Старый добрый хулиган

Итак, как уже говорилось немного ранее, второй наш персонаж – Оовада Мондо – стоял на платформе вокзала и оглядывал совершенно новый для него город. Здесь родился и вырос его давний друг, с которым мужчина поддерживал отношения почти с самого своего выпуска. Познакомились они совершенно случайно: Оовада обслужил своего будущего друга на автосервисе, где работал некоторое время после школы. Этот кучерявый незнакомец непременно напомнил Мондо какого-нибудь растамана, вокруг которого вечно крутятся клубы дыма и бабы. Но все оказалось весьма прозаичнее. В ходе ознакомительного диалога парень рассказал о себе больше. Ясухиро Хагакуре – а именно так звали друга нашего героя – являлся шарлатаном, который ездил по разным городам, представлялся ясновидящим и чистил людям «карму». Позже Хагакуре признался, что кармой он называет карманы. Это была его любимая шутка, которая частенько доставала Ооваду, и тот просил друга заткнуться. Жил Ясухиро здесь, на одной из улиц, виднеющихся вдали от вокзала. Около недели назад Мондо попросил его заехать и забрать его байк, чтобы перевезти из одного города в другой. Оовада не стал растолковывать причин, потому что считал, что его дружку они и нахрен не нужны. Черт побери, это его личные проблемы и волшебного носа Хагакуре байкер видеть в них не хотел. - Ну здравствуй, сукин ты сын. Почему я не вижу тебя на вокзале? Уже цыганишь мелочь около кассы? – Ооваду нельзя было назвать сердитым сейчас. Но и добром он тоже не искрился. Наш байкер до последнего момента верил, что его лучший друг, с которым он поддерживает такие тесные связи, хотя бы соизволит приехать и встретить его. Но, простояв около получаса рядом с ларьком и выкурив порядка трех сигарет, Оовада понял, что никто его не собирается встречать, и решил позвонить этому сраному колдуну, чтобы высказать все, что о нем думает. Гудки прилично успокоили нервный тик Мондо, благодаря чему тот обошелся саркастичной, на его взгляд, шуткой. Из трубки послышалось невнятное бормотание, сквозь которое мы с вами, читатели, ничего не разберем. Явно громко выделились фразы «Хэ-э-эй, бра-а-а-ат» и «Прости, чувак». - Ах ты маленький засранец! – в отличие от нас, Оовада понял все, что сказал Хагакуре, и уже придумывал, как побольнее надрать задницу этому придурку. – Хорошо, я скоро приеду. Если заблужусь, ты будешь должен мне все деньги, потраченные на проезд. Брякнув что-то вроде: «Договорились», - Ясухиро бросил трубку, и в ухо байкера начали постанывать длинные гудки. - Ты сам на это подписался, засранец, - с широкой улыбкой прорычал Мондо и пошел дальше, подобрав огромную сумку и чемодан. Он уже давно решил: будет жить у Хагакуре. Они же друзья, в конце концов. Да и мужчина обязательно пообещает другу покидать дом, когда у того будет баба. Хотя Оовада готов рассмеяться, думая об этом. «У этого шарлатана вряд ли будет кто-то, кроме суеверных бабулек», - размышлял Мондо, стоя на остановке и ожидая автобуса с нужным номером. Оовада скривился от одного вида транспортного средства. Прямоугольная коробка, доверху забитая людишками. Тесно, как в консервной банке. Но, к сожалению, этот автобус ходит раз в полчаса, а посему придется ехать сейчас и терпеть. Байкер кое-как протиснул свою широченную тушку в автобус и встал между двумя какими-то стариками. Видимо, те спешили на обеденный перерыв. А может, они уже свободны и едут домой. «Счастливые», - мужчина усмехнулся, от безделья шаря глазами по всему автобусу. Школьники, беременные женщины, старухи, молодые парни… Компания была самая, как говорится, разношерстная. «О, святые глушители, как же здесь душно», - думал Оовада, пытаясь передать проездной билет. Водитель, будучи надрессирован всеми случаями жизни, ловко выхватил билет и махнул рукой, позволяя Мондо расслабиться. Хотя как тут расслабишься, когда нет попутного ветра, нет громкого и расслабляющего шума мотора за спиной. Когда ты, черт его дери, уже третьи сутки трясешься в битком набитых транспортных средствах… Оовада готов был