One, Two, Three, Repeat

2013. Лагерь Читакуа — Дин заботится о тебе? — Какая тебе разница? — Боже, просто пытаюсь поддержать разговор. Кто-то явно неравнодушен к одному красивому гетеросексуальному мужчине. Любого другого Кас бы сейчас выгнал из своей постели, но ему нравится Изабель. Он спит с ней больше, чем с кем-либо еще, и она никогда не спала с Дином, насколько ему известно. — У нас с Дином очень длинная, болезненная история. Я бы никогда не переспал с ним. — Ладно, конечно. Представим, что я купилась на это. Все видят, что он заходит сюда каждый день, чтобы позаботиться о твоей ноге. Скоро пойдут слухи. — Что? Он приходит, просто чтобы узнать, как я. Это ничего не значит. — Да, потому что бессердечный лидер нашего лагеря просто заботится обо всех раненых. И у него действительно есть на все это время. Да ладно тебе, раскрой глаза, Кас. — Дин не бессердечный, — мягко возражает Кас. — Серьезно? Вот это ты из всего сказанного вынес? Более влюбленным слепцом ты быть просто не можешь. — Думай, что хочешь, мне все равно. Просто... не распространяй слухи, пожалуйста. — Каса заботит, что о нем скажут люди? Вау, я уж думала, до этого не доживу. — Не смеши. Дин — единственный, кого это беспокоит. Брови Изабель поднялись так высоко, что Кас был вынужден отвернуться, чтобы спрятать румянец. — Так ты трахнешь меня, или я должна позвать сюда Дина? — Кас в порядке? Дин смотрит на Кристал, как будто она только что спросила его о маме. Или Сэме. — В смысле, я видела, как ты его навещаешь. И подумала, это довольно серьезно, раз требует твоего личного внимания. Она сама роет себе яму. — Убирайся. — Что? Ты серьезно? — Я звал тебя не для разговоров. Я звал тебя сюда, чтобы трахнуть, и теперь я не в настроении, так что убирайся. Кристал закатывает глаза и бодрым шагом покидает домик. — Она почти полностью зажила, — однажды ночью заявляет Кас, в то время как Дин осматривает его ногу. — Это хорошо. Мне не хватает тебя на рейдах. Кас не реагирует. — Теперь ты будешь более осторожен? — продолжает Дин. — Скорее всего, нет. — Ты смешон, знаешь это? — Ну, хотя бы один из нас должен быть. Это конец, детка. Живи на полную катушку, пока не выключится свет. Во взгляде Дина явно читается вопрос. Он исчезает после некоторой паузы. — Как думаешь, что произойдет? Когда все это закончится, — спрашивает Дин, сползая к Касу и ложась рядом. — Мы все вместе закатим большую вечеринку в Аду с кучей секса и наркотиков, потому что не сможем попасть на небеса. Земля будет уничтожена, нас достаточно, чтобы померяться силами с оставшимися демонами. Дин смеется. — Ты идиот. — Говорит человек, который чуть не убился на рейде, потому что впервые за год увидел пирог. — Отлично, теперь я думаю о пироге. Спасибо, осел. — Ты знаешь, этот апокалипсис сотворил чудеса с твоим телом. Здесь был слой жира когда-то, — говорит Кас, слегка приподнимая рубашку Дина и похлопывая по твердому, плоскому животу. — Да, ну, я бы предпочел пирог, — жалуется Дин, хлопает по руке Каса и на автомате тянет рубашку вниз. — И спасибо, что назвал меня толстым. — Обращайся. Это хорошая ночь. Дин не пьяный. Кас не обкуренный. Они разговаривают и смеются до тех пор, пока Дин не чувствует, что больше не может держать глаза открытыми. Он засыпает лицом к Касу. Кас знает, что Дин сойдет с ума, когда проснется утром, но он не может просто вытолкать его. Прошли годы с тех пор как Кас в последний раз видел Дина спящим, и тепло, льющееся через край, когда он смотрит на его умиротворенное лицо, не позволяет разбудить друга. Когда Кас слезает с кровати, Дин переворачивается на другой бок. Кас снимает с себя рубашку и брюки и, найдя чистое одеяло в шкафу, заползает в постель рядом с Дином. Он оставляет между ними подушку и большое расстояние. Это лучшая ночь, которая у него когда-либо была — ну, с тех пор, как он начал спать. Когда Дин просыпается с утра, он впадает в панику, пока не вспоминает, где находится. Потом, когда вспоминает, начинает паниковать по-настоящему. Его первое желание — улизнуть из хижины как можно скорее. Но... второе, более привлекательное, желание — придвинуться к Касу еще ближе, чем сейчас. Он уверен, что Кас не подстраивал это специально, но так или иначе, ночью они свернулись рядом друг с другом. Так, вместо того, чтобы сразу же сбежать, Дин придвигается к спине Каса и глубоко дышит ему в шею. Обнимает за живот и прячет лицо в его волосах. Кас начинает шевелиться, инстиктивно двигается назад, к Дину, накрывает своей рукой руку мужчины и удовлетворенно вздыхает. — Ты не спишь? — шепчет Дин. Нет ответа. — Кас? Дин ждет, пока дыхание Каса снова не становится тяжелым. Затем он медленно высвобождает свою руку из-под чужой, потирая его живот. Кас весь — кожа да кости, но он мягкий, податливый и теплый. Дин прижимается ближе, оглаживая грудь, пупок, бедра, спускаясь к коленям. Кас дрожит, но остается в том же положении. Затем Дин кладет руку на его плечо и тянет одеяло немного вниз. Вжимается лицом в шею и оставляет мягкий поцелуй на теплой коже. О, нет. Это