Сотри меня

Майя щелкнула языком, небрежно бросив ручку на гладкую поверхность стола. В голове, не смотря на многочисленные попытки, не возникало ни одной более или менее адекватной строчки. Белый лист блокнота так и остался белым, только вот в самом верху написано одно с половиной предложение. Девушка, не глядя, потянулась за чашкой мятного чая, который сегодня почему-то не вдохновлял. У нее даже получилось нашарить чашку и поднести к губам без проблем. Просто обычно чай оказывался на ней, а чашка разбита. Да, Майя была несколько неуклюжей. Мягко говоря. Глотая ароматный напиток, она прошлась взглядом по всему залу кафе. Оно было полупустым: у выхода за столиком сидела влюбленная парочка, что-то сладко татароря друг другу, чуть дальше, у стенки, пил виски (или бурбон, или коньяк) парень лет двадцати, у барной стойки конкретно бухал молодой человек примерно такого же возраста. Вот и все, разве что можно было еще посчитать Майю. Последний парень раздражал девушку своими бессмысленными разговорами, которыми он пытался соблазнить официантку. Та отказывалась, но разве это могло успокоить пьяного мужчину? Майя поморщилась, когда тот начал орать на все кафе, размахивать мятыми купюрами и материться на всю ту же бедную девушку-официантку, называя её шлюхой и далее в таком же роде. Грубияны ей точно не нравились, особенно такие, как этот, считающие себя лучше остальных. Девушка даже заткнула уши пальцами, но крики всё равно продолжали доноситься до её слуха. Парочка сбежала, едва услышав разгарающийся скандал, а вот тот, другой парень, казалось, вообще ничего не слышал и не видел. Майя вдруг улыбнулась сама себе, припомнив дневной урок в школе. Их битые два часа пытались обучить тому, как зажигать вещи одной лишь силой мысли и, само собой, магией. У кого-то это вышло, а у кого-то нет. Майя относилась ко второй группе. Итак, сконцентрировав внимание на купюрах в ладони пьяного парня, он так напряглась в попытке поджечь, что даже вцепилась пальцами в край стола. Средней длины ногти проскользили по дереву, загоняя под себя занозы, но сейчас девушка не обращала на это внимания. Слишком сильно она хотела себе доказать, что способна на что-то большее, чем поломка техники. Сначала бумага никак не желала заниматься огнем, но вот, спустя несколько секунд, на уголке показалась крошечная искра. Купюры начали медленно, почти незаметно, тлеть, вызывая огонь. Майя контролировала свои действия, не желая поджечь к чертям кафе. Но почему-то пламя потухло. Девушка округлила глаза от неожиданности, скоро переведя взгляд с долларов на блокнот перед собой. После она, пытаясь сделать вид, что все в порядке, вновь подняла голову. Странное дело: на нее неотрывно пялился второй парень. Словив её взгляд, он посмотрел на купюры и вдруг совсем уж неожиданно подмигнул. У него были прекрасные голубые глаза, чью веселость девушка смогла разглядеть даже на расстоянии, просто идеальная улыбка чуть пухлых губ и высокомерный вид. Нет, с такими она определенно не дружила. Передернув плечами, ведьма снова окинула взглядом пьяницу. Тот не замолкал, но купюры в его ладони и почернели, а это должно было обратить хотя бы какое-нибудь его внимание. Официантка же что-то вяло возражала ему, продолжая упорно протирать барную стойку. Майя прикрыла глаза лишь на один короткий миг. Открыв их ровно в то мгновение, когда хулиган отчего-то затих, она едва не задохнулась от удивления и скрытого возмущения: бумажки в его ладони горели пламенем, синим пламенем, и это не переносное значение слово. Голубоватые язычки огня с каждой новой секундой подбирались к руке мужчины, но тот и не думал выпускать их. Он сидел на месте, удивленно открывая и закрывая рот. В голове у девушки промелькнула ассоциация с рыбой, выброшенной на сушу. Возможно, это было бы смешно, если бы только не так грустно. Барменша взвизгнула, проделывая самую логичную вещь в этой ситуации: ударяя тряпкой по огню в попытке потушить, но тот только разгорелся сильнее. Огонь коснулся пальцев мужчины и как-будто невзначай перешел на его куртку. Тихий свист вывел Майю из транса, обратив внимание на своего обладателя. Тот самый голубоглазый парень только посмеивался, глядя на происходящее, а после, взглянув отчетливо в глаза девушки, поднялся со своего место и