном месте, помогает транспортной полиции… Между прочим, ему обещали повышение совсем скоро. Киётака вздохнул. Мысль о том, что все заняты, а ему единственному не досталось работы, просто угнетала. Вы, верно, думаете, что он сумасшедший, и что стоит наслаждаться моментом блаженства, священного безделия, но, поверьте, даже будучи подростком, ныне взрослый мужчина, Киётака всегда отличался трудолюбием. Отсутствие работы для него сравнимо с преисподней. К тому же, подумайте сами, читатели, стоит ли радоваться отсутствию работы, когда от нее, от этой самой работы, зависит ваша зарплата, дальнейшая жизнь? Уверен, любой из вас впал бы в уныние, осознав, что получит в этом месяце чуть больше, чем ничего. Мужчина вздрогнул от внезапного стука. Кто-то вошел в их с Наэги кабинет. Это был ефрейтор Кувата, работающий при Киригири. Ишимару прекрасно знал его и его пустую безответственную голову, потому что доводилось им уже однажды работать в паре. Вот только ничего путного из этого не вышло. Полицейский понял тогда, что Леон – истинный разгильдяй и бестолочь, который поступает только по-своему. И сейчас Ишимару недоумевал, как Киригири удалось приручить это животное. - Хэй, посмотрите, кто тут у нас. Да это же Гиббон! – весело рассмеявшись, Кувата прошел к месту напротив стола Наэги и уселся на стуле, нахально расставив ноги. Кувата вел себя, как даже капитаны или майоры не позволяли себя вести. Наш герой от этого очень сильно раздражался, каждый раз пытаясь избавиться от присутствия этого назойливого типа. - Ну, как дела у тебя? Вижу, ты с головой погружен в работу! – Леон хохотнул, рассматривая различные фигурки и модельки на столе Макото. - Прежде всего, невежливо так грубо обращаться к старшим по званию, - начал было Ишимару. Мужчина прекрасно понимал, что зря он вообще рот раскрыл, и что сейчас в его сторону будет высказана целая конструкция из несвязанных между собой оскорблений и смеха. В комнату практически бесшумно вошел Наэги. Киётака почувствовал какое-то спокойствие: Макото и Киригири были практически единственными, кто не шутил над ним и пытались сгладить его конфликты с другими сотрудниками полиции. - Старшим по званию? Ха, это все, что ты сказать можешь. Все твое звание – погоны. Да ты даже не выстрелишь, если ситуация поджимать будет. Дашь преступнику уйти, а потом вылетишь с работы! – Леон рассмеялся, покручивая подставку для карандашей. - Не трогай мои вещи, пожалуйста, - отозвался Макото и прошел к своему месту, - ты чего-то хотел? Ишимару успокоился окончательно, перестав сжимать страницу между пальцев и снова уткнувшись в книгу, которая, как я и говорил, являлась кодексом. И этот набор букв, являвшийся законом, так сильно поглотил полицейского, что он даже не заметил, как ефрейтор покинул помещение, а Наэги начал тревожно окликать своего сотрудника. - Киётака! Хэй, Киётака! Ты заснул, что ли? – спрашивал Наэги, улыбаясь. Ишимару хмуро посмотрел на сержанта и помотал головой: - Нет, я зачитался. - Да сколько же можно читать одно и то же! Ты хоть знаешь о существовании художественной литературы? – Макото захохотал, встав с места и сев напротив Ишимару. Он хотел подбодрить друга. - Знаю. Но она будет только мешать мне во время исполнения обязанностей. - Ты неисправим, - Наэги вздохнул, подперев рукой щеку. – В школе ты тоже был таким зубрилой? - Да. Я был старостой. И заставлял всех учиться, - Киётака даже не улыбнулся, нахмурив брови, - уверен, если бы у меня были подчиненные и хоть немного работы, я бы вернулся к этому стилю жизни. - Любишь власть? - Нет. Порядок люблю. Но… - Киётака запнулся. - Но? - В школе был кое-кто, кто постоянно портил мне этот порядок. Как в классе, так и в голове, - Ишимару стал еще хмурее. - Друг? Или девушка? – глаза Макото сверкнули. Кажется, ему было интересно. Киётака постарался выдавить добрую улыбку. Наэги был молодым и совсем неопытным парнем. Неудивительно, что ему так любопытно послушать байки от старого доброго дядьки Ишимару, хотя их разница в возрасте была ничтожно мала. - Знакомый, скорее. Мелочи жизни, - мужчина понимал, что если он сейчас не переведет тему, разговор