рычать от злости, возненавидеть все человечество только лишь за одно изобретение этого отвратительного, беспощадного и дерьмового общественного транспорта. Мужчина готов был сейчас отдать все, лишь бы сесть на свой байк, без которого он жил уже довольно долгое время. Но Мондо уже чувствовал на самом кончике языка это сладкое, волнующее и бодрящее предвкушение. Он понимал, что если сейчас увидит свой мотоцикл, то не отлипнет от него ближайшие дня два. «За это время можно и курьером подработать», - задумался Мондо, взглянув в окно сквозь щелочку между грудью, спинами и подмышками. Автобус резко остановился. На панели над дверью засветилась надпись с названием станции. «Неужели моя остановка?» - Оовада выдохнул с огромным облегчением, выталкиваясь сквозь двери. Толпа, оставшаяся внутри, ускорила этот процесс. И вот, наш герой оказался посреди остановки, на практически пустой улице. Он мало что знал, ведь кроме номера автобуса, станции и номера дома Хагакуре ничего ему не оставил. Спрашивать кого-то было не круто, и поэтому Мондо, как самый настоящий горячий парень, отчаянно решился искать дом Ясухиро в одиночку. Черт, но ведь это невозможно! На этой улице тьма тьмущая этих домов, и только половина из них пронумерована! - Что за черт? В моем родном городе такой халатности не было, - фыркнул Оовада и зашел в ближайший магазин. Он подумал, что стоило бы ему взять что-нибудь перекусить, да заодно спросить, знают ли они, где живет местный «ясновидящий», который совершенно точно может предсказать, сколько бабла у тебя в кармане. - Здравствуйте. А можно мне позаимствовать немного этого, - Оовада показал пальцем на пакет с маленькими кругленькими булочками, - и этого? – второй рукой мужчина отпустил чемодан и показал на бутылочку газировки за стеклом. - Позаимствовать? А заплатить за это ты не хочешь? – злорадно откликнулась продавщица, сидя где-то в углу за прилавком. - Не понимаете юмора? – байкер вздохнул. - Тогда, позвольте мне купить эти булочки и газировку. - Ты что-то имеешь против моего чувства юмора? Я сейчас тебе так пошучу, что ты и твой желудок надолго это запомните, - огрызнулась все та же продавщица, доставая из холодильника газировку. Мондо больше ничего не сказал. Заплатив за покупку, он кинул: - Знаете Ясухиро Хагакуре? Мне нужно узнать, как до него добраться. Мужчина помолчал некоторое время, даже не ожидая ответа, просто для приличия. И вздрогнул, когда услышал вялое: - Дом напротив, через дорогу. Говорю сразу: он жулик и только возьмет с тебя деньги, - продавщица зевнула, - А вообще зря я тебе, грубияну, это сказала. «Чертова стерва. Я еще с тобой по-божески обошелся, сучечка», - Мондо фыркнул и вышел из магазина. Солнце уже мало-помалу отходило, прекращая припекать. Размяв мышцы, затекшие после веселой поездочки в автобусе, и потянувшись, байкер продолжил движение через дорогу, вскоре оказавшись около малюсенького частного домика, на воротах которого было что-то написано распылительной краской. Нажимать пальцем на звонок он не стал – слишком для лохов. Оовада постучал в железные ворота костяшками пальцев. Глухой стук эхом пронесся по улице. - Хагакуре! – когда через минуту ему не открыли, Мондо закричал, - Осел неблагодарный, открой! Тут же из окна, которое располагалось на стене рядом с воротами, высунулась заспанная мина Ясухиро. - Прости, я задремал, - «шаман» нервно рассмеялся, уже зная, чем ему это все грозит. Еще две минуты – и дверь была открыта. Друзья сидели в гараже. Точнее, сидел один Хагакуре. Он расположился на столе, сложив ноги по-турецки, и смотрел на довольного и влюбленного Ооваду. Мондо сел на свой байк и обнял его руль, радостно трясь щекой о спидометр. - Моя родная! Крошка моя! Я так по тебе скуча-ал! – протянул мужчина, даже не стыдясь своего поведения перед другом. - Воу. Да ты этот, как его, - Хагакуре почесал кучерявый затылок, - байкофил? Мотоциклофил? Во всяком случае, твои слова звучат странно. Оовада ничего не ответил, лишь безжизненно лежал на мотоцикле и отрешенно смотрел в сторону: - На самом деле, я никогда бы не подумал, что ехать в общественном транспорте так тяжело. - Знаешь, парень, ты еще не ездил в двухнедельное путешествие с пересадками к самому Дьяволу в задницу. И все ради бабули, которая, в конце концов, просто подохла у меня на руках, - Ясухиро пожал плечами, разводя руки в сторону. – А чего ты, собственно, приехал, чувак? Сначала еще байк попросил перетащить… - Я не приехал, а переехал. Видишь сумки? – Мондо медленно показал пальцем на свои чемоданы. – Там еще булочка есть, угощайся. - Спасибо, я как раз не ел сегодня, - облизавшись, кучерявый аферист протянул руку к пакету и взял оттуда булочку, - вау, она свежая! И куда ты переехал? - К тебе, разумеется. - Что? Но я же… Живу здесь своей отшельнической холостяцкой жизнью, принимаю клиентов… Ищу семью… - Хагакуре растерялся, это было видно по его обескураженному лицу. - Ясухиро, это не шутка. Мне правда нужно переехать сюда на некоторое время. Пока меня не найдут. И байк я тебе тоже отдал по важным личным причинам, - Оовада вмиг посерьезнел. И тот, кто обычно был «братаном» или «челом», сейчас имеет фамилию и имя. Хагакуре привык различать настроения друга с помощью таких деталей. - И зачем оно тебе? Кто найдет? Ты опять вляпался в какое-то дерьмо? – совершенно серьезно спросил шаман, пожевывая булочку. - Судя по всему, вляпался. И по самую шею. - Меня хотят найти и убить. Или забрать выкуп в виде кругленькой суммы. Я отдал байк, чтобы они не смогли его украсть, и не заподозрили, что я куда-то делся. Переехал, чтобы не смогли меня найти так быстро. Мне нужно придумать что-нибудь. Тогда я вернусь. Или же… Они меня найдут к тому моменту. Оовада рассказывал четко, планомерно, чтобы Хагакуре сумел вбить в свою бестолковую голову всю нужную информацию. К счастью, Ясухиро все понял и кивнул. - В таком случае, можешь воспользоваться моей скромной холостяцкой берлогой. Диван в зале – твой. Ежедневно с трех до шести я принимаю у себя клиентов, попрошу в это время не появляться у меня дома. - Как скажешь, братан, - Оовада широко улыбнулся и снова крепко обнял руль своей «цыпочки». - Кстати, как у тебя с ней дела? – спросил Хагакуре, уже откопав газировку и выпив добрую половину бутылки. - С ней? – Оовада отпустил «голову» мотоцикла и сел, как подобает нормальному человеку. – Ты о ком? - О твоей девушке, разумеется. Болван, ты не понял? – Ясухиро посмотрел на Мондо, как на идиота. Тот фыркнул: - Мне пришлось расстаться с ней из-за тех же обстоятельств. Она орала и закатывала истерики, как настоящая дура, а потом возненавидела меня. Убил двух зайцев: и ее не тронут, и я могу спокойно переехать. - Ты ее любил хоть? – Ясухиро запрокинул голову, выливая остатки газировки в глотку. - Нет. Просто мне не нужны личные жертвы, - Мондо зевнул. - Бессердечный сухарь. - Ты правда так думаешь? - Нет. - Мудак. - Осел. Оба добродушно расхохотались. Ведь они так давно хотели встретиться и просто так почесать языками друг с другом! Общение по телефону, с помощью писем и в интернете – совсем не такое, как в реальности, где можно увидеть друг друга и благодаря одному только осязанию поймать царящую в душе друг у друга атмосферу. - Может, завалимся в какой-нибудь бар и опрокинем пару стакашек? – Хагакуре подмигнул другу, с первого броска закинув бутылку в мусорный бак. - Тебе что, не хватило газировки и булочек? – улыбнулся Оовада, заправляя за ухо выбившиеся черные пряди. Хагакуре снова чуть не рассмеялся. Как следует постаравшись сделать супер-серьезное лицо, он продолжил: - Нет, я приглашаю тебя накидаться алкоголем. Ты понимаешь, чувак? - Расслабиться после трехдневной толкотни в общественном транспорте?.. Хм, брат, а неплохое предложение! Я с удовольствием. К тому же, меня никто не держит. - Мы с тобой живем в одной хате, более того. Если нажремся в дупло, будем друг другу помогать, - Хагакуре подмигнул. Оовада вдруг подумал, что Ясухиро только этого и ждет. - Летящей походкой. - Ползя на коленях. Мужики снова рассмеялись, дав друг другу невидимое «пять».