ушел, предварительно захватив с собой свою куртку. А она даже не стала провожать его взглядом, в один момент решив, что исправлять его рук дело (в этом ведьма не сомневалась), придется ей. Сложно, конечно, но выполнимо. Стараясь не слушать болезненные крики парня (хотя чего вопить-то? Всего лишь куртка немного горит), она зажмурилась, вспоминая урок. Чувствовать объект Ну, этот придурковатый "объект" она видела, слышала, чувствовала запах. Ко всему прочему, она еще и была уверена, что этого человека запомнит на ближайшие пятьдесят лет своей жизни. Воспроизвести у себя в голове картинку с объектом. С этим особых проблем не возникало, хоть и мозг пытался подрисовать надоевшему объекту усики Гитлера, рожки или еще чего похлеще. По правде говоря, Майя не особо понимала, на кой черт представлять что-то, когда вот оно, перед домой, орет басом и тщетно пытается сбить с себя огонь. Неважно. Представить то же самое, только с желаемым результатом. Девушка глубоко вздохнула, убирая с картинки в голове весь огонь, который, кстати говоря, так и остался синего цвета. Крики затихли, осталось лишь тихое кряхтение. Она приоткрыла глаза, а уже в следующую секунду радостно выдохнула. Получилось. *** - На чьей ты стороне, маленькая ведьма? - голос раздался прямо рядом, будто свысока. И верно, вопрос донесся сверху, так как парень оказался на полторы головы выше Майи. Присоединился он к ней минуту или две назад, принявшись шагать рядом. До сих пор он молчал, что несказанно радовало. - Точно не на стороне идиота, который пытается сжечь человека живьем, - огрызнулась она, теребя лямку своей сумки. Майя была скромной и милой девушкой, да. Но вот в критических ситуациях, а эта точно была критической, девушка могла болтать многое, совершенно не опасаясь кого-нибудь оскорбить. - Он тебя раздражал, я знаю, - похоже, на этого оскорбления не действовали, - не дуйся, милая. В следующую секунду он шагнул вперед, пересекая девушке дорогу. Та тот час подняла на него взгляд серых глаз, кусая щеки изнутри. У нее была масса странных привычек. - Калеб, - представился парень, протягивая ей ладонь. Мимоходом в голове ведьмы пролетела мысль о том, что психи отстают, если отвечать им пониманием и взаимностью. Собственно, надеясь на это, она и ответила ему: - Майя. Подав ему ладонь для рукопожатия, девушка и не думала, что Калеб нагло перевернет её тыльной стороной к себе и поцелует, коснувшись прохладной кожи мягкими губами. Само собой, она в тот же миг выдернула ладонь. - У тебя красивое имя, Майя. Только сейчас ей пришло осознание того, что этот парень говорит с акцентом. Британским или Австралийским... Нет, разобрать было трудно. Ветер, который ранее трепал густые волосы девушки, теперь совсем затих. На небе не было ни единой звезды, только одинокий новый месяц, походивший на дольку апельсина. Будто бы даже потеплело. - Я знаю, что должна поблагодарить за комплимент и ответить то же самое, - сказала она, - но нет. У тебя ужасное имя. Он опять не обиделся, звонко рассмеявшись, немного закинув голову назад. Майе же было не до веселья. Хотелось только одного: дойти до школы, забраться в теплую кровать, и спать так долго, как это вообще возможно. - Ты мне нравишься, малышка, - Калеб улыбнулся во все свои 32 белоснежных зуба, - Мы точно подружимся. "Малышка" в его устах совсем не звучало, как ласкательное прозвище. Гораздо больше это напоминало намек на возраст девушки. Подумаешь, самому лет двадцать где-то. - Предпочитаю не дружить с людьми, которые пытаются кого-нибудь убить, - бросила Майя, обходя парня и устремляясь вперед. Её шаг, вообще-то, был больше похож на бег, но неважно. Калеб догнал её быстро, даже слишком быстро: - Перестань, Майя, я просто закончил то, что начала ты. Ты захотела сжечь этого придурка, признайся. - Я только хотела этого, - буркнула она, запыхавшись, - Я не планировала его сжигать полностью. Только чуть-чуть. Калеб использовал свой же трюк, перекрыв Майе дорогу, и широко улыбнувшись, немного наклонившись к ней: - Я уже говорил, что ты мне нравишься, милая? Она ощутила его запах: алкоголь, какие-то цветы (или травы?) и дерево. Если честно, то ей понравился этот запах, а вот факт того, что что-то в этом сумасшедшем её притягивало, совсем не нравился. Майя была падка на плохих мальчиков, а