было ошибкой. Дин не может остановиться. Он осыпает поцелуями шею, плечи и спину Каса. Сперва легкими невинными касаниями, а после укусами, засосами и движениями языка. Он слишком поздно понимает, что делает. Кас просыпается, переворачивается, смотрит на Дина с улыбкой на лице, но она сменяется смущением и болью спустя несколько секунд. — Я... прости, я... Я не знаю, что... — Дин не знает, что он пытается сказать, поэтому, спотыкаясь, вылезает из постели Каса и практически бежит к двери. — Дин, подожди! Дин не слушает. В любом случае, что бы он сказал? "Я проснулся и воспользовался тобой, пока ты спал?" "Я взял, что хотел, без твоего разрешения, потому что я гребаный трус и не могу нормально спросить?" "Я сожалею, что все испортил?" Кас не встает с постели. Всякий раз, когда кто-нибудь приближается к его хижине, он кричит, чтобы все ушли. Он начинает пить еще до полудня. Он отключается к трем часам дня. 2012. Нигде, штат Кентуки — Сейчас мы заночуем здесь, пойдем обратно в семь утра. Все должны найти, с кем спать и выбрать комнату до захода солнца. Не забывайте держать оружие рядом с собой, и внимательно осмотрите комнаты. Кас, Бобби и я обойдем и проверим вас всех через пару часов. После того, как Дин отдал приказ, все разошлись. Кас и Бобби остались рядом с Дином, ожидая персональных указаний. — Ты все правильно делаешь, мальчик, — говорит Бобби, когда все отходят. — Да, ну, скажи это тем шестерым, что мы сегодня потеряли. — Я ненавижу так говорить, но лучше тебе начать привыкать, — отвечает Бобби со всем возможным сожалением в голосе. — Это будет нелегко. А сейчас давайте найдем для нас комнаты на этой свалке. Они обнаружили заброшенный мотель и остались отдохнуть после особенно дерьмого рейда. Это была самая большая толпа Кротов, которую они когда-либо видели с тех пор, как инфекция начала распространяться. Они абсолютно не были к этому готовы. Бобби настоял на размещении в одноместном номере, бросив Каса и Дина искать, где заночевать. И конечно, оставалась только комната с квин-сайз кроватью вместо двух узких. — Я бы сказал: вперед, забирай кровать себе, я все равно не сплю; но мы оба знаем, что сейчас это ложь, — комментирует Кас, пока они оба рассматривают кровать. — Выбираю сторону у двери, — говорит Дин. — Я собираюсь пойти проверить этаж над нами, на тебе этот, окей? — Да, Дин. Дин возвращается в комнату через час и находит Каса крепко спящим под одеялом. Он тянет с отходом в кровать так долго, как может, что означает, что он довольно пьян, когда теряет сознание, лежа на покрывале. Утром, когда Дин просыпается, он не может пошевельнуться, потому что его ноги и ноги Каса переплелись ночью. — Чувак. Кас. Приятель, проснись, Кас. Кас. Дин улыбается, смотря на друга: с отвисшей челюстью, растрепанный и с руками, сложенными под щекой, он выглядит смешно и по-мультяшному. Дин повторяет его имя еще несколько раз, перед тем как сдаться и шлепнуть его по щеке. — Оу, что за нафиг? — восклицает Кас, потирая лицо. — Извини. Я не мог пошевелиться. Наши ноги- — Я просто обязан запереть тебя здесь в отместку, — Кас зажимает Дина ногами в подтверждение своих слов. — Уверен, ты не сможешь держать меня здесь вечно. Кас протирает глаза и громко зевает. — Еще слишком рано для этого. — Для чего? — Вставать. Дин снова пытается пошевелиться, но Кас не позволяет этого сделать. — Чувак, серьезно, давай, — вяло протестует Дин, смеясь. — Заставь меня. Дин смотрит на Каса, глядящего с вызовом. Он принимает его и тянется вперед, быстро щипая того за бедро. Парень практически выпрыгивает из кожи вон, но отпускает ноги Дина, успевая, однако, схватить за руку. Он дергает Дина вниз и обхватывает ногами его талию, но прежде, чем у него появляется шанс сесть на него, Дин перехватывает его ногу и прижимает ее к кровати. Кас бьет Дина в солнечное сплетение и смеется, когда хватка охотника ослабевает. Это дает ему достаточно времени, чтобы обернуть бедра вокруг талии Дина и закрепить лодыжки за спиной. Он сжимает ноги до тех пор, пока не чувствует, что ребра Дина начинают сдавливаться. — Боже, Кас, не... убивай... меня, — Дин едва выбирается, впиваясь локтями в бедра мужчины в попытке ослабить хватку. Кас дотягивается до рубашки Дина и хватает ее за воротник обеими руками, тянет вперед и переворачивает их обоих. Дин оказывается на спине, Кас сидит верхом на нем и прижимает запястья Дина к кровати над его головой. — Сотри ухмылку с лица, Кас, ты еще не выиграл. — Я бы просто- Перед тем, как Кас заканчивает свою победную речь, Дин толкает его назад и сбрасывает с себя руки, чтобы вывести Каса из положения равновесия. — Твою ма-, — начинает Кас, но замолкает, когда Дин толкает его лицом в постель. Он сидит на спине Каса, удерживая его затылок одной рукой. Прежде чем он успевает объявить о победе, раздается стук в дверь. — Опаздываем, ребята, — кричит Бобби снаружи. Дин и Кас тут же спрыгивают с кровати и выходят из комнаты настолько быстро, насколько это возможно. Они не говорят друг другу ни слова по пути домой.