Я заживо сгораю в... Раю?

Время — это мираж, оно сокращается в минуты счастья и растягивается в часы страданий. Олдингтон Р.

Не знаю сколько я спал, но проснулся от того что кто-то легко перебирает мои волосы. Но почему-то я не ощущал страха, от этого человека исходило умиротворение. Итачи, только с ним я чувствовал такое спокойствие. Кое-как открыв глаза и проморгавшись, я увидел задумчивое и какое-то отрешенное лицо моего спасителя. Казалось, он и сам не замечал эти незамысловатые поглаживание по моей голове. Неосознанно я и сам заерзал, чем и привлек внимание парня. Встрепенувшись, как после сна, Итачи удивленно на меня воззрился, а потом так же резко расслабился. - Тебе лучше? — мягко улыбнувшись, спросил АНБУ. - Д-да, — запнувшись, произнес я. Мне показалось, что Учиха немного замялся, не зная как продолжить разговор. И опять уйдя в свои мысли, он начал перебирать пряди моих волос, от чего я стал заливаться краской. Смущает. - Ты обещал, мне рассказать, куда ты вчера ходил, — резко в полной тишине раздался его голос, заставляя меня не сильно дернуться. - Да, я помню, — ответил я. Я попытался встать, именно попытался, потому что тело ни в какую не хотело меня слушаться и все норовило завалиться обратно на диван. Тем не менее я кое-как смог встать и чтобы не упасть ухватился руками за спинку дивана. - Пойдем, я покажу, — тяжело дыша, я поковылял на выход. Позади меня послышался тихий вздох, после меня подхватили сильные для одиннадцатилетнего руки, хотя по внешнему виду и не скажешь, что в этом стройном и подтянутом теле скрыта такая сила. Ахнув от неожиданности, я посильней ухватился за жилетку АНБУ. Он вынес меня из дому, как принцессу. Я почувствовал, как мое лицо воспылало от последней мысли. - Говори куда идти, — прервал мои размышления спокойный и размеренный голос. - В ту сторону, — ткнул пальцем в направление леса. И мы пошли, точнее Итачи, быстро прыгая с ветки на ветку, понес меня туда, в указанном направлении. Уже через несколько минут мы стояли возле дерева-входа. Подойдя к нему, я попросил «моего принца» положить руку на дерево и пустить чакру. Сверху его ладони я накрыл своей и пустил свою чакру. Все, теперь барьер запомнил Итачи и будет его пропускать. Пространство перед нами привычно для меня замерцало, пропуская нас вовнутрь. Лишь переступив барьер, парень удивленно, я бы даже сказал благоговейно, вздохнул рассматривая тренировочный полигон. Меня даже гордость проняла за свой клан. - Я вчера тут был, тренировал одну сложную технику, поэтому почти полностью истратил свой резерв, — тихо оправдывался я. - Я не знал, что в Конохе есть такое место, — вторил мне мягкий голос моего спасителя. — Кушина-сан никогда не рассказывала о нем… — наверное, парень хотел сказать еще что-то, но поняв, что явно сказал больше чем нужно, замолчал. - Мама не любила тренироваться здесь, да и скорее всего, просто о нем забыла. - Ты знаешь, кто твои родители? — потрясенно переспросил молодой человек. - Угу, я же не слепой, и могу заметить, как на меня смотрят жители, я даже подслушал несколько разговоров и узнал, что джинчурики. Это не было ложью. После того как я узнал, что во мне запечатан Курама, стал внимательно прислушиваться к разговорам взрослых. Периодически в их спорах встречалось, и о то, что я вместилище демона, и то, кто был предыдущим его сосудом. Вообще люди любят поговорить, особенно когда напьются. Именно когда их разносило по полной, их уже не волновало о чем говорить, независимо от уровня секретности предмета обсуждения. - Кушина-сан, в свое время была моим учителям, и научила нескольким печатям, — тихо начал говорить парень. Сев на лавочку, и посадив меня рядом, Итачи стал рассказывать о моей маме. Он много говорил. Поведал мне смешные истории тех дней когда они занимались, рассказал о том, как мама бегала за отцом по всей Конохе со сковородой, когда тот приходил поздно вечером или немного навеселе. Мы смеялись и иногда грустили. Оказывается, мама была очень позитивным человеком. Конечно, я слышал историю моих родителей из уст Лиса, но он не все мог рассказать и не все объяснить, Итачи тоже знал не много, но мне и этого было достаточно, ведь он был вторым, кто захотел мне рассказать хоть что-то. Под конец, я уже плакал в голос, не заботясь, что звери от моего завывание разбежались в разные стороны. Учиха не останавливал меня, он давал мне выплакаться, помогал освободиться от тоски, что засела где-то глубоко внутри. Парень особо ничего не делал, но я чувствовал его тепло и поддержку. Через полчаса рыданий, я заметно успокоился и лишь тихонько всхлипывал. Меня начало клонить в сон, по телу разливалась невероятная усталость. Завалившись набок, я решил поддаться усталости и заснул.