вернет его к нежелательным воспоминаниям, - Зачем приходила эта макака? – Как мы смеем заметить, иногда сержант Киётака и сам не отличался толерантностью. - Сказал, что меня все-таки повысили. Аж до старшины… - Наэги задумался, а затем немного смущенно продолжил, - а еще сказал, что буду работать по тому же профилю, что и Киригири. Лишь бы под ногами у транспортной полиции не ошивался. А я и рад, - Наэги грустно улыбнулся. – Но я отказался менять кабинет. - Почему же? – Киётака поднял бровь, кинув на Макото удивленный взгляд. - Потому что я считаю своим долгом тебя подбадривать, разумеется! – Наэги встал с места и пошел к двери. – Мне нужно разобраться с кое-какими документами. Приходи вечером ко мне домой. Выпьем, отдохнем. В конце концов, я не могу не пригласить друга на собственное повышение, - добавил сержант, обернувшись у выхода. Захлопнув за собой дверь, Макото вышел, оставив Ишимару одного. Телефон, стоявший на столе нашего героя, снова молчал, покрывшись тонким слоем пыли. Видимо, не только Ишимару скучает на работе, но и его сменщик. Закрыв книжку, Киётака сделал глубокий вдох и встал с места. Спина приятно заныла, обрадовавшись, что ее, наконец, разомнут. Сержант оглядел кабинет. Бледно-голубые занавески медленно покачивались около приоткрытого окна. Ишимару выглянул наружу. По шоссе носились авто. Где-то на тротуарах изредка проскакивали велосипеды, неспешно гуляли обычные граждане… Все же, отсутствие работы для полицейского – цель жизни. Ведь порядок и гармония есть то, к чему должен стремиться каждый из них. Сержант улыбнулся своему отражению в оконном стекле и собрался выйти из штаба полиции, чтобы перекусить и выпить пару чашек кофе. Прихватил борсетку, натянул на короткие колючие волосы фуражку и строевым шагом вышел из кабинета, оставив его в полной тишине. Ведь он прекрасно знал, что телефон не зазвонит в его отсутствие. На улице было свежо и пахло наступающим маем. Деревья почти полностью зазеленели, раскинув свежие кудри. Ветерок подхватывал одежду, волосы, полупустые пакеты, валяющиеся на улице бутылки, и игрался с ними, таская то в одну сторону, то в другую. Небо было глубоким и где-то в нем, высоко-высоко, ярко сверкало солнце. Повседневная шумная городская жизнь… Такая яркая, такая необходимая. Ишимару думал, что подобный фон просто необходим для жизни человека, ведь любой потеряется в абсолютно пустом городе. Просто сгниет от одиночества. - Дня доброго! – радушно воскликнул мужчина, переступая порог магазина. Его поприветствовала милая пухленькая продавщица. Все здесь встречали Ишимару радостно, с улыбкой. И все из-за двух каких-то случаев многолетней давности, когда Киётака избавил этот магазинчик от мелких воришек. Сержанта считали «порядочным полицейским, не то, что остальные». Мужчина в ответ пытался выдавить что-нибудь вроде улыбки, но получалось как-то вымученно. Во всяком случае, сейчас это не имеет значения. Давайте вернемся в настоящее и понаблюдаем дальше за нашим героем. Ишимару, облизавшись, заглянул в пакетик, где лежал его обед: пара пирожочков и бутылка с молоком. Он прошелся по аллее, глядя по сторонам, рассматривая лица прохожих. Кто-то спешил куда-то, кто-то прогуливался, а кто-то спокойно сидел на лавочке. Дойдя до одного из неприметных местечек, Киётака решил кинуть кости на почти нетронутую лавку. Мысли вернулись к сегодняшнему разговору с Наэги. Хотя, казалось бы, с чего бы ему снова вспоминать о школе? Сердце охватило странное волнение. Ишимару задумался: с чего бы это? Некоторое время, пожевывая пирожок с капустой, он думал, что это – страх перед собственными воспоминаниями. Но потом подумал и понял: его волнение – ни что иное, как ожидание. Ожидание нового, неизведанного, культового перелома в его посеревшей жизни. Тем временем, на вокзале нас ожидает еще один герой, который станет тем самым переломом в жизни Ишимару. Осматривая туда-сюда снующих пассажиров, наш таинственный незнакомец небрежно запихнул в карман билет, где черным по белому было написано: «Мондо Оовада», и пошел по платформе туда, не зная, куда, чтобы найти пристанище у своего старого доброго друга…