***

В баре было так же тесно, как и в общественном транспорте. Отличие одно – здесь было очень круто. Оовада уже давно позабыл, что значит откинуть все напряжные мысли и реально отдохнуть с другом. А забыл он такие блаженные вещи по двум причинам: девушка и разборки с местной бандой. Благо, сейчас он может позабыть об этих двух проблемах и предаться наслаждению, находясь во власти алкоголя. - Черт, Хагакуре, ты не поверишь, сто лет так не отдыхал! – крикнул Оовада, пытаясь сказать это громче музыки. - Так ты настолько старый!? – по той же причине раздирал глотку и Хагакуре. - Это было образно, братиш, - Оовада рассмеялся, покручивая в руке кружку пива. Сзади подошла какая-то мелочь, которой было не больше девятнадцати. - Хэй, Кукуруза, закажи мне и моей девочке по коктейлю, - нагло пролепетал тонкий голосок. - Слышишь, ты кого «Кукурузой» назвал? – Оовада грозно обернулся. Он терпеть не мог замечаний по поводу своей прически, а слышать подобное от какого-то сосунка – крайней степени оскорбление. Мондо хотел научить этого гаденыша манерам. - Че слышал. На твоей голове, как-никак, большой экземпляр. Интересно, превращаются ли твои волосы в поп-корн во время жары? – молодой парень заржал, его подхватили те, кто пришел с ним. - Парень, а ты знаешь, что нарываешься? – Мондо подметил, что фигурка у подростка была ничего, крепенькая. Но, так же, он понимал, что против его добротного кулака сломается даже такой крепышонок. Тот, тем временем, уже понял всю остроту ситуации, и немного попятился. Байкера такое положение вещей устраивало, и он нагло хмыкнул. Как жаль, но подобная ухмылочка пробудила в малявке зверя и тот, совершенно нежданно-негаданно для Оовады, со всей силы уделал ему в щи. Мондо попятился, ощутив, что, кажется, разбил губу. Ну и хрен с ней! В голове зажглась одна-единственная мысль: показать этому сопляку, кто тут главный. Замахнувшись как следует, Оовада собирался ударить рукой в челюсть, но вовремя заметил, как его оппонент уворачивается и подключил коленку, вдарив ей прямо под дых. Парнишка упал на пол, прочесав собой половину заведения и опрокинув пластиковый стол. Оовада дернулся ему навстречу, но Хагакуре схватил друга за локоть: - Парень, остудись, они и так полицию уже вызванивают. - Забей на копов, я хочу показать этому засранцу, что он еще достаточно у мамки не насосался! – яростно прорычал Мондо и подошел к уже успевшему встать пацану. Парень собирался ударить по-новой, но мужчина опередил его, успев сделать удар в челюсть и совершенно случайно, не рассчитав силы, выбив зуб. - Малявка, засунь себе свои понты в задницу и дуй к мамочке, рано по кабакам шляться, - кинул Мондо лежащему на земле соплячку и только тут оглянулся…

***

- Эй, Ишимару, а у тебя была когда-нибудь девушка? – заинтересованно спрашивал Наэги, ожидая своего коллегу в дверном проеме. Как раз в этот самый момент сержант Киётака собирался сойти со своего поста и оставить работу сменщику. Ишимару собирался отметить повышение Макото. Хоть немного отдохнуть и развеяться после очередного скучного серого дня. - Зачем тебе это? – бесстрастно бросил сержант, одевая куртку. Вечером на улице было немного прохладно. - Интересно… На самом деле, я хотел бы узнать, как ты начинаешь встречаться с девушками. Ну, что стоит говорить и всякое такое, - Наэги скромно отвел взгляд. - А-а-а, так малыш Макото хочет завязать отношения? – Киётака довольно рассмеялся. – Да, было у меня пару девиц… На самом деле, они убежали от меня, не выдержав напора моей педантичности. И завязывались отношения разным образом: одна сама приклеилась, а второй я просто сказал, что она мне неравнодушна. За веселой болтовней оба провели добрых пять минут. На столе Ишимару зазвонил телефон. Он оставил обоих заткнуться. - Старшина Наэги, мне послышалось? - Нет, Киётака. К-кажется, у тебя работа. Оба удивленно уставились на черный телефон, покрытый пылью. Сержант медленно поднял трубку… - Бар «Заводной апельсин», драка. Инициаторы все еще на месте преступления. Выезжай ЖИВО, если не хочешь расстаться со своей работой! И Ишимару пулей юркнул в бобик.

***

Итак, читатели, вернемся же к драке. Оовада оглянулся, увидев, что к выходу из бара уже подъехал наряд полиции. Копы уже выскочили из машин, как хлебушек из тостера, и проталкивались сквозь кольцо к двум драчунам. - Расступитесь, это полиция! – какой-то смутно знакомый голос прозвучал не так далеко от уха байкера. Но Ясухиро уже тянул Ооваду за рукав: - Чел, смываемся нахрен! Не хочу сидеть ночью за решеткой вместе с проститутками! И они смылись. Но Мондо успел заметить то, чего так хотел увидеть: лицо, такое знакомое лицо. Черные волосы, красные глаза… «Иши…мару?»