***

Как-то так получилось, что Итачи уже, в которой раз, выступал при Наруто в роли чем-то средним между жилеткой для слез и подушкой. Но его не сильно это волновало, наоборот было даже приятно ощущать, что кто-то настолько нуждается в нем. Поправив сползающего со скамейки мальчика, Итачи как-то с тоской отметил, что теперь ему придется достаточно долго просидеть в таком положении. По правде было скучно, он уже стал подумывать либо самому заснуть, либо сделать клона и отправить его проверить, возможно ли без разрешения Узумаки покинуть полигон. Идею чтобы разбудить ребенка, АНБУ даже не рассматривал. Создав клона, он принялся ждать, что в принципе ему не пришлось долго делать, двойник вернулся уже спустя минуту с неутешительными результатами. Наруто немного завозился, устраиваясь поудобней на коленях Учихи и сладко причмокнул во сне. - Может действительно поспать? — задумчиво протянул подросток. Но спать ему было не суждено, так как буквально в метре от скамейки заклубилась зловещая алая чакра. Как, хоть и начинающий, но уже много достигший АНБУшник, парень подобрался, и в мгновение активизировал Шаринган и вытащил кунай из сумки, преклепленной на бедре. - Успокойся, и выключи уже эти красные фонари, они меня нервируют, — с рычащими нотками сказало еще не до конца сформировавшееся нечто, хотя наследник клана Учиха, мог бы с уверенностью сказать, что перед ним сейчас появляется Девятихвостый. - Что Вам надо? — спросил шиноби, так и не убрав оружия и оставив активированным Додзюцу. Демоническая чакра стала еще плотнее и из нее медленно стала формироваться сначала голова, потом туловище, а в конце один за другим материализовались девять хвостов, которыми выбравшийся Лис обмахивал себя. Размер же Кьюби не превышал метра в холке и полтора в длину, без учета хвостов. - Лишь поговорить, пока Наруто спит, — вальяжно развалился на земле демон. - Не боитесь, что я могу сообщить Хокаге о том, что Вы выбрались из Наруто? — как бы между прочим спросил Итачи, сканируя Девятихвостого Шаринганом. Конечно, он бы не стал говорить об этом, по крайней мере, пока Лис сидел на попе ровно и не пытался разрушить деревню. Подростку не хотелось расстраивать Узумаки. Да и он прекрасно знал, что как только об этом узнает Данзо или кто-то другой из Советников, ребенку не жить. Старые маразматики даже не посмотрят на то, что Наруто как бы сын Четвертого, да самого нынешнего Хокаге они вряд ли поставят в известность. Ведь так легко уговорить Дайме призвать на какое-то «важное» совещание Минато, а за его отсутствие какое-то сумасшедший убьет ребенка и все поверят, уже были прецеденты. Но даже если и останутся сомнения, ничего доказать не смогут. - Нет, ведь в той печати одним из условий и было неразглашение всего, что касается меня, — не меняя расслабленной позы, говорит Лис. — Да и мне ты ничего не сможешь сделать, ведь тут только небольшая часть моей чакры и разум, на деле же я все еще продолжаю находиться внутри Наруто. - Ясно, о чем Вы хотели поговорить? — немного успокоившись, молодой человек деактивировал Шаринган. - Я догадываюсь, что это отец Наруто прислал тебя следить за ним. Поэтому попрошу тебя не сильно распространяться об его умениях. Мой нынешний джинчурики не Кушина, за его спиной нет ни клана, ни деревни и если кто-то узнает, что Наруто далеко не безмозглое оружие деревни, готовое рвать жилы, лишь бы спасти ненавистных жителей, которые только недавно, брызжа слюной, посылая проклятия в его спину, и кидали камни, а вполне самостоятельная личность, да еще и имеющая хороший потенциал. Поверь, меня извлекут не раздумывая, а мальчик умрет. - И какая Вам выгода от этого, разве не Вы хотели вырваться из Наруто? — подозрительно глянул на Лиса Итачи. - Мне не хочется батрачить всю свою бессмертную жизнь на сумасшедших с промытыми начисто мозгами, да и привязался я уже к мальчишке, и условия содержания он мне улучшил — намного лучше, чем у Кушины и Мито. - Ясно, я постараюсь скрыть некоторую информацию, но Хокаге я все же без посторонних буду в менее урезанной форме докладывать. - Хорошо, раз мы договорились, то я пошел, поохочусь, все же впервые мне удалось выбрать наружу, уже более пяти лет не разминал лапы. Кьюби уже как минут пять скрылся в зарослях леса, когда Учиха перевел взгляд на ребенка на своих коленях. Он заметил сразу же как тот проснулся, но не стал его выдавать, хотя и был уверен, что и от Девятихвостого не скрылось пробуждения своего носителя, но и тот по своим каким-то соображениям не выдавал Узумаки. - Можешь уже не притворяться, — незаметно приподнял уголки губ, в намеке на улыбку шиноби. - Извини, — прошептал ребенок, краснея и стараясь спрятать пылающее лицо в ладонях. - Ладно, вставай, пойдем, покажешь мне полигон, заодно и потренируемся немного, и я там приметил полосу препятствий… - Курама мне не разрешает на нее, говорит, я еще маленький и слабый для этого. Так они вместе и пошли обследовать полигон Узумаки, хотя Наруто его уже хорошо знал, но ему очень нравилось, что он знает что-то, чего не знает другой. А еще было интересно рассказывать и показывать разные места и наблюдать в глазах гения клана Учиха одобрение, а иногда и восхищение.