это еще ни разу нормально не закончилось. - А ты мне не нравишься, Калеб, - продолжила огрызаться она. Руки парня, еще недавно оставшиеся без дела, внезапно начали действовать: они поднялись к плечам девушки, огладили их по контуру. Одна рука поднялась еще выше, два согнутых пальца легко приподняли подбородок девушки, заставляя взглянуть в эти красивые глаза: - Давай это исправим, ведьмочка, - прошептал он. Конечно, ему она это не сказала, но по её плечам и лопаткам разбежались теплые мурашки, заставляя девушку ежиться. Этот парень её пугал, но определенно привлекал. Но зачем было отвечать согласием? *** - У него хотя бы хватило ума затащить меня не в то же самое кафе, - задумчиво пробормотала Майя, кутаясь в плед, - Хоть один плюс. Сабрина снова посмотрела на соседку по комнате, подозревающе сузив глаза. В руках у девушки находился синий лак, который она старательно накладывала на ногти пальцев ног, темные волосы были собраны в аккуратный хвост, еще на ней была пижама, состоявшая из короткого платьица желтого цвета, что не доходило и до колен. И на Майе тоже была пижама: шорты да майка с мультяшным принтом. - Если ты скажешь мне, что ты успела кого-то подцепить раньше меня, то тебе долго не жить, - выпалила она, отставляя бутылочку в сторону. Мизинец и безымянный палец на левой ступне остались ненакрашенными. - Тогда я не буду тебе этого говорить, - девушка повела плечами, - Жить-то еще хочется. МакКалоу прерывисто вздохнула, после сорвалась со своей постели и со всего маху плюхнулась на кровать Кемпбелл, заставив ту мимолетно поморщиться: - Он хоть симпатичный? - и, не дожидаясь ответа на вопрос, она продолжила засыпать девушку вопросами, - Какой он? Брюнет или блондин? Сколько ему лет? А глаза? Высокий? Если в первые секунды Майя едва не отшатнулась, то после непрерывный поток вопросов стал её здорово веселить: - Да, больше блондин, двадцать, голубые, высокий. Сабрина замолчала, сопоставляя ответы со своими вопросами, на её лице отражалась глубокая умственная деятельность, что выражалась в сморщенной коже лба и превратившихся в две узкие щелочки глаза, губы девушки что-то шептали: - Ладно, неважно, - она качнула головой, - Какое свидание у вас было? При этом в серых глазах Сабрины плескался такой интерес, что Майе даже расхотелось рассказывать её истину. Но другого выхода не было: - Словом, мы чуть не сожгли одного парня. Заживо. Реакцию ведьмы вроде бы предугадать было не сложно, но та все равно сумела удивить соседку. Вначале её серые глаза округлились, даже показалось, будто зрачки тоже поменяли размер, а лоб сморщился, словно Сабрина размышляла над чем-то очень важным. После розовые губы растянулись в глупой и нелепой улыбке: - Зачем сжигать кого-то на первом свидании? Майя передернула плечами, не желая думать о произошедшем. Обратно-то уже было ничего вернуть, да и она сумела исправить ту ужасную ситуацию. Сабрина выпрямилась, поправляя темные волосы: - Так, говоришь, у вас завтра свидание? - на лице девушки появилась самая что ни на есть ехидная улыбка, - Я тоже на него пойду. *** Кол или Калеб, как кому больше нравится, довольно усмехнулся, глядя на экран мобильного, где высветилось "да", пришедшее в сообщениях. Этим легкомысленным согласием девчонка обрекла себя вовсе не на долгие отношения с ним, нет. Колу нужна была помощь, потому что просто так сидеть в человеческом теле, пусть и с магией, ему отнюдь не улыбалось. Правда, для заклинания нужна была еще одна ведьма, но это не представляло для Майклсона особой проблемы. У Майи же должны были быть подруги, верно? *** Корделия вздохнула, кладя голову на сложенные кольцом руки. Скучно. Статус директора школы обязывал Верховную торчать целыми сутками напролет в своем кабинете, лишь изредка у нее выдавались пару часов отдыха. Ученицы вели себя, мягко говоря, не лучшим образом, и разборки с ними успели засесть ведьме в печенках. Тихий звук телефона прервал относительное спокойствие женщины и сразу за этим раздался голос секретаря: - К Вам мужчина пришел, требует впустить, но он не был записан. Корделия пожала плечами, как будто Зои могла её видеть, и монотонно ответила: - У мужчины есть имя? Зависло недолгое молчание, во время которого Бенсон наверняка узнавала данные гостя. - Его зовут Клаус Майклсон.