Больные

Вся суета началась в первую неделю после выпускного бала. Стайлз никак не мог решить, в какой же из предложенный колледжей ему поступить. Дело затягивается на гораздо короткий период, если кроме одного колледжа ты больше никуда не прошел. И тогда тебе прямая дорога в данный колледж. Другое дело, когда ты подаешь кучу заявок на поступление. Беда Стилински состояла в том, что почти все заведения были готовы принять способного ученика. Казалось бы, выбирай, какой захочешь, есть, где разгуляться. Но по закону подлости, или судьбы парень не мог выбрать. А на то были веские причины: - В этот я не хочу. - В этот тем более. - Стайлз! - Ну, Стайлз! - Говорю же, нет. - Стилински не раздражай меня, по-хорошему прошу. Пойдем на химию. Он вздыхает и принимается за следующие конверты с письмами от учебных заведений, пока Лидия сидит напротив него и красит ногти. И тогда парень пытается предложить единственный, как ему кажется, правильный выход. Он пожимает плечами и берет Лидию за руку. Стайлз решает тихо-мирно решить проблему. - А нельзя нам разделиться? Ты поступишь на факультет химиков, а я на… - Ага. А где-то через неделю ты перестанешь мне звонить, начнешь придумывать нелепые отговорки, а через месяц того и гляди придешь, чтобы признаться, что полюбил другую. Знаю я эту систему, Стайлз. Мы идем на химию, и точка. - Что за пессимистичные мысли? Знаешь, иногда я думаю, что эта твоя способность здорово подкосила твое мироощущение. Конечно, там будет много девушек. Много красивых девушек. - Что? – девушка клонит голову набок и приподнимает бровь. Еще минута, и взорвется бомба замедленного действия. Она старательно и невозмутимо закручивает крышку бутылька с лаком и отставляет его в сторону. Бросив недоверчивый взгляд в сторону юноши, она встает. Да, Мартин – невероятная ревнивица, но разве она признается в этом? Но Стайлз делает вид, что не услышал ее возмущенного голоса, и продолжает: - И знаешь, что я буду думать, когда увижу одну из них? Лидия демонстративно отворачивается и приподнимает подбородок. Всем видом она показывает, что не хочет слушать парня. Но Стилински это остановит? Он вообще когда-нибудь останавливался? - Я буду думать… Лидия затыкает уши и хмурится. - Буду думать, что… Девушка напевает всем знакомое «ля-ля-ля» и отворачивается. Стайлз смотрит на такую смешную, такую милую, такую любимую Лидию и не может сдержать улыбки. Он кивает самому себе и тихо крадется к девушке со спины, намереваясь стиснуть ее в своих объятиях, чтобы та никуда не сбежала. Мартин чувствует, как ее талию обвивают руки Стилински. Она зажмуривается и замирает, отчаянно пытаясь унять приятную дрожь, которая уже прокатилась по всему телу и теперь задержалась в кончиках пальцев рук. Нежные пальчики Лидии подрагивают, а в груди девушки так сладко покалывает. Она еще пытается держать оборону, но сил на это почти не остается. Она чуть было не сдается, когда тонкие пальцы Стайлза хватают прядку клубнично-рыжих волос и накручивают ее. Потом парень спускается ниже, к ее шее. Он так мило и по-детски смешно трется носом о плечо девушки. - Ты меня не дослушаешь? Губы Стилински касаются макушки Лидии, и девушка вздрагивает. А парень еще крепче прижимает девушку к себе и зарывается лицом в ее волосы и вдыхает их аромат. Тихое, но неровное дыхание Стайлза щекочет кожу на шее Мартин. - Когда увижу одну из них, я буду вспоминать их запах. Лидия опускает голову и нехотя выпутывается из рук Стилински. Юноша растерянно разводит руками и мотает головой. - Что-то не так? - Химия, - выдает девушка и выходит из комнаты Стайлза.

***

Уже вечером, когда Стайлз все еще сидит за письмами с приглашениями, ему совершенно неожиданно вдруг начинает казаться, что у него всегда была тяга ко всем этим формулам и реакциям. Он уверяет себя в том, что никакого отношения к Лидии не имеет, что внутри него необычайным образом загорелось желание выучиться именно на химика. А история… Ну, мало ли. У него еще вся жизнь впереди. Найдется время и для нее. Он уже встает и пихает в карман ключ от джипа. Он намеревается ехать к Лидии и сообщить ей о том, что поменял решение. Но как только Стайлз открывает входную дверь, он обнаруживает, что Мартин уже идет по подъездной дорожке прямо к нему. Между ними еще десять метров, а Лидия уже спешит рассказать: - Знаешь, я передумала. Я думаю, у меня неплохо выйдет и на… - Я тоже хотел тебе сказать, что… - … истории. - … мы можем вместе пойти на химию. И когда до них доходит, что они думали об одном и том же, Лидия и Стайлз раздаются звонким смехом. Она мигом преодолевает расстояние между ними и берет лицо Стилински в свои ладони. Она улыбается и любуется задорными огоньками, пляшущими в его глазах. Оба успевают подумать, что у них все получится и на разных факультетах. А разве может быть иначе?