***

После того дня, когда я устроил истерику, дни полетели с невероятной скоростью, теперь со мной уже как семь месяцев занимался каждый день еще и Итачи помимо Курамы. За это время я разительно развил свою эмпатию, а еще обоняние и слух. Если хорошо сосредотачивался, пуская чакру по телу, то на расстоянии одного километра для меня не будет никаких секретных разговоров, ну разве если они не сидели за барьером. Но вот в людных местах было очень трудно, а иногда и болезненно находиться, сразу же в голове образовывалась какофония из чужих эмоций, посторонних звуков, и резких, а иногда и неприятных запахов. Еще я выучил несколько печатей и техник. Мне очень сильно повезло, что у Итачи одна из стихий Футон. Он научил меня нескольким техникам этой стихии. Первым, что я выучил, было умение пропускать через оружие чакру ветра. Вторым, Фусаджин но Дзюцу (Техника песчаного ветра) при использовании этой техники, создавался порыв ветра смешанного с пылью. Песок, оседая на деревьях, мешал оппоненту крепко держаться на ногах. Также первый порыв мог ослепить врага. И последним, что мне удалось выучить — Футон: Реппушо (Высвобождение ветра: Ладонь шторма), это Дзюцу создавало порыв ветра, увеличивающий силу и скорость метательного оружия. Также буквально через месяц после моего пятого дня рождения, Лис решил, что я уже готов, чтобы начать ползать по полосе с препятствиями. Пока за первых полгода я смог преодолеть только первый уровень сложности из шести. Что удивительно, «мой» принц прошел всю полосу с первого же раза, и как выразился Кьюби, за рекордно короткое время. Да мой спаситель действительно гений и не только клана Учиха, но и всей деревни. Сегодня же Лис был весь день в каком-то предвкушении, насколько я могу предположить, Курама хочет показать мне какую-то новую технику, а все потому, что Итачи вызвали на срочную миссию неделю тому назад, и вряд ли он появиться в ближайшие три дня. Поэтому за время отсутствия наблюдателя Кьюби стал гонять меня по-полной, пытаясь впихнуть в мою голову куда больше, чем туда вообще могло поместиться. - И что мы сегодня будем делать? — не выдержал я, стоя на полигоне. « - Я буду прививать тебе еще одну стихию — Катон»! — гордо возвестил Лис. — «Ладно, хватит политесы разводить, ныряй ко мне». Я послушно сел на траву в позу лотоса, закрыл глаза и представил туннели канализации. Мгновение и я чувствую воду под ногами. Тяжело вздыхаю и плетусь в сторону, откуда чувствую чакру Кьюби. Надо что-то делать с этой сыростью, тут не удивительно, что Курама хочет всех поубивать, я бы тоже разозлился уже после первой же недели проживания в этих туннелях. Девятихвостый встретил меня очень уж предвкушающим оскалом. А глаза просто лучились добром. Явно, какую-ту пакость придумал, а все из-за того, что его сейчас не контролирует Итачи. Рядом с Учиха Лис как-то, то ли стесняется меня сильно нагружать, то ли еще чего, но главное, у меня чуть ли не выходные настают. Нет, «мой» принц тоже меня гоняет до седьмого пота, но его идеи более щадящие, и как-то рассчитаны на мои не полные шесть лет. Курама же иногда забывает, что я еще ребенок, и его заносит, как ренина при контроле чакры. - Не бойся, что ты так далеко встал, иди-ка сюда, — голосом змея-искусителя проворковал Кьюби, не знал, что он так умеет. Глубоко вздохнув, я поплелся сдаваться. Сел рядом с открытыми настежь дверьми некогда бывшей тюрьмы Курамы, я приготовился внимать его откровениям. Красная чакра подобралась ко мне вплотную и укутала как в кокон, но я прекрасно через нее видел, и она подстраивалась под все мои движения. - Что это? - Пытаюсь дать тебе огненную стихию, все же неправильно получается, что я огненный Демон-Лис, а ты этой стихией еще не владеешь, а я так я попытаюсь сделать ее родной для тебя. Да и проще тебе будет, когда пробудешь Риненган. - Спасибо, — тихо шепнул я, смотря сквозь полупрозрачную чакру в алые с вертикальным зрачком глаза.